В тине адвокатуры (Гейнце Н. Э., 1884)

XII

Последняя игра

На ряду с рассказанными в предыдущих главах далеко не романтическими событиями, другие герои и героини нашего правдивого повествования жили другою жизнью, переживали иные чувства.

Александра Яковлевна Пальм-Швейцарская, как уже известно читателю, перебралась на постоянное жительство в Петербург, где на казенной сцене всеми правдами и неправдами не только приютился Матвей Иванович Писателев, но приобрел даже известный вес и влияние. Жили они по прежнему на разных квартирах. Александра Яковлевна часть оставшейся зимы провела в роскошной квартире на Николаевской улице, снятой ею по контракту на несколько лет, убранной и отделанной как игрушка, а на лето переехала в Озерки, где купила себе собственную огромную дачу и отделала ее почти с царским великолепием. На сцене Озерковского театра и выступила она в первый раз перед петербургской публикой и имела громадный успех. Вскоре около нее собрался кружок горячих поклонников ее таланта, даже более многочисленный, чем в Москве. Изредка посещал ее Гиршфельд, сохранивший, по ее требованию, знакомство с ней, чаще Александр Алексеевич Князев, сильно за ней ухаживавший, бессменно и постоянно князь Виктор Гарин. Его положение теперь было иное, чем в Москве: он жил с матерью и располагал снова независимыми средствами, хотя и небольшими.

Дела после князя Василия оказались в большом беспорядке. Княгиня Зоя Александровна, потрясенная смертью мужа и появлением у его гроба Александрины, отправилась вместе с дочерью, княгиней Анной Шестовой, и внуком, сыном последней, по предписанию докторов, лечиться за границу. Они уехали в самом конце зимы и располагали вернуться через год. Они звали с собой и сына, но он наотрез отказался и остался один в громадном княжеском доме.

Несмотря на то, что он по прежнему был принят в свете, он редко посещал великосветские гостиные и охотнее проводил время запросто у Николая Леопольдовича, ежедневно, конечно, посещая Александру Яковлевну. Время только распаляло его безумную страсть к ней. Причиной этому была несомненно все продолжающаяся с ее стороны в отношении к нему холодность и недоступность. В один из последних вечеров, проведенных ею на даче, он, заехав к ней, застал ее случайно одну. Такое счастье редко выпадало на его долю. Он решил воспользоваться представившимся случаем и сделать решительный шаг. Со своей стороны и Пальм-Швейцарская давно готовилась нанести княжеской семье окончательный удар и тем завершить план задуманной ею мести. Возвращение князя Виктора в родительский дом и наступившее сравнительное спокойствие в этой семье раздражало и дразнило ее.

«Неужели вся моя возня с этим влюбленным мальчишкой пропала даром! — злобно думала она. — Нет, я увижу еще унижение княгини Зои! Я буду отомщена и отомщена жестоко».

Она говорила это сама себе с непоколебимой уверенностью. Она ждала тоже свиданья с князем наедине, но свиданья случайного, чтобы он не догадался, что оно подготовлено и начал сам необходимый для нее разговор. Она, как мы видели, дождалась.

— Я хотел бы с вами, если вы сегодня расположены меня выслушать, поговорить серьезно и откровенно… — робко начал князь, когда они уселись на утопавшей в зелени террасе. Был прелестный августовский вечер.

Пальм-Швейцарская окинула Гарина вопросительно-недоумевающим взглядом.

— Говорите, это вероятно будет о любви ко мне, — с деланной горькой усмешкой отвечала она. — Сегодняшний вечер к этому располагает… Я вас слушаю…

— Да, о любви, — горячо начал он, задетый за живое ее насмешливым тоном, — о той безумной любви, о том восторженном поклонении, неизменность которых я надеюсь доказал вам, в течении стольких лет. Я долее страдать не могу, не в состоянии — ведь и страданиям нужен предел.

Он выговорил последнюю фразу с видимою внутреннею болью.

— Чего же вы от меня хотите? Я вижу вашу любовь, я ей верю; я простила вас! — наивным тоном сказала она.

— Но разве вы не прнимаете, что это мне мало, я хочу возвращения вашей любви, возвращения прошлого… Вы обещали мне.

Он упал перед ней на колени.

— Умоляю вас, решайте скорее мою участь… Повторяю, я долее этой пытки выносить не могу.

В его голосе слышались слезы.

— Прошлое… — задумчиво начала она. — Но каким же способом может вернуться, если я даже возвращу вам мою любовь?

Она повелительным жестом заставила его встать с колен и сесть на место.

— Сделаться снова вашей любовницей… это ли вы называете возвращением прошлого? — в упор спросила она.

Он вспыхнул.

— Никогда! У меня не было даже такой мысли! Я прошу вашей руки, я прошу вас быть моей женой!

— А что скажет княгиня?

— Что мне за дело до моей матери, я не ребенок и совершенно самостоятелен, да и она не решится стать на дороге к моему счастью. Она слишком любит меня и хорошо знает, насколько серьезно мое чувство к вам. В случае же чего мы спокойно обойдемся и без ее согласия.

Она отрицательно покачала головой.

— Я-то на это никогда не соглашусь, — медленно отвечала она. — Я желала бы, чтобы княгиня сама приехала ко мне просить моей руки для своего сына.

Она пристально посмотрела на него. Он смутился.

— Это невозможно! — растерянно было начал он.

— А между тем это мое окончательное решение, — перебила она его. — Ей одной я могу дать тот или другой ответ… — спокойно сказала она.

Он сидел, понурив голову, и молчал.

— Что я говорю: невозможно? — вдруг поднял он голову. — Это возможно и даже очень возможно. Я заставлю ее это сделать, я заставлю ее выбирать между ее согласием и моею смертью. Вот вам моя рука.

Она протянула ему свою руку. Он прильнул к ней губами.

— Но, увы, моя мать только что недавно уехала заграницу и вернется в конце будущего лета — еще целый год! — печально сообразил он.

— Разве я не стою, чтобы вы подождали еще год! — улыбнулась она. — Ведь вы меня видите почти каждый день — ми и не заметим, как промелькнет зима…

Он глубоко вздохнул.

— Хорошо, но значит я могу уже теперь считать вас своей невестой! — восторженно воскликнул он, снова взяв ее руку.

— Увидим! — загадочно отвечала она.

Он припал снова к ее руке горячим, страстным поцелуем. Она не отнимала ее, но глядела на него злобно-насмешливым взглядом. Отуманенный открывающимся для него, хотя в довольно отдаленном будущем, светлым горизонтом, Виктор не заметил этого взгляда.

Вскоре на дачу стали собираться обычные гости. Tete-a-tete Александры Яковлевны с князем Гариным был нарушен. Позднее других приехал и Николай Леопольдович с женой, знакомой с Александрой Яковлевной еще по театру Львенко в Москве. Князь Виктор отправился вместе с ними в город и не утерпел не рассказать Гиршфельду, по секрету, о полученном, по крайней мере, как ему казалось, согласии Пальм-Швейцарской быть его женой. Трудно отказать себе в удовольствии поделиться с кем-нибудь радостью.

— Что ж, исполать вам, у нее хорошее состояние! — заметил Николай Леопольдович.

Гарин поморщился.

Он не ожидал услышать в ответ на свое восторженное сообщение такой прозаический вывод.

— Она сама величайшее сокровище! — отпарировал он.

— Гм! — вместо ответа промычал Гиршфельд.

Оглавление

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я