Гордыня

  • Горды́ня — непомерная гордость, заносчивость, высокомерие, эгоизм, зазнайство. Может скрываться под личинами филантропии и протекционизма, преследующих на деле цель политического самопревозносения и саморекламы.

    Не следует путать с бахвальством или хвастовством.

Источник: Википедия

Связанные понятия

Го́рдость — положительно окрашенная эмоция, отражающая положительную самооценку — наличие самоуважения, чувства собственного достоинства, собственной ценности. В переносном смысле «гордостью» может называться причина такой самооценки (например, «этот студент — гордость всего института»).
Тщесла́вие (от тщетный (напрасный) + слава) — стремление прекрасно выглядеть в глазах окружающих, потребность в подтверждении своего превосходства, иногда сопровождается желанием слышать от других людей лесть.
Смире́ние — добродетель, противоположная гордыне, и одна из самых главных добродетелей в христианской жизни. В духовной жизни христианина проявляется в том, что человек в любых обстоятельствах пребывает в мире с самим собой и Богом, не возвышает себя над кем бы то ни было, имеет в своём сердце убеждение, что все духовные заслуги дарует ему только Бог, а также пребывает в любви по отношению к ближним.
За́висть — социально-психологический конструкт/концепт, охватывающий целый ряд различных форм социального поведения и чувств, возникающих по отношению к тем, кто обладает чем-либо (материальным или нематериальным), чем хочет обладать завидующий, но не обладает. По Словарю Даля, зависть — это «досада по чужом добре или благе», завидовать — «жалеть, что у самого нет того, что есть у другого». По Словарю Ушакова, называется «желанием иметь то, что есть у другого». Спиноза определял зависть как «неудовольствие...
Православная церковь придерживается общего христианского вероучения, что существует ряд деяний, которые являются греховными и недостойными христианина. Классификация деяний по этому признаку основывается на библейских текстах и интерпретации церкви. В случае, если верующий искренне раскается в совершённом грехе, то после исповеди грех считается отпущенным, то есть прощённым.

Подробнее: Грехи в православии

Упоминания в литературе

Концепция эта формировалась на протяжении столетий и отчасти продолжает развиваться и сейчас. Первые попытки выделить самые страшные грехи обнаруживаются в трудах католических священников начиная с IV в. К таким грехам относили следующие: гнев, гордыня, зависть, лень, скупость, сладострастие, чревоугодие, – а иногда также и: воровство, кощунство, неверие, оговор, притеснение убогого и беззащитного, расточительность, ревность, умышленное убийство, а также чрезмерное упование на Божие милосердие и некоторые другие. В это же время греческий богослов-мистик Евгарий Понтийский (345–399) создает учение, согласно которому, для достижения перехода к озарению ума (жизни гностической) другая сторона жизни, практическая, должна включать очищение души от 8-ми таких страстей и помыслов, как: блуд, гнев, гордость, печаль, сребролюбие, тщеславие, уныние, чревоугодие. В 553 г. на 5-м Вселенском соборе учение Евгария было осуждено и признано еретическим. Однако сами названия страстей и помыслов были переведены с греческого на латынь и использовались в католических молитвах для обозначения 7-ми самых страшных грехов: Алчность (сребролюбие), блуд, гнев, гордыня (гордость), обжорство (чревоугодие), отчаяние (печаль и уныние), тщеславие. В 590 г. Римский папа Григорий Великий «исправил» данный список, заменив отчаяние на уныние, блуд – на похоть, а также объединил тщеславие с гордыней и добавил зависть.
Слово «смирение» в христианских кругах имеет множество разнообразных значений. Некоторые определяют смирение как непритязательность, а кто-то считает, что смиренный человек – тот, кто всегда «на заднем плане». Сегодня я хотел бы прояснить эти заблуждения. Иметь смиренное сердце – значит принять состояние, в котором мы сейчас находимся, потому что так задумал Бог. Признать то, что мы есть в реальности, и жить, как сотворенные существа, – вот что такое смирение. Если Бог благословил нас талантами и мы активно их используем, это признак смирения. Но пытаться быть тем, кем мы не являемся, это не смирение. Многие думают, что быть смиренным – значит не высовываться и не слишком рьяно проявлять свою одаренность. Но это совершенно противоположно истинному смирению. На самом деле, поступая так, мы растрачиваем Божьи дары и проявляем свою гордыню. Быть смиренным – не значит прятать свои таланты и лгать о том, на что вы способны. Это гордыня. Кроме того, можно сказать, что смирение – это признание, что сами по себе мы неполноценны. Истинное смирение рождает благодарность, а не гордыню. А вы достаточно смиренны, чтобы признать, кто вы есть на самом деле?
Поэтому преступление прародителями данной им заповеди было грехом диавольской гордыни, внушившей им разорвать свой союз с Богом, чтобы жить своей независимой жизнью (свт. Иоанн Златоуст), грехом возмутительного неповиновения и противления воле Божией, выраженной в заповеди, а также грехом глубокого принижения своей собственной природы через подавление в душе высших духовных ее стремлений и вовлечение ее в стремления плотские и грубочувственные (прп. Иоанн Дамаскин). Человек добровольно подчинился всем страстям, которые, по апостолу, действуют в мире, – похоти плоти, похоти очес и гордости житейской (см.: 1 Ин. 2, 16).
Я стал читать жития святых и с удивлением узнал, что многие святые, такие как Антоний Великий, Франциск Ассизский, Сергий Радонежский, вообще не совершали низких проступков. Они постоянно укрепляли свой дух в борьбе с соблазнами и кознями дьявола. Ограничивая себя в еде и питье, в физиологических потребностях и в общении, отказываясь от плотских удовольствий или ведя отшельнический, иногда аскетический образ жизни, праведники успешно боролись с такими пороками, как чревоугодие, похоть, сребролюбие, гнев, тщеславие, гордыня, печаль, уныние. Пороки (а все эти пороки – суть смертные грехи) побеждались добродетелями, которых, как считалось, больше, чем грехов: чревоугодие побеждалось воздержанием, блуд – целомудрием и молитвой, сребролюбие – сострадательностью, милосердием и щедростью, гнев – человеколюбием, добросердечием и терпением, тщеславие – смирением, кротостью и великодушием, гордыня – неосуждением и неунижением других, печаль – духовной радостью, уныние – верой, надеждой и любовью.
Теперь мы – не свои, а Божии. И доказательством тому должны стать все дни бытия. Наша Богоугодность проявляется в послушании, смирении, терпеливом несении жизненного креста, любви ко Творцу. Но всегда ли, братья и сестры, мы ведем себя так, всегда ли уподобляемся Богу нашему? Разве порой не предстают во всей полноте, не дают о себе знать грехи наши – своеволие, непокорность, гордыня, себялюбие, тщеславие и прочие мерзости? Отчего это происходит? Оттого, что в нас еще слишком много мирского, временного, мы чрезмерно прилепляемся к земным вещам, не думая о главном – о Божественной любви. Наверное, так происходит потому, что мы не познали пока всю полноту этой любви. Тот же, кто любит Господа, ни о чем другом не мыслит, кроме Возлюбленного Бога, дышит Христом, живет Христом, сопереживает Христу, проявляя в земной жизни вечные христианские качества. И тогда каждый творимый поступок определяется любовью к Богу и страхом Божиим. Потому что страшно преступить, совершить беззаконие в глазах Господа, страшно огорчить Вселюбящего Отца Небесного своей непокорностью или непослушанием.

Связанные понятия (продолжение)

Страсть — сильное, доминирующее над другими, чувство человека, характеризующееся энтузиазмом или сильным влечением к объекту страсти. Объектами страсти могут быть как люди, так и предметы и даже идеи.
Великоду́шие (калька с др.-греч. μεγαλοψυχία, «величие души») — добродетель, внешними проявлениями которой являются отсутствие злопамятства, снисходительность, готовность бескорыстно поступиться своими интересами во имя большей цели. Великодушие позволяет бороться против зависти и скупости.
Кротость — это мягкость характера. Она помогает человеку терпеливо переносить оскорбления, при этом не раздражаться, не возмущаться и не желать отомстить. Кротость — качество, которое сочетает в себе мягкость характера с твёрдостью духа. Кротость не следует отождествлять со слабохарактерностью и безволием, так в Библии «кротчайшим из всех людей на земле» назван Моисей (Чис. 12:3) — человек решительный и волевой, по приказу которого было убито около трех тысяч евреев, причастных к культу золотого...
Смирение, кротость — религиозное сознание человека со скромным отношением к самому себе. Проявляется в почтительности, вежливости и отсутствии гордыни.
Гнев — отрицательно окрашенный аффект, направленный против испытываемой несправедливости, и сопровождающийся желанием устранить её.
По́длость (от ст.-слав. — подле ) — негативное нравственное и духовное качество личности, которое включает в себя такие черты характера и поведенческие акты, как подобострастие, нечестность, неискренность, угодничество, которые противоречат истинному отношению характеризуемой личности к человеку, на которого направлены эти поведенческие акты. Подлость может быть охарактеризована как модель поведения, основанная на низменных чувствах, а также низменных мотивах внешне приемлемых и одобряемых действий...
Благоче́стие — это истинное почитание Бога в исполнении всех Его законов и постановлений, это нравственная жизнь, обнаруживающая себя в христианском самообладании и терпении, равно как и в практических плодах братолюбия и внимания к нуждам ближних (2Пет. 1:6-7; Иак. 1:27; 1Тим. 3:16).
Сме́ртный грех в христианстве — тяжёлый грех, влекущий за собою потерю спасения души в случае отсутствия покаяния. Этот термин широко используется в католической теологии, где развито вероучение, различающее тяжёлые и обыденные грехи. Похожим образом термин используется также в некоторых некатолических церквях, включая православие. Но там отсутствует такое определение смертного греха, которое содержится в конкретной католической доктрине. В православии принята система из восьми смертных грехов, в...
Попуще́ние Бо́жие — в монотеистических религиях (прежде всего в христианстве и мусульманстве) позволение Бога совершать своим творениям (живым существам или даже неживым стихиям) дела, безразличные Богу, неугодные ему и даже богопротивные. Примеры попущения Божьего: стихийные бедствия, злодеяния, грешная жизнь.
Грех в католицизме определяется как «слово, действие или желание, противные вечному Закону». Грех понимается как недостаток любви к Богу и ближнему, оскорбление Бога, мятеж против Бога.
Духо́вная пре́лесть (от ст.‑слав. прѣльсть, прелесть — обман, заблуждение, обольщение: от греч. πλάνη) — в соответствии с православным вероучением, «обманчивая святость», сопровождающаяся высшей и очень тонкой формой лести самому себе, самообманом, мечтательностью, гордыней, мнением о своём достоинстве и совершенстве.
Милосе́рдие (лат. misericordia) — одна из важнейших христианских добродетелей, исполняемая посредством телесных и духовных дел. Любовь к ближнему — неразрывно связана с заповедью любви к Богу. Опирается также на тезис, что в любом человеке следует видеть «образ Божий» независимо от его недостатков.
Дерзость — черта характера, противоположная робости, боязливости и стыдливости. В зависимости от контекста имеет различную моральную оценку. Синонимом дерзости может выступать непочтительность, хамство, нахальство и наглость. Однако дерзостью может быть названа и попытка самоутверждения, тогда синонимом дерзости становится смелость, амбициозность и даже экстравагантность. Словом «дерзкий» переводят английское слово Bold.
«Парадоксы стоиков» (лат. Paradoxa Storicum) — работа римского философа и оратора Марка Туллия Цицерона, написанная в 46 г до н.э.
Доброде́тель — философский и религиозный термин, означающий положительное нравственное свойство характера определённого человека, определяемое его волей и поступками; постоянное деятельное направление воли к исполнению нравственного закона (заповедей). Является антонимом слова «грех».
Теория сатисфакции (от лат. Satisfactio) — в христианском богословии сложная теория, обнимающая собой целую группу догматических вопросов.
Мшелои́мство (от ст.‑слав. , др.-рус. мъшєлъ «корысть»), или мздои́мство (от др.-рус. мъзда, мзда, мьзда, мєзда «награда, дар» ← др.-греч. μισθός «заработная плата, жалованье») — страсть к выгоде.
Нищие духом — согласно евангелиям от Матфея и Луки, выражение из первой Заповеди блаженства, употреблённое Иисусом Христом в Нагорной проповеди...
Грех — действие или помышление, которое, как правило, ассоциируется с отступлением от праведной жизни, прямым или косвенным нарушением религиозных заповедей (наставлений и предписаний Бога); реже — нарушение доминантных морально-этических правил, норм и традиций, установившихся в обществе.
Умеренность — добродетель, выражающаяся в самоограничении для достижения нравственной цели. Входит в число четырёх кардинальных добродетелей.
Ни́зменное — крайняя степень безобразного, чрезвычайно негативная ценность, имеющая отрицательную значимость для человечества; сфера несвободы. Это еще не освоенные явления, не подчиненные людям и представляющие для них грозную опасность. Человечество не владеет собственными общественными отношениями. Это таит в себе источник бедствий и воспринимается как низменное (милитаризм, тоталитаризм, фашизм, атомная война).
Перворо́дный (прародительский) грех — христианский богословский термин, означающий первый грех, совершенный в Эдеме прародителями Адамом и Евой. В формальном понимании грех заключается в ослушании Божьей воли, нарушении запрета «от дерева познания добра и зла не ешь от него» (Быт. 2:17).
Малоду́шие — слабость характера, часто выраженная в трусости, мелкой зависти и непроизвольной агрессии.
Проще́ние — отпущение вины, освобождение от заслуженного наказания (помилование, амнистия). Также - отказ от личной обиды, недобрых чувств к виновному, а также отказ от мести или требований расплаты и компенсации за понесённые убытки и страдания. Также - прощения долга или обязательств (прощение денежного долга, нарушенного обещания что-т сделать и так далее).
Добро — общее понятие морального сознания, категория этики, характеризующая положительные нравственные ценности.
Исла́мская э́тика (араб. أخلاق إسلامية‎‎) — этические нормы и правила, основанные на Коране, сунне Мухаммеда и прецедентах в исламском праве, формирование которых началось вместе с появлением ислама на Аравийском полуострове в VII веке и окончательно сложились в XI веке.
Благоро́дство (от др.-греч. eugenes, также как и благодетель и благополучие) — высокая нравственность, самоотверженность и честность; великодушие, рыцарство, возвышенность, святость . Также Благородный — исключительный по своим качествам, изяществу; отличающийся ценностью. В дореволюционном значении — относящееся ко дворянам.
Ха́нжество — форма благочестия и набожности. Разновидность морального формализма. Как пишет Ноам Хомский, ханжа — это тот, кто прикладывает к другим стандарты, которые отказывается применять к себе.
Аске́за (от др.-греч. ἄσκησις — «упражнение»), или аскети́зм — методика достижения духовных целей через упражнения в самодисциплине, самоограничении, самоотвержении, исполнении трудных обетов, порой включающих самоистязание. Слово восходит к древнегреческому глаголу ἀσκέω, означающему искусное и старательное обрабатывание грубого материала, украшение или обустройство жилища, упражнение, развивающее телесные и душевные силы. Аскетические практики встречаются в различных религиях, национальных традициях...
Лицеме́рие — моральное качество, состоящее в том, что заведомо безнравственным поступкам (совершаемым ради эгоистических интересов, по низменным мотивам и во имя антигуманных целей) приписываются псевдоморальный смысл, возвышенные мотивы и человеколюбивые цели.
Сочу́вствие, сострада́ние, сопережива́ние — один из социальных аспектов эмпатии (эмоционального состояния), формализованная форма выражения своего состояния по поводу переживаний другого человека (в частности, страдания).
Грехопаде́ние — общее для всех авраамических религий понятие, обозначающее нарушение первым человеком воли Бога, которое привело к падению человека из состояния высшего невинного блаженства в состояние страданий и греховности, основанное на 3-й главе книги Бытие.
Любо́вь (в Новом Завете греческое слово «агапэ», греч. αγάπη, лат. caritas) — христианская добродетель: любовь без основания, причины, корысти, способная покрыть любые недостатки, проступки, преступления. Одна из трёх главных добродетелей христианства наряду с верой и надеждой, причём главная из них.
Мораль господ и мораль рабов (нем. Herren- und Sklavenmoral) ― одна из тем, которую затрагивал в своих работах немецкий философ Фридрих Ницше, в частности, в сочинении «К генеалогии морали» (1887). Ницше утверждает, что существует два основных вида морали: «мораль господ» и «мораль рабов». Люди рабской морали ценят доброту, смирение и сочувствие, в то время как мораль господина подразумевает наличие у него гордости, силы и благородства. Мораль господ даёт оценку действиям, основываясь на том, хорошими...
Суеверие (букв. — суетное, тщетное, то есть ложное верование) — предрассудок, представляющий собой веру или практику, основанную на восприятии сил, не обоснованных в религии и не объяснимых законами природы.
Искуше́ние (испытание) — внешний повод или влечение (соблазн) согрешить под влиянием порочной наклонности или страсти, изменить сознанному идеалу, отступить от усвоенных убеждений и принципов, нарушить собственный обет, близкая опасность потерять веру или впасть в тяжкий грех. Искушение есть влечение к какому-либо ненравственному действию, вследствие чего обнаруживаются скрытые в человеке добрые или злые свойства.
Ке́нозис (греч. κένωσις — опустошение, истощение; κενός — пустота) — христианский богословский термин, означающий Божественное самоуничижение Христа через вочеловечение вплоть до вольного принятия Им крестного страдания и смерти. Термин взят из Фил. 2:7: «Уничижил Себя Самого, приняв образ раба…»
Провиде́ние (промысел Божий, или промысл Божий, греч. πρόνοια, лат. Providentia) — целесообразное действие Высшего Существа, направленное к наибольшему благу творения вообще, человека и человечества в особенности.
Теологи́ческие доброде́тели (англ. theological virtues, фр. vertus théologales, исп. virtudes teologales) — категории, постулирующие идеальные качества человека.
Каини́ты — гностическая секта, почитавшая Каина как первую жертву Яхве, которого многие гностические секты определяли как ветхозаветного демиурга и зло. Каина чтили за то, что, породив идею убийства, он дал людям возможность отвергнуть его и обрести шанс на искупление от первородного греха. Тертуллиан считает, что в каинитском мифе Каин интерпретировался как человек, рождённый от «могучей силы», в то время как Авель — от «низшей». Секта была сравнительно мала. Тертуллиан и Ириней Лионский упоминали...
Экзорци́зм (лат. exorcism от греч. ἐξορκισμός «запрещение бесам») — обычай или обряд в рамках различных религий и верований, состоящий в изгнании из человека (или места) бесов или другой якобы вселившейся в них силы путём принуждения одержимого лица к прочтению молитвы или иного ритуала той или иной степени сложности.
Гла́вные грехи́, или коренны́е грехи́ (лат. peccata capitalia) — термин, которым в христианстве называют основные пороки, лежащие в основе множества других грехов. В католическом богословии к ним относятся: гордыня (тщеславие), алчность, зависть, гнев, похоть, чревоугодие, лень или уныние. В восточной христианской традиции их принято называть семью смертными грехами. В православной аскетике им соответствуют восемь главных греховных страстей: чревоугодие, блуд, сребролюбие, гнев, печаль, уныние, тщеславие...
Пра́ведность — понятие в христианстве, исламе и иудаизме; строгое следование заветам, которые предписаны вероисповеданием.

Упоминания в литературе (продолжение)

Однако история жизни как отдельного человека, так и целых народов и всего человечества ярко показывает, к каким пагубным последствиям приводит такое исключившее Бога из жизни мировоззрение. Оно становится опаснейшим врагом человека. Ибо алчность, жажда власти и гордыня, став господствующими в душе, в самом корне разрушают ее, порождая вражду, ненависть, зависть, убийства, предательства и прочие бедствия, нарушая мир между людьми и народами. И никакая внешняя власть не в состоянии остановить это зло: ни мудрый законодатель, ни гениальный философ и ученый, ни политик, насытивший народ хлебом и зрелищами. «…Ни в каком устройстве общества, – писал Ф. М. Достоевский, – не избегнете зла… душа человеческая останется та же… ненормальность и грех исходят из нее самой…»
Гордый не правым и не простым путем шествует, но кривым, развращенным, тернием и волчца наполненным. Гордые до крайности преступали закон и уклонялись от закона Твоего, – говорит пророк (Пс. 118, 51). Самое истое преступление и бессловесное уклонение от закона, заключающееся в непознании своей немощи, – возгордение, ибо ни через что иное не совершается так легко преступление и падение, как через гордыню, и ни через что иное не происходит так легко исправление, как через смирение и простоту. Где совершилось падение, там все предварено было. Гордыни ради Денница с небес свержен был, фарисей все добродетели рассыпал, Навуходоносор царства лишился и со скотами, как скот, семь лет траву ел; и тысяча тысяч падений из-за гордыни совершаются. Потому пребудь смирен, да благодатью Божией покрываемый и сохраняемый, всегда будешь без всякого порока и без преткновения обретешься (3).
Блаженны те, которые с дерзновением предстанут тогда перед Судией, которые из рук Господа приимут святую награду. Но горе тогда пристыженным в чем-либо презренном и ничего не стоящим. Какое, например, оправдание обвиняемому в славолюбии, или в кичении, или в непослушании, или в неподчиненности, или в чревоугодии, или в опрометчивости, или в многословии, или в гордыне, или в самоуправстве, или в высокомерии, или в зависти, или во вражде, или во вспыльчивости, или в злоречии, или в клеветничестве? Какое оправдание тому, кто будет обвиняем в этих презренных пороках? Какую выгоду, или какое удовольствие получаем мы из этого? Но и какая тяжесть отречься от этого! Поэтому умоляю вас, братия, постарайтесь, чтобы никто из вас не был осужден в чем-либо таком. Ибо в рассуждении тяжких грехов (хорошо это знаю) вы имеете над собой власть. А этими грехами, как неважными, каждый пренебрегает, думая, что о них и не спросят. Но ими-то и уловляет нас диавол, ибо делает так, что каждый из нас пренебрегает ими, как ничего не значащими. Постарайтесь же, чтобы и эти грехи не служили к вашему уловлению, а, напротив того, со всей осторожностью наблюдайте за собой, чтобы прославиться со Христом. Ему слава во веки веков! Аминь.
Но тем кичимся, что живем в яме и пещере? Все это – знаки самоумерщвления и беззаботности о земном. Поэтому то, что избрал ты себе как средство для преуспевания в добродетели, да не служит тебе поводом к падению в гордыню. Не уподобляйся неразумному ковачу, который не знает своего дела и вместо куска железа пытается раскалить дерево. Итак, всеми силами должны мы держаться смиренномудрия.
Гордость – начальница всех страстей. Она питает и поддерживает прочие страсти, являясь их надежной опорой. Именно гордость была причиной падения Денницы – прекраснейшего из высших Архангелов. Возомнив себя равным Богу, он лишился небесной славы, стал диаволом, сатаной, клеветником, отцом и начальником всякой лжи и всякого зла. Сатана увлек за собой часть ангельского мира. С тех пор все падшие ангелы, именуемые бесами, являются носителями гордости. Сатана прельстил тою же гордыней первозданных людей, Адама и Еву: Будете, как боги (Быт. 3, 5). Вслед за своими прародителями этой страстью прельщаются и все их потомки. Гордость в самой своей основе есть самообожествление. Не случайно некоторые древние языческие правители, не встречая естественных преград своей гордыне, прямо требовали воздавать себе божественные почести.
Невозможное дело – довести до твердости добродетель, не растворив ее любовью. Ибо кто из вас будет иметь весь разум и всю веру, так что и горы может переставлять, по изречению апостола (см. 1 Кор. 13, 2), любви же не будет иметь, то никакой не получит пользы, но останется далеким от прямой стези, ведущей ко вратам небесным. Поэтому имеем мы нужду во многих стезях, чтобы освободиться нам от уз ненависти, зависти, гордыни и всякой диавольской скверны.
Он не сделал, конечно, нарушения закона, но ведь нравственное есть область, прежде всего – духовная, не перечень и список дел, а прежде всего и более всего духовная область настроений, чувств и мыслей, от которых исходят желания и проистекают дела. Одно и то же дело при этом получает различную окраску, имеет различную цену. Хлеб и вино в литургии, во святой чаше, на святом престоле – величайшее таинство; хлеб и вино дома за столом – простая пища и обычное угощение. Кровавая и мучительная операция врача над больным вызывает похвалу и благодарность; кровавое дело разбойника, хотя бы он был вооружен тем же ножом и наносил раны в те же места тела, остается преступлением, вызывает проклятие. И дела благочестия имеют значение, признаются или не признаются таковыми в зависимости от того духовного состояния, от того духовного настроения, из которого они проистекают. Фарисей же пришел к тому нравственному состоянию, страшному и ужасному, которое положило конец его духовной жизни и обозначило его духовную смерть. Он и впредь будет творить те же дела видимого благочестия, но и впредь они, опираясь на гордыню и самомнение, будут лишены нравственной цены.
В этом предельном детерминизме и «параличе свободы» умозрительная философия, свято верящая в то, что только знание, доставляемое человеку разумом, ведёт к истине, сходится с Лютером, полагавшим: источник истины коренится только в вере. В «Лекциях о Послании к Римлянам» и в «Большом комментарии к Посланию к Галатам» Лютер подчёркивает, что праведность «законников не только не оправдывает человека, но напротив, становится источником его гибели, ибо рождает гордыню − корень всех грехов, − гордыню этического самомнения»[68]. «Вера» Лютера не есть акт человеческой свободы (а дар исключительно Божественного предопределения) в той же мере, в какой «разум» умозрительной философии лишён каких бы то ни было средств для того, чтобы сокрушить «каменную стену» необходимости.
Много было и скорбей на стезях пустыннического жительства, но он никогда ни на что не жаловался, не роптал, не предавался печали, оставаясь всегда спокойным и всем довольным. Это был истинный воин Христа Бога, облеченный во всеоружие Божие[23] против всех слабостей человеческих и искушений бесовских. Особенно он боролся против духа гордыни, стремясь стяжать смиренномудрие, которое есть матерь всем добродетелям, соль добродетелей, тогда как гордость, напротив, основание всем порокам.
Последуем Христу! Смиримся, подобно Ему! Подобно Ему, не откажемся прослыть льстецами и умоисступленными: не пощадим чести нашей, не отвратим лица от заплеваний и ланит от заушений; не будем искать ни славы, ни красоты, ни наслаждений, принадлежащих миру сему; совершим земное странствование, как странники, не имеющие где главу подклонить; примем, примем поношения, уничижения и презрение от людей, как неотъемлемые принадлежности избранного нами пути; будем явно и тайно бороться с помыслами гордыни, всеусильно низлагать эти помыслы нашего ветхого человека, ищущего оживить свое «я» под различными правдоподобными предлогами. Тогда Сын Божий, сказавший вселюся в них и похожду (2 Кор. 6: 16), явится в сердце нашем и дарует нам власть и силу связать крепкого, расхитить сосуды его, наступить на аспида и василиска; попрать их.
Выражая все эти горячие свои протесты против гордости, некоторые подвижники, как, например, св. Ефрем Сирин, заключают свои речи такой успокаивающей сентенцией: «Сколько не превозносится человек в гордыне сердца своего, все же он попирает землю, из которой взят и в которую пойдет».
Проявляйте смирение в тех ситуациях, когда гордыня толкает вас на гнев и возмущение. Будучи осознанным, человек понимает, что всё происходящее – следствие поступков его. Тогда он легче смиряется с нуждой, несправедливым отношением к себе, лишениями всякого рода. А если человек не обладает осознанностью, ему очень трудно быть кротким. У него всегда есть виноватые. Болезнь души – гордыня толкает на неразумные поступки, чем он усугубляет свои жизненные испытания. Приняли неприятности смиренно, проработав свои неправильные действия, итогом станет достойное прохождение урока, выполнение своей задачи и, как следствие, награда за старание и прилежное поведение. Вы сами строите свою жизнь, выбирая, из чего она будет состоять: либо из хорошо выученных уроков и награды за это, либо из невыученных уроков и их бесконечного повторения. Господь дал вам право выбирать. Выбирайте!
Святитель Василий Великий писал о том, что «страх перед Богом – это ключ для получения щедрот Божиих, ибо где обитает страх Божий, там пребывает всякая душевная чистота, где страх Божий, оттуда бежит всякий порок, всякий нечестивый поступок». Страхом Господним мы становимся сильными и крепкими, научаемся противостоять греху. Преподобный Ефрем Сирин говорил: «Великий свет в душе – страх Господень, который изгоняет из нее тьму и делает ее чистой». А преподобный авва Исаия называл страх Божий источником всех добродетелей. И, действительно, страхом Господним приобретаем мы смиренномудрие и кротость, обуздываем человекоугодие, тщеславие и гордыню, начинаем внимать гласу совести. Святитель Иоанн Златоуст, придавая наличию страха Божия важное значение, писал: «С того времени, как кто-либо познает страх Божий, он всецело предает себя Богу и уже не может располагать сам собой, потому что подчиняет себя закону Божию». И еще: «Страх Божий составляет истинное блаженство».
Много козней строят демоны в своей борьбе с христианами. Св. Исаак Сирин, хорошо изучивший невидимую брань, даже указывает способы, которыми демоны ведут борьбу. Так, на ленивых и малодушных демон в начале их добродетельной жизни воздвигает сильнейшие искушения, чтобы устрашить их трудностью подвига спасения и лишить венца. Второй прием у диавола заключается в том, что он на набожных не нападает до тех пор, пока не заметит, что подвижник начинает охладевать в ревности. Тогда уже при холодности сердца нещадно устремляется на брань. Также много старается сатана отгонять от человека Ангела Хранителя путем внушения помыслов гордыни, будто бы он сам своей силой хранит себя от противника и убийцы; тогда отходит Божия помощь и он попадает в руки врага. Еще сатана борет помыслами мечтаний о женщинах и о сокровищах земных. Во всех искушениях отцы учат всегда со смирением обращаться к Богу, надеяться и ждать помощи от Него.
Примите же, христолюбивые читатели, настоящую книгу радостно и благосклонно и, научаясь в ней искусству невидимой брани, старайтесь не просто только воевать, но и законно воевать, воевать как должно, чтоб и увенчанными быть, потому что, по апостолу, бывает, что иной хоть и подвизается, однако ж не венчается, если незаконно подвизался (2 Тим. 2,5). Возьмите оружие, какое она указывает вам, чтобы насмерть поразить им своих мысленных и невидимых врагов – душепагубные страсти и их устроителей и возбудителей, демонов. Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских (Еф. 6, 11). Вспомните, как при святом крещении обещали вы пребывать в отречении от сатаны и всех дел его, и всего служения его, и всей гордыни его, т. е. сластолюбия, славолюбия, сребролюбия и прочих страстей. Подвизайтесь же сколько можете, чтобы обратить его вспять, посрамить и победить во всем совершенстве.
299. Опасна человеку гордыня в каком бы то ни было виде. Не люби гордыни, потому что нет в ней пользы. Всякая немощь при попечительности исцеляется, но недуг гордости – с трудом врачуемое зло; потому что она отвергает целительное врачевство и вымышляет для себя смертную отраву. Да не будет ее в рабах Христовых.
Итак, внемли себе. Если ты благоденствуешь, живешь светло, и вся жизнь твоя несется по течению, это изречение будет тебе полезно, как добрый советник, напоминающий о судьбе человеческой. И если ты угнетен обстоятельствами, оно благовременно будет услаждать сердце, чтобы тебе от кичливости не превознестись до непомерной гордыни, и с отчаяния не впасть в малодушное уныние. Гордишься ты богатством, величаешься предками, восхищаешься отечеством, красотою телесною, воздаваемыми от всех почестями? Внемли себе, что ты смертен, что земля еси, и в землю отыдеши (Быт. 3, 19). Посмотри на тех, которые прежде тебя жили в подобной знатности. Где облеченные гражданским имуществом? Где непреоборимые витии? Где распоряжавшиеся празднествами, знаменитые содержатели коней, военачальники, сатрапы, властители? Не все ли прах? Не все ли баснь? Не малое ли число костей осталось памятником их жизни? Загляни в гробы: возможешь ли различить, кто слуга и кто господин, кто бедный и кто богатый? Отличи, ежели есть у тебя возможность, узника от царя, крепкого от немощного, благообразного от безобразного. Поэтому, помня свою природу, никогда не превознесешься. Будешь же помнить себя, если внемлешь себе.
Растление души есть уклонение на распутия от прямого и правого мудрования – именно то, что растлилось правое мудрование и стало развращенным, воспохотствовав всего злого. Ибо когда правые помыслы развращаются, тотчас, как терния и волчцы, прорастают в душе семена зла. Таким-то образом как в мертвом теле распложаются черви, так в душе оной, лишившейся Божественной благодати, будто черви расплодились – зависть, лукавство, ложь, ненависть, вражда, брань, злопамятство, клевета, гнев, ярость, печаль, месть, гордыня, спесь, тщеславие, немилостивость, лихоимство, хищение, неправда, неразумная похоть, шепотничество, пересуды, завиствования, спорливость, поношения, осмеяния, славолюбие, клятвопреступничество, клятьбы, богозабвение, дерзость, бесстыдство и всякое другое зло, Богу ненавистное; так что человек перестал уже быть по образу и подобию Божию, как создан в начале, а начал быть по образу и подобию диавола, от которого всякое зло. (1, ч.1, с. 63–64.)
300. Отчего иногда человек вдруг приходит в такое неистовство, что сильно горячится, быстро, отрывисто и несвязно говорит, ломает себе руки, рвет на себе волосы или в ярости бьет других, ломает безумно все, попадающееся ему под руки, и делает другие дела, свойственные умопомешанному и исступленному? Явно оттого, что в его сердце действуют духи злобы поднебесные, подстрекающие людей ко всякому злу и дышащие злобою и убийством на всех и все. Отчего бывают и самоубийцы всякого рода, равно как убийцы других? От действия в сердцах самоубийц и убийц исконного самоубийцы – диавола. Потому-то Христос Спаситель и христианская вера заповедуют всякому кротость и смирение, которые не допускают действовать в сердцах духам злобы и гордыни, ищущим смерти всех и каждого. Господь говорит: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11, 29). Гнев человека – страшное, противоестественное явление в человеке; он возбуждается часто в сердце из-за причин самых маловажных, по причине самолюбия, гордости, кроющихся в нашем сердце. Нужно помнить, что гнев мужа правды Божия не соделовает (Иак. 1, 20).
Отчего иногда человек вдруг приходит в такое неистовство, что сильно горячится, быстро, отрывисто и несвязно говорит, ломает себе руки, рвет на себе волосы или в ярости бьет других, ломает безумно все, попадающееся ему под руки, и делает другие дела, свойственные умопомешанному и исступленному? Явно оттого, что в его сердце действуют духи злобы поднебесные, подстрекающие людей ко всякому злу и дышащие злобою и убийством на всех и все. Отчего бывают и самоубийцы всякого рода, равно как убийцы других? От действия в сердцах самоубийц и убийц исконного самоубийцы – диавола. Потому-то Христос Спаситель и христианская вера заповедуют всякому кротость и смирение, которые не допускают действовать в сердцах духам злобы и гордыни, ищущим смерти всех и каждого. Господь говорит: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11, 29). Гнев человека – страшное, противоестественное явление в человеке; он возбуждается часто в сердце из-за причин самых маловажных, по причине самолюбия, гордости, кроющихся в нашем сердце. Нужно помнить, что гнев мужа правды Божия не соделовает (Иак. 1, 20).
Не слушай клевет врага на ближнего, мерзостей и разных злоб его и гордыни его. На всякого человека смотри просто, с почтением, как на образ Божий, и не думай об нем ничего худого без причины. Когда молишься только внутренне или вместе и наружно, будь уверен крепко, что Господь тут, у тебя и в тебе, и слышит каждое слово, хотя и про себя, хоть только мысленно говоришь; говори от всего сердца, искренно, осуждай себя также искренно, без малейшего оправдания себя, имей веру, что Господь помилует тебя, – и не останешься непомилованным. Верно. С опыта взято.
Что было причиной грехопадения в мире ангельском? Из того же Божественного Откровения заключаем, что причиной была гордыня. Начало греха гордыня, – говорит сын Сирахов (Сир. 10, 15). Апостол Павел, предостерегая апостола Тимофея от поставления епископом кого-либо из новообра щенных, прибавляет: Да не разгордевся в суд впадет диаволь (1 Тим. 3, 6).
А ты, благородная Италия, глава и твердыня всего мира, пока ты была едина, сплочена и готова пестовать добродетель, искать хвалы и завоевывать славу, пока твоей заботой и старанием было покорение гордецов, а также человечное и правое руководство подданными; пока тебе удавалось не теряя присутствия духа противостоять всем напастям, и пока ты почитала за честь не отворачиваться с презрением от тяжких и многотрудных предприятий, но терпеливо справляться с ними; до тех пор, пока враги не сомневались в твоей доблести, друзья – в твоей верности, а побежденные – в твоем милосердии, ты могла сопротивляться фортуне и одолевать всех смертных, могла вводить у всех народов мира свои благословенные законы и устройство, и даже у пределов Индий тебе дано было водрузить сверкающие штандарты твоей беспримерной и свыше заслуженной славы, так что благодаря великому, могучему и отважному духу твоих сынов ты возбуждала уважение, любовь и страх наравне с богами. Но вследствие раздоров и гражданских распрей алтари и храмы твоей старинной добродетели тотчас же стали разрушаться, а твои латинские театры, некогда бывшие местом увеселений, игр и празднеств, украшенные грудами вражеских доспехов, победных трофеев и множеством лавровых венков, наполнились горестью и сокрушением, увлажнились слезами, услышали жалобы и стенания. А варварские народы, самые удаленные племена, доставлявшие рабов, прежде смирявшие перед твоим лицом, Италия, свою гордыню и ярость и трепетавшие перед твоей властью, исполнились дерзости и стали вторгаться в твое святейшее лоно и даже сожгли пристанище и сам древний престол империи всех империй.
В отношениях с паствой необходимым качеством священника преподобный Макарий Египетский называет смиренномудрие, которое, по замечанию святого, является орудием против диавола: «Но и вы, подвижники – предстоятели братств, взявшие на себя великий труд, с помощью смиренномудрия боритесь с искусными кознями зла так, чтобы, имея власть над подчиненными вам братиями, не превозноситься и не подпасть страсти гордыни, вместо великой пользы нанеся душе своей большой ущерб и вред»[79].
Заповедь против зависти, которая вместе с гордыней самый тяжкий из грехов человеческих, ибо из зависти и гордыни произрастают все остальные грехи. Зависть и гордыня – грехи сатанинские, ими одержим дьявол, посягнувший в самовозношении-гордыне стать выше Господа – Творца и Создателя всего сущего, возжелавший в зависти к Всемогуществу Творца соперничать с Богом.
«Внимание есть сердечное, непрестанное безмолвие, всегда и непрерывно призывающее Христа Иисуса, Сына Божия и Бога, дышащее Им, с Ним мужественно ополчающееся против врагов, исповедающееся Ему, Единому имеющему власть прощать грехи». Проще сказать, внутренним деланием, умным, душевным деланием, умною молитвою, трезвением, хранением и блюдением ума, вниманием называется одно и то же: благоговейное, тщательное упражнение в молитве Иисусовой. Божественное Писание Ветхого Завета законополагает: всяцем хранением блюди твое сердце; от сих бо исходища живота 55. Внемли себе, да не будет слово тайно в сердце твоем беззакония 56. Бодрствование над сердцем и очищение его повелевается особенно Новым Заветом. К этому направлены все заповедания Господа. Очисти преж де, говорит Господь, внутреннее сткляницы и блюда, да будет и внешнее их чисто 57. Сосудами из хрупкого стекла и малоценной глины Господь назвал здесь человеков. Исходящее от человека, то сквернит человека: извнутрь бо от сердца человеческа помышления злая исходят, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, татьбы лихоимства, обиды, лукавствия, лесть, студодеяния, око лукаво, хула, гордыня, безумство. Вся сия злая извнутрь исходят и сквернят человека 58.
Подлинно блажен и троекратно блажен человек, в котором есть кротость. О нем святой Спаситель и Господь, подтверждая это, говорит: Блажени кротцыи: яко тии наследят землю (Мф. 5: 5). И что блаженнее этого ублажения, что выше этого обетования, что светлее этой радости – наследовать землю рая? Поэтому, братия, слыша о чрезмерном богатстве обетования, возревнуйте о приобретении. Поспешите войти во светлость этой добродетели; умилитесь сердцем, слыша это, и, сколько есть сил, постарайтесь, чтобы никому из вас не быть устраненным от наследия земли этой и после не плакать горько в неразумном раскаянии. Поспешите к кротости, слыша, как она ублажается, слыша, что Духом Святым говорит о ней нелживый Исаия. И на кого воззрю, – глаголет Господь, – токмо на кроткаго и молчаливаго и трепещущаго словес Моих (Ис. 66: 2). Можно ли не дивиться этому обетованию? Ибо что славнее такой чести? Итак, смотрите, братия, чтобы не утратить кому этого блаженства, этой безмерной радости и этого веселья. Поэтому спешите, спешите, умоляю вас; приобретите кротость, потому что кроткий украшен всяким добрым делом. Кроткий, если и обижен, радуется; если и скорбен, благодарит; гневных укрощает любовью; принимая на себя удары, остается тверд; во время ссоры спокоен, в подчинении веселится, не уязвляется гордыней, в унижениях радуется, заслугами не превозносится, не кичится, со всеми живет в тишине; всякому начальству покорен, на всякое дело готов, во всем заслуживает одобрение, все его хвалят. Он чужд лукавству, далек от лицемерия. Он не служит пронырству, не покоряется зависти, отвращается злоречия, не терпит наушничества, ненавидит порицателей, отвращается наушников. О блаженное богатство – кротость! Она прославляется всеми.
Преподобный Ефрем Сирин учит: «все добродетели связаны между собою, и одна на другой держится, подобно некоей духовной цепи, все они одна от другой зависят: любовь от радости, радость от кротости, кротость от смирения, смирение от услужливости, услужливость от упования, упование от веры, вера от послушания, послушание от простоты. Как с противоположной стороны худые дела одно с другим связаны: ненависть с раздражительностью, раздражительность с гордынею, гордыня с тщеславием, тщеславие с неверием, неверие с нерадением, нерадение с расслаблением, расслабление с леностью, леность с унынием, уныние с нетерпеливостью, нетерпеливость с сластолюбием и прочие члены порока находятся во взаимной между собой зависимости, так и на доброй стороне добродетели взаимно одна от другой зависят».
Есть гордый стыд при покаянии во грехах. Это бывает, когда мы волнуемся и стыдимся поведать духовнику свои слабости, несовместимые с нашим достоинством, саном и т. п. Между тем на большинство таких грехов надо смотреть проще: я человек и по-человечески согрешал, – так сказать, констатировать факт, без ломания и кривляния. Согрешил как человек – и говорить приходится человеку же, повинному, может быть, в тех же грехах. Тут стыд – та же гордость, есть в нем что-то несмиренное, что вот-де я, такой, а согрешил. Это та же гордыня. Все мы грешны, а воображать себя святыми – не дело грешника. А мы воображаем, и, случится впасть в грех, волнуемся не так, как следует. Попросту согрешили, попросту и кайтесь, веря в милосердие Господа, не доводя себя стыдом чуть не до отчаяния.
Так и в расколе: и молитва, и милостыня питаются гордыней – это не добродетели, а противостояние Церкви. Их, раскольников, показное добро – лишь средство оторвать людей от Церкви. Поэтому в расколе и ереси почти нет тайной милостыни, там милостыня сопровождается очернением Церкви, там молитва и добрые дела сопровождаются “барабанным боем”. В житии преподобного Амвросия Оптинского рассказывается, как девушку, которая вставала по ночам на молитву без благословения духовного отца и самовольно клала множество поклонов, будил демон в виде Ангела и поощрял к такой молитве. Злой дух не только не мешает, но наоборот, радуется “подвижничеству” раскольников и еретиков, так как он и сам “подвижник” – в борьбе против Бога. Ему не страшна молитва гордого сердцем, ибо в Священном Писании сказано: Молитва его да будет в грех (Пс. 108, 7). Диаволу смешны их, раскольников, бдения и посты, так как он сам не спит и не ест, но от этого не становится святым.
2) Молю вас, стойте бодренно на камне веры и непреткновенно шествуйте стезею добродетели; и да не узрят очи мои кого-либо из вас добычею диавола по причине какого-нибудь греха, по похоти ли плоти, или по болести любоначалия, или по надмению гордыни, или по тщеславию, или по другой какой страсти. Потрудились вы и собрали в сокровищницы душ ваших богатство добродетелей. Помнит каждый из вас, каким и коликим подпадал искушениям со времени поступления в монашество, как изнемогал, падал духом, не чаял остаться живым, уловляемый и уязвляемый сатанинскими помыслами или общежительскими трудностями и тяготами; и как благий Бог наш, как чрез волнения некие, одно на другое устремляющиеся, перенес вас чрез все сие, избавил от угрожавшего вам крушения и дал вам стяжать подобающее терпению воздаяние. На подвиги оные взирая, – и на все претерпенное и стяжанное, – не забудем обращать очи свои и на предлежащее в настоящем, и чаемое в будущем, – и да не отторгнет нас от благого намерения нашего никакая случайность скорбная, от человеков ли она, или от лукавых бесов.
Однако постольку, поскольку философские посылки Калигулы кажутся Камю не лишенными справедливости, а заключения – ужасают, то исход у этого спора с самим собой один – разорванность сознания, которое себя же заклинает ни в коем случае не быть рассудочно-последовательным, не сводить в своих силлогизмах концов с концами. Собственная одержимость «предельной логикой» воспринимается им как наваждение, гордыня, несчастье. Ум корчится от болезненного раздвоения, мечется из крайности в крайность и в какой-то момент поддается соблазну отыскать для себя лазейку в возврате к былой «скромности», к блаженному бездумию. Последнее рисуется ему спасительной гаванью, «золотым веком». Вслед за «Калигулой», где развернута трагедия интеллекта изощренного, Камю приступает к работе над «Посторонним» – историей злоключений интеллекта наивного, так сказать, почти «нулевого».
1. Первозданный Адам, будучи в раю, впал, по внушению змия, в гордость и, возмечтав быть богом, как сказал ему диавол, вкусил от древа, от которого Бог повелел ему не ясти. За это предан он великим карам – тлению и смерти, для смирения гордыни его. Но когда Бог осуждает на что, то дает и приговор, и приговор Его становится делом и карою вечною, и уже никакой нет возможности уничтожить эту кару, бывающую по Божескому определению. Подумай же теперь: Адам согрешил великим грехом, потому что словам Бога не поверил, а словам змия поверил. Сравни Бога и змия, и увидишь, как велик был грех премудрого Адама. По великой мудрости своей он дал имена всем животным; но когда от всей души поверил он змию, а не Богу, то Божественная благодать, почивавшая в нем, отступила от него, так как он стал врагом Богу по причине неверия, какое показал к словам Его. Адам подумал, что Бог позавидовал ему и не хотел, чтоб и он знал доброе и лукавое; и для того заповедал ему не вкушать от древа познания добра и зла, чтоб и он не стал богом, подобным Богу, создавшему его. И вкусил, и тотчас познал наготу свою, и вместо того, чтобы соделаться богом, стал тленным, и как тленный – смертным.
Гордыня; нарушение заповедей Божьих; неверие, маловерие и суеверие; неимение надежды на милосердие Божье; чрезмерное упование на милость Божью; лицемерное почитание Бога, формальное ему поклонение; кощунство; отсутствие любви и страха Божьего; неблагодарность Богу за все Его благодеяния, а также за скорби и болезни; хула и ропот на Господа; неисполнение данных Ему обетов; призывание Имени Божьего всуе (без необходимости); произнесение клятв с призыванием Его имени; впадение в прелесть.
Цепи, скованные из тьмы предательства, измен стихийной гордости, лжи и самомнения, все крепче опутывают наши сердца, связывают наш ум, наши руки, все наше существо. И мы становимся неспособными ни к чему доброму. И светлый Ангел Хранитель стоит поодаль, оплакивая сердца наши, ставшие игралищем бесов. Нормой жизни становится – ходи по трупам задавленных тобою, рви кусок из чужого рта и плюй на всяческие заветы. А тот враг, что посеял страшные плевелы злобы и гордыню лжеименного разума, он – человекоубийца искони, лжец и отец лжи – любуется плодами дел своих.
Этим путем лживых мечтаний и гордыни сам сатана спал с небесных высот, возмечтав о равенстве Богу, Адама отдалил от Бога, «так и всех согрешающих обыкновенно обольщает», поэтому и поучает прп. Исихий, что «наука наук и искусство искусств есть умение управляться с злотворными помыслами».
2) Молю вас, стойте бодренно на камне веры и непреткновенно шествуйте стезею добродетели; и да не узрят очи мои кого – либо из вас добычей диавола по причине какого – нибудь греха, по похоти ли плоти, или по болести любоначалия, или по надмению гордыни, или по тщеславию, или по другой какой страсти. Потрудились вы и собрали в сокровищницы душ ваших богатство добродетелей, помнит каждый из вас, каким и коликим подпал искушениям, со времени поступления в монашество, как изнемогал, падал духом, не чаял остаться живым, уловляемый и уязвляемый сатанинскими помыслами, или общежительскими трудностями и тяготами; и как благий Бог наш, как чрез волнения некие, одно на другое устремляющиеся, перенес вас чрез все сие, избавил от угрожавшего вам крушения и дал вам стяжать подобающее терпению воздаяние. На подвиги оные взирая, – и на все претерпенное и стяжанное, – не забудем обращать очи свои и на предлежащее в настоящем, и чаемое в будущем, – и да не отторгнет нас от благого намериния нашего никакая случайность скорбная, от человеков ли она, или от лукавых бесов.
Сказано: молись, чтобы не внити в искушения касательно веры. Молись, чтобы вместе с демоном хулы и гордыни не внити в искушения самомнением ума твоего. Молись, чтобы, по Божию попущению, не внити тебе в явное диавольское искушение, по причине худых мыслей, какие помыслил ты умом своим и за которые попускается на тебя искушение. (С. 29–30)
(3) Глаголю бо благодатию давшеюся мне, всякому сущему в вас не мудрствовати паче, еже подобает мудрствовати, но мудрствовати в целомудрии. И говорит, что узаконивает это не он, но действующая через него благодать Духа, «ибо я, – говорит он, – орудие благодати». Целомудрием же назвал здесь здравый образ мыслей, научая тем, что гордыня есть болезненный образ мыслей. И соревновал в этом Владыке, ибо и Господь в Священном Евангелии первых ублажил стяжавших смиренномудрие: Блажени, – говорит, – нищии духом, яко тех есть Царствие Небесное (Мф. 5, 3). Узаконивает же сие Апостол для всех – и богатых и бедных, и рабов и господ, и мужей и жен; ибо сие означают слова: всякому сущему в вас. А также назначает и меру для мудрствования.
Да слышат слова сии те, которые не сделали в жизни ничего доброго, но думают оправдаться продолжительностью молитвы. Ибо молитвенные слова не просто полезны, но когда произносятся с усердным расположением. И фарисей по-видимому умножал моление. Но что говорит слово? «Фарисей же став, сице в себе моляшеся» (Лк. 18, 11), – «в себе», а не к Богу, ибо на себя обращал мысль, так как был во грехах гордыни. Посему и Спаситель говорит: «Молящеся же не лишше глаголите, якоже язычницы; мнят бо, яко во многоглаголании своем услышани будут; не подобитеся убо им» (Мф. 6, 7–8). И еще сказано: «От многословия не избежиши греха» (Притч. 10, 19). Итак, надобно просить Царствия Божия и правды его, а не чего-либо телесного и земного (Мф. 6, 33). По этой причине и псалом говорит: «Едино просих от Господа, то взыщу: еже жити ми в дому Господни» (Пс. 26, 4).
Ян 4–7 это сын и мать. Так сказать, сын «маменькин сыночек», который манипулирует матерью. Семейные отношения, радость, цель жизни и удовлетворение намерения Инь 1-2-8-5 презираемы «сыночком», поэтому ситуация называется «Недоразвитость». «Ум вере не мешает», а вот гордыня и то, что Солженицын называл «образованщиной», вере мешают, Ян 4–7.
Об этом месте Бернард пишет: «Сказано: “Слушайте Его” (Мф 17, 5). Вот, Господи Иисусе, хоть теперь Ты заговоришь. Доколе Ты будешь молчать? Доколе будешь скрываться? (ср. Иов, 3, 26)[70]. Ты долго молчал, очень долго. Но вот, наконец, Отец разрешил Тебе говорить. Отчего Ты, Сила Божья и Божья Премудрость (1 Кор 1, 24), так долго скрываешься в народе, словно какой-то ничтожный глупец? Отчего Ты, благородный Царь и Царь небесный, так долго позволяешь звать Тебя сыном плотника и обращаться с Тобой как с сыном плотника (Мф 13, 55)? Вот евангелист Лука свидетельствует: до сих пор все считали Его сыном Иосифа (Лк 3, 23). О смирение Христово, как ты смущаешь гордыню моего тщеславия! Я мало знаю, хоть и кажется мне, что знаю больше; но молчать не могу. Бесстыдно и неразумно я всюду появляюсь, всюду выступаю, всегда готов учить, скор на слова, медлен на слышание (Иак 1, 19). А Христос столько времени молчал, Себя скрывал, неужели Он боялся суетной славы (Флп 2, 3)? Ему-то что было бояться пустой славы, когда Он есть истинная Слава Отца? – Да, боялся, но не за Себя. Боялся за нас, ибо знал, что нам суетная слава опасна. За нас тревожился, нас наставлял: устами молчал, учил делом. Чему позже стал учить словом, заранее объявлял своим примером: “Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем” (Мф 11, 29). Я ничего не слышу о детстве Господа; от детства Его до нынешнего Его тридцатого года ничего не нахожу о Нем. Но отныне Он не может более скрываться – Отец открыто объявил о Нем»[71]. – Это был Бернард.
Если сделал ты что доброе, не хвались тем, (но и с другой стороны, если наделал много зла, да не опечаливается тем чрез меру сердце твое, но стань над сердцем, чтоб не попускать ему более сослагаться с тем) – и соблюдешься от гордыни, если ты мудр.
Нельзя преуспеть ни в вере, ни в милосердии, ни в сострадании, ни в любви, если сердце осквернено самомнением и гордыней.
Некогда мерзкий диавол был светозарным Денницей, высочайшим из Ангелов, ближе всех стоявшим к Богу. Но стал Денница надмеваться своим положением и своими достоинствами, свысока смотреть на других Ангелов, напыщенно предстоять у Престола Господня. Гордыня довела его до безумия: он замыслил вознестись над Всевышним. Светлый решил пойти против Источника света, прекрасный противостал Отцу красоты, блаженный ополчился на Всеблагого, творение возненавидело Творца! Правосудный Господь не оставил это лютое беззаконие без воздаяния. По велению Божию Архистратиг Михаил, один из тех, на кого только что свысока смотрел могучий Денница, низверг его в бездну преисподней. И как жутко переродился падший ангел, отравивший себя гордыней и завистью! Превознесенный над многими сделался низменнейшим, наслаждавшийся совершенной любовью стал раздираем нестерпимыми муками ненависти, прекрасный – воплощением уродства и безобразия, светлый дух добра – мрачнейшим диаволом. Не смирившись и с карой от Всемогущего Бога, падший Денница посягнул на человека – любимое создание Господа. Но здесь готовилось диаволу еще горшее посрамление, ибо из рода человеческого Всемилостивый Господь вознес Царицу Небесную.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я