Неточные совпадения
Странное дело, — эти почти бессмысленные слова ребенка заставили как бы в самом Еспере Иваныче заговорить неведомый голос: ему почему-то представился
с особенной ясностью этот неширокий горизонт всей видимой местности, но в которой он однако погреб себя на всю жизнь; впереди не виделось никаких новых умственных или нравственных радостей, — ничего, кроме смерти, и разве уж за пределами ее откроется какой-нибудь мир и источник иных наслаждений; а Паша все продолжал приставать к нему
с разными
вопросами о видневшихся цветах из воды, о спорхнувшей целой стае диких уток, о мелькавших вдали селах и деревнях.
Павел вошел в исповедальню
с твердым намерением покаяться во всем и на
вопросы священника: верует ли в бога, почитает ли родителей и начальников, соблюдает ли посты — отвечал громко и твердо: «Грешен, грешен!» «Не творите ли против седьмой заповеди?» — прибавил священник более уже тихим голосом.
— Напротив-с! Там всему будут учить, но
вопрос — как? В университете я буду заниматься чем-нибудь определенным и выйду оттуда или медиком, или юристом, или математиком, а из Демидовского — всем и ничем; наконец, в практическом смысле: из лицея я выйду четырнадцатым классом, то есть прапорщиком, а из университета, может быть, десятым, то есть поручиком.
Герой мой вышел от профессора сильно опешенный. «В самом деле мне, может быть, рано еще писать!» — подумал он сам
с собой и решился пока учиться и учиться!.. Всю эту проделку
с своим сочинением Вихров тщательнейшим образом скрыл от Неведомова и для этого даже не видался
с ним долгое время. Он почти предчувствовал, что тот тоже не похвалит его творения, но как только этот
вопрос для него, после беседы
с профессором, решился, так он сейчас же и отправился к приятелю.
Неведомов при этом побледнел немного, стал кусать себе губы и
с заметною рассеянностью отвечал на
вопросы Марьеновского.
Заинтересуйся в это время Клеопатрой Петровной какой-нибудь господин
с обеспеченным состоянием — она ни минуты бы не задумалась сделаться его любовницей и ушла бы к нему от Павла; но такого не случилось, а время между тем, этот великий мастер разрубать все гордиевы узлы человеческих отношений, решило этот
вопрос гораздо проще и приличнее.
«Что же это такое!» — подумал он и обратился к Доброву
с новым
вопросом...
От этих житейских разговоров Захаревский
с явным умыслом перешел на общие
вопросы; ему, кажется, хотелось определить себе степень моей либеральности и узнать даже, как и что я — в смысле религии.
На его
вопрос, сделанный им мне по этому предмету довольно ловко, я откровенно ему сказал, что я пантеист [Пантеист — последователь религиозно-философского учения, отождествляющего бога
с природой, рассматривающего божество как совокупность законов природы.] и что ничем больше этого быть не могу.
Иван Кононов, стоявший все это время в моленной, не спускал
с нее глаз и при последнем
вопросе как-то особенно сильно взглянул на нее.
Вопрос этот в первый еще раз представлялся Вихрову
с этой стороны: что если он в самом деле когда-нибудь вздумает жениться, что ему
с Груней будет делать; деньгами от нее не откупишься!
Вихров несказанно обрадовался этому
вопросу. Он очень подробным образом стал ей рассказывать свое путешествие, как он ехал
с священником, как тот наблюдал за ним, как они, подобно низамским убийцам [Низамские убийцы. — Низамы — название турецких солдат регулярной армии.], ползли по земле, — и все это он так живописно описал, что Юлия заслушалась его; у нее глаза даже разгорелись и лицо запылало: она всегда очень любила слушать, когда Вихров начинал говорить — и особенно когда он доходил до увлечения.
—
Вопрос тут не во мне, — начал Вихров, собравшись, наконец,
с силами высказать все, что накопилось у него на душе, — может быть, я сам во всем виноват и действительно никуда и ни на что не гожусь; может быть, виновата в том злосчастная судьба моя, но — увы! — не я тут один так страдаю, а сотни и тысячи подчиненных, которыми начальство распоряжается чисто для своей потехи.
— Поставьте
вопрос так-с! — продолжал правитель канцелярии и затем начал уж что-то такое тише говорить, так что Вихров расслушать даже не мог, тем более, что из залы послышались ему как бы знакомые сильные шаги.
Он (и это особенно стало проявляться в нем в последнее время) как-то сухо начал встречаться
с Мари, односложно отвечал на ее
вопросы; сидя
с ней рядом, он глядел все больше в сторону и явно делал вид, что занят чем-то другим, но никак уж не ею.
— Отчего ты Абрееву не ответил на его
вопрос? — спросила Мари тотчас же, как остались они вдвоем
с Вихровым.
—
С большим удовольствием сделаю эту милость; но сколько же вы, однако, предполагаете, чтоб сошло
с лица на этот обед? — присовокупил Виссарион, любивший в каждом деле решать прежде всего денежный
вопрос.
Неточные совпадения
Стародум. Оттого, мой друг, что при нынешних супружествах редко
с сердцем советуют. Дело в том, знатен ли, богат ли жених? Хороша ли, богата ли невеста? О благонравии
вопросу нет. Никому и в голову не входит, что в глазах мыслящих людей честный человек без большого чина — презнатная особа; что добродетель все заменяет, а добродетели ничто заменить не может. Признаюсь тебе, что сердце мое тогда только будет спокойно, когда увижу тебя за мужем, достойным твоего сердца, когда взаимная любовь ваша…
Сколько затем ни предлагали девке Амальке
вопросов, она презрительно молчала; сколько ни принуждали ее повиниться — не повинилась. Решено было запереть ее в одну клетку
с беспутною Клемантинкой.
Но пастух на все
вопросы отвечал мычанием, так что путешественники вынуждены были, для дальнейших расспросов, взять его
с собою и в таком виде приехали в другой угол выгона.
Призвали на совет главного городового врача и предложили ему три
вопроса: 1) могла ли градоначальникова голова отделиться от градоначальникова туловища без кровоизлияния? 2) возможно ли допустить предположение, что градоначальник снял
с плеч и опорожнил сам свою собственную голову?
Не
вопрос о порядке сотворения мира тут важен, а то, что вместе
с этим
вопросом могло вторгнуться в жизнь какое-то совсем новое начало, которое, наверное, должно было испортить всю кашу.