Неточные совпадения
— Отчего же ты
не хочешь
отдать меня в военную?..
— Прекрасно-с! И поэтому, по приезде в Петербург, вы возьмите этого молодого человека с собой и отправляйтесь по адресу этого письма к господину, которого я очень хорошо знаю;
отдайте ему письмо, и что он вам скажет: к себе ли возьмет вашего сына для приготовления, велит ли
отдать кому — советую слушаться беспрекословно и уже денег в этом случае
не жалеть, потому что в Петербурге также пьют и едят, а
не воздухом питаются!
—
Не знаю, — начал он, как бы более размышляющим тоном, — а по-моему гораздо бы лучше сделал, если бы
отдал его к немцу в пансион… У того, говорят, и за уроками детей следят и музыке сверх того учат.
По ней он еще мальчишкой учился у дьячка, к которому
отдавали его на целую зиму и лето. Дьячок раз тридцать выпорол его, но ничему
не выучил, и к концу ученья счел за лучшее заставить его пасти овец своих.
Отдать письмо Мари, как видит сам читатель,
не было никакой возможности.
В остальную часть дня Александра Григорьевна, сын ее, старик Захаревский и Захаревский старший сели играть в вист. Полковник стал разговаривать с младшим Захаревским; несмотря на то, что сына
не хотел
отдать в военную, он, однако, кадетов очень любил.
— Милостивые государи, — начал он своим звучным голосом, — я, к удивлению своему, должен
отдать на нынешний раз предпочтение сочинению
не студента словесного факультета, а математика… Я говорю про сочинение господина Вихрова: «Поссевин в России».
Мужик
не очень охотно поехал; он, кажется,
не совсем доверял, что ему
отдадут обещанные деньги.
Он велел остановиться, вышел из экипажа и приказал Ивану себя почистить, а сам
отдал мужику обещанную ему красненькую; тот, взяв ее в руки, все еще как бы недоумевал, что
не сон ли это какой-нибудь: три-четыре версты проводив, он получил десять рублей!
— И Шиллер — сапожник: он выучился стихи писать и больше уж ничего
не знает. Всякий немец — мастеровой: знает только мастерство; а русский, брат, так на все руки мастер. Его в солдаты
отдадут: «Что, спросят, умеешь на валторне играть?..» — «А гля че, говорит,
не уметь — губы есть!»
— Да ведь вы мне
отдадите их когда-нибудь,
не зажилите.
— А если ты умрешь, и я
не успею
отдать?
— Хорошо, если ты
не хочешь, так я отпущу родных твоих на волю за ту твою услугу; деньги
отдам тебе, а за услугу родных отпущу.
Плавин
отдал ей глубокий и почтительный поклон. Разговор довольно долго
не клеился; наконец, Плавин обратился к Фатеевой.
— Ничего
не надо! Вздумайте-ка только это вы завести, у вас все сейчас бедными притворятся. Мы ведь, мужики — плуты… Вы
не то что позволяйте которому оброку
не доносить, пусть он платит, как следует, а потом мне, что ли, хоть из оброку и
отдадите, сколько пожелаете, а я в дом это к нему и пошлю, будто жалованья ему прибавляю, а коли
не станет заслуживать того, так отдеру.
Десять мешков я сейчас
отдам за это монастырю; коли, говорю, своих
не найду, так прихожане за меня сложатся; а сделал это потому, что
не вытерпел, вина захотелось!» — «Отчего ж, говорит, ты
не пришел и
не сказал мне: я бы тебе дал немного, потому — знаю, что болезнь этакая с человеком бывает!..» — «
Не посмел, говорю, ваше преподобие!» Однакоже он написал владыке собственноручное письмо, товарищи они были по академии.
Полония m-me Пиколова
отдала мужу, жирному и белобрысому лимфатику [Лимфатик — характеристика человека, чересчур спокойного, безразличного к окружающему, у которого в теле как будто
не кровь, а водянистая жидкость — лимфа.], и когда в публике узнали, что Полоний был великий подлец, то совершенно одобрили такой выбор.
Кучер и писарь сейчас же взяли у стоявших около них раскольников топоры, которые те послушно им
отдали, — и взлезли за Вихровым на моленную. Втроем они стали катать бревно за бревном. Раскольники все стояли около, и ни один из них
не уходил, кроме только головы, который куда-то пропал. Он боялся, кажется, что Вихров что-нибудь заставит его сделать, а сделать — он своих опасался.
— В глупости их, невежестве и изуверстве нравов, — проговорил он, — главная причина, законы очень слабы за отступничество их… Теперь вот едем мы, беспокоимся, трудимся, составим акт о захвате их на месте преступления,
отдадут их суду — чем же решат это дело? «Вызвать, говорят, их в консисторию и сделать им внушение, чтобы они
не придерживались расколу».
В одном предписании в самом деле было сказано: на моленную в селе Корчакове оставить незапечатанною и
отдать ее в ведение и под присмотр земской полиции с тем, чтобы из оной раскольниками
не были похищаемы и разносимы иконы ».
— Если бы даже я и напутал, так он
не должен был бы сметь
отдавать меня под суд, потому что он все-таки знал, что я честно тут поступал!
Кергель сейчас же
отдал ей глубокий поклон. Он и за ней был бы
не прочь приволокнуться, но боялся губернатора.
Женичка дома
не жил: мать
отдала его в один из лучших пансионов и сама к нему очень часто ездила, но к себе
не брала; таким образом Вихров и Мари все почти время проводили вдвоем — и только вечером, когда генерал просыпался, Вихров садился с ним играть в пикет; но и тут Мари или сидела около них с работой, или просто смотрела им в карты.
— Однако в двенадцатом году они служили
не себе в карман, — сказал ему, в свою очередь, Абреев, — они
отдавали на службу детей своих, своих крестьян, сами жгли свое имущество.
Неточные совпадения
Хлестаков. Да, если вы
не согласитесь
отдать руки Марьи Антоновны, то я черт знает что готов…
«Давно мы
не работали, // Давайте — покосим!» // Семь баб им косы
отдали. // Проснулась, разгорелася // Привычка позабытая // К труду! Как зубы с голоду, // Работает у каждого // Проворная рука. // Валят траву высокую, // Под песню, незнакомую // Вахлацкой стороне; // Под песню, что навеяна // Метелями и вьюгами // Родимых деревень: // Заплатова, Дырявина, // Разутова, Знобишина, // Горелова, Неелова — // Неурожайка тож…
Уж сумма вся исполнилась, // А щедрота народная // Росла: — Бери, Ермил Ильич, //
Отдашь,
не пропадет! — // Ермил народу кланялся // На все четыре стороны, // В палату шел со шляпою, // Зажавши в ней казну. // Сдивилися подьячие, // Позеленел Алтынников, // Как он сполна всю тысячу // Им выложил на стол!.. //
Не волчий зуб, так лисий хвост, — // Пошли юлить подьячие, // С покупкой поздравлять! // Да
не таков Ермил Ильич, //
Не молвил слова лишнего. // Копейки
не дал им!
Судья, который,
не убояся ни мщения, ни угроз сильного,
отдал справедливость беспомощному, в моих глазах герой.
Г-жа Простакова. Старинные люди, мой отец!
Не нынешний был век. Нас ничему
не учили. Бывало, добры люди приступят к батюшке, ублажают, ублажают, чтоб хоть братца
отдать в школу. К статью ли, покойник-свет и руками и ногами, Царство ему Небесное! Бывало, изволит закричать: прокляну ребенка, который что-нибудь переймет у басурманов, и
не будь тот Скотинин, кто чему-нибудь учиться захочет.