Неточные совпадения
— Это означает, — начал он докторальным
тоном, — что
в эти минуты душа ваша отделяется от вашего тела и, если можно так выразиться, наблюдает его издали и спрашивает самое себя: что это такое?
— Негде мне!.. Я на одиночке!.. Сани у меня узкие! — пробормотал Марфин и поспешил уйти: он очень сердит был на племянника за бесцеремонный и тривиальный
тон, который позволял себе тот
в обращении с Людмилой.
— Ну, это, дядя, вы ошибаетесь! — начал тот не таким уж уверенным
тоном. — Золота я и
в царстве небесном пожелаю, а то сидеть там все под деревцами и кушать яблочки — скучно!.. Женщины там тоже, должно быть, все из старых монахинь…
— Подойдите ко мне, птичка моя! — заговорил Ченцов вдруг совершенно иным
тоном, поняв, что Людмила была не
в духе.
— Ваше высокопревосходительство! — начал Дрыгин
тоном благородного негодования. — Если бы я был не человек, а свинья, и уничтожил бы
в продолжение нескольких часов целый ушат капусты, то умер бы, а я еще жив!
— Если прикажете, завтра же поеду, — сказал покорным
тоном молодой человек и, получив на билет приказа общественного призрения от Крапчика расписку, ушел, а на другой день и совсем уехал
в имение.
— Что же
в этой церкви похожего на костел? — проговорил он мрачным
тоном.
— Да, на днях, — отвечал вновь испеченный майор, садясь и по возможности равнодушным
тоном, хотя
в лице и во всей его фигуре просвечивало удовольствие от полученного повышения.
Зверев, усмехнувшись и проговорив,
в свою очередь, уже начальническим
тоном: «благодарю!», протянул Миропе Дмитриевне свою руку,
в которую она хлопнула своей ручкой, и эту ручку майор поцеловал с чувством, а Миропа Дмитриевна тоже с чувством поцеловала его, но не
в голову, а второпях
в щеку, и потом они снова занялись вишневкой, каковой майор выпил бокальчиков пять, а Миропа Дмитриевна два.
— Бесспорно, что жаль, но приходить
в такое отчаяние, что свою жизнь возненавидеть, — странно, и я думаю, что вы еще должны жить для себя и для других, — начала было она неторопливо и наставническим
тоном, но потом вдруг переменила на скороговорку. — Утрите, по крайней мере, слезы!.. Я слышу, Сусанна идет!..
Тот не без усилия над собой продолжал
в начатом
тоне...
— Но Егор Егорыч, — продолжал тем же
тоном Крапчик, — приказал мне прежде всех быть у князя и попросить, не примут ли они участия
в нашем деле.
— Но что же мне делать с этой запиской? Я недоумеваю, — произнес тот размышляющим
тоном и
в то же время кладя себе записку на стол.
Но по
тону его голоса нетрудно было догадаться, что хлыстовский способ верчения и кружения казался ему юнее, живее, человечнее и, может быть, даже вернее для призвания
в свое нравственное бытие божественного духа.
«Пусть все погибнет, — мечтала она, — но только бы
утопать в блаженстве с этим человеком!..»
— Но и твою натуру тоже надобно немножко прощать! — продолжала, едва владея собой, Катрин
в том же кротком
тоне.
Еще с месяц после этой сцены Катрин жила
в губернском городе, обдумывая и решая, как и где ей жить? Первоначально она предполагала уехать
в которую-нибудь из столиц с тем, чтобы там жуировать и даже кутить; но Катрин вскоре сознала, что она не склонна к подобному роду жизни, так как все-таки носила еще пока
в душе некоторые нравственные понятия.
В результате такого соображения она позвала к себе однажды Тулузова и сказала ему ласковым и фамильярным
тоном...
— Зачем вам жить
в здешнем обществе? По вашим средствам вы можете жить во всякой столице, где изберете себе знакомых, каких только пожелаете!.. — проговорил на это Тулузов, уже слегка разваливаясь
в кресле и как бы совершенно дворянским
тоном.
Дама сия, после долгого многогрешения, занялась богомольством и приемом разного рода странников, странниц, монахинь, монахов, ходящих за сбором, и между прочим раз к ней зашла старая-престарая богомолка, которая родом хоть и происходила из дворян, но по густым и длинным бровям, отвисшей на глаза коже, по грубым морщинам на всем лице и, наконец, по мужицким сапогам с гвоздями,
в которые обуты были ее ноги, она скорей походила на мужика, чем на благородную девицу, тем более, что говорила, или, точнее сказать, токовала густым басом и все
в один
тон: «То-то-то!..
— Очень хорошо я его знаю! — сказал надменным и насмешливым
тоном Тулузов. — Он и мне кричал, когда я его запер
в кабинете, что разобьет себе голову, если я буду сметь держать его взаперти, однако проспал потом преспокойно всю ночь, царапинки даже себе не сделав.
— Какой же это простой ответ? — спросила Катрин, несколько удивленная столь смелым
тоном, который принял
в разговоре с ней Тулузов: она, без сомнения, не могла догадаться, что тут говорил
в нем ожидаемый Владимир.
— Мы все созданы, — заговорил отец Василий снова назидательным
тоном, — не для земных наших привязанностей, а для того, чтобы возвратиться
в лоно бога
в той духовной чистоте, каковая была вдохнута первому человеку
в час его сотворения, но вы вашим печалованием отвращаетесь от того.
В постигшем вас горе вы нисколько не причастны, и оно постигло вас по мудрым путям божиим.
— Признаюсь, мне странным показалось такое мнение Ивана Петровича, — сказал
тоном сожаления Тулузов, затем тоже раскланялся и вышел, но, сойдя на крыльцо, он, к удивлению своему, увидал, что у подъезда стояли безобразные, обтертые и облупившиеся дрожки Ивана Петровича,
в которых тот, восседая, крикнул ему...
Предчувствие Миропы Дмитриевны вскоре исполнилось. Егор Егорыч, не любивший ничего откладывать
в дальний ящик, заговорил, относясь к ней довольно суровым
тоном...
— Биток с картофелем а la Пушкин! — говорил Лябьев, проходя
в бильярдную, где стоявший высокий господин поклонился ему и произнес почтительным
тоном...
— Молодые и безумные повесы! — проговорил им вслед трагическим
тоном Максинька и ушел из кофейной куда-то
в другое место выражать свои благородные чувствования.
Странное дело. Сусанна Николаевна, обыкновенно застенчивая до сих пор
в разговорах со всеми мужчинами, с Углаковым говорила как бы с очень близким ей родным и говорила даже несколько поучительным
тоном.
— Неужели я так опоздал! — произнес окончательно сконфуженным
тоном князь, быстро вынимая часы и смотря на них. —
В самом деле, четыре часа!
В таком случае, позвольте, я лучше другой раз явлюсь.
— Еду из светлого рая
в многогрешный театр, — отвечал тем же
тоном Углаков и уехал.
— Иначе и нельзя, а то она отсыреет и
тон потеряет… Это самый, я думаю, деликатный инструмент, — отвечала простодушно Марья Федоровна, вовсе не подозревавшая яду
в словах своей собеседницы, которая, впрочем, не стала с нею больше говорить и все свое внимание отнесла к спору, все еще продолжавшемуся между молодым ученым и Егором Егорычем, ради чего они уселись уже вдали
в уголке.
— Я не хочу того! — сказала она почти униженным
тоном. — Я это сказала не подумав, под влиянием ужасного страха, что неужели же мне непременно суждено быть женой человека, которого могут обвинить
в убийстве.
— Нет, я не отказываюсь ни от того, ни от другого, — произнес мрачным
тоном отец Василий, — я тот же остаюсь масон и
в придаток к тому — православный поп; но уразумейте меня, gnadige Frau: я человек и потому не вполне себе верю; не могу, например, утверждать, что исповедуемое мною вероучение непогрешимо: напротив того, я верую и, вместе с тем, ищу.
Общий ужас встретил этот ответ, за исключением, впрочем, камер-юнкера, который, кажется, знал это прежде и
в настоящем случае довольно равнодушным
тоном проговорил вполголоса гегельянцу...
— Скандалов я не боюсь, — возразила она по-прежнему злобно-насмешливым
тоном, — я столько их имела
в жизни, как и вы, я думаю, тоже!..
Я сам его обижу!.. — воскликнул тот с гонором, а затем, вряд ли спьяну не приняв камер-юнкера, совершавшего служебные отправления
в своем галунном мундире, за самого генерал-губернатора, продолжал более униженным
тоном: — Я, ваше сиятельство, офицер русской службы, но пришел
в бедность…
Он, во-первых, начался раковым супом с осетровыми хрящиками из молодых живых осетров, к которому поданы были пирожки с вязигой и налимьими печенками, а затем пошло
в том же изысканном
тоне, и только надобно заметить, что все блюда были, по случаю первой недели великого поста, рыбные.
Проговорив это, Сусанна Николаевна упала перед мужем на колени и склонила к нему свою голову. Егор Егорыч поцеловал ее с нежностью
в темя и проговорил опять-таки величавым
тоном...
— Мешают-с! — подтвердил Аггей Никитич как бы
тоном сожаления и
в то же время поднимаясь со стула.
Дальнейший разговор продолжался
в том же
тоне, и только Аггей Никитич, заметив, что старому аптекарю не совсем нравится злословие, несколько сдерживался, но зато пани Вибель шла crescendo и даже стала говорить сальности...
«Ба!» — воскликнул он вдруг, ударив себя по лбу и тем
тоном, каким некогда Архимед произнес эврика! — и эврика Аггея Никитича состояла
в том, что он вспомнил о тяжелейших карманных золотых часах покойного отца, а также о дюжине столовых ложек и предположил часы продать, а ложки заложить.
— Достану! — повторил он, решившись на этот раз взять у приходо-расходчика жалованье вперед, что сделать ему было, по-видимому, весьма нелегко, потому что, идя поутру
в суд, Аггей Никитич всю дорогу как-то тяжело дышал, и по крайней мере до половины присутствия у него недоставало духу позвать к себе приходо-расходчика; наконец, когда тот сам случайно зашел
в присутственную камеру, то Аггей Никитич воспользовался сим случаем и воззвал к нему каким-то глухим
тоном...
— Каким же образом вы испытаете это? — спросила его,
в свою очередь, тем же насмешливо-неуважительным
тоном Екатерина Петровна, и
в этом случае ее подталкивала не ревность, а скорее уже озлобление против камер-юнкера.
— Дама; вот тут
в кофейной офицер сказывал об этом палатскому надсмотрщику, которого теперь выгнали из службы, и он все нюхает, где бы ему занять, — объяснил важным
тоном Максинька.
— Да этого черномазый-то и сам не скрывает! — подхватила Аграфена Васильевна. — У нас
в доме хвастался: «Дураки, говорит,
в воде
тонут, а умные из нее сухоньки выходят!»
— Да письмо-то Аркадий увез с собой! — продолжала Муза Николаевна тем же недоумевающим
тоном: ее очень удивляло, почему Сусанна не упоминала ей ни о каком русском. «Конечно, весьма возможно, что
в такие минуты она все перезабыла!» — объяснила себе Муза Николаевна. — Ну-с, слушаю дальнейшие ваши похождения! — отнеслась она к Аггею Никитичу.
Отрезвившись таким образом от всякого увлечения сим невзрачным господином, который ей не нравился никогда, она, наконец, пришла к нему
в номер и начала разговор кротким и почти нежным
тоном...
— Я прошу тебя уплатить мне не вдруг, а
в несколько сроков, — продолжала она прежним деликатным и кротким
тоном. — Ты сам знаешь, что я женщина бедная и живу своим трудом.
—
В вашем участке проживает подавшая мне докладную записку госпожа Зверева? — спросил его начальническим
тоном обер-полицеймейстер.
Правительство у нас подобных людей не преследует, так они сами
тонут в омуте своей собственной мерзости.