Социальный институт

  • Социальный или общественный институт — исторически сложившаяся или созданная целенаправленными усилиями форма организации совместной жизнедеятельности людей, существование которой диктуется необходимостью удовлетворения социальных, экономических, политических, культурных или иных потребностей общества в целом или его части. Институты характеризуются своими возможностями влиять на поведение людей посредством установленных правил.

    Существует мнение, что характер общественных институтов, существующих в той или иной стране, определяет успех или провал развития данной страны в долгосрочной перспективе (см. ниже ).

Источник: Википедия

Связанные понятия

Социа́льная рабо́та — профессиональная деятельность, имеющая цель содействовать людям, социальным группам в преодолении личностных и социальных трудностей посредством поддержки, защиты, коррекции и реабилитации.
Поли́тика (др.-греч. πολιτική «государственная деятельность») — понятие, включающее в себя деятельность органов государственной власти и государственного управления, а также вопросы и события общественной жизни, связанные с функционированием государства. Научное изучение политики ведётся в рамках политологии.
Социальная систе́ма — это совокупность социальных явлений и процессов, которые находятся в отношениях и связи между собой и образуют некоторый социальный объект.
Правовая социализация — это процесс усвоения человеком системы правовых знаний, ценностей и норм, благодаря которому происходит его успешная адаптация к общественно-правовой жизни. Её результатом является принятие индивидом части культурно-правового наследия, которая актуальна не только для его социальных интересов, но и в целом для общественно-исторического процесса, субъектом которого он является. Приобщаясь к сложившемуся регламенту жизнедеятельности своей социальной группы, человек начинает проявлять...
Чикагская школа социологии (другое название Чикагская школа человеческой экологии) группа социологов Чикагского университета, работавшая в первой половине XX века. Для школы характерны применение количественных подходов в исследовании и строгой методологии анализа данных, а также акцент на проблемах социологии города.

Упоминания в литературе

– Второй уровень общества– институциональный, регулирующий групповые или специализированные виды взаимодействий. Для каждого общества это конкретный набор социальных институтов и общностей. Развиваясь, общество создает новые институты, насыщая их сформировавшимися на протяжении веков представлениями о ценностных образцах и нормативных предпочтениях. Таким образом, старое удерживается в новых социальных образованиях. Кодифицирует, контролирует и развивает институциональные отношения в обществе государство. Государство – это центр общественной системы. Никогда полностью не совпадая с обществом, оно контролирует процесс воспроизводства определенных институтов, фиксирует их функциональное назначение, определяет зоны действия, формирует и контролирует единое правовое пространство. Следует отметить, что в одних случаях государство контролирует только часть общественных отношений, в других – почти все. От того, какова роль государства, куда сдвинут этот центр власти, зависит суть общественной системы.
Соглашаясь с данной теорией, в частности с типологией социального действия и с ролью духовных образований в развитии социума, мы сомневаемся в выводах, сделанных М. Вебером в отношении предопределенности исторического развития различных цивилизаций по западному образцу. В исследовании указанный недостаток мы учитываем как на парадигмальном уровне, так и на концептуальном. В частности, используем идеи М. Крозье, в основе которых лежит принцип рассмотрения социального субъекта в качестве действующего индивида, обладающего «ограниченной рациональностью» (он и творец: «голова, проект, свобода», и исполнитель, и существо, подверженное аффектам). Общество, с его точки зрения, есть совокупность интеракций, т. е. множество межличностных взаимодействий, принимающих форму «игры» и формирующих «коллективную ткань» жизни общества [133, с. 37]. Хотя заявления автора об определяющей роли «игрового» характера взаимоотношений не бесспорны, тем не менее в монографии принимается и развивается положение о том, что трансформация общества напрямую зависит от изменения сознания его членов, осуществляющих «коллективное обучение» новым отношениям в рамках социальных институтов.
Ряд авторов ставят вопрос о том, что «чрезмерная концентрация» на социально-психологических переменных может наносить ущерб производственным процессам, в результате чего «…содержательные границы концепта “организация” размываются. Его значение простирается от промышленного производства до группы по интересам – определение социального института вмещает все эти смыслы. А это принципиально неверно» [39, с. 40]. Авторы приводят также факты, свидетельствующие, что 80 % вновь созданных организаций распадаются, так и не решив проблему преобразования социальных интересов в экономический эквивалент. Когда организация терпит экономические трудности, люди чувствуют снижение качества социальных программ. Однако методологически, на наш взгляд, неверным представляется вывод о том, что организации, являясь институтами «экономическими», могут возникнуть только в параметрах этой системы, как и то, что «…организации не зависят от отдельных навыков определенного специалиста. В этом смысле организации безличны». [39, с. 43]. Любая организация является многомерным образованием, решающим как экономические задачи (производственные), так и социально-психологические в их единстве и целостности. Некорректно, на наш взгляд, противопоставлять эти группы задач. Это всего лишь разные аспекты анализа организаций и управленческой деятельности, без решения которых организация не может ни возникнуть, ни эффективно функционировать, ни искать и находить соответствие между внутренними ресурсами и ресурсами внешней среды. Современная психология осваивает идею многомерности, но этот процесс не может быть простым и столь очевидным для анализа его механизмов действия.
Социальный институт представляет собой исторически сложившуюся, устойчивую форму организации совместной деятельности людей. К таким институтам относятся семья, производство, государство, образование, собственность, церковь и др. В историческом аспекте наиболее древним является институт семьи, поэтому «социальные институты можно рассматривать как ткани, а семью – как клетку общества».[123] Социальные институты являются довольно устойчивыми образованиями, и длительность их существования несравнима с продолжительностью отдельной человеческой жизни. «Институт должен искать себе основу в обычае, подкрепляя себя силой. Фактически институты – это совершенные отражения нравственного несовершенства человеческой природы», – отмечал один из основателей цивилизационного подхода А. Тойнби.[124] В социологии традиционно выделяются четыре функции, которые выполняют социальные институты.
Наиболее отчетливо роль человеческого фактора проявляется в деятельности первичного звена экономики – на уровне отдельной фирмы. Как оказалось, люди готовы пожертвовать многим ради социальных институтов, реализующих их нематериальные устремления. В связи с этим в управлении современным производством особое внимание следует обращать на утверждение в самом процессе труда гуманистических ценностей (свободы, самореализации, уважения к личности). Опыт успешно действующих компаний показывает, что эффективность фирмы напрямую связана с созданием условий для наиболее полного использования способностей каждого работника, формированием атмосферы корпоративной культуры, что можно выразить идеей взаимного обогащения.[67] По мнению американских специалистов, «чем больше отдачи от корпорации получит персонал, тем больше он отдаст ей своих способностей и человеческого капитала в целом».[68] Таким образом, особенности современного этапа привели к принципиальному изменению системы научного управления производством и персоналом. Причем можно заметить, что по своей сути это изменение напоминает развитие общественных отношений (от традиционного до постиндустриального общества) и соответствующих социальных теорий.

Связанные понятия (продолжение)

Социальный контроль — механизм поддержания социального порядка, основанный на проверке фактически достигнутых результатов деятельности с ожидаемыми — нормативными или запланированными путём применения властных полномочий и санкций.
Теория организаций — это социологическое изучение формальных общественных организаций, таких как бизнес и бюрократия, и их взаимосвязи с окружающей средой, в которой они работают. Она дополняет исследования организационного поведения и управления персоналом.
Субполитика — это термин, введенный Ульрихом Беком, который описывает особый подход к восприятию того, что происходит вне рамок существующих политических институтов и определяет современные общественные процессы. Яркими примерами субполитики являются движения гражданского общества, деятельность транснациональных компаний, работа неправительственных организаций, а также достижения научно-технического прогресса. В современном обществе при смене парадигм происходит смещение рисков, которым подвергается...
Культура участия (иногда её называют «партиципаторной», от англ. participation — участие) — это «активистская политическая культура», «политическая культура участия» или, по-другому, тип политической культуры, который характеризуется активным участием граждан в политике вне зависимости от позитивного или негативного отношения к политической системе.
Организационное поведение (англ. organizational behaviour) — систематическое изучение и применение на практике знаний о том, как люди (индивиды и группы) взаимодействуют внутри организации. Организационное поведение — базисная научная дисциплина о причинах и факторах поведения людей в организации; область научных исследований, при которых используют теорию, методы и принципы различных дисциплин, с целью изучения индивидуальных представлений, ценностей, поступков при работе в группах и в целой организации...
Теория культуры Бронислава Малиновского (англ. Scientific theory of culture) — это структурно-функциональный подход к пониманию культуры британского антрополога польского происхождения Бронислава Малиновского. Согласно данной теории, культура представляет собой совокупность определённым образом организованных элементов, которые взаимодействуют между собой и зависят друг от друга. Основным двигателем культуры являются человеческие потребности (первичные и производные). При этом человек, удовлетворяя...
Социальный порядок — это максимально обобщенное понятие, организованности общественной жизни, упорядоченности социального действия и всей социальной системы.
Полити́ческая систе́ма о́бщества или полити́ческая организа́ция о́бщества — организованная на единой нормативно-ценностной основе совокупность взаимодействий (отношений) политических субъектов, связанных с осуществлением власти (правительством) и управлением обществом.
Концепция публичной сферы — это теоретическая модель, разработанная Юргеном Хабермасом, представителем Франкфуртского института. В одной из его ключевых работ «Структурная трансформация публичной сферы» (1991), указанное понятие раскрывается как площадка осмысленной дискуссии, конституированная на принципах доступности и равенства субъектов, происходящая в рамках правил, установленных и принятых в процессе взаимодействия.
Социàльная структу́ра — совокупность взаимосвязанных элементов, составляющих внутреннее строение общества. Понятие «социальная структура» применяется как в представлениях об обществе как о социальной системе, в которой социальная структура обеспечивает внутренний порядок соединения элементов, а окружающая среда устанавливает внешние границы системы, так и при описании общества через категорию социального пространства. В последнем случае под социальной структурой понимается единство функционально...
Живая экономика - (англ. – life economy, экономика жизни, жизненная экономика) – направление в экономической науке и течение в политической экономии, представленные современной теорией «живой экономики», показывающей экономику как сложную комплексную систему, состоящую из взаимосвязанных между собой элементов, организация и взаимодействие которых соподчинены и взаимосвязаны таким образом, что каждый элемент, функционируя по принципам и законам всей системы, при этом не является её точным подобием...
Теория модернизации — теория, призванная объяснить процесс модернизации в обществах. Теория рассматривает внутренние факторы развития любой конкретной страны, исходя из установки, что «традиционные» страны могут быть привлечены к развитию таким же образом, как и более развитые. Теория модернизации делает попытку определить социальные переменные, которые способствуют социальному прогрессу и развитию общества, и предпринимают попытку объяснить процесс социальной эволюции. Хотя никто из учёных не отрицает...
Социальная эволюция — «процесс структурной реорганизации во времени, в результате которой возникает социальная форма или структура, качественно отличающаяся от предшествующей формы» (Классен 2000: 7). Частным случаем социальной эволюции является социальное развитие. Основы общей теории социальной эволюции были заложены Гербертом Спенсером ещё до разработки Чарлзом Дарвином общей теории биологической эволюции.Большинство подходов 19-го и некоторые — 20-го века исследуют эволюцию человечества в целом...
Тео́рия социа́льных движе́ний, или тео́рия обще́ственных движе́ний (англ. social movements theory) – коммуникативная теория, имеющая целью узнать причины возникновения общественных движений, а также исследовать вклад общества и индивида в события социальной жизни.
Социальная организация общества (от позднелат. organizio — «формирую», «сообщаю стройный вид» < лат. organum — «орудие, инструмент») — установленный в обществе нормативный социальный порядок, а также деятельность, направленная на его поддержание или приведение к нему.
Обще́ственные отноше́ния (социа́льные отноше́ния) — это различные социальные взаимосвязи, возникающие в социальном взаимодействии, связанные с положением людей и функциями, выполняемыми ими в обществе.
История социологии — наука о социологии, как дисциплине и отрасли гуманитарного знания, процессе её становления и развития.
Общественная ценность (от англ. Public Value) обозначает ценность и полезность, которые организация представляет для общества. Концепт общественной ценности призван дать ответ на вопрос, что ценного и полезного создаёт организация для общества. При этом решающим фактором является новое понимание концепта создания «ценности», которая возникает только через оценку и принятие этой ценности обществом. Таким образом подчёркиваются функции поддержания стабильности в обществе и социальных изменений.
Регуля́торы обще́ственных отноше́ний — совокупность определённых норм, упорядочивающих поведение людей или состояние иных объектов регулирования в различных сферах жизнедеятельности.
Технокра́тия (греч. τέχνη, «мастерство» + греч. κράτος, «власть» греч. τεχνοκρατία) — гипотетическое общество, построенное на принципах меритократии, в котором власть принадлежит научно-техническим специалистам. Идея о полезности передать управление обществом отдельной категории людей — носителям знания, философам — впервые встречается у Платона в труде «Государство».
Корпоративная культура — совокупность моделей поведения, которые приобретены организацией в процессе адаптации к внешней среде и внутренней интеграции, показавших свою эффективность и разделяемых большинством членов организации. Компонентами корпоративной культуры являются...
Территориа́льная иденти́чность (территориальное самосознание) — 1) в социологии и политологии — результат отождествления индивидом себя как члена территориальной общности; 2) в географии — .
Кросс-культурный менеджмент (англ. cross-cultural management) — управление отношениями, возникающими на границе национальных и организационных культур, исследование причин межкультурных конфликтов и их нейтрализация, выяснение и использование при управлении организацией закономерностей поведения, свойственных национальной деловой культуре.
Солидарность — это единство (группы или класса), которое порождает единство интересов, задач, стандартов и взаимопонимание, или же основывается на них. Данное понятие отсылает к таким связям в обществе, которые объединяют людей в единое целое. Оно используется преимущественно в социологии, а также в иных общественных (социальных) науках или философии.
Нормативные теории масс-медиа Дениса Макуайла — это теории массовой коммуникации Дениса Макуайла, которые называются «нормативными». Они имеют дело с представлениями о том, каким образом должны работать медиа или чего от них ожидают. В теориях описывается, какие в идеале роли должны играть медиа. Теориями Дениса Макуайла рекомендована идеальная практическая деятельность. В них прогнозируются «идеальные варианты» последствий от такой деятельности. Основой теорий является не эмпирическое наблюдение...
Структу́рный функционали́зм — методологический подход в социологии и социокультурной антропологии, состоящий в трактовке общества как социальной системы, имеющей свою структуру и механизмы взаимодействия структурных элементов, каждый из которых выполняет собственную функцию. Основоположниками структурного функционализма считается известный американский социолог Толкотт Парсонс, который в своих исследованиях опирался на классические концепции Герберта Спенсера и Эмиля Дюркгейма, а также британского...
Интерговернментализм — это одна из теорий европейской интеграции, появившаяся вначале как критика неофункционализма и развившаяся впоследствии в отдельный подход к объяснению интеграционных процессов внутри Европейского союза. Особое распространение данная теория в виде либерального интерговернментализма получила в 90-е гг. ХХ в.
Социальное представление — категория, представляющая собой сеть понятий, утверждений, умозаключений, возникающих в повседневной жизни в ходе межличностного взаимодействия. Термин возник в рамках концепции социальных представлений французского социального психолога Сержа Московичи. С помощью социальных представлений человек как член социальной группы активным образом переосмысливает все происходящие в его социальном контексте явления и процессы.
Гражда́нское о́бщество — это сфера самопроявления свободных граждан и добровольно сформировавшихся некоммерчески направленных ассоциаций и организаций, ограждённых от прямого вмешательства и произвольной регламентации со стороны государственной власти, а также других внешних факторов. Согласно классической схеме Дэвида Истона, гражданское общество выступает как фильтр требований и поддержки общества к политической системе.
Социальная сеть (англ. social network) как объединение социальных позиций — социальных акторов и их связей — это основополагающее, общепринятое определение данного понятия. Социальная сеть (математически — социальный граф) состоит из группы узлов, которыми являются социальные акторы, и связей между ними (социальных взаимодействий) по поводу обмена ресурсами. Таким образом, в рамках социальной сети социальные акторы группируются на основе сходства занимаемых позиций, связей и по типу ресурсов, циркулирующих...
Социокультурный подход в образовании — научно-педагогическое направление, суть которого состоит в том, что жизненное разнообразие признаётся важнейшим ресурсом, отправным моментом для анализа ситуации, выявления образовательных проблем и их решения, основой развития образовательной практики.
Социа́льный капита́л — понятие в социологии, экономике и политологии, служащее для представления социальных связей и социальных сетей, рассматриваемых как ресурсы, используемые для достижения экономических, политических, социальных и других целей. Кроме этого, существует множество сходных определений и понятий (например, культурный капитал, гражданский капитал), которые объединяет общая идея о необходимости учета характеристик социума, в части взаимоотношений между людьми, при определении основных...
Секьюритизация (англ. securitization от англ. security — безопасность) — концепция, созданная в рамках Копенгагенской школы, в рамках которой вопросы в сфере международной безопасности рассматриваются через призму политического конструктивизма и классического реализма. В отличие от школы политического реализма данная теоретическая концепция изучает вопросы безопасности с точки зрения процесса, в котором актор (государство) возводит какую-либо проблему в ранг вопроса безопасности. Сам термин был впервые...
Институционализм, или институциональная экономика (англ. institutional economics), — школа экономической теории, изучающая эволюцию социальных институтов, таких как традиции, мораль, право, семья, общественные объединения, государство и др., и их влияние на формирование экономического поведения людей.
Социа́льные но́рмы — общепризнанные правила, образцы поведения, стандарты деятельности, призванные обеспечивать упорядоченность, устойчивость и стабильность социального взаимодействия индивидов и социальных групп. Совокупность норм, действующих в том или ином сообществе, составляет целостную систему, различные элементы которой взаимообусловлены.

Подробнее: Социальная норма
Организационная идентичность — культурное, социальное, реляционное и индивидуальное изображение самоопределения индивида. Сложная идентичность включает групповое членство, а также межличностное и индивидуальное осмысление вовлеченности.
Концепция международного общества — это теория, которая чаще всего ассоциируется с работами Хедли Булла и английской школой международных отношений. Согласно этой концепции, государства способны создавать международные институты и следовать международным нормам, руководствуясь своими или общими целями и интересами.
Коэффициент культурного развития (англ. cultural quotient, CQ) — термин, используемый в бизнесе, образовании, правительственных делах и научных исследованиях. Под культурной компетентностью может пониматься способность адаптации и эффективной работы в различных культурах. Изначально, термин «культурная компетентность» и аббревиатура «CQ» были выведены в ходе исследования Суна Анга и Линн Ван Дина, которое было посвящено основным способам измерения и прогнозирования кросс-культурной производительности...

Подробнее: Культурная компетентность
Непрерывное образование — это процесс роста образовательного (общего и профессионального) потенциала личности в течение всей жизни на основе использования системы государственных и общественных институтов и в соответствии с потребностями личности и общества. Необходимость непрерывного образования обусловлена прогрессом науки и техники, широким применением инновационных технологий.
Социа́льная гру́ппа — объединение людей, имеющих общий значимый социальный признак, на котором основано их участие в некоторой деятельности, связанной системой отношений, которые регулируются формальными или неформальными социальными институтами.
Неограмшизм (неограмшианство) — это критическая теория, которая изучает каким образом соотношение различных социальных сил (классов), их материальных возможностей, а также продвигаемых ими идей и институтов формирует политическую систему в рамках одного государства и, определяя поведение любого государства на международной арене, формирует систему международных отношений в целом.
Экономическая социология — направление социальных исследований, предполагающее анализ экономической деятельности с позиций социальной теории.
Социа́льная безопа́сность — состояние социальных взаимодействий и общественных отношений, которые исключают политическое, экономическое, духовное подавление личности и социальных групп, применение насилия и вооруженных сил по отношении к ним со стороны государства и (или) других социальных субъектов для достижения своих целей.
Теория текста и диалога - это одна из теорий организационной коммуникации, которая иллюстрирует, как общение формирует организацию. При простейшем объяснении теории организация создается и определяется посредством коммуникации. Коммуникация - это и есть организация, и организация существует, потому что происходит коммуникативный процесс.
Социальная инженерия — совокупность подходов прикладных социальных наук, которые ориентированы на целенаправленное изменение организационных структур, определяющих человеческое поведение и обеспечивающих контроль за ним.

Упоминания в литературе (продолжение)

Обеспечение благополучия и стабильности в социуме опосредовано общественным интересом. Самой очевидной в смысле однозначности и самой потенциально доступной (в смысле массового созерцания) формой выражения общественного интереса является право как социальный институт. Именно он по определению призван регулировать легитимные формы реализации интересов социальных субъектов. Если в течение обозреваемого периода соотнести изменения в объемах понятий «предпринимательские отношения» и «нормативно-правовая база, регулирующая предпринимательские отношения», то можно выделить три основных периода, в каждом из которых функционировали особенные механизмы взаимодействия социальных целей предпринимателей и социальных ожиданий общества. Четкие хронологические рамки этих периодов обозначить затруднительно в силу размытости границ. Однако их качественное описание мы можем дать вполне определенно. Первый период отличался ярко выраженно «догоняющей» легитимизацией предпринимательских отношений, которые по своей сути уже были апробированы хозяйствующими субъектами. В рамках этого периода объем первого понятия «предпринимательские отношения» существенно превосходил объем второго понятия «нормативно-правовая база, регулирующая предпринимательские отношения». Для второго периода характерен баланс в объеме указанных понятий. Тем самым мы можем говорить, что механизмы регуляции носили упорядывающий характер. Качественное отличие третьего периода состоит в опережающей разработке перспективной нормативно-правовой базы, например, в рамках государственно-частного партнерства. Хорошо разработанная юридическая основа не только обеспечивает нынешние актуальные потребности предпринимателей в осуществлении легитимного взаимодействия с другими хозяйствующими субъектами, но также определяет потенциальный спектр и общественно значимые горизонты будущего экономически весомого и социально необходимого функционирования предпринимателей в обществе и государстве во имя стабильного и конструктивного развития социума.
Социальные институты образуются на основе социальных связей, взаимодействий и отношений индивидов, социальных групп и общностей и представляют собой самостоятельные общественные образования, подчиненные собственной логике развития. Они включают в себя системы ценностей, идеалов, образцов деятельности и поведения, обязательных для всех людей, включенных в социальный институт, и тем самым гарантируют сходное поведение людей, направляют их стремления в определенное русло, устанавливают способы удовлетворения их потребностей, разрешают конфликты, возникающие в повседневной жизни, обеспечивают состояние равновесия и стабильности в рамках той или иной социальной общности и обществе в целом.
Современная наука исходит из понимания права как нормативной, структурированной и интегрированной системы, характеризующейся своей институционализированной формальной санкцией, цель которой состоит в регулировании социальной организации. Формалистической теории нормативизма была противопоставлена институциональная теория (Санти Романо, М. Ориу)[5], которая полноценно ввела понятие института, начиная с фазы создания права и заканчивая его интерпретацией и применением. Этот подход получил развитие в рамках современного неоинституционализма (Д. Норт), связавшего воедино понятие института, его нормативной и когнитивно-информационной структуры. Институт выступает как реализованная в повседневной практике норма поведения, ставшая устойчивой и типичной. «Институты – это „правила игры” в обществе, или, выражаясь более формально, созданные человеком ограничительные рамки, которые организуют взаимоотношения между людьми»[6]. Неоинституциональная школа подвергает критике прежде всего антинормативизм классического институционализма. Свою задачу она видит в выявлении самостоятельного значения правовой нормы в конструировании социальных отношений и самих институтов в рамках социальной и когнитивной адаптации индивидов. В этом смысле право как система норм есть реальность, определяющая функционирование социальных институтов (поскольку нормы создают информационную основу формирования структуры институтов и их деятельности). Практический вывод из неоинституционального подхода к праву состоит в рассмотрении права и правовых норм как важнейшего фактора организации и трансформации общества. Синтез элементов нормативизма, институционализма и функционализма с позиций когнитивно-информационной теории становится возможен в рамках такого направления, как метаюриспруденция.
Данная концепция предусматривает новое качество отношений семьи и государства в триаде «семья-личность-государство». Оно отражено в системе следующих положений, касающихся: предоставления семье реальных социальных прав и гарантий функционирования; формирования партнерских отношений семьи и государства, достижение рационального баланса интересов в системе «семья-личность-государство»; обеспечения суверенитета семьи, необходимых условий для реализации ее потенциала, ее функций как субъекта социальных отношений; конституциализации семьи как социального института, включение ее в качестве самостоятельного целостного объекта в систему социальных отношений; усиления ориентации социальной политики на семью; целенаправленного учета институциональных интересов семьи в процессе общественного развития государственной деятельности; рассмотрения семейной политики как самостоятельного направления государственной политики, специальной системы государственной деятельности; определения предмета семейной политики на основе дифференциации общесоциальных и специфических институциональных проблем семьи, а также введения обязательной феминистической экспертизы условий жизнедеятельности семей, применяемых органами власти решений и др.
Социолог особо выделяет сферу высшей реальности. У М. Вебера она была представлена как проблема смысла действий, структурирования в культурной системе смысловых ориентаций. Т. Парсонс движется в русле веберовских интерпретаций, считая, что легитимация происходит «в горизонте религиозного сознания и терминов». Самодостаточность общества в значительной степени зависит от легитимизированности его институтов ценностями, которые разделяются большинством людей. Поэтому общественный призыв, являющийся формой проявления общественного интереса, всегда обоснован. Это проверка лояльности. Регулирование лояльностей осуществляется социальным институтом государства.
Система социальной защиты в науке наиболее часто рассматривается как социальный институт (И.Н. Ефимова, В.Д. Роик, Л.П. Якушев и др.) и как одно из основных направлений социальной политики государства (Н.А. Волгин, В.И. Жуков). Так, Л.П. Якушев основную цель деятельности института социальной защиты, призванного решать социальные проблемы населения и их жизненно важные потребности, связывает с соблюдением правовых и законодательных норм граждан. Данный подход, по его мнению, опирается на позицию Международной организации труда, в основе которой лежит институциональное строение национальных систем социальной защиты как комбинации разных институтов социального страхования и социальной помощи[2].
Первые годы независимого существования Украины, при всех политико-реформистских и рыночных экспериментах новой власти, практически не привели к становлению новых институтов, обладающих легитимным статусом в обществе и действенной институциональной инфраструктурой. В этих условиях обнаруживалось все больше свидетельств восстановления легитимности элементов советской институциональной системы: государственного патернализма, коммунистической партии, «псевдоприватизированных» (якобы акционерных) предприятий и т. п. Многие старые социальные институты начали все более активно функционировать в новых социальных условиях. Вместо ожидаемого их вырождения произошло своеобразное перерождение, образно говоря – «реинкарнация». Благодаря этому в социальной структуре постсоветского общества сохранились многие статусные и ролевые позиции для социальных акторов, занимавших аналогичные позиции в прошлом. Так, например, в новых государственных структурах оказалась практически без материального, социально-статусного и морального ущерба старая номенклатура.
Рассматривая далее различные подходы к определению специфики предмета социальной работы, можно заметить, что авторы (порой неосознанно) фиксируют различные аспекты таких связей, как призрение нуждающихся, социальная поддержка, социальная помощь, социальная реабилитация, социальная коррекция, социальная защита и др. Но во многих точках зрения до сих пор отсутствует системно-интегративный подход. Так, одни ученые под предметом теории социальной работы понимают пути и способы эффективности реализации функций социальной работы, ее кадрового и информационного обеспечения; структурно-функциональный анализ деятельности различных государственных и общественных институтов социальной защиты и поддержки населения. Другие ученые считают, что теория социальной работы – это наука о закономерностях и принципах функционирования и развития конкретных социальных процессов, их динамики под влиянием психолого-педагогических и управленческих факторов при защите гражданских прав и свобод личности в обществе.
Рассмотрение права как формы социальной организации (предложенное школой юридического реализма) подчеркивает его роль в конструировании социальной реальности, осуществлении своего рода социальной инженерии, состоящей в гармонизации интересов в условиях конфликта, достижении социальных целей и удовлетворении социальных нужд, что способствует интеграции индивидов в определенную социальную структуру. Право организует нормативную структуру общества, общественное поведение индивидов и активно вмешивается в модернизацию социальной и экономической структуры. С этим связана еще одна чрезвычайно важная функция права – легитимация новых социальных институтов (как единства процессов и норм), особенно в условиях быстрых социальных преобразований.
Следующим шагом в рассмотрении общества как системы становится определение способа организации его элементов. Ответ дал функционализм, который утверждает, что общество объединяет свои элементы не путем их непосредственного взаимодействия, а на основе их функциональной зависимости. Функциональная зависимость, это то, что придает совокупности элементов такие свойства, которыми в отдельности не обладает ни один из них. И первым, кто попытался начать анализ общества как системы с выявления функций, был Т. Парсонс. Он считает, что социальная система не может существовать без этих функций. К ним он относит функции 1) адаптации, 2) целедостижения, 3) сохранения и воспроизводства структуры, 4) интеграции (включения в систему новых поколений). Выделив функции, Парсонс выделяет подсистемы общества (экономика, политика, культура, родство), которые у него выступают в качестве исполнителей этих функций, а внутри их – социальные институты, которые непосредственно регулируют эти процессы (государство, партии, заводы, банки, школы, семьи и т.д.).
Современное образование является сложнейшей формой общественной практики, его место и роль на данном историческом этапе исключительны и уникальны. Сегодня образование оказывается самым масштабным и, может быть, единственным социальным институтом, через который осуществляется трансляция и воплощение базовых ценностей и целей развития российского общества. В условиях радикального изменения идеологических воззрений, социальных представлений и идеалов именно образование позволяет осуществить адаптацию к новым жизненным формам, поддержать процесс воспроизводства социального опыта, закрепить в общественном сознании и практике новые политические реалии и новые ориентиры развития.
С 1920-х годов происходит активная специализация социологии. Сейчас она объединяет свыше 40 отраслей (семьи, города, права, медицины, образования, труда, катастроф, науки, религии, предпринимательства, управления и т. д.), и их количество постоянно растет. По мере развития общества расширяется и круг изучаемых явлений и процессов внутри каждой отрасли. Так, в рамках социологии семьи до 1970-х гг. не рассматривался такой феномен, как пробный брак, но когда он получил массовое распространение (особенно в молодежной среде), его начали изучать наравне с другими явлениями, относящимися к данному социальному институту. В социологии образования интерес исследователей привлекают сейчас коммерционализация высшей школы, переход многих отечественных вузов на платную форму обучения, введение ЕГЭ, элементы рыночных отношений в школе и т. д. К каким последствиям приведут эти изменения, как скажутся на социальной структуре общества, не углубят ли социального неравенства, не станут ли противоречия в системе образования тормозом общественного развития страны – в поиске ответов на эти вопросы социологи принимают самое активное участие.
В шестой главе проводится социологическое обоснование инновационного курса развития белорусского общества. Выделено четыре наиболее важных, с нашей точки зрения, направления социологического анализа. Первое – это рассмотрение содержания понятия социальных инноваций, их отличия от технологических, экономических и других, классификация, этапы развития. Второе – раскрытие методологической основы оценки кадров, тестовых, системных и других методик диагностики в контексте инновационного развития. Третье – анализ социального капитала разного уровня общностей – диады, социальной сети, коллектива, общества в целом. Основа социального капитала – это интерактивное доверие между людьми, а также доверие населения социальным институтам, органам власти и управления. Социологические данные свидетельствуют о достаточно высоком уровне доверия в Беларуси, который сохранился и даже вырос в отношении к некоторым институтам и органам власти в период борьбы с кризисом. Четвертое – изучение инновационных установок населения, готовности людей к позитивному восприятию новшеств, личному участию в инновационном поиске и внедрении результатов.
Поскольку риски тесным образом связаны с общественными благами и процессом их производства, то доминирующими общественными стратегиями в этот период стали сохранение, сбережение и защита. Из поля зрения управленцев уходит забота о благосостоянии общества и прогрессивном векторе его развития. Главные управленческие ресурсы тратятся на обеспечение безопасности приобретенного. В этом стремлении к всеобщей безопасности средства, затрачиваемые на ее обеспечение столь велики, что становятся экономически и управленчески нецелесообразными. На уровне управления обществом и социальными процессами мы приобретаем все новые и новые виды рисков, связанные с криминальным характером общественных отношений[3]. В этот период производство рисков вытесняет производство общественных благ, когда возрастает уровень криминализации общества и отдельных социальных институтов, экономический капитал вывозится за границу и находит соответствующие пути легализации, лекарства становится купить труднее, чем наркотики, государство перестает выполнять функцию гаранта безопасности общества, выборы осуществляются на основе грязных политических технологий, на первый план выходят псевдополиттехнологи и заказные политические эксперты[4]. В этом ключе можно переформулировать вопрос, заданный П. Бурдье по отношению к социологии. А именно: насколько ангажированным становится социологическое знание и насколько в связи с этим социологии удается практиковать «наблюдение второго порядка», т. е. выходить в поле рефлексии и осмысливать собственные значения и действия.
1) совокупность норм и ценностей. Их возникновение и группировка в конкретной системе обусловлены содержанием конкретной решаемой социальным институтом задачи. Нормы и ценности определяют характер и содержание деятельности (поведения) элементов данной социальной системы. Под элементами социальной системы понимаются люди, которые занимают определенные социальные позиции и выполняют свои социальные функции, приводя в движение данную социальную систему. Таким образом, социальный институт как социальная система не выступает как абстрактное обезличенное устройство, а предполагает включенность в него людей, взаимодействия между которыми порождают социальные отношения по поводу реализации основной общественной функции института;
Общество как сложный организм имеет для каждой потребности или функции определенный орган, и развитие обществ происходит через дифференциацию или деление существующих органов. Развитие происходит не только делением имеющихся социальных институтов, но и путем отмирания некоторых и появления абсолютно новых социальных институтов. Спенсер обосновал идеи либерализма с позиций социологии. Он выступил с мнением, что государство по своей сути есть акционерное сообщество для защиты интересов его членов.
Таким образом, согласно П. Штомпке, в ходе развития социологии оформилось семь основных точек зрения на то, что такое общество. Первую, наиболее конкретную, позицию он называет демографическим подходом, согласно которому общество представляет собой систему социальных институтов и организаций. Второй подход определяется как групповой; согласно ему общество состоит из целостных систем, основанных на внутренних взаимосвязях групп. Третий можно назвать системным подходом, представляющим общество как основанное на внутренних взаимосвязях статусов и ролей. Четвертый – структурный подход, при котором общество предстает как сеть отношений между людьми, т. е. уже не как совокупность объектов, а как совокупность форм и способов отношений людей к самим себе и друг к другу. Пятый – активистский подход, согласно которому общество выступает как конгломерат взаимно ориентированных действий отдельных социальных единиц. Шестой – культурологический подход, при котором общество выступает как матрица распределенных между группами людей значений символов и правил, оказывающих влияние на действия людей. Седьмой подход определяется как событийный; он позволяет представить общество как непрерывно изменяющееся поле, заполненное общественными событиями. С этой точки зрения общество не «существует», а «формируется», находится в процессе постоянного «становления». Эти семь подходов, или семь парадигм, не исключают, а взаимно дополняют друг друга. Мы можем рассматривать их как взаимодополняющие и пользоваться ими одновременно. Общество – это многомерное явление, имеющее множество аспектов и существующее на всех названных выше уровнях.
Блау также считал, что общий смысл эмерджентности состоит в том, чтобы описывать социальные системы как целое, а не как сумму составляющих элементов. Но эмерджентные свойства, по его мнению, должны быть определены как интерактивный эффект социального взаимодействия, а не культурные артефакты, «тотальная воля» или «душа» народа. Блау выделил четыре фактора, обеспечивающие эффект эмерджентности: свойства составных элементов общественной системы, их внутренние взаимоотношения (включая социальные интеракции и коммуникации), гетерогенные свойства системы (стратификация, разделение труда, гендер и т. п.) и структурные свойства «высшего порядка», то есть обобщенные характеристики инфраструктуры общества. Социальный обмен, возникающий под влиянием всех этих факторов, уже не может рассматриваться как элементарное взаимодействие неких индивидов, стремящихся извлечь выгоду. Благодаря эффекту эмерджентности результатом социального обмена становится нечто большее – некий субстрат, определяющий системную целостность всех существующих в данном обществе моделей социального действия, социальных институтов и структур. Блау считал, что непосредственным выражением этого субстрата социального обмена являются поведенческие нормы и этические ценности. «Общие ценности могут быть восприняты как опосредующие звенья в социальных сделках, расширяющие границы социального взаимодействия и структуры социальных отношений в социальном пространстве и времени, – писал он. – Консенсус в вопросе о социальных ценностях служит основой для выведения социальных взаимодействий за рамки прямых социальных контактов и для установления социальных структур на период более долговечный, чем протяженность человеческой жизни»[141].
Под экономической культурой подразумевается социальный феномен, проявляющийся как «особый способ хозяйствования, при участии многообразных субъектов общественных отношений (индивидов, социальных групп, слоев общества) в экономической жизни общества на основе принятых ими экономических воззрений, норм, ценностей, социально-экономических отношений, социальных институтов, экономического поведения, представленный в характере, результатах материального и духовного труда и играющий важную роль в обеспечении стабильности социума».[10] Другими словами, можно сказать, что экономическая культура – способы экономического поведения и действия людей в любую эпоху.
Под экономической культурой подразумевается социальный феномен, проявляющийся как особый способ хозяйствования, при участии многообразных субъектов общественных отношений (индивидов, социальных групп, слоев общества) в экономической жизни общества на основе принятых ими экономических воззрений, норм, ценностей, социально-экономических отношений, социальных институтов, экономического поведения, представленный в характере, результатах материального и духовного труда и играющий важную роль в обеспечении стабильности социума.[22] Другими словами, можно сказать, что экономическая культура – способы экономического поведения и действия людей в любую эпоху.
Трактовка социальной ответственности как корпоративной, в свою очередь, определила основной субъект ее анализа. Данный подход представляется весьма удачным. Во-первых, именно ведущие корпорации находятся на переднем крае дебатов о социальной ответственности, именно их деятельность порождает наиболее острые проблемы взаимодействия бизнеса и общества, равно как и генерирует лучшие практики социально-ответственного поведения. Во-вторых, этот подход позволяет построить управленческие модели, описывающие корпорацию как наиболее сложную организационную форму ведения бизнеса, по сравнению с которой прочие формы, включая характерные для средних и малых предприятий, можно рассматривать в качестве частных случаев. В-третьих, он помещает в фокус анализа корпорацию (в общем виде – любую фирму), выступающую центральным элементом системы, объединяющей бизнес в целом, конкретную фирму и менеджеров, принимающих управленческие решения. Кроме того, анализ корпоративной социальной ответственности требовал ответа на вопрос, является ли корпорация социальным институтом, а если да, то в какой степени. Иными словами, анализ сущности КСО постепенно становился составной частью дискуссии о природе современной корпорации.
В рамках социальных отношений и взаимодействий биоэтика, оценивая степень напряжения во взаимоотношениях науки и общества, посредством аксиологических механизмов не только регулирует медицинскую практику, но и определяет границы морального выбора и моральной ответственности, выступает в качестве социального контроля современного научного знания. Социальный контроль, содержащий социальные нормы, т. е. ожидания, предписания и требования, регулирующие взаимодействие между людьми, становится неотъемлемым элементом любого социального института. В профессиональной деятельности институциональный социальный контроль подразумевает прежде всего контроль над компетенцией исполнителя, где этико-аксиологическая компонента имеет большое значение.
Господствовавшая до середины XX в. научная картина мира с центральной идеей об универсальной природе человека и единых, объективных законах мироздания выступала детерминантой представлений не только о возможности, но и о необходимости заимствования социальных институтов вообще и правовых институтов в частности. В этом контексте насильственное принуждение одним обществом другого рассматривалось как благо, как действия, которые «имеют целью прогресс и на самом деле приводят к прогрессу»[104]. В условиях жизненных реалий осуществление подобных проектов нашло свое отражение в политике прямого и косвенного колониализма, в формировании устойчивого убеждения о том, что стоит принять «правильные» (европейские) законы и жизнь превратится в «правильную» (как в Европе).
Г. И. Козырев видит социальное взаимодействие как «процесс непосредственного или опосредованного влияния социальных субъектов (акторов) друг на друга. В процессе взаимодействия происходит обмен информацией, знаниями, опытом, материальными, духовными и иными ценностями; индивид (группа) определяют свою позицию относительно других, свое место (статус) в социальной структуре, свои социальные роли. Роль, в свою очередь, предписывает индивиду определенные образцы поведения и делает взаимодействие предсказуемым. Сама социальная структура, социальные отношения и социальные институты являются результатом различных видов и форм социального взаимодействия» (Козырев 2005: 127).
Особое значение имеет материалистическая диалектика, утверждающая принципы всеобщей связи и развития, взаимодействия и взаимообусловленности государства и права, общественных институтов, наличие причинно-следственных связей между различными, но взаимосвязанными событиями. Так, государство понимается как развивающийся важнейший социальный институт, на становление и эволюцию которого влияет значительное количество факторов. В свою очередь, само государство способно изменять отношения внутри и вовне. Существует причинная связь между сменами типов и форм государств, глее причины социально-экономического характера играют первостепенную роль: наличие различных форм собственности, классовые различия, уровень развития производства и управления им. Развитие права, прежде всего законодательства, также детерминировано факторами экономического, материального порядка. Государство и право должны рассматриваться применительно к конкретно-историческим условиям их функционирования, во взаимодействии с другими социальными явлениями, процессами, изменяющимися отношениями. Государство и право не статичны, находятся в постоянном движении и развитии.
В силу этого успешность достижения цели образования, состоящей в интеллектуальном, духовно-нравственном и профессиональном развитии человека и общества, зависит и от осознания государством названных целей, качественных изменений характера отношений с индивидами с тем, чтобы возникла востребованность в обществе гражданских качеств каждого из них. Речь идет об установлении гармоничных отношений, то есть основанных на общечеловеческих ценностях, между государством, обществом и личностью. Эту задачу призвано решать образование как государственный и социальный институт, как гуманитарная целостность (система).
2. Социологический подход исходит из модели социального человека («homo sociologicus»), главной чертой которой является отказ от акцента на личном интересе индивида. Эта модель приписывает автономию и главенствующую роль обществу, т. е. социальным институтам, нормам и правилам поведения. Индивид рассматривается здесь в совокупности своих социальных связей и включенности в разнородные социальные структуры[22].
В узком смысле слова социальное управление есть целенаправленное воздействие на процессы, протекающие в социальной сфере общества. Предметом социологического изучения социальной сферы являются условия жизнедеятельности людей, социальные отношения и связи между ними, социальные институты и организации. При этом социология управления изучает управленческий процесс с точки зрения его системного функционирования. Социальное управление ставит целью достижения нормативно установленного на данный момент уровня социально-значимых потребностей людей.
Обратившись к работам Ж.Т. Тощенко, находим следующее определение социальной технологии как совокупности «последовательных операций, процедур целенаправленного воздействия и реализации ранее намеченных планов (программ, проектов) и получения оптимального социального результата. Социальная технология – важнейший элемент механизма управления, средство перевода языка намерений на конкретный язык практики управления»[38]. Основывая свой анализ на определениях социальной технологии, данных В.Г. Афанасьевым, М. Марковым, А. Зайцевым, В.Н. Ивановым, В.И. Патрушевым, Ж.Т. Тощенко отмечает, что «сущность социальных технологий может быть раскрыта только через систему выявления и использования потенциала социальной системы, «человеческого ресурса» в соответствии с целями и смыслом человеческого существования и посредством совокупности методов, процедур, операций, приемов специального воздействия, всех современных возможностей творческой деятельности как субъектов управления, так и социальных институтов в целом»[39].
Ценности и нормы образуют единые комплексы – нормативно-ценностные системы. В основе любой сферы человеческой деятельности мы можем обнаружить такую нормативно-ценностную систему. Деятельность всякого социального института от религиозной секты до Академии наук, от политической партии, до семейного круга строится на том или ином нормативно-ценностном фундаменте. Именно в нем аккумулируется социальный опыт, который есть не что иное как совокупность определенных программ эффективной (результативной) целесообразной деятельности.
Учет многообразия принципов государственной кадровой политики и их успешное применение возможно в том случае, если кадровая политика формируется на основе изучения тенденций социального развития и представлена социальными институтами государства, носит обязательный характер для всех субъектов кадровой политики, в качестве объекта выступают человеческие ресурсы, в частности, кадровый потенциал всех сфер общества.
3) Изменение положения адаптанта во внешней среде в ходе адаптации. Адаптация по данному критерию осуществляется в зависимости от характера изменений во внешней среде. Изменения могут быть связаны, во-первых, с появлением новых социальных институтов, процессов, социальных групп и прочее. В этом случае адаптация является ответом на инновации. Во-вторых – модификаций уже существующих социальных институтов, организаций и прочих их усложнением или упрощением. Это адаптивный ответ на трансформации. Согласно Т. Парсонсу, есть четыре возможности «ответа» для обществ, не вовлеченных непосредственно в процесс инновации на инновационные изменения в другом обществе. Во-первых, инновация может быть разрушена ими – более сильными, хотя и менее развитыми обществами-соперниками. Если инновация является только культурной, и ее трудно разрушить полностью, она может приобрести огромное значение даже после того, как разрушено общество, ее породившее. Во-вторых, уровни конкурентно-способности доноров и реципиентов инновации могут быть выровнены посредством адаптации инновации. Очевидным и важным примером является в настоящее время движение неразвитых стран к модернизации. Третьим вариантом является установление изолированной нише, которой общество, игнорируя инновацию другого общества, может продолжать сохранять относительно неизменной свою старую структуру. Последней возможностью, для общества «без инновации» является потеря им социетальной идентичности, через дезинтеграцию или поглощение большей социетальной системой, несущей инновацию. Эти возможности являются типовыми, созидающими многие сложные комбинации и переходы.
Здесь нужно отметить важный аспект – отличие концепции Гурвича от теории социальных фактов Дюркгейма. Если для последнего социальный факт – любое явление, связанное с принуждением, идущим из сферы коллективного сознания либо же от социальных институтов, то для Гурвича нормативные факты – это сами формы общения, вне которых право не может существовать как таковое (при этом принуждение не является обязательным признаком права, а нормативные факты по определению не зависят от социальных институтов). Нормативные факты возникают на основе общезначимых ценностей и развиваются во взаимодействии индивидов и социальных групп, в результате чего появляются и приобретают общезначимую форму субъективные притязания и коррелирующие с ними обязанности.
Функции социальных институтв также делятся на явные и латентные. В социальных институтах явные институты являются ожидаемыми, значимыми, которые в свою очередь декларируются в нормативных актах. Явные функции институтов выступают в деятельности образовательных институтов. Институт образования помогает человеку в приобретении грамотности, ценностей и т. д. Латентные функции проявляются непреднамеренно, т. е. являются итогом деятельности институтов и их участников. К латентным функциям относится факт приобретения социального статуса и роли человека в обществе.
Помимо антрополого-социальных коммуникативных предпосылок можно выделить и специфические (структурно-функциональные) предпосылки возникновения государства. Дело в том, что государство не является таким же универсальным социальным институтом, как право. Возникновение государства связано не только с ментальными, социопсихическими и социокультурными предпосылками, но и со структурно-функциональными изменениями, происходившими в древнем обществе, которые, по версии, разработанной французским мыслителем П. Бурдье, были обусловлены концентрацией в рамках общества различных видов ресурсов: карательных (войско, стража, палачи), экономических (финансовые средства, собственность), информационных (язык, менталитет, способы коммуникации), символических (право, религия, ритуалы, привилегии и т. и.).
Третье поколение прав охватывает права коллективные или солидар ные, вызванные глобальными проблемами человечества и принадле жащие не столько каждому индивиду, сколько целым нациям, народам (право на мир, благоприятную окружаю щую среду, самоопределение, социальное и экономи ческое развитие и пр.). Право на информацию также относиться к правам третьего поколения. Данные права стали возникать во второй половине ХХ столетия после Второй мировой войны на фоне освобождения многих стран от колониальной зависимости, усугубления экологических и гуманитарных проблем и находятся во многом еще на стадии становления в качестве юридичес ки обязательных норм. Государство нацелено на создание эффективной системы обеспечения прав граждан и социальных институтов на свободное получение, распространение и использование информации как важнейшего условия демократического развития.
Одни социальные институты представляют собой просто системы правил деятельности, системы, гораздо более сложные, чем отдельные нормы, являющиеся достаточно крупной совокупностью взаимосвязанных норм или даже норм и ценностей. Такими нормативно-ценностными системами являются, например, упомянутые институты брака или собственности. В других институтах образующие их нормативно – ценностные системы находят еще некое организационное оформление или воплощение, т. е. образуются институционализированные организационные системы, каковыми являются упоминавшиеся системы образования, здравоохранения и др.
Актуальность проблемы подготовки психологов для работы в бизнесе. В современной жизни нашей страны роль бизнеса возросла практически во всех сферах деятельности человека и общества: в экономике, политике, общественной жизни, культуре и т. д. Сам бизнес за последние годы претерпел значительные изменения. Если на начальных этапах он носил более стихийный характер, то теперь мы видим, что ситуация меняется. Бизнес постепенно становится важным социальным институтом, в котором растет осознание значимости гуманистических принципов и ценностей, социальной ответственности и «человеческого фактора» как основы успеха. Хотя этого нельзя сказать про все без исключения бизнес-структуры, но в целом современный бизнес уже более подготовлен к использованию психологических технологий в самых разных сферах.
На свойство ценности быть основанием культуры обращают внимание многие исследователи общественных и этнических отношений, журналистики и массовой коммуникации. Социолог Э. А. Капитонов указывает, что «ценность выступает основанием всякой культуры, а ее саморазвитие является последовательной сменой и накоплением общечеловеческих ценностей. Функцию приобщения к ней выполняют социальные институты научения, образования, воспитания, несущие на себе отпечаток культуры данного общества, народа, социальной группы»[10]. Одним из таких институтов является журналистика, выполняющая функции воспроизводства культуры и, соответственно, ценностей. Однако вопрос о существовании общечеловеческих ценностей заключается не столько в их определении с целью достижения социального и национального согласия, а сколько в том, кто их определяет, с какой целью в категорию общечеловеческих ценностей упорно зачисляют то демократию, то рыночные отношения, то частную собственность.
XX в. вносит существенные коррективы в понимание политического, ядром которого является государство. Меняется видение мира политики: от «государственного моноцентризма» к «социальному полицентризму», формально отдавая приоритет обществу и индивидам, по сравнению с государством и его институтами. В мировой политической практике на смену монополии государственной власти приходят идеи плюрализма, усиления значения различных социальных институтов гражданского общества и административных институтов, разделяющих и контролирующих власть. Логическим завершением данного направления исследования политического, является вывод Ю. Хабермаса о том, что «политическое трансформировалось в программу самоподдержания административной подсистемы» и политическое уже не является серьезной философской проблемой»[1].
Значительное внимание Вебер уделял также исследованию вопросов социологии власти. По его мнению, организованное поведение людей, создание и функционирование любых социальных институтов невозможно без эффективного социального контроля и управления. Идеальным механизмом реализации отношений власти он считал бюрократию – специально созданный аппарат управления.
В переговорном процессе следует учитывать тот факт, что глобальный финансово-экономический кризис, который аккумулировал в себе масштабный политический кризис на уровнях мега-, макро- и микрориска, во многом является кризисом системы духовных ценностей, пренебрежения ими в угоду материальных ценностей и модели процветания, о чем писали начиная с 80-х гг. ХХ в. Д. Белл, Э. Тоффлер, В. Степин, В. Иноземцев и др. Они подчеркивали, что ориентация на приоритеты материального богатства и выгоды не решает все проблемы западного общества. «Ценностная система капитализма, как замечает Д. Белл, воспроизводит идеи благочестия, но сейчас они стали пустыми, ибо противоречат реальности – гедонистическому образу жизни, насаждаемому самой системой. Технократическое общество не является обществом, облагораживающим человека. Материальные блага дают только мимолетное удовлетворение или порождают примитивное чувство превосходства по отношению к тем, у которых их нет. Однако одной из наиболее глубинных движущих сил человека является стремление освятить социальные институты и системы верований, что сообщает смысл жизни. Постиндустриальное общество не в состоянии обеспечить трансцендентальную этику, кроме тех немногих, кто посвятил себя служению науки»[4]. Если ранее в традиционном обществе, как подчеркивает Э. Тоффлер, существовало несколько относительно постоянных структур, с которыми человек мог идентифицироваться, то сейчас существуют тысячи временных субкультур. «Мощные узы, которые связывали индустриальное общество – узы закона, общих ценностей, централизованного и стандартизированного образования и культурного производства, – сейчас разорваны. Все это объясняет то обстоятельство, что города вдруг «не поддаются контролю», а университетами «невозможно управлять»… Прежние пути интеграции в общество, методы, основанные на единообразии, простоте и постоянстве, более не эффективны… Вот почему нам часто кажется, что наше общество трещит по швам. Так и есть»[5].
В государстве политическая власть является ядром политической системы общества, ее организационным и регулятивно контрольным началом. Она определяет все другие социальные институты и отношения в самой политической системе общества. Прямо или косвенно политическая власть воздействует на развитие всех других общественных систем – экономической, социальной, духовной и др. Безусловно, к понятию «политическая власть», применимо приведенное выше общее определение власти как таковой. Однако нельзя забывать, что политическая власть имеет и свою специфику. Ее отличительными признаками являются:
История западной экономической мысли рассматривается как история постепенного расширения социального фона экономических процессов, что диктовалось необходимостью социального объяснения сферы мотивации экономического поведения, соотношения в нем свободы и регламентированности; роли различных ограничителей свободного предпринимательства; роли социальных институтов в экономической жизни и др. Сегодня экономическая социология в ее западном варианте – это не столько целостная мононаука, сколько довольно широкое научное движение, направленное на изучение «стыковых» экономико-социальных проблем, наиболее актуальных для развитых капиталистических стран.
В целом институциональная экономика, используя и дополняя неоклассический инструментарий, расширяет рамки экономического анализа исследованием влияния неэкономических факторов на экономические процессы. В качестве неэкономических по своей природе факторов рассматриваются элементы государственно-правовой системы, обеспечивающей спецификацию и защиту прав собственности, социальные нормы, традиции, культурные особенности. Экономическая организация рассматривается как социальный институт, который концентрирует в себе определенный порядок, заданный индивидуальным организационным построением, существующим законодательством и внешними институтами.[41]
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я