Политическая элита

  • Политическая элита — привилегированная группа, которая занимает руководящие позиции во властных структурах и непосредственно участвует в принятии важнейших решений, связанных с использованием власти. К политической элите относят лиц, принадлежащий к так называемому высшему классу и осуществляющих власть в обществе. В состав политической элиты входят люди, обладающие верховно-политической властью в государственных и партийных институтах. Они, как правило, занимаются разработкой стратегии деятельности возглавляемых ими институтов, руководят ими.

    Причины возникновения политической элиты:

    Психологическое и социальное неравенство людей, определяемое их личностными особенностями;

    Появление на стадии формирования современного государства публичной власти;

    Стремление людей к повышению своего социального статуса;

    Стремление людей к использованию своего социального статуса для извлечения личной выгоды.По объёму властных функций политическая элита делится на:

    Административную (бюрократическую). Это высшие чины в министерствах, департаментах и т. д.

    Среднюю. Парламентарии, губернаторы и т. д.

    Высшую. Руководители законодательной, исполнительной и судебной власти.

Источник: Википедия

Связанные понятия

Контрэли́та — оппозиционная по отношению к правящей политической элите часть бюрократии, социальная группа, которая борется за право на вхождение в элиту или создание новой; субъект политики, который действует достаточно организовано (легально или нет) и стремится получить власть в свои руки или передать её другой политической силе.
Олига́рхия (др.-греч. ὀλιγαρχία «власть немногих» от ὀλίγος «малый; краткий» + ἀρχή «начало; власть») — политический режим, при котором власть сосредоточена в руках сравнительно малочисленной группы граждан (например, представителей крупного монополизированного капитала) и скорее обслуживает их личные и групповые интересы, а не интересы всех граждан. Олигархи — члены олигархии, могут либо сами быть членами правительства, либо оказывать решающее влияние на его формирование и принятие решений в своих...
Демократия в России прошла через серию подъёмов и спадов. Первый подъём относится к ранней стадии феодализма, когда во многих городах Новгородской земли получила распространение прямая демократия, и в них важнейшие решения принимались на вече. В Русском царстве цари часто искали поддержки со стороны различных сословий, для чего существовала боярская дума и созывались земские соборы. Реформы второй половины XIX века и начала XX века способствовали развитию земских, сословных, крестьянских, рабочих...
Народный фронт освобождения Тыграй (тигринья ḥizbāwī weyānē ḥārinet tigrāy; амх. ህዝባዊ ወያነ ሓርነት ትግራይ), НФОТ — эфиопское повстанческое движение 1970—1980-х, после 1991 — левая политическая партия. Активно участвовал в гражданской войне против режима ДЕРГ—РПЭ. Выступал за независимость региона Тыграй. После свержения режима в 1991 пришёл к власти в составе РДФЭН. Является правящей партией также в Тыграе. Лидер НФОТ Мелес Зенауи в 1991—2012 был президентом, затем премьер-министром Эфиопии.
Третья всемирная теория — система взглядов (теория) лидера ливийской Зелёной революции Муаммара Каддафи, противопоставляемая им коммунизму Маркса и капитализму Адама Смита. Муаммар Каддафи выдвинул системную идею общественного устройства, которая нашла частичное воплощение в Ливии.

Упоминания в литературе

По уровню компетенции различается высшая, средняя и местная элиты. Высшая (общенациональная) элита принимает значимые для всего государства решения; средняя (региональная) элита выступает барометром общественного мнения (включает 5 % населения); местная, административная (служащие-управленцы, бюрократия) элита следит за выполнением решений. Существует также и субэлита, куда входят руководители крупнейших корпораций, высшие армейские и полицейские чины, руководители партий и профсоюзов, СМИ и т. д. В составе политической элиты также те представители правящего класса, которые формально не связаны с политикой, но оказывают огромное влияние на принятие политических решений. Они не могут оказывать прямую (материальную и моральную) помощь, но в определенное время могут становиться главными действующими лицами политического процесса.
Американский профессор политологии и социологии Рой Макридис считал, что партия – это «ассоциация, мобилизующая и активизирующая людей, представляющая их интересы, вырабатывающая компромиссный подход среди различных точек зрения и выступающая в качестве основы для политических лидеров, осуществляющих руководство и управление страной» [цит. по: 701, c. 9]. Недавно умерший почетный профессор политических наук университета штата Мичиган и бывший мэр американского городка Анн-Арбор Самуэль Элдерсвельд в работах «Сравнительный анализ политических партий и партийных элит» и «Политические элиты в современных обществах» утверждал, что политические партии при демократии являются группами, которые соревнуются за политическую власть путем борьбы на выборах, мобилизации социальных интересов и защиты идеологических позиций, связывая таким образом граждан с политической системой [632; 633]. Американский исследователь Уильям Кротти рассматривал партию как формально организованную группу, выполняющую «функции политического обучения публики, рекрутирования и продвижения индивидов по служебной лестнице, а также функции установления широких связей между массами и законодателем» [623, с. 294].
ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ ЯВЛЯЕТСЯ добровольным самоуправляющимся негосударственным общественным объединением. Вместе с тем партии – это один из базисных институтов политической системы общества, способствующий воспроизводству и ротации политической элиты. Существование политических партий в равной мере невозможно как без общества, с его многообразными интересами, агрегирование и представительство которых осуществляют партии, так и без государства, олицетворяющего публичную власть в обществе. В отличие от других объединений, действующих на политической арене (профессиональных и предпринимательских союзов, так называемых групп давления и т. п.), партии, преследуя собственные политические цели, открыто борются за места в парламенте и правительстве, дающие возможность осуществлять управление государством, а через него – всем обществом. Консолидируя политические интересы граждан, они способствуют формированию политической воли народа[5].
Теория элит (Парето, Моски, Сартори) представляет функционирование государства через борьбу политических элит за власть. Элиту составляют: 1) преуспевающие люди; 2) лица, осуществляющие публичную власть. Элита представляет узкий слой лиц, имеющих власть, средства, социальный статус. Победившая элитарная группа получает возможность проводить свои интересы в политике государства.
К тому времени, когда собрались Генеральные Штаты, зародилась определенная степень политического консенсуса. Все партии согласились в необходимости конституции, призванной совместить представительные формы правления с гарантиями индивидуальной свободы и правления закона. Все согласились также, что фискальные привилегии не должны иметь места в новом порядке и пришло время для полного пересмотра финансов, администрации и юстиции. Эти проблемы были разрешимы, однако вскоре возникли другие. Главная из них состояла в интеграции буржуазии (или «третьего сословия») в политическую нацию. Этот процесс, наметившийся уже в ходе выборов в Генеральные Штаты и составления Cahiers, в дальнейшем проходил в условиях роста конфронтации третьего сословия и знати. В ходе политического конфликта и борьбы за власть шло формирование новой национальной элиты. Только когда была разрушена система привилегий и уничтожено право знати на особое положение в обществе и руководящая роль в решении государственных вопросов, был открыт путь новой политической элите, состоящей из собственников – нотаблей, которые выражали амальгаму бывшей знати и буржуа (165). Эта новая элита устами Сийеса начинает говорить от имени французской нации. Таким образом, формирование идеологии национализма оказывается тесно связанным с переходом от традиционного общества к современному массовому. При этом идеология национализма (как показывает опыт других подобных кризисов) имеет то преимущество, что позволяет аккумулировать социальные ожидания самых широких социальных слоев безотносительно к их статусу в прежней общественной иерархии, помогает им преодолеть чувство утраты социальной идентичности и осуществлять широкую социальную мобилизацию во имя национального возрождения.

Связанные понятия (продолжение)

«Партия власти» — условное наименование главенствующей политической организации в государстве, использующей власть с целью достижения и реализации политическими элитами интересов в политической и общественной сфере. «Партия власти» охватывает своим влиянием всю страну в целом, а также реализует свои интересы «на местах», на региональном уровне.
Либера́льная демокра́тия — правовой строй, построенный на основе представительной демократии, в котором воля большинства и способность избранных представителей, осуществляющих власть, ограничены во имя защиты прав меньшинства и свобод отдельных граждан.
Политическая па́ртия (греч. Πολιτική — «искусство управления государством»; лат. pars — «часть») — объединённая группа людей, непосредственно ставящая перед собой задачи овладеть политической властью в государстве или принять в ней участие через своих представителей в органах государственной власти и местного самоуправления. Большинство партий имеют программу — выразитель идеологии партии, перечень её целей и способов их достижения.
Прогрессивизм в США — реформаторское движение, преобладавшее в политической жизни Америки в начале XX века. Его социальной опорой стал средний класс. Американский прогрессивизм стал ответной реакцией на модернизацию американской экономики и общества, в частности, на появление крупных промышленных и железнодорожных корпораций, а также на засилие коррупции в американской политике. К XXI веку прогрессистское движение приобрело черты энвайронментализма и движения за социальную справедливость.
Лагерь национального объединения (польск. Obóz Zjednoczenia Narodowego, OZN, в просторечии OZON) — польская правительственная политическая организация «пилсудчиков»), действовавшая в период с 1937 по 1939 гг.
Эли́та (англ. фр. élite от лат. eligo «избранный; лучший») в социологии и политологии — совокупность людей, занимающих высокие руководящие должности в управлении государством, союзом государств и экономике.
Понятие аграризм обладает двумя значениями. В первом значении аграризм — это социальная или политическая философия, которая расценивает сельское общество как превосходящее общество городское, независимых фермеров как превосходящих получающих зарплату рабочих. В рамках этих философий фермерство рассматривается как образ жизни, способный сформировать идеальные социальные ценности. Они подчеркивают превосходство простой сельской жизни над сложной жизнью города с его банками и заводами.
С момента своего возникновения демократия была концепцией, открытой для интерпретаций. Её история фактически является не только историей борьбы между сторонниками народовластия и его противниками, но и историей дискуссий среди сторонников. Предметом дискуссий были такие вопросы, как...

Подробнее: История демократии
Номенклату́ра (лат. nomenclatura, обозначающего «роспись имён, перечень, список») — правящий класс, власть имущие, политическая элита. Номенклатурой называют группу граждан в странах Восточной Европы, занимающих ключевые позиции в политической системе и являющихся опорой существующего общественного строя, а также совокупность социальных институтов, с помощью которых эти люди поддерживают существующий социальный порядок.
Коммунистическое государство (англ. communist state), также рабочее государство (workers' state) — термин, употребляемый в англоязычных источниках для обозначения государства, в котором управление сосредоточено в руках одной партии, представляющей пролетариат, и где главенствует философия марксизма-ленинизма, а главной целью ставится достижение коммунизма. В коммунистических странах также существуют организации, которые частично участвуют в процессе управления, включая такие внепартийные организации...
Милитократия (от лат. miles, род. п. militis — воин, солдат и др.-греч. κράτος — власть), казармократия — власть военных, военная диктатура, правление выходцев из военизированных структур.
Веронский манифест (итал. Manifesto di Verona) — обращение, содержащее основные положения политики итальянской Республиканской фашистской партии (созданной Муссолини после его отстранения в июле 1943 года от власти и последовавшего роспуска Национальной Фашистской партии), принятое 14 ноября 1943 года на Веронском конгрессе. Манифест можно назвать основным программным документом Итальянской социальной республики.
Государство в государстве (лат. Imperium in imperio) — негативно окрашенный политический термин, обозначающий группу лиц, которая (мнимо или на самом деле) ведет себя нелояльно или не вполне лояльно по отношению к правительству своей страны и подчиняется только своим собственным законам.
Политическое консультирование (политический консалтинг) — одна из сфер применения технологий по связям с общественностью, заключающаяся в "оказании профессиональной помощи нуждающимся в ней категории граждан, и в решении ими определённых политических задач"
Полиа́рхия (др.-греч. πολυαρχία, от поли- + др.-греч. αρχία (власть) — «многовластие, власть многих») — политическая система, основанная на открытой политической конкуренции различных групп в борьбе за поддержку избирателей.
Трилатерализм (англ. − Trilateralism) − идейно-политическая концепция, которая основывается на представлении об общих целях, ценностях и интересах индустриально развитых демократических стран. Основными центрами капиталистического мира в послевоенное время были США, Западная Европа и Япония, которые координировали свои позиции по глобальным вопросам. Идеология трилатерализма развивалась в контексте «концепций взаимозависимости» и глобализации, а также предлагала определенную модель глобального управления...
Теория элит — концепция, предполагающая, что народ в целом не может управлять государством и эту функцию берёт на себя элита общества.
Группа по делам «культурной революции» при ЦК КПК (кит. 中央文化革命小组) — орган ЦК Компартии Китая, осуществлявший политику «Культурной революции»; в 1966—1968 годах — ключевая структура партийно-государственной власти КНР. Состояла из наиболее радикальных маоистских руководителей, ближайших сподвижников Мао Цзэдуна, во главе с Цзян Цин, Чэнь Бода и Кан Шэном. Организовала перестройку аппарата КПК на маоистской основе, кампании политических репрессий и массового террора. Расформирована после выполнения...
Этническая элита — часть этнической группы, которая взяла на себя роль её лидера и политического руководителя...
Новая банда четырёх (кит. 新四人幫) — китайский политический термин-«ярлык», обозначающий группу высокопоставленных функционеров КПК, обвинённых в коррупции, арестованных и осуждённых в 2012—2015 годах. Название дано по аналогии с «Бандой четырёх» и «Малой бандой четырёх», однако в данном случае объединяющим фактором являлись не политические, а коррупционные связи.
Демокра́тия (др.-греч. δημοκρατία «народовла́стие» от δῆμος «народ» + κράτος «власть») — политический режим, в основе которого лежит метод коллективного принятия решений с равным воздействием участников на исход процесса или на его существенные стадии. Хотя такой метод применим к любым общественным структурам, на сегодняшний день его важнейшим приложением является государство, так как оно обладает большой властью. В этом случае определение демократии обычно сужается до политического режима, в котором...
Публи́чная вла́сть — это власть, выделенная из общества и не совпадающая с населением страны или государства, являющаяся одним из признаков, отличающих государство (страну) от общественного строя.
Президе́нт (от лат. praesidens, род.п praesidentis — сидящий впереди, во главе; председатель) — выборный глава государства в странах с республиканской или смешанной формой правления; избирается на установленный (например, конституцией) срок.
Создание США в 1776 году стало первой в истории человечества попыткой реализации идеи демократии на масштабе целой страны, а не города-государства. Эта идея получила отражение в Декларации независимости и принятой в 1789 году Конституции США...
Оппози́ция (от лат. oppositio «противопоставление, возражение») в политике — движение, партия, группа или человек, выступающая против господствующей партии или мнения, поддерживаемого большинством, в партии или группе.
Фо́рма госуда́рственного правле́ния — элемент формы государства, который определяет систему организации высших органов государственной власти, порядок их образования, сроки деятельности и компетенцию, а также порядок взаимодействия данных органов между собой и с населением, и степень участия населения в их формировании.
Полити́ческий режи́м (от фр. régime — управление, командование, руководство) — совокупность средств и методов осуществления политической власти.
Неосоциализм (фр. Néo-socialisme, англ. Neosocialism) — идеология, социальная доктрина и политическое течение западноевропейских правых социалистов 1930-х годов. Впервые системно сформулирован Анри де Маном (Бельгия), наиболее полное выражение получил у Марселя Деа (Франция). Эволюционировал в направлении фашизма. Впоследствии многие неосоциалистические установки были приняты мировой социал-демократией и другими политическими силами, как правило, без ссылок на первоисточники.
Риосмонттизм (исп. Riosmonttismo) — гватемальский политический феномен, связанный с именем генерала Эфраина Риоса Монтта, президента Гватемалы в 1982—1983. Обозначает не только взгляды Риоса Монтта и режим его правления, но также структуры и политтехнологии ультраправого антикоммунизма, христианского фундаментализма и авторитарного популизма.
Джексоновская демократия (Jacksonian democracy) — это политика Э. Джексона, время складывания с середины 1820-х годов широкой политической коалиции, возглавляемой демократической партией, продолжавшееся до 1840-х годов, когда на первый план все больше и резче стали выходить проблемы, связанные с существованием в США института рабства. Этот период начался сразу после так называемого периода «Джефферсонской демократии» (1790—1820).
Вну́тренняя поли́тика Росси́и — деятельность государства, его структур и институтов, направленная на сохранение или реформирование существующего социально-политического строя, модернизацию политической системы, развитие экономики и решение социальных проблем.
Департамент политического и социального порядка (порт. Departamento de Ordem Política e Social, DOPS), в русскоязычной аббревиатуре ДОПС — бразильский орган политического сыска 1924—1983 годов. Занимался подавлением антиправительственного подполья, политической оппозиции и организованной преступности, осуществлял полицейский контроль над экономикой и социальной жизнью. Играл видную роль в репрессиях Эры Варгаса и военного режима 1960—1970-х. Отличался большой оперативной жёсткостью, был тесно связан...
Прямая, также непосредственная, демократия — форма политической организации и устройства общества, при которой основные решения инициируются, принимаются и исполняются непосредственно гражданами; прямое осуществление принятия решений самим населением общего и местного характера; непосредственное правотворчество народа.
Ленинградский народный фронт (ЛНФ), — крупнейшая неформальная политическая организация на территории России в 1989—1990 гг., изначально строился как движение на широкой идеологической платформе, чтобы консолидировать людей разных взглядов, но общедемократической направленности (ключевые фигуры — П. Филиппов, С. Андреев, Г. Богомолов, народные депутаты СССР Ю. Болдырев, А. Щелканов и А. Оболенский). По утверждению профессора М. В. Попова, фактическим главой ЛНФ являлся Ю. Болдырев.
Политтехнолог (сокращение от политический технолог (от др.-греч. πολιτική «государственная деятельность», др.-греч. τέχνη — искусство, мастерство, умение; и λόγος — мысль, причина) — специалист в области практического применения политических технологий.
Полити́ческое лидерство — процесс взаимодействия между людьми, в котором наделённые реальной властью авторитетные люди осуществляют легитимное влияние на общество (или его часть), которое отдаёт им часть своих политико-властных полномочий и прав.
Либертарный муниципализм (иногда либертарный коммунализм) — идея политической организации, основанной на системе общих собраний и практике прямой демократии. Термин был введен теоретиком либертарного социализма Мюрреем Букчиным, и с тех пор используется для описания системы, в которой либертарные учреждения прямой демократии должны быть противопоставлены государству, а впоследствии и заменить его конфедерацией свободных муниципалитетов, или свободных коммун.
Туаньпай (кит. трад. 團派, упр. 团派, пиньинь: Tuánpài), или фракция Союза молодёжи, это термин, используемый политическими наблюдателями при описании неформальной политической фракции в Коммунистической партии Китая, которая включает в себя государственные должностные лица, создавшейся из союза молодёжи Китая. Существовало две молодёжных фракции, без прямой политической линии между собой. Первую, в 1980-х годах, составляли кадры союза молодежи, эту фракцию поддерживал генеральный секретарь Ху Яобан...
Сове́тская респу́блика — особая разновидность республиканской формы правления, основу которой составляют особые представительные органы — Советы.
Государственная (публичная) политика — принципиальное руководство к действию для органов государственной власти, прежде всего органов исполнительной власти, касающееся определённых направлений их деятельности, соответствующее законам и социальным обычаям. Основаниями государственной (публичной) политики являются конституционные законы и правила, толкование законов и правовое регулирование.
Либерализм (от лат. liberalis — «свободный») — идеология, отстаивающая жизненно необходимый минимум прав личности, непременно включающий в себя право на жизнь, свободу, справедливое судебное разбирательство и частную собственность. История либерализма в России во многом противоречива. В Российской Империи влиятельная часть общества придерживались мнения, что для разрешения внутриполитических проблем и преодоления экономического отставания от Западных стран необходимо перенимать их опыт и проводить...
Гарнизонное государство (англ. garrison society) — термин, введённый Гарольдом Лассуэлом для обозначения формы государства и общества, в котором значительные военные расходы и менталитет военной экспансии ассоциируются с ограничением свобод. Гарольд Лассуэл полагал, что ярким примером гарнизонного государства является государство США. Развитие военной техники и организации увеличило угрозу в ХХ в. применения государственного насилия. Профессионализм создает социальную и психологическую пропасть между...
Джамахири́я (араб. جماهيرية‎) — форма общественного (некоторые специалисты полагают, что государственного) устройства, отличная от монархии и республики, изложенная в Третьей всемирной теории Муаммара Каддафи, в первой части Зелёной книги.
Бразильское агентство разведки (порт. Agência Brasileira de Inteligência; ABIN) — ведущая спецслужба Бразилии, осуществляющая координацию разведывательной и контрразведывательной деятельности; является центральным органом бразильской системы разведки (Sistema Brasileiro de Inteligência, SISBIN).
Агоризм — политическая философия, основанная Сэмюэлем Эдвардом Конкином III и разработанная при участии Дж. Нейла Шульмана, которая имеет в качестве своей конечной цели достижение общества свободного рынка, в котором все отношения между людьми строятся на добровольном обмене. Термин происходит от греческого слова «агора», обозначавшего площадь для собраний и рынок в древнегреческих городах-государствах. Идеологически эта философия представляет собой революционный тип рыночного анархизма. Шульман...

Упоминания в литературе (продолжение)

Характеристики этой относительно небольшой верхушки нового авторитарного общества и обусловливают принципиальное отличие мафиозного государства от аналогичных режимов, где элита наделена авторитарной властью. Прежде всего стоит упомянуть, что в основе системы – что свойственно любой мафии – совместные предприятия, создателями которых являются собственно члены «семьи», а также другие представители политической элиты, принятые в «семью» благодаря существующей системе взаимоотношений. Членов организации соединяют кровные и партнерские узы, охватывающие большее и большее число «семей», управляемых одним главой, который подчиняет себе пирамидальную иерархию власти. В мафиозном государстве (преступной элите) под контролем главы «семьи» оказывается вся страна. Управление осуществляется под прикрытием демократических институтов путем обретения власти и постоянного поиска новых средств для ее укрепления.
Важной вехой в изучении «огосударствления» политических партий стал выход статьи Р. Каца и П. Мэира[66], в которой разобраны четыре последовательно менявших друг друга – по мере усиления их сопряженности с государством – типа партий («элитная» партия, «массовая» партия, «всеохватывающая» партия[67] и господствующая ныне «картельная» партия). В «картельной» партии распределением государственных должностей занимаются группы профессиональных функционеров. В результате партии становятся частью государственной машины, конкуренция между ними становится во многом имитационной, потому что у них имеется «взаимный интерес в коллективном организационном выживании»[68]. Поэтому возникновение «картельной» партии ставит на повестку дня задачу пересмотреть «нормативную модель демократии», поскольку «демократия становится публичным заискиванием элит, а не включением населения в производство политической стратегии»[69]. В этом смысле правомерным представляется опасение Ф. Шмиттера, что в настоящее время «партии пытаются проникнуть в стержневые институты гражданского общества», а также «подчинить их себе»[70]. Между тем X. Даалдер, напротив, считает подобную влиятельность партий позитивным фактором, способствующим решению сразу трех проблем. Во-первых, «встраиванию традиционных политических элит в партийную систему». Во-вторых, «растворению в партийной среде новых претендентов на политически значимые роли», так как само количество таких ролей является весьма ограниченным. В-третьих, осуществляемой партиями «гомогенизации» «национальных и локальных политических элит»[71]. Поэтому критерием зрелости партийной системы в последнее время все чаще принято считать степень ее устойчивости: «В институционализированной партийной системе имеется стабильность в отношении того, какие партии являются главными и как они ведут себя»[72].
Буржуазно-капиталистическое государство в России сложиться не успело, и к власти в стране пришла новая партийно-советская коммунистическая элита, ядром которой стали профессиональные революционеры из большевистской партии. Пережив несколько этапов тяжелой внутренней борьбы, эта элита стабилизировалась в форме так называемой номенклатуры, которую некоторые исследователи советского общества не совсем обоснованно определяли как новый правящий класс. На самом деле это была правящая и идеологически ориентированная иерархия, обладающая властью, но не собственностью. Этот слой также деградировал и не смог удержать государственную власть в СССР в 1989–1991 годах. После крушения КПСС и распада СССР в России начался новый, менее болезненный, но более хаотичный, стихийный и даже криминализированный процесс смены политической элиты и параллельно процесс образования нового класса собственников за счет приватизации огромных государственных активов.
Такой подход к проблеме легитимности политической власти объясняется тем, что объектом легитимации, то есть, признания населением, выступают не только политические институты. Легитимными в глазах населения должны выступать все элементы политической системы: конкретные политические лидеры, правящая политическая элита общества, политический режим и его нормативная основа.
Занимаемое положение с древнейших времен служило важным источником власти. В традиционных обществах принадлежность к привилегированному сословию являлась непременным условием доступа к власти. В современном обществе занимаемое положение, или, что то же самое, социальный статус личности, является одним из важнейших источников власти. Например, президент или министр располагают властью в определенных границах до тех пор, пока находятся на своих постах. Лишение занимаемого государственного поста или места в иерархии общественно-политической организации означает и утрату лицом властных полномочий. Но социальный статус также имеет существенное значение для занятия должности, связанной с осуществлением властных функций. Чем более видного положения достигает индивид в соответствующей сфере деятельности, тем больше у него становится шансов оказаться в числе политической элиты.
многомерности социальной жизни, менее однозначных (чем в прошлом) связей горожан с территорией их проживания, укрепления тенденций к децентрализации политической жизни в связи с потребностями учета разнообразных и противоречивых местных интересов система принятия политических решений, в которой ранее доминировали публичные политики, трансформируется в более сложный по своему представительству механизм управления, где власть, ресурсы и ответственность принадлежат не только «официальным лицам», но и довольно широкому спектру других участников городской политики, в том числе бизнесу. При этом рост межгородской конкуренции и необходимость борьбы за инвестиции заставляют политическую элиту города быть «более предпринимательской» и, соответственно, менее ориентированной на модель «государства благосостояния»; города активнее выходят на международную арену, расширяя интернациональные связи, и все менее полагаются на центральное правительство, тем самым отчасти отделяя себя от национальной экономики.
Помимо специфических структурных характеристик британская политическая элита обладает также некоторыми эндемичными качественными особенностями, которые сложились исторически. Одной из таких особенностей многие британские политологи называют тесную связь политической элиты с элитой научной и военной в период с начала Первой Мировой войны и примерно до конца «холодной войны». Так, в книге «Государство войны» Д. Эджертон утверждает, что внутри британской политической элиты в это время «продолжает расти значение тех, кто контролирует производство оружия, а также технических специалистов среди госслужащих, бизнесменов из военной промышленности и военных»[57]; состояние британской политической элиты он определяет как «новое состояние отношений науки и государства»[58]. Но с падением СССР и прекращением гонки вооружений влияние военных внутри политической элиты Британии несколько ослабело.[59]
Правовое регулирование роли партий в обществе и государства. Конституции демократических стран (Германии, Испании, Венгрии, Франции и др.) устанавливают, что партии содействуют формированию и выражению политической воли народа, выражению общественного мнения путем голосования, призваны распространять идеи о социальном и политическом прогрессе (Гана). Законы о политических партиях определяют их роль более детально. В них говорится также, что политические партии стимулируют активное участие граждан в политической жизни, воспитывают их в духе ответственности за дела общества, выдвигают кандидатов на выборах, заботятся о постоянной связи между народом и государственными органами, содействуют осуществлению политических прав граждан и т. д. Посредством партийной деятельности, как и деятельности некоторых других общественных организаций, осуществляется отбор и подготовка политической элиты, кадров управленческого аппарата. Партии могут влиять демократическими методами на политику государства (Конституция Польши 1997 г.), на политическую деятельность парламента и правительства (Закон ФРГ о политических партиях 1967 г.), но они не могут непосредственно руководить государственными органами, им запрещено непосредственное осуществление публичной власти (Венгрия). Законодательное регулирование деятельности партий в демократических странах исходит из возможности чередования их у власти в результате свободных выборов.
Изучение состава и структуры региональной и городской элит. В ряде исследований основное внимание уделялось выявлению лиц, обладающих значительным влиянием в регионах. Наиболее масштабным исследованием такого рода стал проект «Самые влиятельные люди России – 2003» (идея проекта – Алексей Ситников, научное руководство – Оксана Гаман-Голутвина) [Самые влиятельные люди России, 2004]. Предметом изучения стали лица, непосредственно и публично влияющие на экономику и политику. Всего было опрошено 1702 эксперта в 66 регионах РФ, благодаря оценкам которых получен перечень наиболее влиятельных лиц в политике и экономике регионов. В ходе исследования выяснялось, из каких источников рекрутируется региональная элита, кто в ней преобладает, каков стиль лидерства и др. В частности, исследование показало, что вопреки довольно популярному мнению о доминировании «милитократии» в региональной власти наиболее заметной тенденцией эволюции состава региональных политических элит после 2000 г. стало массовое вхождение представителей бизнеса во властные структуры и фактическое слияние политической и экономической элит[92].
Характеризуя сложившуюся на первом этапе посткоммунистической трансформации украинскую модель общественного устройства, следует учитывать и особую систему межэлитарного взаимодействия, сложившуюся в Украине в результате посткоммунистической дифференциации политической элиты, способной в определенных условиях выступать как политической силой, стабилизирующей ситуацию в обществе, так и инициатором организованного социального протеста. Специфика социально-политической организации общества определяет особенности существования элит, способ их взаимодействия, зоны согласия и конфликта. Общая закономерность состоит в том, что степень жесткости государственного контроля за социальным поведением в основных сферах жизни общества – экономической, политической, социально-культурной – прямо связана со степенью внешней и внутренней дифференциации соответствующих элит. Это означает, что наиболее интегрированными являются элитарные слои в обществе, где единая тоталитарная идеология и мощный репрессивный аппарат практически исключают саму возможность существования политической оппозиции как основного источника возникновения межэлитарного конфликта. Причем особой «бесконфликтностью» отличаются коммунистические государства, которые держат под жестким контролем не только политико-идеологическую сферу, но и экономику.
Политические партии – это основа представительной и партиципаторной демократии. Они являются социальными институтами, через которые граждане реализуют свои политические права и свободы. Через них интересы и проблемы, требования и наказы, идущие от общества, передаются, транслируются власти, продвигаются наверх, социальные группы артикулируют свои потребности и желания, государство взаимодействует с общественными структурами и людьми. Именно политические партии формулируют и выражают политические, экономические и другие интересы различных социальных групп, представляют их в законодательных органах, содействуют политической социализации граждан, являются своеобразными механизмами саморегуляции общественной активности. Во многих странах партии превратились в эффективный инструмент власти, дополнительный канал влияния политической элиты на общество.
Эффективное электронное правительство позволяет улучшить управление государством и способствует участию граждан в политической жизни. Взаимодействуя с чиновниками, представителями политических элит, а также участвуя в разнообразных виртуальных дебатах по различным актуальным проблемам, институты гражданского общества становятся объектами внимания властей и находят свое место в сфере влияния на политические процессы.
Конституционная реформа 1993 года не завершила переходный процесс в развитии российской государственности, а открыла новую стадию с перспективой совершенствования президентско-парламентарной системы. В работах российских и американских юристов и политологов (Ю.А. Веденеева, Т. Ремингтона и др.) период 1990–1993 годов, в течение которого функционировала двухзвенная законодательная система (Съезд народных депутатов – Верховный Совет РФ), традиционно рассматривался как переходный для политических институтов России[144]. Именно в нем лежат корни глобальной трансформации цивилизационных основ существования российского общества, структурных изменений конституционной системы. Однако после принятия Конституции РФ 1993 года и осознания трудностей, с которыми сталкивается реализация ее основных положений, появилось новое понимание переходного периода. Под ним теперь следует понимать тот временной отрезок, в течение которого на практике будут реализованы конституционные положения, провозгласившие Россию демократическим, правовым, федеративным и социальным государством[145]. Ориентация на мирный характер радикальных общественных перемен, стремление достигнуть политический и социальный консенсус между политическими элитами, представляющими разнообразные сегменты общества (в соответствии с концепцией А. Лейпхарта), должны способствовать постепенному изживанию утвердившейся в российском политическом лексиконе характеристики переходного периода как «смутного времени», которое не раз в истории России сопровождалось насилием, кровью, гражданскими войнами.
Важным этапом в послевоенной истории США стала победа на президентских выборах 1960 г. кандидата от демократической партии 43-летнего сенатора от штата Массачусетс Дж. Кеннеди. Продолжая традицию В. Вильсона и Ф. Рузвельта, Кеннеди выдвинул реформистскую программу, получившую название «новых рубежей». По своим ориентациям и политическому мировоззрению он был весьма близок Ф. Рузвельту и отличался реалистическим взглядом на положение вещей как внутри страны, так и на международной арене. Будучи выходцем из весьма состоятельной семьи, а также высокообразованным представителем интеллектуальной и политической элиты, Кеннеди хорошо осознавал необходимость постоянного совершенствования политики государства для улучшения положения широких слоев населения и тем самым обеспечения их приверженности идеалам рыночной экономики и политической демократии.
Занимаемое положение с древнейших времен служило важным источником власти. В традиционных обществах принадлежность к привилегированному сословию являлась непременным условием доступа к власти. В современном обществе социальный статус индивида также имеет существенное значение для занятия должности, связанной с осуществлением властных функций. Чем более видного положения достигает индивид в соответствующей сфере деятельности, тем больше у него становится шансов оказаться в числе политической элиты.
Роль политической элиты в осуществлении власти разработал итальянский экономист и политолог Вильфредо Парето (1848–1923 гг.). Он исходил из того, что люди различаются между собой физически, морально и интеллектуально. Марксисты на это обстоятельство почти не обращали внимания. Совокупность индивидов, добивающихся высоких результатов в любой области, Парето называл элитой. Эволюцию человеческого общества Парето считал историей расцвета и упадка элиты, которая принимает стратегические решения по развитию общества. От качества правящей элиты в решающей мере зависит ситуация в обществе, динамическое равновесие различных групп интересов.
Развитие Турции после окончания Второй мировой войны можно охарактеризовать как постепенный отход политической элиты от принципов кемализма в сущностных принципах политического и экономического устройства. Экономическая программа Ататюрка никогда не предполагала полного уничтожения частной собственности и перехода к плановой экономике. Еще в годы национально-освободительной борьбы было принято компромиссное решение «не пугать» помещиков и крупных землевладельцев отменой тяжелых налогов с крестьян и раздачей земли в их собственность. Об этом ясно рассказывает советский посол С. И. Аралов в своих воспоминаниях[154]. В дальнейшем после принятия гражданского кодекса 1926 г. земля стала полноправным объектом товарно-денежных отношений. Экономическая политика кемалистов предполагала создание сильной национальной буржуазии на основе «смешанной» буржуазной экономики с приоритетом государственного сектора. Государственный капитализм Турции должен был формироваться в условиях конкуренции существовавшего мирового рынка и международного разделения труда, именно такими жесткими условиями детерминировалась политика турецких властей по защите отечественного производства от иностранной конкуренции. Выжидательная позиция турецких властей в ходе Второй мировой войны позволила ей перед самым окончанием разгрома Германии запрыгнуть в поезд победителей, тем самым получив моральное право на получение помощи со стороны США. «Турецкая буржуазия, учтя уроки Первой мировой войны и используя установившееся равновесие между империалистическими государствами, с одной стороны, и Советским Союзом – с другой, стремилась играть на противоречиях между блоками, которые возглавляли Германия и Англия».[155]
Современные британские историки рассматривают развитие политической и партийной системы в Великобритании в контексте формирования в течение XVIII в. единого британского государства, которое гораздо теснее, чем прежде, связало английский политический центр с кельтскими окраинами. Государственная власть и английская политическая элита в ходе формирования единого государства неоднократно проявляли способность сформулировать привлекательную для жителей государства политическую программу и комплекс практических мер, которые создали объединенную британскую монархию. Ко времени восшествия на престол королевы Виктории (1837–1901) Великобритания представляла собой действительно единое государство. В течение XVIII века, как отмечают исследователи, также развился язык британства (language of Britishness) – лексика, символы, система образов, которые несли в себе интегративный потенциал для укрепления государственного единства. И хотя взгляд на Британию как на единое политическое сообщество в эти годы не был абсолютно общепризнанным и бесспорным, тем не менее Соединенное Королевство в XVIII–XIX вв. успешно развивалось как единое государство[22].
Теория элит (Парето, Моски, Сартори) представляет функционирование государства через борьбу политических элит за власть. Элиту составляют:
Псевдомодель – фактическое состояние государства и общества, возникающее в результате реализации государственных управленческих полномочий в отсутствие принятой политическими элитами и гражданскими институтами модели развития страны.
Свой «набор» ожиданий в отношении Запада к концу 1991 г. сложился и у новой политической элиты России. В ее представлении окончание холодной войны и «августовская демократическая революция» (антикоммунистическая) 1991 года делают Запад не только естественным партнером, но и союзником. Всерьез обсуждалась желательность и необходимость аналога «плана Маршалла» для России, «техническое» содействие в создании рыночных институтов при готовности власти начать реформы в «шоковом» режиме. Понимание того, что реформы будут тяжелыми, делало желательной политическую поддержку со стороны западных лидеров при разрешении и внутренних конфликтов. Рассчитывали на привилегированное внимание к России в сравнении с другими участниками Содружества Независимых Государств. В России надеялись на установление партнерских отношений с США и Западом в целом и в сфере безопасности. Российские лидеры в разных формах выражали готовность присоединиться к НАТО. В Москве полагали, что новая безопасность будет строиться вместе преодолевшей идеологический раскол Европой, поэтому была готова к серьезным шагам в сфере сокращения вооружений.
В течение 19 8 8 г. Союз деятелей культуры Словении провел в Любляне несколько круглых столов по вопросу о суверенитете республики. 11 января 19 8 9 г. была учреждена первая оппозиционная партия Словении – Словенский демократический союз. В ее создании активное участие приняли недавний фигурант «суда против четырех» Я. Янша, председатель скупщины Словении Ф. Бучар, глава Общества писателей Словении Р. Шелиго и тогдашний редактор журнала «Нова ревия» Д. Рупел, который и возглавил СДС. В мае 1989 г. на многотысячном митинге в центре Любляны была принята Майская декларация – политическое заявление оппозиции в защиту национального суверенитета. В ней говорилось, что «открытая враждебность, которую в настоящее время испытывают словенцы в Югославии, убеждает… в наступлении переломного момента в истории и обязывает… в ясной форме высказать свою позицию… Мы хотим жить в суверенном государстве словенского народа… Будучи суверенным государством, мы будем самостоятельно решать вопросы о связях с югославскими и другими народами в рамках обновленной Европы»[75]. При этом часть словенской политической элиты и интеллигенции не представляла будущего республики вне союзного государства и предлагала так называемую «ассиметричную» федерацию, которая бы позволила ее членам самим решать, каким образом проводить внутреннюю и внешнюю политику. Ими была составлена «Основополагающая хартия», также говорящая о необходимости соблюдения прав человека, словенского суверенитета и права на самоопределение, но при условии сохранения Югославии, которую следовало преобразовать в федеративное и демократическое объединение[76].
Кроме того, изучение иностранного конституционного права имеет большое практическое значение при подготовке специалистов в области юриспруденции, так как политическая элита демократической России, как и во всем мире, рекрутируется из числа высококвалифицированных юристов. Знания о конституционных особенностях политико-государственного устройства стран мира, о наиболее важных объектах конституционно-правового регулирования и т.д., дают наглядные представления о необходимости изучения конституционного оформления всех ветвей власти, механизма правового воздействия на структуру властных отношений на примере различных стран.
От идеи к доктрине. Заместитель руководителя Администрации Президента Российской Федерации, помощник Президента России Владислав Сурков, инициировал дискуссию о национальных приоритетах (весна 2005 года), а затем выступил с основными положениями суверенной демократии перед активом «Единой России» (февраль 2006 года). Распространение этих идей в среде экспертного сообщества и политической элиты произошло очень быстро. В формировании собственно доктрины «суверенной демократии» приняли участие ведущие политологи России: Вячеслав Никонов, Глеб Павловский, Валерий Фадеев, Виталий Третьяков, Андраник Мигранян, Алексей Ча-даев, Максим Соколов, Леонид Поляков, Виталий Иванов, Леонид Радзиховский. Каждый из них высказал собственное понимание ее базовых положений, и это стало одной из причин системного характера новой доктрины.
В Аргентине демократический переходный процесс начался с утраты военным правительством легитимности в результате поражения на Мальвинах, когда оно пошло на демократизацию и конституционные реформы. В Аргентине процесс изменения конституции проходил в соответствии с Национальной конституцией Аргентины 1853 г., которая предусматривала созыв для этого Конституционного конвента (ст. 30). В 1994 г. был созван Конституционный конвент. Однако принципиальная особенность аргентинского переходного процесса состоит в том, что сам Конвент в своей деятельности направлялся и регулировался политическими партиями, заранее связавшими будущую конституанту определенными условиями. Конституционный конвент, избранный в 1994 г. был связан в своей деятельности ограничениями, наложенными законом. В нем деятельность Конституанты сводилась к кругу вопросов, зафиксированных, в свою очередь, в намеченном ранее документе, известном как «Ядро основных принципов» (1993). Этот документ, однако, в свою очередь восходил к достигнутому ранее соглашению лидеров двух крупнейших партий – Рауля Альфонсина и Карлоса Менема, осуществивших ряд компромиссов, причем втайне не только от общественности, но и от своих партий (Pacto de Olivios). В результате, данный процесс, внешне напоминая договорную модель перехода, на деле скорее был соглашением политических элит и даже двух президентов о стратегии демократического перехода.
3. Религиозный аспект. После обретения странами постсоветской Центральной Азии независимости и в связи с изменением их политической структуры положение ислама в регионе существенно изменилось. Ислам стал государствообразующим фактором – и как один из основных типов социальной осведомленности для большинства местного населения, и как система социальных норм. Как следствие, при анализе действительного положения дел, а также при формировании государственных структур необходимо учитывать религиозный фактор, поскольку в молодых государствах преобладающая религия превращается в «часть государства». Огосударствление ислама или, иными словами, становление ислама частью государства указывает на то, что ислам находится в тесной связи с общими процессами институционализации новых государственных организаций. Отсюда следует, что любая внешняя сила, которая намерена контролировать производимые преобразования, должна так или иначе соотносить свои действия с религиозной доктриной, под влиянием которой находится большинство представителей политической элиты региона.
б) национально-государственная (Бельгия, Эфиопия). Следует иметь в виду, что национально-государственный подход может способствовать интеграции частей распадающегося государства, ускоренному экономическому и культурному развитию окраинных регионов страны, населенных национальными меньшинствами, способен снять некоторые противоречия между национальностями. Однако с течением времени этот подход может породить сепаратистские тенденции, которые инспирируются местными политическими элитами и даже мафиозными группировками для установления безраздельной власти в регионе. Преувеличение национального момента в государственном строительстве может не сплотить, а, напротив, подорвать государственную общность, единство федерации как государства;
Кроме того, думая о сепаратном сценарии развития событий политическая элита каждой республики была озабочена вопросом дележа общесоюзного достояния. Сделать это было весьма непросто, поскольку изначально промышленно-производственная и финансово-экономическая инфраструктура СССР создавалась на жестких центристских началах без какого-либо значимого в глобальном отношения учета национально-территориального деления страны. Последнее проявлялось лишь в камуфляже федеративного устройства, которое напрочь отрицалось реалиями принятия политических решений и всей системой государственного управления страной.
Китайская политическая элита имеет определенный план политических преобразований. Его основные пункты: 1) курс на «институционализацию и легализацию», нацеленный на обеспечение поддержки населением существующего однопартийного строя; 2) создание блока работающих законов как основы китайской системы «социалистической демократии». В 2005 г. в Китае впервые была опубликована «Белая книга» о политической демократии, где и представлен некий план реформ. Он включает:
Однако понятие «форма государственного устройства» в юридической и политической науке прочно закрепилось за территориальным или национально- территориальным устройством государства; демократия, за редким исключением, – это власть политической элиты, т.е. власть почти всегда от имени народа, иногда – для народа, но почти никогда – самого народа; «правление народа», т.е. непосредственное управление всем народом, вообще проблематично и возможно разве что в гипотетическом будущем.
Процессам политической консолидации в Евросоюзе посвящена статья немецкого исследователя Л. Кюнхардта (Боннский университет) «Консолидация Европейского союза», написанная специально для журнала. Особое внимание автор уделяет роли Европарламента, который, по его мнению, на сегодняшний день является гораздо более влиятельным и сильным, чем когда бы то ни было. «Однако, – сетует автор, – в восприятии широких масс населения стран – участниц ЕС он по-прежнему остается чем-то второстепенным по сравнению с межгосударственными механизмами принятия решений и с Еврокомиссией». Причину этого немецкий исследователь видит в опосредованности демократической легитимации Европарламента, отсутствии общеевропейских партий, которые, по образцу национальных партий, могли бы вести предвыборную борьбу в масштабах всего ЕС. Однако, справедливо отмечает Л. Кюнхардт, «пока что политические элиты Евросоюза и его членов не готовы к такому радикальному переходу от привычной “культуры общеевропейского согласия” к политической борьбе по образцу национальных политических структур». Существуют, замечает Л. Кюнхардт, и другие причины, препятствующие процессам консолидации, например, склонность к консенсусным решениям в ущерб живой общеевропейской дискуссии о будущем Евросоюза. Политическая консолидация – это творческая задача, считает немецкий исследователь. «Культурная Европа, – заключает Л. Кюнхардт, – уже сложилась и продолжает развиваться, политическая же Европа находится в стадии становления. В данной ситуации возникает необходимость по-новому определить общеевропейскую политическую культуру».
13 апреля 1966 г. президент страны и председатель НСРК Абд ас-Салям Ареф при загадочных обстоятельствах погиб в авиационной катастрофе. На высших государственных постах его сменил младший брат Абд ар-Рахман Ареф. Новый глава страны не пользовался достаточным авторитетом в высших эшелонах власти, и его неожиданное возвышение обострило и без того напряженные отношения между двумя элитами – военной и гражданской. К концу правления Касема и при братьях Арефах военные занимали в правительстве треть министерских постов, а их удельный вес среди всей политической элиты по сравнению с 1948–1958 гг. увеличился с 13 до 53 % [124, с. 296].
10. Что стоит за понятием «технократическая легитимность» власти, и почему этот тип легитимности является ключевым в общественном бытии власти и политической элиты?
Вторым направлением демократизации стала гласность, которая, несмотря на негативные латентные последствия, была шагом вперед. Гласность подталкивала к переоценке пути, который прошла наша страна, начиная от периода революции и Гражданской войны. Появились новые оценки экономической и социальной жизни, решения национальных проблем. В острой постановке прозвучал вопрос о доверии к компартии, допустившей столь масштабные репрессии; об ошибках, которые были допущены и продолжали допускаться, ухудшая экономическое положение основной массы населения. Это недоверие и переоценка исторического пути стали основаниями для формирования нового правосознания и создания целого ряда радикальных движений переходного периода[67]. Гласность создала возможность знакомства с наследием эмигрантов первой волны и с их оценкой Октября, Гражданской войны, Белого движения, затем последующей межвоенной эмиграции, в которую входили представители большевистской верхушки, в чем-то несогласные со сталинским руководством – это троцкистское партийное крыло и отдельные противники централизации власти в руках Сталина и других проявлений авторитаризма вождя. Их мало, но их имена, воспоминания, оценки начинали наполнять научные и популярные издания. Эмиграция послевоенного периода – это еще недавние диссиденты, чьи суждения были ценны тем, что они не были отдалены временем и их суждения могли разделяться современниками. Возвращались имена и содержание идей репрессированных соотечественников как политической элиты, так и деятелей культуры, идеологических оппонентов большевизма.
Сильное гражданское общество не только будет бороться с некомпетентностью и коррупцией в среде чиновничества, но и поможет удерживать Россию в целом от любых поползновений политических сил, желающих разрушить демократические институты государства и российскую демократию в целом. Сильное гражданское общество выведет Россию из состояния идеологического и политического иждивенчества по отношению к власти, создаст новую управленческую и политическую элиту страны, которая продолжит начатые преобразования.
Учебник включает в себя 13 базовых разделов, в которых освещаются предмет и методы современной политологии, политическая власть в информационном обществе, проблемы государства и гражданского общества, политические партии и избирательные системы, политические коммуникации, новые информационные технологии в политике, значение личностного фактора в сфере политики, политическое лидерство и политические элиты, проблемы политической культуры и этики, новые тенденции в мировой политике и международных отношениях.
К положительным моментам прямой демократии можно отнести то, что она: дает больше возможностей (по сравнению с представительными институтами) для выражения интересов граждан и их участия в политическом процессе; в большей мере обеспечивает полную легитимность власти; обеспечивает контроль за политической элитой и т. п.
Особое явление в новейшей истории – режимы «закрытых», или «управляемых», демократий[56]. При этом режиме парламенты функционируют, в них представлена оппозиция, регулярно проходят выборы; существует свобода слова (но не в средствах массовой информации, имеющих выход на массовую аудиторию); допускается критика власти в парламенте и в прессе; нет пожизненного диктатора и т. д. Налицо все внешние признаки демократического режима, за исключением одного – действительно демократических выборов. Исход выборов от избирателя не зависит, он предрешен: действует установленный политической элитой механизм регулярной передачи власти.
Пристальный интерес к истории управления Российской империей характерен для англо-американских русистов. Начнем с того, что основные проблемы и направления изучения российской бюрократии были сформулированы и намечены в работах Марка Раева[50]. В круг его первостепенных интересов всегда входила интеллектуальная история, и потому особое внимание он уделял тем идеям, которые лежали в основе действий политической элиты. Для М. Раева история России представляет собой длинную цепь попыток реформировать политическую и социальную структуру империи. Для понимания политической эволюции России XIX в. он призывал уяснить, что представляли собой те люди, которые помогали самодержцу в формулировании политического курса и следили за выполнением его решений.
Сторонники процессуального объяснения формирования демократического режима защищают значимость и уникальность национального опыта, а также факторов случайности в формировании социальных и политических институтов. Решающее значение имеет реально складывающаяся на момент изменений политическая ситуация. Демократию делает возможной не комплекс тех или иных предпосылок, а сам переходный процесс с присущими для него сложностью и непредсказуемостью[168]. Так, одна из наиболее известных на сегодня процессуальных теорий подчеркивает роль политических элит в процессе демократизации. Именно принимаемые элитами решения, выбираемые ими стратегии действия прежде всего определяют динамику, а во многом и результаты данного процесса[169].
С сожалением приходится констатировать, что российская политическая элита упустила возможность для парламентского диалога и сотрудничества, которую она получила по итогам выборов. Вместе с тем феномен столь массового голосования населения за эсеров означал недоверие партиям крайне левого или правого толка. Люди проголосовали за дальнейшее стабильное развитие России как единого государства с сильной исполнительной властью, подчиненной парламенту.
Завершая свою работу, Захаров предлагает несколько любопытных, хотя и пессимистических соображений касательно будущего российской политической системы и перспектив создания устойчивой федерации. Во-первых, заявляет он, нынешний авторитарный режим не может упразднить российский федерализм de jure, не подвергая себя риску возмущения и требований сецессии со стороны этнических республик. Во-вторых, те федералистские принципы, которые сегодня пребывают в замороженном состоянии, неизбежно проснутся, но, скорее всего, российское государство окажется неподготовленным к этому событию. В-третьих, ответственность за эту неподготовленность ляжет на нынешнюю политическую элиту, которая недальновидно и эгоистично преследует собственные корыстные интересы в ущерб укреплению федеративного государства. В-четвертых, до тех пор пока правящий класс не согласится с неизбежностью для России федералистского сценария и не научится играть по соответствующим правилам, страна будет снова и снова проходить пагубный цикл от «парада суверенитетов» до «замораживания» федерализма. Наконец, в-пятых, предупреждает автор, подъем русского национализма в сочетании с политическим альянсом русской православной церкви и государства несет в себе самую серьезную угрозу национально-территориальным основаниям федерации.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я