Неточные совпадения
Называется Сикстинской потому, что была написана для монастыря св. Сикста, который изображен
на картине справа от Мадонны.], а другая с Данаи Корреджио [Корреджио — Корреджо, настоящее
имя — Антонио Аллегри (около 1489 или 1494—1534) — крупнейший итальянский художник.].
Публика начала сбираться почти не позже актеров, и первая приехала одна дама с мужем, у которой, когда ее сыновья жили еще при ней, тоже был в доме театр;
на этом основании она, званая и незваная, обыкновенно ездила
на все домашние спектакли и всем говорила: «У нас самих это было — Петя и Миша (ее сыновья) сколько раз это делали!» Про мужа ее, служившего контролером в той же казенной палате, где и Разумов, можно было сказать только одно, что он целый день пил и никогда не был пьян, за каковое свойство, вместо настоящего
имени: «Гаврило Никанорыч», он был называем: «Гаврило Насосыч».
— Писать я буду к вам часто, и вы пишите ко мне; но только — не
на мое
имя.
— Щепетильный вы нравственник и узковзглядый брезгливец! — сказал Вихров и хотел было уйти; но
на пороге остановился и обернулся: он увидел, что Неведомов упал
на диван и рыдал. Павел пожал плечами и ушел от него. Анне Ивановне он, впрочем, сказал, что Неведомов, вероятно, ее простит, потому что
имени ее не может слышать, чтоб не зарыдать.
Кирьян
на эти слова вынул толстый, завернутый в сахарную бумагу пакет и подал его Павлу. Тот развернул, и первое, что увидел, — это билеты приказа общественного призрения
на его
имя и тысяч
на тридцать.
Эта, уж известная вам, m-me Фатеева, натура богатая, страстная, способная к беспредельной преданности к своему идолу, но которую все и всю жизнь ее за что-то оскорбляли и обвиняли; потому, есть еще у меня кузина, высокообразованная и умная женщина: она задыхается в обществе дурака-супруга во
имя долга и ради принятых
на себя священных обязанностей; и, наконец, общая наша любимица с вами, Анна Ивановна, которая, вследствие своей милой семейной жизни, нынешний год, вероятно, умрет, — потому что она худа и бледна как мертвая!..
— Два качества в вас приветствую, — начал Салов, раскланиваясь перед ним, — мецената [Меценат (род. между 74 и 64, ум. 8 до н. э.) — римский государственный деятель, покровительствовавший поэтам.
Имя Мецената стало нарицательным названием покровителя искусств и литературы.] (и он указал при этом
на обеденный стол) и самого автора!
Первый, как человек, привыкший делать большие прогулки, сейчас же захрапел; но у Вихрова сделалось такое волнение в крови, что он не мог заснуть всю ночь, и едва только забрезжилась заря, как он оделся и вышел в монастырский сад. Там он услыхал, что его кличут по
имени. Это звала его Юлия, сидевшая в довольно небрежном костюме
на небольшом балкончике гостиницы.
«Ах, madame!» — воскликнул он и сейчас просил меня садиться; а приехавши, не забудь, я сказала: «Генерал-лейтенантша такая-то!», но
на него это, видно, не подействовало, а
имя твое напротив!
Второе событие — это уже присланное
на мое
имя предписание губернатора такого содержания: «Известился я, что в селе Скворцове крестьянин Иван Кононов совратил в раскол крестьянскую девицу Пелагею Мартьянову, а потому предписываю вашему высокоблагородию произвести
на месте дознание и о последующем мне донести».
— Здравствуйте, любезнейший, — сказал он, — потрудитесь вот с отцом Селивестром съездить и открыть одно дело!.. — прибавил он, показывая глазами
на священника и подавая Вихрову уже заранее приготовленное
на его
имя предписание.
— Ко мне сейчас почтмейстер заезжал и привез письмо
на ваше
имя, которое прислано до востребования; а потом ему писало из Петербурга начальство его, чтобы он вручил его вам тотчас, как вы явитесь в город.
Надобно сказать, что Эйсмонд так же, как некогда
на Кавказе, заслужил и в Севастополе
имя храбрейшего генерала; больной и израненный, он почти первый из севастопольских героев возвратился в Петербург.
— Полячишку тут одного, и я действительно плюнул
на все и даже, чтоб ее же не закидали грязью в обществе, не расходился с нею и покрывал все своим
именем! Но она этим не ограничилась. Нынешней весной заявила мне, что совсем уезжает за границу.
Неточные совпадения
Морозна ночь, всё небо ясно; // Светил небесных дивный хор // Течет так тихо, так согласно… // Татьяна
на широкий двор // В открытом платьице выходит, //
На месяц зеркало наводит; // Но в темном зеркале одна // Дрожит печальная луна… // Чу… снег хрустит… прохожий; дева // К нему
на цыпочках летит, // И голосок ее звучит // Нежней свирельного напева: // Как ваше
имя? Смотрит он // И отвечает: Агафон.
— Переведи их
на меня,
на мое
имя.
Какое ни придумай
имя, уж непременно найдется в каком-нибудь углу нашего государства, благо велико, кто-нибудь, носящий его, и непременно рассердится не
на живот, а
на смерть, станет говорить, что автор нарочно приезжал секретно, с тем чтобы выведать все, что он такое сам, и в каком тулупчике ходит, и к какой Аграфене Ивановне наведывается, и что любит покушать.
Чичиков поблагодарил хозяйку, сказавши, что ему не нужно ничего, чтобы она не беспокоилась ни о чем, что, кроме постели, он ничего не требует, и полюбопытствовал только знать, в какие места заехал он и далеко ли отсюда пути к помещику Собакевичу,
на что старуха сказала, что и не слыхивала такого
имени и что такого помещика вовсе нет.
Отдохнувши, он написал
на лоскутке бумажки, по просьбе трактирного слуги, чин,
имя и фамилию для сообщения куда следует, в полицию.