А Наташа про Веденеева ни с кем речей не заводит и с каждым днем становится молчаливей и задумчивей. Зайдет когда при ней разговор о Дмитрии Петровиче, вспыхнет слегка, а сама ни словечка. Пыталась с ней Лиза заговаривать, и на сестрины речи молчала Наташа, к Дуне ее звали — не пошла. И больше
не слышно было веселого, ясного, громкого смеха ее, что с утра до вечера, бывало, раздавался по горницам Зиновья Алексеича.
— Ни единого, — отвечал солдат. — Барыня у него года три померла, и
не слышно, чтоб у него какие сродники были. Разве что дальние, седьма вода на киселе. Барыниных сродников много. Так те поляки, полковник-от полячку за себя брал, и веры не нашей была… А ничего — добрая тоже душа, и жили между собой согласно… Как убивался тогда полковник, как хоронил ее, — беда!
Неточные совпадения
Спохватилась мастерица, что этак, пожалуй, и гостинца
не будет, тотчас понизила голос, заговорила мягко, льстиво, угодливо. Затаенной язвительности больше
не было
слышно в ее речах, зазвучали они будто сердечным участьем.
Стихло в гостинице, лишь изредка слышится где-то в дальних коридорах глухой топот по чугунному полу запоздавшего постояльца да либо зазвенит замок отпираемой двери… Прошумело на улице и тотчас стихло, — то перед разводкой моста через Оку возвращались с ярманки последние горожане… Тишина ничем
не нарушается, разве где в соседних квартирах чуть
слышно раздается храп, либо кто-нибудь впросонках промычит, пробормочет что-то и затем тотчас же стихнет.
Так говорил едва
слышно Марко Данилыч, а Доронин слушал его и молчал. И тут впало ему в голову: «С чего это он так торопится и ни с кем про тюленя говорить
не велит? Уж нет ли тут какого подвоха?»
— Да ведь
слышно, матушка, что вас по своим местам разошлют, на родину, значит. Какие ни на есть сродники ведь тоже у каждой найдутся, они
не оставят родных, — сказал высокий, седой, сановитый ивановский фабрикант Старожилов.
— Что с тобой, что с тобой, Наташенька? — всплеснув руками, вполголоса, чтоб гостю
не было
слышно, спрашивала Татьяна Андревна.
— По-моему, тут главное то, что у него, все едино, как у Никитушки, нет ни отца, ни матери, сам себе верх, сам себе голова, — говорила Татьяна Андревна. — Есть,
слышно, старая бабушка, да и та, говорят, на ладан дышит, из ума совсем выжила, стало быть, ему
не будет помеха. Потому, ежели Господь устроит Наташину судьбу, нечего ей бояться ни крутого свекра, ни лихой свекрови, ни бранчивых деверьёв, ни золовок-колотовок.
— Нет,
не видывать!..
Не видывать!.. — чрез малое время, чуть
слышно она промолвила, грустно наклонив голову и отирая слезы передником.
— Как же
не хотеться? — потупив в землю глаза, чуть
слышно ответил Иванушка. — Я бы, пожалуй, и самоучкой стал учиться, без мастерицы, только бы кто показал… Да ведь азбуки нет.
Чуть-чуть приподнявши картуз и поклонясь общим поклоном, приветствовал всех Смолокуров, сквозь зубы процедивши чуть
слышно: «Здравствуйте!» Все поклонились ему, и затем, ни слова
не молвивши, каждый принялся за свое дело. Чубалов вышел из-за прилавка, попросил сидевших на скамейке потесниться, обмахнул полой местечко для Марко Данилыча и заботливо усадил его.
Мало-помалу она успокоилась, корчи и судороги прекратились, открыла она глаза, отерла лицо платком, села на диван, но ни слова
не говорила. Подошла к ней Варвара Петровна со стаканом воды в руке. Большими глотками, с жадностью выпила воду Марья Ивановна и чуть
слышно промолвила...
— А я и
не знала… И в голову мне
не приходило… — тихо опускаясь на диванчик, едва
слышно промолвила Дуня.
—
Не пустит, — чуть
слышно промолвила Лукерьюшка.
— А все-таки суета! — едва
слышно, но строго промолвил Пахом. — Конечно, и цветы Божья тварь, да все ж
не след к ней иметь пристрастье. Душа, Митенька, одна только душа стоит нашего попеченья.
—
Не знаю, что тебе сказать… — молвила она Вареньке после долгого раздумья. — Сомненье… — чуть
слышно она прибавила.
— А что у вас про нее
слышно, про барыню-то? Да
не барыня она, впрочем, а старая барышня, — сказала Дарья Сергевна.
— Да как же без денег-то, Патап Максимыч? Ведь у меня послезавтра в дому копейки
не останется, — на каждом слове вспыхивая, чуть
слышно промолвила Дарья Сергевна.
— Ничего на это сказать вам
не могу, — склонив голову и опустив глаза, едва
слышно промолвил отец Прохор. —
Не знаю…
Не нам судить, един Господь все рассудит на праведном суде своем.
Последних слов Устюгова
не было
слышно. Дряхлый сказатель ослаб и впал в беспамятство. Тогда началось радение — кто подпрыгивает, кто приплясывает, иные, ровно мертвые, лежат на полу без движения, глаза у них расширились, глядят бессмысленно, изо рту пена клубом. Падучая!
—
Не знаю, — чуть
слышно ответила Дуня.
И
не стало
слышно речей Матренушкиных. Заглушили их взвизги Иларии и дикий хохот Серафимы Ильинишны. Попросила Матренушка мать Сандулию унять сожительницу и пригрозила, ежель она
не уймется, до утра посадить ее на замок.
— Как убежала, больше он
не казался, и голоса
не стало
слышно, — отвечала Дуня. — Зато тоски вдвое прибыло. Как вспомню про него да подумаю, так и захочется хоть минутку посмотреть на него.
—
Не знаю, что и говорить, — едва
слышно, помолчав, промолвил Чубалов.
—
Не знаю. Делай как лучше, — чуть
слышно прошептала Дуня.
Неточные совпадения
«
Не влюблена ль она?» — «В кого же? // Буянов сватался: отказ. // Ивану Петушкову — тоже. // Гусар Пыхтин гостил у нас; // Уж как он Танею прельщался, // Как мелким бесом рассыпался! // Я думала: пойдет авось; // Куда! и снова дело врозь». — // «Что ж, матушка? за чем же стало? // В Москву, на ярманку невест! // Там,
слышно, много праздных мест» — // «Ох, мой отец! доходу мало». — // «Довольно для одной зимы, //
Не то уж дам хоть я взаймы».
Подошед к окну, постучал он пальцами в стекло и закричал: «Эй, Прошка!» Чрез минуту было
слышно, что кто-то вбежал впопыхах в сени, долго возился там и стучал сапогами, наконец дверь отворилась и вошел Прошка, мальчик лет тринадцати, в таких больших сапогах, что, ступая, едва
не вынул из них ноги.
— Да и приказчик — вор такой же, как и ты! — выкрикивала ничтожность так, что было на деревне
слышно. — Вы оба пиющие, губители господского, бездонные бочки! Ты думаешь, барин
не знает вас? Ведь он здесь, ведь он вас слышит.
Чичиков, чинясь, проходил в дверь боком, чтоб дать и хозяину пройти с ним вместе; но это было напрасно: хозяин бы
не прошел, да его уж и
не было.
Слышно было только, как раздавались его речи по двору: «Да что ж Фома Большой? Зачем он до сих пор
не здесь? Ротозей Емельян, беги к повару-телепню, чтобы потрошил поскорей осетра. Молоки, икру, потроха и лещей в уху, а карасей — в соус. Да раки, раки! Ротозей Фома Меньшой, где же раки? раки, говорю, раки?!» И долго раздавалися всё — раки да раки.
Я поставлю полные баллы во всех науках тому, кто ни аза
не знает, да ведет себя похвально; а в ком я вижу дурной дух да насмешливость, я тому нуль, хотя он Солона заткни за пояс!» Так говорил учитель,
не любивший насмерть Крылова за то, что он сказал: «По мне, уж лучше пей, да дело разумей», — и всегда рассказывавший с наслаждением в лице и в глазах, как в том училище, где он преподавал прежде, такая была тишина, что
слышно было, как муха летит; что ни один из учеников в течение круглого года
не кашлянул и
не высморкался в классе и что до самого звонка нельзя было узнать, был ли кто там или нет.