Неточные совпадения
От устья Оки до Саратова и дальше вниз правая
сторона Волги «Горами» зовется. Начинаются горы еще над Окой, выше Мурома, тянутся до Нижнего, а потом вниз по Волге. И чем дальше, тем выше они. Редко горы перемежаются — там только, где с правого бока река
в Волгу пала. А таких рек немного.
Еще первыми русскими насельниками Пьяной река за то прозвана, что шатается, мотается она во все
стороны, ровно хмельная баба, и, пройдя верст пятьсот закрутасами да изворотами, подбегает к своему истоку и чуть не возле него
в Суру выливается.
Издревле та
сторона была крыта лесами дремучими, сидели
в них мордва, черемиса, булгары, буртасы и другие язы́ки чужеродные; лет за пятьсот и поболе того русские люди стали селиться
в той
стороне. Константин Васильевич, великий князь Суздальский,
в половине XIV века перенес свой стол из Суздаля
в Нижний Новгород, назвал из чужих княжений русских людей и расселил их по Волге, по Оке и по Кудьме. Так летопись говорит, а народные преданья вот что сказывают...
Нет годного на
стороне промысла —
в извоз едет зимой…
Уральски казаки с морских кусовых нас увидали, переня́ли, и были мы с ними на Эмбинских промыслáх вплоть до Петровок, оттуда нас привезли
в Гурьев, а из Гурьева по своим
сторонам разошлись мы.
— А вы уж не больно строго, — сказал на то Марко Данилыч. — Что станешь делать при таком оскудении священства? Не то что попа, читалок-то нашего согласу по здешней
стороне ни единой нет. Поневоле за Терентьиху примешься… На Кéрженец разве не спосылать ли?..
В скиты?..
— Мое дело
сторона, — вмешалась при этом Макрина. — А по моему рассужденью, было бы очень хорошо, если б и при Дунюшке
в обители Дарья Сергевна жила. Расскажу вам, что у нас
в Комарове однажды случилось, не у нас
в обители — у нас на этот счет оборони Господи, — а
в соседней
в одной.
Шамра бежит
в одну
сторону с судами, «святой воздух» дополнá выдувает «апостольскую скатерть», и довольные попутным ветром бурлаки, разметавшись по палубе на солнышке, весело распевают про старые казацкие времена, про поволжскую вольную вольницу.
Поместились
в гостинице, на городской
стороне, а не на ярманке, там уж очень шумно и беспокойно было.
— Смирится он!.. Как же! Растопырь карман-от! — с усмешкой ответил Василий Фадеев. — Не на таковского, брат, напали… Наш хозяин и
в малом потакать не любит, а тут шутка ль, что вы наделали?.. Бунт!.. Рукава засучивать на него начали, обстали со всех
сторон. Ведь мало бы еще, так вы бы его
в потасовку… Нечего тут и думать пустого — не смирится он с вами… Так доймет, что до гроба жизни будете нонешний день поминать…
Сама еще не вполне сознавая неправду, Дуня сказала, что без отца на нее скука напала. Напала та скука с иной
стороны. Много думала Дуня о запоздавшем к обеду отце, часто взглядывала
в окошко, но на память ее приходил не родитель, а совсем чужой человек — Петр Степаныч. Безотвязно представал он
в ее воспоминаньях… Светлый образ красивого купчика
в ярком, блестящем, радужном свете она созерцала…
— Самый буянственный человек, — на все
стороны оглядываясь, говорил Василий Фадеев. — От него вся беда вышла… Он, осмелюсь доложить вашей милости, Марко Данилыч, на все художества завсегда первым заводчиком был. Чуть что не по нем, тотчас всю артель взбудоражит. Вот и теперь — только что отплыли вы, еще
в виду косная-то ваша была, Сидорка, не говоря ни слова, котомку на плечи да на берег. За ним все слепые валом так и повалили.
Ровно с цепи сорвавшись, во все
стороны мечутся ярославцы
в белых миткалевых рубашках, с белыми полотенцами чрез плечо,
в смазных со скрипом сапо́жках…
И плюнул
в ту
сторону, куда немка пошла.
Как вскинется на него Орошин, как напустится. Так закричал, что все сидевшие
в «дворянской» оборотились
в их
сторону.
Когда засидевшиеся
в трактире рыбники поднялись с мест, чтоб отправляться на спокой,
в «дворянской» было почти уж пусто. Но только что вышли они
в соседнюю комнату, как со всех
сторон раздались разноязычные пьяные крики, хохот и визг немецких певуний, а сверху доносились дикие гортанные звуки ярманочной цыганской песни...
Пробраться сквозь крикливую толпу было почти невозможно. А там подальше новая толпа, новый содом, новые крики и толкотня… Подгулявший серый люд с песнями, с криками, с хохотом, с руганью проходил куда-то мимо, должно быть, еще маленько пображничать. Впереди, покачиваясь со
стороны на
сторону и прижав правую ладонь к уху, что есть мочи заливался молодой малый
в растерзанном кафтане...
С кем век изжила, те по
сторонам расходись, живи с ними врозь и наперед знай, что
в здешнем свете ни с кем из них не увидишься!..
— Самих-то нас к тому времени разгонят на все четыре
стороны, — тихо промолвила мать Таисея. — Приедешь
в Комаров, ан нет Комарова. Пожалеешь, чать, тогда?
А было то
в ночь на светлое Христово воскресенье, когда, под конец заутрени, Звезда Хорасана, потаенная христианка, первая с иереем христосовалась. Дворец сожгли, останки его истребили, деревья
в садах порубили. Запустело место. А речку, что возле дворца протекала, с тех пор прозвали речкою Царицей. И до сих пор она так зовется. На Волге с одной
стороны устья Царицы город Царицын стоит, с другой — Казачья слободка, а за ней необъятные степи, и на них кочевые кибитки калмыков.
Вспомнил Никита Федорыч, что двое молодцов,
в грязных, истасканных польтах, с очень короткими рукавами, сжимали его с обеих
сторон, а третий сильно напирал сзади…
— А то как же-с? Полушкины пишемся, а Червонцевы прозываемся, — отвечал любимовец. — По нашей
стороне все так… Исстари так ведется… Как же насчет капитальцу-то, ваше степенство?.. Прикажете
в надежде оставаться? — немного помолчав, бойко обратился половой к Василью Петровичу.
— Сам я того не знаю, — отвечал Морковников, — по людям
в нашей
стороне идет такая намолвка: ежели кто
в ихню веру переходит, прощается он со всем светом и ото всех отрекается.
—
В гостях был на той
стороне, засиделся, мост развели, я нанял лодку. На перевозе темно, грязно, скользко, поскользнулся, упал, выпачкался… Вот и вся недолга, — сказал Дмитрий Петрович.
С обеих
сторон в соседних номерах послышалось ворчанье, но Веденеев не унялся… У соседей послышалась брань… Кто-то, наконец,
в дверь кулаком стал колотить.
— Ай вай мир!.. Да это зе никак невозможно!.. Да это зе ни на цто не похозе! — резким гортанным голосом, судорожно кашляя и тоже колотя
в дверь рукой с другой
стороны, кричал какой-то жидок. А за ним подняли «гевалт» и другие сыны Авраама, ровно сельди
в бочонке набитые
в соседнем номере.
На горах городской
стороны раздался
в это время звон с пятидесяти колоколен — обедня значит, девять часов.
При каждом встречном толчке Петр Степаныч пробуждался из забытья, но, оглянувшись по
сторонам, опять закрывал глаза, еще больше нахлобучивал шапку и, склоняя ниже и ниже сонную голову, снова погружался
в дремоту.
Стоял
в ней столярный станок, возле него с одной
стороны стол со слесарными снарядами, с другой — столярный верстак;
в углу, у окна кожей обитый полок для чинки и сборки часов, к печи приставлен небольшой горн с раздувальным мехом для плавки, литья, паянья и для полуды; у другого окна стоят на свету два пристолья для резьбы и золоченья, а по полкам расставлены заготовленные иконы и разная утварь, дожидавшая очереди для починки или переделки.
День был ясный, и она, потихоньку пробираясь
в тени по другой
стороне улицы, поверсталась с гостиницей, где жили Смолокуровы.
Склоняется, бывало, день к вечеру,
в лесу потемнеет, со всех
сторон повеет прохладой.
— Ивана Силыча по жеребью
в солдаты отдали. На чужой
стороне жизнь покончил. А жена Иванова и детки его тоже все примерли. Один я остался
в живых.
— По разным местам проживал, — сквозь зубы промолвил Герасим и, отворотясь от надоедницы, высунул голову
в окошко и стал по
сторонам смотреть.
Но все
в один голос решили, что Герасим Чубалов темный богач, и стали судить и рядить, гадать и догадываться, где б это он был-побывал,
в каких
сторонах,
в каких городах и каким способом столь много добра накопил.
Между шоссейной дорогой, обстроенной с обеих
сторон рядами лавок, и песчаным берегом Оки, до последнего большого на ярманке пожара, тянулись
в три порядка тесные неказистые деревянные, где дранью, где лубом крытые платочные ряды.
Вынул бумажник Марко Данилыч, порылся
в нем, отыскал недоплаченный вексель Чубалова, осмотрел его со всех
сторон и спросил пера да чернильницу.
— Рубликов двадцать надо бы за весь-от короб получить, — склонив немножко на
сторону голову и смотря прямо
в глаза Марку Данилычу, вполголоса промолвил Герасим Силыч.
Дома старенькие, зато строены из здоровенного унжинского леса и крыты
в два теса. От большой улицы по обе
стороны вниз по угорам идут переулки; дома там поменьше и много беднее, зато новее и не так тесно построены. Во всем селенье больше трехсот дворов наберется, опричь келейных рядов, что ставлены на задах, ближе к всполью.
В тех келейных рядах бобыльских да вдовьих дворов не меньше пятидесяти.
К тому же земли от села пошли клином
в одну
сторону, и на работу
в дальние полосы приходится ездить верст за десяток и дальше, оттого заполья и не знали сроду навоза, оттого и хлеб на них плохо родился.
Не вставая с земли, зажмуря глаза, раскрыв рты, сбитые с ног мальчуганы хотели было звонкую ревку задать, но стоявшие сзади их и по
сторонам миршенские подростки и выростки окрысились на мальцов и
в сердцах на них крикнули...
Еще пуще боялись, чтоб крестьян не продал на вывоз он, либо не выселил
в дальние вотчины — не видать тогда дочки до гробовой доски, не знавать и ей ни рода, ни племени, изныть и покончить жизнь на чужой
стороне.
Вечорашний день довелось мне видеть его: охрип, сердечный, от ругани, а третьего дня
в трактире одному промышленнику с сердцов
в ухо даже заехал, а тот с своей
стороны уважил и угостил его ладошками препорядочно, чуть-чуть обоих не забрали на съезжую.
— А потом буду работы искать, — сказал Хлябин. — Еще
в Астрахани проведал от земляков, что сродников, кои меня знали, ни единого вживе не осталось, — хозяйка моя померла, детки тоже примерли, домом владеют племянники — значит, я как есть отрезанный ломоть. Придется где-нибудь на
стороне кормиться.
Каменный дом
в два яруса, с двумя флигелями лицевой
стороной обращен на широкий двор и окружен палисадником, сплошь усаженным сиренью, жимолостью, таволгой, акацией и лабазником.
— Умалился корабль, очень умалился, — скорбно промолвил Николай Александрыч. — Которых на земле не стало, которые по дальним местам разошлись. Редко когда больше двадцати божьих людей наберется… Нас четверо, из дворни пять человек, у Варварушки
в богадельне семеро. Еще человека два-три со
стороны. Не прежнее время, сестрица. Теперь, говорят, опять распыхались злобой на божьих людей язычники, опять иудеи и фарисеи воздвигают бурю на Христовы корабли. Надо иметь мудрость змиину и как можно быть осторожней.
Это — сокровенная сионская горница. Тут бывают раденья Божьих людей. Рядом вдоль всей горницы коридор, а по другую его
сторону семь небольших комнат, каждая
в одно окно, без дверей из одной
в другую. Во время о́но
в те комнаты уединялись генеральские собутыльники с девками да молодками, а теперь люди Божьи, готовясь к раденью, облачаются тут
в «белые ризы». Пред сионской горницей были еще комнаты, уставленные старой мебелью, они тоже бывали назаперти. Во всем нижнем этаже пахло сыростью и затхлостью.
В синих, а не
в красных, как ходят девушки
в той
стороне, они были одеты — то знак отречения от суеты мира и от замужней жизни.
В трех углах и по
сторонам дверей входной и другой, что выходила
в коридор, стояли высокие бронзовые канделябры, тоже с зажженными свечами, а
в переднем углу перед образами теплилось двенадцать разноцветных лампад.
— А ежель и мы со своей
стороны в сговор войдем? — вскричал Колодкин Алексей Никифорыч, широкоплечий, объемистый телом купчина, с богатырской головой, обросшей рыжими курчавыми волосами. — Ежели, значит, и мы меж собой цены свои установим и свыше их копейки не накинем? Куда рыбу-то тогда сбудете? Не
в Оку ж ее пошвырять.
По
сторонам сидели еще двое татар-приказчиков; один что-то записывал
в толстую засаленную книгу, другой клал на счетах.