Неточные совпадения
Тотчас вслед за тем в роще появились две девочки, которые поражали с первого взгляда своим необычайным сходством друг с другом. Всякий принял бы их за сестер-близнецов,
если бы разница в одежде не говорила,
что одна из них барышня,
а другая служанка. Девочки были лет десяти.
— Я не упрекаю тебя, потому
что ничего не запрещал тебе в этом отношении; вопрос об этом пункте никогда даже не поднимался между нами. Но
если дело зашло так далеко, я должен нарушить молчание. Ты считал свою мать умершей, и я допустил эту ложь, потому
что хотел избавить тебя от воспоминаний, которые отравили мою жизнь: по крайней мере, твоя молодость должна была быть свободна от них. Это оказалось невозможным,
а потому ты должен узнать теперь правду.
— Ты мое единственное дитя, Осип! Единственное,
что мне осталось от мечты и счастья, которые исчезли, как сон,
а взамен явилось разочарование и горечь. Тогда я многое потерял и все вынес; но
если бы мне пришлось потерять тебя — я не перенес бы этого.
—
А если бы так! — воскликнул юноша совершенно вне себя. — Лучше погибать на свободе,
чем продолжать жизнь в такой неволе! Для меня служба — цепи, рабство…
Елизавета Петровна начала с объявления,
что она останется девицей,
а наследником назначает своего племянника, сына Анны Петровны, который тотчас же был выписан из Голштинии и обращен в православие под именем Петра Федоровича. Это был тот самый «чертушка», который,
если припомнит читатель, смущал покой Анны Леопольдовны.
Скука этой жизни, кажущаяся невыносимой со стороны, не ощущается теми, кто втянулся в нее и для которых она представляется именно такой, какой должна быть жизнь. Иной жизни они не знают и не имеют о ней понятия. Жизнь для них заключается в занятиях, приеме пищи и необходимом отдыхе.
Если им сказать,
что они не живут,
а прозябают, они с удивлением покачают головой, признавая его не в своем уме.
—
А что,
если княгиня отдаст ее отцу и она должна будет поселиться в Соломонидиной избушке, к которой с детства вместе с княжной она питала род суеверного страха?
«
А что,
если все действительно сделается так, как он говорит, — неслось в голове Тани, — и тогда она успокоится, она жестоко будет отомщена. И
чем она хуже княжны Людмилы? Только тем,
что родилась от дворовой женщины, но в ней, видимо, нет ни капли материнской крови, как в Людмиле нет крови княгини Вассы Семеновны. Недаром они так разительно похожи друг на друга. Они дочери одного отца — князя Полторацкого, они сестры».
«
А если это возможно?
Если адский план, придуманный Никитой, действительно осуществим?
Что тогда?»
—
А что,
если действительно княжна Людмила полюбила его только потому,
что жила в глуши, без людей, без общества? Нельзя же в самом деле считать обществом тамбовских кавалеров…
Он стал вспоминать слова княжны Людмилы Васильевны, выражение ее прекрасного лица, все мелкие детали обращения с ним, все те чуть заметные черточки, из которых составляются целые картины. Картина действительно составилась. Эта картина была упоительна для князя Сергея Сергеевича. Он глубоко убедился в том,
что княжна действительно его любила.
А если это так, то он охранен от действия адских сил. Провидение, видимо, для этого спасло ее.
Если же священник относился строго к своим духовным детям, то сидел без муки и крупы и довольствовался одними пятаками да грошами.
А эти пятаки в ту пору далеко не могли служить обеспечением. Случалось тогда и то,
что во время богослужения являлся в церковь какой-нибудь пьяный, но богатый и влиятельный прихожанин и, чтобы показать себя, начинал читать священнику нравоучения, и, нуждающийся в его подачке, священник должен был выносить все эти безобразия.
«
А что,
если он не приедет совсем… Не захочет иметь с ней дела,
а прямо сообщит все государыне… Он в числе ее любимцев».
«
А если он это сделал под влиянием минуты и потом раздумал, почувствовал к ней брезгливость.
Что тогда?»
— Почему? — передразнила его княжна. —
А потому,
что если он не едет, значит, решил начать дело…
— Здоровы… — засмеялась звонко княжна. — Нет, вы не здоровы,
если говорите такие вещи… Убийцу моей матери, Никиту Берестова, ищет полиция,
а вы мне говорите,
что мне лучше всех знать, где он находится.
—
А что,
если она теперь задумала месть более крупную?
Если она позовет людей и объявит,
что он, граф, ворвался к ней ночью, без ее воли? Произойдет скандал на весь город. Он будет опозорен.
«
А что,
если действительно этот чародей может помочь мне!» — неслось в его голове.
Граф молчал. У него уже вползла в ум ревнивая мысль: «
А что,
если действительно она и другим назначала подобные же свидания?»
— Да, церковь, каменный обширный храм. Другой храм я буду строить одновременно на месте моего сгоревшего дома. Церкви Лугового и Зиновьева, вы знаете, очень ветхи.
Если я, паче чаяния, не доживу до окончания построек, то я уже оставил духовное завещание, в котором все свои имения и капиталы распределяю на церкви и монастыри,
а главным образом на эти две для меня самые священные работы. Граф Петр был так добр,
что согласился быть моим душеприказчиком и исполнителем моей последней воли.
Слушая то Софью Васильевну, то Колосова, Нехлюдов видел, во-первых, что ни Софье Васильевне ни Колосову нет никакого дела ни до драмы ни друг до друга,
а что если они говорят, то только для удовлетворения физиологической потребности после еды пошевелить мускулами языка и горла; во-вторых, то, что Колосов, выпив водки, вина, ликера, был немного пьян, не так пьян, как бывают пьяны редко пьющие мужики, но так, как бывают пьяны люди, сделавшие себе из вина привычку.
— Нисколько, нимало, многоуважаемый и лучезарнейший князь, нимало! — восторженно вскричал Лебедев, прикладывая руку к сердцу, — а, напротив, именно и тотчас постиг, что ни положением в свете, ни развитием ума и сердца, ни накоплением богатств, ни прежним поведением моим, ниже познаниями, — ничем вашей почтенной и высоко предстоящей надеждам моим доверенности не заслуживаю;
а что если и могу служить вам, то как раб и наемщик, не иначе… я не сержусь, а грущу-с.
Неточные совпадения
Я плачу…
если вашей Тани // Вы не забыли до сих пор, // То знайте: колкость вашей брани, // Холодный, строгий разговор, // Когда б в моей лишь было власти, // Я предпочла б обидной страсти // И этим письмам и слезам. // К моим младенческим мечтам // Тогда имели вы хоть жалость, // Хоть уважение к летам… //
А нынче! —
что к моим ногам // Вас привело? какая малость! // Как с вашим сердцем и умом // Быть чувства мелкого рабом?
— В том-то и дело,
что есть. Зять делал выправки: говорит, будто и след простыл, но ведь он человек военный: мастер притопывать шпорой,
а если бы похлопотать по судам…
Если его спросить прямо о чем-нибудь, он никогда не вспомнит, не приберет всего в голову и даже просто ответит,
что не знает,
а если спросить о
чем другом, тут-то он и приплетет его, и расскажет с такими подробностями, которых и знать не захочешь.
Следовало бы тоже принять во внимание и прежнюю жизнь человека, потому
что,
если не рассмотришь все хладнокровно,
а накричишь с первого раза, — запугаешь только его, да и признанья настоящего не добьешься:
а как с участием его расспросишь, как брат брата, — сам все выскажет и даже не просит о смягчении, и ожесточенья ни против кого нет, потому
что ясно видит,
что не я его наказываю,
а закон.
Как они делают, бог их ведает: кажется, и не очень мудреные вещи говорят,
а девица то и дело качается на стуле от смеха; статский же советник бог знает
что расскажет: или поведет речь о том,
что Россия очень пространное государство, или отпустит комплимент, который, конечно, выдуман не без остроумия, но от него ужасно пахнет книгою;
если же скажет что-нибудь смешное, то сам несравненно больше смеется,
чем та, которая его слушает.