Словообразование

Словообразова́ние (деривация) — образование новых слов (дериватов) от однокоренных слов и возникшее в результате этого формально-семантическое соотношение между дериватом и его производящим словом. Например: профессор → профессорский, работа → работник.

Источник: Википедия

Упоминания в литературе

Словообразование, в зависимости от использования формальных средств, обычно делится на словопроизводство (при использовании аффиксации), словосложение (при участии минимум двух полнозначных единиц), конверсию (при «образовании нового слова путем перевода данной основы в другую парадигму словоизменения», согласно определению О.С.Ахмановой) [Ахманова 1969: 202], аббревиацию (при сокращении исходных слов). Образование новых слов с помощью формальных средств называется деривацией, а сами производные – дериватами [Валгина 2001: 130; Языкознание 2000: 467].

И. Ю. Пашкеева, Сложные слова в англоязычных художественных текстах и их перевод на русский язык, 2014

Основной путь обогащения словаря языка – словообразование. Новые слова создаются двумя основными способами: 1) морфологическим (с помощью приставок и суффиксов – аффиксный; а также путём сложения основ – безаффиксный); 2) неморфологическим (переход из одной части речи в другую, переосмысление лексем, расщепление слов на омонимы и т.д.). Новые слова могут быть общеязыковыми и индивидуально-авторскими (окказионализмы).

Т. И. Кобякова, Стилистика русского языка и культура речи (сфера профессиональной коммуникации), 2013

Первоначально дериватология понималась лишь как учение об образовании слов, однако в процессе обнаружения общих закономерностей образования производных единиц разных уровней появилась возможность более широкой трактовки предмета дериватологии, а именно: ее центральным понятием стало понятие производности, теперь уже распространяемое не только на словообразование, но и на синтаксис, семантику, а впоследствии – на текст. Таким образом, предметом дериватологии являются процессы образования единиц – от слова до текста, «деривация как таковая» [Мурзин 1984]. При этом установление отношений производности между единицами не исчерпывает деривационного исследования, но по сути выступает в качестве материала для изучения механизмов образования языковых единиц. Важной особенностью дериватологии является ее ориентированность на текст, поскольку любые единицы языка возникают в процессе текстообразования.

Виктория Владимировна Васильева, Русский прозаический ритм. Динамический аспект, 1992

Рассматриваемый переход от значения избыточности к значению высокой степени качества, по-видимому, свидетельствуется и диахронически – развитием значений некоторых приставок. Ср., например, характерное для приставки пере– значение избыточности в глагольном словообразовании (перестараться, переработать, переспать и т. п.) и значение высокой степени качества в диалектном адъективном словообразовании (добрый – передобрый, гадина – перегадина и т. п.). Ср. также соответствующее значение приставки пре-.

А. Б. Пеньковский, Очерки по русской семантике

Лингвистическое понятие морфологии скорее напоминает линнеевский, чем ламаркианско-гетевско-дарвиновский, подход. Морфология выясняется в рассмотрении синхронического состояния языка как системы, в отвлечении от эволюции языка, которая составляет отдельный план рассмотрения. Наблюдения над историей языка не ведут к представлению о прогрессивном морфологическом усложнении – в истории естественных языков заметнее упрощения морфологии. Морфология языка представляет собой классификацию «частей речи», выделение типов слов по складу, формоизменению и функциям в предложении. Под лингвистической морфологией подразумевается дисциплина, которая изучает внутреннее строение лишь одного уровня языка, лексического, и выделяет типы компонентов слова: ядро, носитель устойчивого смысла, и переменные частицы при нем, вносящие разнообразные коннотации и функциональные значения, а также устанавливает формы их сочетания и возникающие в этой связи предсказуемые ряды словоизменения и менее предсказуемые ряды словообразования. Морфология предложения, то есть более высокого уровня организации языка, обычно называется синтаксисом; но это чистая условность. Мысль Проппа своеобразно черпала как из лингвистического источника, так и из естественнонаучного, особенно из философии Гете.

С. Я. Сендерович, Морфология загадки, 2008

Семитское словообразование покажется менее странным тем, кто говорит по-английски, чем, скажем, тем, кто говорит на одном из романских языков. В английском языке существуют такие явления, как глагольные формы sing – sang – sung, существительное song и даже аналогичное образование множественного числа man-men. Но если в английском языке такие формы ограничены строго определенными словами, в семитских языках это нормальное явление. Интересный пример – английское слово inch (дюйм), заимствованное арабами в форме единственного числа: insh. Но его множественное число, естественное и очевидное для арабов, – unush.

Москати Сабатино, Древние семитские цивилизации, 1949

Как уже было отмечено вначале, в наши дни социальная и коммуникативная роль просторечия сходит на нет. Поэтому возникает вопрос: заслуживают ли внимания исследователей явления, подобные тем, которых мы коснулись в этой статье? Отвечая на этот вопрос, надо иметь в виду, что при всей коммуникативной ущербности просторечие продолжает выступать как источник, питающий литературный язык новыми средствами выражения. Кроме того, некоторые модели, действующие в просторечной семантике, словообразовании, синтаксисе, со временем могут проникать в разговорную речь носителей литературного языка, активизируя системные языковые потенции и преодолевая сопротивление традиции и нормы. Оценке этих моделей с нормативно-литературной точки зрения (то есть: хороши они или плохи, «пускать» их в литературный оборот или не пускать и т. д.), как кажется, должно предшествовать их объективное изучение, учитывающее как общие тенденции развития русского языка и его подсистем, так и специфику взаимодействия кодифицированных и некодифицированных языковых образований в современных условиях.

Крысин Л. П., Слово в современных текстах и словарях, 2008

Тут ещё полезно будет запомнить такой термин, как «орфография». Это раздел науки о языке, в котором изучаются правила написания отдельных слов. Другими словами – это правописание. А словообразование – это раздел науки о языке, который изучает способы (понятное дело) образования слов. Изучаемые понятия: состав слова, корень, суффикс, приставка, окончание и т. п.

Суданов Георгий, Русский язык на пальцах, 2017

Изучая различные способы словообразования, дети на практическом уровне учатся сравнивать слова по значению, выделять в них различные и общие морфемы. С целью формирования морфологического (деривационного) компонента речевой деятельности развиваются следующие умения (по Р. И. Лалаевой):

Прищепова И. В., Речевое развитие младших школьников с общим недоразвитием речи. Учебно-методическое пособие, 2008

Путем их присоединения к корню образуются производные – новые – слова. Окончание – аффикс с грамматическим значением служит не для словообразования, а для словоизменения (по падежам, числам, родам). Членение слова на морфемы называется анализом по составу, или морфемным анализом.

Штунь А. И., Латинский язык для медиков: конспект лекций, -1

Особенности языка электронных документов проявляются не только на текстовом, но и на лексическом уровне. Лексика официально-делового стиля, функционирующего в электронной среде, характеризуется активным заимствованием англоязычной компьютерной и телекоммуникационной терминологии. Наиболее часто встречается калькирование. Одновременно с калькированием развиваются новые значения у исконно русских слов, что приводит в некоторых случаях к синонимии терминов. В ходе исследования выявлено большое количество синонимичных терминов, свидетельствующих о развитии, становлении терминологической системы языка электронных средств коммуникации. Активное распространение электронных средств коммуникации приводит к появлению новых словосочетаний, образованных за счет расширения сочетаемости некоторых слов. Одним из источников пополнения словаря языка средств электронной коммуникации является словообразование.

Коллектив авторов, Основы русской деловой речи, 2012

1) положительный, при котором, сделав предположение о смысле того или иного слова или о правиле словообразования, следует попробовать, можно ли составить ряд фраз, применяя это правило: положительный результат в этом случае подтвердит правильность выдвинутого предположения (так, сделав какое-либо предположение о смысле того или иного слова, той или иной его формы, о том или ином правиле словообразования или формообразования, следует попробовать, можно ли связать ряд разнообразных форм слов, применяя это правило);

Глухов В. П., Практикум по психолингвистике, 2017

Цейтлин С. Н. Очерки по словообразованию и формообразованию в детской речи. М.: Знак, 2009.

Бикертон Дерек, Язык Адама. Как люди создали язык, как язык создал людей, 2009

Пятый год жизни – заключительная фаза в развитии языка, но детское словотворчество еще продолжается. Лингвистическое совершенство детского словообразования, построенного по законам родного языка, поразительная чуткость малышей к языку радуют, удивляют и забавляют родителей.

Анищенкова Е. С., Речевая гимнастика для развития речи дошкольников, 2007