Неточные совпадения
— Хоть бы ты
карету велел запрячь! Нет, и потом слышу: «Постойте!» Ну, думаю, сжалились. Смотрю, посадили к нему толстого Немца и
повезли… И бантики мои пропали!..
Куда теперь направить путь?
А дело уж идет к рассвету.
Поди, сажай меня в
карету,
Вези куда-нибудь.
— Случилось так, — продолжал я, — что вдруг, в одно прекрасное утро, явилась за мною друг моего детства, Татьяна Павловна, которая всегда являлась в моей жизни внезапно, как на театре, и меня
повезли в
карете и привезли в один барский дом, в пышную квартиру.
Потом к вечеру Татьяна Павловна разрядилась сама довольно пышно, так даже, что я не ожидал, и
повезла меня с собой в
карете.
Здесь делают также карты, то есть дорожные капские экипажи, в каких и мы ехали. Я видел щегольски отделанные, не уступающие городским
каретам. Вандик купил себе новый карт, кажется, за сорок фунтов. Тот, в котором мы ехали, еле-еле держался. Он сам не раз изъявлял опасение, чтоб он не развалился где-нибудь на косогоре. Однако ж он в новом нас не
повез.
— Миловидка, Миловидка… Вот граф его и начал упрашивать: «Продай мне, дескать, твою собаку: возьми, что хочешь». — «Нет, граф, говорит, я не купец: тряпицы ненужной не продам, а из чести хоть жену готов уступить, только не Миловидку… Скорее себя самого в полон отдам». А Алексей Григорьевич его похвалил: «Люблю», — говорит. Дедушка-то ваш ее назад в
карете повез; а как умерла Миловидка, с музыкой в саду ее похоронил — псицу похоронил и камень с надписью над псицей поставил.
Привез он его к министру народного просвещения. Министр сажает Полежаева в свою
карету и тоже
везет — но на этот раз уж прямо к государю.
И с той поры голова, об чем бы ни заговорили с ним, всегда умеет поворотить речь на то, как он
вез царицу и сидел на козлах царской
кареты.
Лаврецкий взял
карету и велел
везти себя за город.
— Да что тут за сцены! Велел тихо-спокойно запрячь
карету, объявил рабе божией: «поезжай, мол, матушка, честью, а не поедешь,
повезут поневоле», вот и вся недолга. И поедет, как увидит, что с ней не шутки шутят, и с мужем из-за вздоров разъезжаться по пяти раз на год не станет. Тебя же еще будет благодарить и носа с прежними штуками в отцовский дом, срамница этакая, не покажет. — А Лиза как?
Княгиня-то и отпустила с ними нашу Марью Николаевну, а то хоть бы и ехать-то ей не с кем: с одной горничной княгиня ее отпустить не желала, а сама ее
везти не может, — по Москве, говорят, в
карете проедет, дурно делается, а по здешним дорогам и жива бы не доехала…
Окончив письмо, она послала служителя взять себе
карету, и, когда та приведена была, она сейчас же села и велела себя
везти в почтамт; там она прошла в отделение, где принимают письма, и отдала чиновнику написанное ею письмо.
— Нет-с, что вы, батушка, что вы? Как же можно от ласк государя кричать? Я-с, — заключил Николай Афанасьевич, — только как они выпустили меня, я поцеловал их ручку… что счастлив и удостоен чести, и только и всего моего разговора с их величеством было. А после, разумеется, как сняли меня из-под пальмы и
повезли в
карете домой, так вот тут уж я все плакал.
Везут его четверкой под балдахином, впереди несут на подушках ордена, сзади, непосредственно за колесницей, следуют огорченные родственники, за ними — бесконечная вереница
карет.
С подъезда оба поручика и коллежский асессор Сенечка сели на лихачей и, крикнув:"Туда!" — скрылись в сумерках."Индюшка"увязалась было за дядей, но он без церемоний отвечал:"Ну тебя!"Тогда она на минуту опечалилась:"Куда же я поеду?", но села в
карету и велела
везти себя сначала к Елисееву, потом к Балле, потом к колбаснику Кирхгейму…
Обоз застрял на повороте и задержал огромную древнюю
карету с иконой Иверской Божией Матери. На козлах сидели кучер и дьячок, головы которых были повязаны у одного женским платком, а у другого башлыком, потому что в шапке считалось икону грех
везти.
Сев в
карету, он велел как можно проворнее
везти себя в Роше-де-Канкаль. Елена взяла тот же нумер, где они обыкновенно всегда встречались. При входе князя она взмахнула только на него глазами, но не тронулась с своего места. За последнее время она очень похудела: под глазами у нее шли синие круги; румянец был какой-то неровный.
Князь на это ничего не ответил и, сев в
карету, велел себя
везти на Кузнецкий мост. Здесь он вышел из экипажа и пошел пешком. Владевшие им в настоящую минуту мысли заметно были не совсем спокойного свойства, так что он горел даже весь в лице. Проходя мимо одного оружейного магазина и случайно взглянув в его окна, князь вдруг приостановился, подумал с минуту и затем вошел в магазин.
Князь
повез с собою целую кипу книг и
карете, разумеется, велел ехать на Маросейку.
Капуцины поотпустили Николя, который мгновенно же поднялся на ноги и бросился бежать. В передней он едва успел схватить шубу и, держа ее в руках, вскочил в свою
карету и велел, что есть духу,
везти себя домой.
— Я готов, извольте! — произнес Николя и, как агнец, ведомый на заклание, последовал за князем, который посадил его к себе в
карету и
повез.
И мы ждали, ни разу даже не вспомнив о происшествии, когда-то случившемся на Рогожском кладбище, где тоже приехали неизвестные мужчины, взяли кассу и уехали… Мы терпеливо просидели у меня в нумере до вечера. В восемь часов ровно, когда зажглись на улице фонари, за нами явилась четвероместная
карета, нам завязали глаза и
повезли.
Васильков (берет пистолет и кладет в карман). Друг мой, что это? (Подбегает к окну.)
Карета! Они уезжают! (Совершенно убитый.)
Вези мой труп, куда хочешь, пока он не ляжет где-нибудь под кустом за заставой. (Уходит.)
Легши в такой поздний час, Домна Осиповна, однако, проснулась на другой день часов в девять, а в десять совсем была одета, и у крыльца ее дожидалась наемная извозчичья
карета, сев в которую Домна Осиповна велела себя
везти в знакомую нам банкирскую контору и при этом старалась как можно глубже сесть в экипаж: она, кажется, боялась встретить Бегушева и быть им узнанной.
Домна Осиповна, сев в
карету с этими акциями, сначала было велела себя
везти в банк, но потом, передумав, приказала извозчику ехать в прежнюю банкирскую контору.
Ибрагим протанцовал с нею менует и отвел ее на прежнее место; потом, отыскав Корсакова, вывел его из залы, посадил в
карету и
повез домой.
На дворе Новосильцова стояла наша желтая четвероместная
карета, в которой отец, в сопровождении няньки Афимьи, привез моих сестренок, чтобы
везти их в Смольный монастырь.
— Нет-с, как можно! Я-с, — заключил Николаи Афанасьевич, — только, как они выпустили меня, я поцеловал их ручку… что счастлив и удостоен чести, и только и всего моего разговора с их величеством было. А после, разумеется, как сняли меня из-под пальмы и
повезли в
карете домой, так вот тут уж все плакал.
В девять часов утра на него надели пальто и шубу, окутали его шалью и
повезли в
карете к доктору. Он стал лечиться.
Чем далее мы с Кузьмою отъезжали от Москвы и, следовательно, ближе подъезжали к Санкт-Петербургу, тем чаще спрашивали проезжие про меня у Кузьмы: кто я, откуда еду, не
везу ли свою
карету на продажу и все т. п. Но Кузьма отделывал их ловко, по-своему:"А киш, москали! Знаем мы уже вас. Ступайте себе далее!"
Платон. Приказывает, так надо идти. Вот она, жизнь-то моя, — одно горе не оплакал, другое на плечи валится. (Махнув рукою.) Одни стихи не кончил, другие начинай! (В задумчивости.) Вот и
повезут, и
повезут нас врозь: ее в
карете венчаться с генералом, а меня судебный пристав за ворот в яму.
Помнится,
кареты взяли с Владимирской; они были очень стары, голубого цвета, на круглых рессорах, с широкими козлами и клочками сена внутри; бурые разбитые лошади
везли нас тяжелой рысью, хромая каждая на разную ногу.
Николаев. Я видел, что будет гадость какая-нибудь. Я так и ждал. Он уверял меня. Я поверил, поехал в церковь. В церковь невежа этот приехал в сюртуке и в синих штанах… Ну, хорошо. Я хотел
везти ее, как следует по обряду… Он не дослушал молебна, подхватил, посадил ее в свою
карету. Ну, думаю… Я уж вовсе не хотел ехать, Софья Андревна пристала… Поедемте, что ж, за что Любу обидеть… ведь он не знает обряда… Ну, думаю: поеду, и Любу жалко.
— На, на, возьми! сбереги это, — говорил Шумков, всовывая какую-то бумажку в руку Аркадия. — Они у меня унесут. Принеси мне потом, принеси; сбереги… — Вася не договорил, его кликнули. Он поспешно сбежал с лестницы, кивая всем головою, прощаясь со всеми. Отчаяние было на лице его. Наконец усадили его в
карету и
повезли. Аркадий поспешно развернул бумажку: это был локон черных волос Лизы, с которыми не расставался Шумков. Горячие слезы брызнули из глаз Аркадия. «Ах, бедная Лиза!»
Как только меньшой брат вошел в лес, он напал на реку, переплыл ее и тут же на берегу увидал медведицу. Она спала. Он ухватил медвежат и побежал без оглядки на гору. Только что добежал до верху — выходит ему навстречу народ, подвезли ему
карету,
повезли в город и сделали царем.
— Ничего-с, ничего не глупо: меня никто не видал, как я покупал, как
вез и как надел в темном угле, за дровами, когда бегал нанимать
карету.
Тезоименитство Государыни Императрицы — 14 ноября — праздновалось у нас в институте с особенной пышностью. После обедни и молебна за старшими приезжали
кареты от Императорского двора и
везли их в театр, а вечером для всех — старших и младших — был бал.
— «В другую больницу»! — резко проговорил исхудалый водопроводчик с темным, желтушным лицом. — Вчера вот этак посадили нас в Барачной больнице в
карету, билетики дали, честь честью,
повезли в Обуховскую. А там и глядеть не стали: вылезай из
кареты, ступай, куда хочешь! Нету местов!.. На Троицкий мост вон большие миллионы находят денег, а рабочий человек издыхай на улице, как собака! На больницы денег нет у них!
Когда
карета была подана, пришедшую немного в себя Зою Александровну, видимо не понимавшую еще ясно совершающегося вокруг нее, одели, усадили в
карету и
повезли на набережную реки Фонтанки по адресу, переданному Александрой Яковлевной своему выездному лакею. Лишь подъезжая к дому княгиня пришла в себя.
Граф Иосиф Янович не торопился, так как знал, что императрица встает поздно и, как говорили про нее, превращает день в ночь. Быть может, такой же образ жизни княжны Людмилы Васильевны Полторацкой заслуживал вследствие этого одобрение ее величества. Одевшись не торопясь, граф сел в
карету и велел
везти себя во дворец.
Липина. Ах, я рассеянная какая!.. Молодой прекрасный человек сидит себе в
карете…
везу его к Кривлякину рекомендовать, и совсем забыла об нем. Дети, кормилица, ступайте себе в
карету, а ты, Ванечка, проведи их, чтоб кормилка не оступилась с ребенком на гнилой лестнице. Скажи, сейчас дескать буду. (Крестьянка, дети и Ванечка уходят.) Ермилыч, поди к себе в каморку, мне нужно сказать Груне пару слов по секрету.
Полицейские агенты снова усадили его в ту же
карету и
повезли в тюрьму святого Жиля.
Наконец день суда настал. Николая Герасимовича усадили в знакомую уже ему желтую
карету и
повезли в суд. По приезде в здание суда, его отвели в помещение для арестованных.
Вскоре после ее отъезда его пригласили сесть в
карету, куда уселись и два сержанта и
повезли в полицейскую префектуру.
Церемониймейстер этого ордена
повез их утром во дворец в придворной парадной
карете, запряженной шестеркою белых коней, с двумя гайдуками на запятках.
При таком нравственном облике естественно, что граф Алексей Петрович не по влечению своего «доброго сердца» принял к себе в
карету и
вез домой бесчувственную, совершенно незнакомую ему девушку.
Первые дни он хотя с трудом, но выносил дорогу. Потом это ему сделалось не по силам, и он принужден был остановиться в деревне, невдалеке от Вильны. Лежа на лавке в крестьянской избе, он стонал в голос, перемежая стоны молитвами и жалея, что не умер в Италии. Однако припадки болезни мало-помалу стихли, больного опять положили в
карету и
повезли дальше.
Его отнесли в
карету и
повезли домой.
За ними следовали гетманские войсковые музыканты с литаврщиками, играя поход; потом в богатой
карете, запряженной цугом, секретарь Коллегии иностранных дел, Степан Писарев,
вез высочайшую жалованную грамоту, которую держал в руках, на большом серебряном вызолоченном блюде.
— Это совершенные разбойники, особенно Долохов, — говорила гостья. — Он сын Марьи Ивановны Долоховой, такой почтенной дамы, и что́ же? Можете себе представить: они втроем достали где-то медведя, посадили с собой в
карету и
повезли к актрисам. Прибежала полиция их унимать. Они поймали квартального и привязали его спина с спиной к медведю и пустили медведя в Мойку; медведь плавает, а квартальный на нем.