— Здравствуйте, полковник, — произнес губернатор, ласково указывая ему на стул. Тот сел и, видимо, был чем-то встревожен. Губернатор между тем устремил
грустный взор на видневшуюся перед ним реку, тоже как-то мрачно взъерошенную осенним ветром.
Неточные совпадения
В продолжение всего ужина Эльчанинов переглядывался с Клеопатрою Николаевною каким-то
грустным и многозначительным
взором. Ночевать, по деревенскому обычаю, у графа остались только Алексей Михайлыч, никогда и ниоткуда не ездивший по ночам, и Клеопатра Николаевна, которая хотела было непременно уехать, но граф ее решительно не пустил, убедив ее тем, что он не понимает возможности, как можно по деревенским проселочным дорогам ехать даме одной, без мужчины, надеясь на одних кучеров.
Радехонька Параша… Давно ее клонит ко сну… Разостлали по земле шерстяные платки, улеглись. В самой середке положили Парашу, к бокам ее тесно прижались Фленушка с Марьюшкой, по краям легли старицы… Прислонясь к ветвистому дубу, сумрачен, тих и безмолвен стоял Василий Борисыч, не сводя
грустных взоров с подернувшейся рябью поверхности Светлого Яра…
Неточные совпадения
Высвободя здоровую руку и
грустным тоскливым
взором глядя на дочь, Марко Данилыч показывал ей на искривленное лицо, на язык и на отнявшуюся половину тела. С большим трудом тихим голосом сказал он:
Ночь морозная дышала // Тихой, крепкой красотой, // Даль туманная блистала // Под задумчивой луной. // И по улицам пустынным // Долго-долго я бродил… // Счастье, счастье! Чем, скажи мне, // Чем тебя я заслужил? // Эта
грустная улыбка, // Этот тихий разговор. // Этот вздох груди высокой, // Этот дивный долгий
взор, — // И кому же?.. О, за что же? // Чем я это заслужил? // Долго ночью этой чудной // Я домой не приходил.
— Нет, Татьяна Николаевна! — поднял он наконец на нее
грустные, но в то же время ясные
взоры.
Сначала
взор ее прелестный // Бродил по синим небесам, // Потом склонился к поднебесной // И вдруг… какой позор и срам! // Напротив, у окна трактира, // Сидит мужчина без мундира. // Скорей, штабротмистр! ваш сертук! // И поделом… окошко стук… // И скрылось милое виденье. // Конечно, добрые друзья, // Такая
грустная статья // На вас навеяла б смущенье; // Но я отдам улану честь — // Он молвил: «Что ж? начало есть».
Сожаление и досада изобразились на лице молчаливого проезжего. Он смотрел с каким-то
грустным участием на Юрия, который, во всей красоте отвагой кипящего юноши, стоял, сложив спокойно руки, и гордым взглядом, казалось, вызывал смельчака, который решился бы ему противоречить. Стрелец, окинув
взором все собрание и не замечая ни на одном лице охоты взять открыто его сторону, замолчал. Несколько минут никто не пытался возобновить разговора; наконец земский, с видом величайшего унижения, спросил у Юрия: