— Да, оно так-то так, что про это говорить. Вестимо, больше потерпишь, да уж ты помилосердуй, заставь за себя Бога молить… Ведь ты наша заступа, на тебя наша надежа — как Бог, так и ты.
Сделай милость, пожалей нас, Василий Фадеич, — слезно умолял дядя Архип приказчика.
— Сделай же все по этой записке. Только
сделай милость, управляйся скорее, засветло бы тебе назад поспеть. Успеешь, думаю, тут всего четыре версты, да и тех, пожалуй, не будет, — молвил Чубалов.
— Как вам угодно, а я всегда готова, — ответила Дуня. — Только, уж
сделайте милость, устройте, сколько можно, наши дела. Ведь я ничего в них не понимаю и сделать ничего не умею. А кроме вас, у меня нет никого, кто бы помог.
Неточные совпадения
Душевную бы чистоту хранила и бесстрастие телесное, от злых бы и плотских отлучалась, стыденьем бы себя украшала, в нечистых беседах не беседовала, а пошлет Господь судьбу —
делала бы супругу все ко благожитию, чад воспитала бы во благочестии, о доме пеклась бы всячески, простирала бы руце своя на вся полезная,
милость бы простирала к бедному и убогому и тем возвеселила бы дни своего сожителя и лета бы его миром исполнила…
— Нет, уж ты
сделай такую
милость, возьми три четвертухи, пожалей нас, родимый, ведь кровь свою отдаем — ты это подумай, — умолял дядя Архип.
— Это уж будет маленько обидно… Вы уж
сделайте такую
милость, из двух рублей из сорока копеек расчетец со мной учините.
— Ну, Семенушка, сослужи ты мне, братец, теперь не в службу, а в дружбу. Хоть ты и устал и давно бы пора отдохнуть тебе, да уж, пожалуйста, похлопочи,
сделай для меня такую
милость.
— Федосьюшке ни орехов, ни подсолнухов не дам, — шутливо молвил Герасим. — Не заслужила еще такой
милости, зубов не вырастила, а вот на-ка тебе жемочков, невестушка,
сделай ей сосочку, пущай и она дядиных гостинцев отведает. Сама-то что не берешь? Кушай, голубка, полакомись.
Я ведь их к вашей
милости единственно потому только привез, что чувствую и помню одолжение, что тогда
сделали вы мне в Саратове.
— Так уж я стану просить вас, милостивая наша барышня, чтобы
сделали вы нам великое одолжение и
милость несказанную, и мне и Дунюшке, — говорил Смолокуров.
Доносил я также вашей
милости, что Онисим Самойлыч, будучи лично сам на Низу, завладал всем делом насчет икры и суши, однако ж благодаря Всевышнему того
сделать ему не сгодилось.
— Тятенька, да отпусти же, ради Господа,
сделай такую для меня
милость, — нежно обвивая руками отца, молила Дуня.
— Видишь ли, — обратился игумен к Пахому. — Нет, друг, поклонись ты от меня благотворительнице нашей, Марье Ивановне, но скажи ей, что желания ее исполнить не могу. Очень, мол, скорбит отец игумен, что не может в сем случае
сделать ей угождения… Ох, беда, беда с этими господами!.. — прибавил он, обращаясь к казначею. — Откажи —
милостей не жди,
сделаю по-ихнему, от владыки немилости дожидайся… Да… Нет, нет, Пахом Петрович, — не могу.
— Что с ним, батюшка? Скажите на
милость!..
Сделайте такое ваше одолжение, — говорила она, обливаясь слезами.
Искушайте,
сделайте такую вашу
милость.
— Это так точно, Патап Максимыч, это речи справедливые и согласные, — отвечал Петр Степаныч. — Ежели бы Сергей Андреич согласился оказать мне
милость, как же бы я мог
делать по-своему? Не выступлю из его приказов.
И послал я тогда Алексея сколь-нибудь заработать, чтобы справиться, а был он самый первый токарь по всей стороне и полюбился Патапу Максимычу, и тот ему беспримерные
милости делал.
— Были мы с тобой, Дарьюшка, жених да невеста. Неужто и этого не вспомнишь? Теперь я по
милости племянницы стал богат, и дом, где ты двадцать лет выжила, мой дом. Что бы нам с тобой старину не вспомнить? Чего прежде не удалось
сделать, то бы мы теперь разом порешили. Были мы жених с невестой, а теперь можно бы было сделаться мужем и женой.
Неточные совпадения
— Ну, я перво-наперво притаился: солдат и ушел с письмом-то. Да верхлёвский дьячок видал меня, он и сказал. Пришел вдругорядь. Как пришли вдругорядь-то, ругаться стали и отдали письмо, еще пятак взяли. Я спросил, что, мол,
делать мне с ним, куда его деть? Так вот велели вашей
милости отдать.
— Да,
сделай вам
милость, а после сами же будете гневаться, что не разбудил…
У Обломова в кабинете переломаны или перебиты почти все вещи, особенно мелкие, требующие осторожного обращения с ними, — и всё по
милости Захара. Он свою способность брать в руки вещь прилагает ко всем вещам одинаково, не
делая никакого различия в способе обращения с той или другой вещью.
— Ну,
сделай же такую
милость, не мешай, — убедительно говорил Обломов, открывая глаза.