Неточные совпадения
Отроковице, по Василию Великому, «не дерзкой быти на смех», а она у вас только и
дела, что гогочет, «стыдением украшатися» надобно, а она язык мне высунула, «долу зрение имети» подобает, а она, ровно коза, лупит глаза во все
стороны…
И пошла рассказывать ни так ни сяк не подходящее к
делу. Ей только надо было отвести в
сторону мысли Смолокурова; только для того и речь повела… И отвела… мастерица была на такие отвороты.
— Смирится он!.. Как же! Растопырь карман-от! — с усмешкой ответил Василий Фадеев. — Не на таковского, брат, напали… Наш хозяин и в малом потакать не любит, а тут шутка ль, что вы наделали?.. Бунт!.. Рукава засучивать на него начали, обстали со всех
сторон. Ведь мало бы еще, так вы бы его в потасовку… Нечего тут и думать пустого — не смирится он с вами… Так доймет, что до гроба жизни будете нонешний
день поминать…
Стоят на месте бурлаки, понурив думные головы.
Дело, куда ни верни, со всех
сторон никуда не годится. Ни линьков, ни великих убытков никак не избыть. Кто-то сказал, что приказчик только ломается, а ежели поклониться ему полтиной с души, пожалуй, упросит хозяина.
В чаянье другого двугривенного, а глядя по
делу и целого рублевика, проглаголавший писарь вскочил поспешно со стула, отвел Марка Данилыча в
сторону и, раболепно нагнувшись к плечу его, вполголоса стал уговаривать, чтоб он рассказал свою надобность, уверяя, что и без капитана он всякое
дело может обделать.
— Слушаю-с, — ответил приказчик и, прокашлявшись в руку, спросил, глядя в
сторону: — За простойные
дни как прикажете?
— Розно толкуют-с, — перебирая пальцами и глядя в
сторону, ответил Фадеев. — На орошинских баржáх был намедни разговор, что тюленю надо быть рубля на два, а по другим караванам толкуют, что будет два с гривной, даже двух рублей с четвертаком ожидают.
Дело закрытое-с…
— Молоденьки еще, сударь, про такие важнейшие, можно сказать,
дела таким родом толковать, — насупившись, кинул сердитое слово Марко Данилыч и даже в
сторону отворотился от дорогого гостя.
Вон те так никоим путным
делом не займутся, — примолвил Феклист, указывая на большой двухъярусный дом со множеством пристроек, со всех
сторон его облепивших, и с закрытыми наполовину окнами.
День был ясный, и она, потихоньку пробираясь в тени по другой
стороне улицы, поверсталась с гостиницей, где жили Смолокуровы.
Склоняется, бывало,
день к вечеру, в лесу потемнеет, со всех
сторон повеет прохладой.
— Ну,
сторона! — о полы хлопнув руками, молвил плешивый. — Жены мужьями владают!.. Это ведь уж самое распоследнее
дело!
Вечорашний
день довелось мне видеть его: охрип, сердечный, от ругани, а третьего
дня в трактире одному промышленнику с сердцов в ухо даже заехал, а тот с своей
стороны уважил и угостил его ладошками препорядочно, чуть-чуть обоих не забрали на съезжую.
Ходит по гостинице Онисим Самойлыч, а сам так и лютует. Чаю спросил, чтоб без
дела взад и вперед не бродить. Полусонный половой подал чайный прибор и, принимая Орошина за какую-нибудь дрянь, уселся по другую
сторону столика, где Онисим Самойлыч принялся было чаи распивать. Положив руки на стол, склонил половой на них сонную голову и тотчас захрапел. Взорвало Орошина, толкнул он полового, крикнул на всю гостиницу...
Долго ль, коротко ли гости меж собой разговаривали, а Патап Максимыч сидел, нахмурившись, как осенний
день, в
стороне от других, у окошка, молчал он и, не слушая разговоров, свою думу думал.
— Да ведь и в самом
деле, — молвила Дарья Сергевна. — Когда я в вашей
стороне жила, здешних ягод и не видывала — ни вишен у вас в лесах, ни клубники, ни шпанской малины; какая ягода крыжовник, и той даже нет! Брусника да клюква, черника да земляника — и все тут. Такова уж, видно, у вас земля.
Ежели и при Марке Данилыче Корней с Фадеевым все по
сторонам тащили да рабочих обирали, что же будет, как Авдотья Марковна сама в
дело вступит, — облупят ее, ровно липочку.
— И распрекрасное
дело, — сказал Чапурин. — Что там ни говори попы наши да скитские келейницы, как ни расписывай они свою правоту, а правда-то на той
стороне, не на нашей.
Терпи от нее попреки и побои, а мое
дело тут
сторона.
— Коли что, так мы с Ильюшкой в ответе будем, — молвил Миней. — Твое
дело вовсе почти
сторона, станешь ходить по приказу начальства да по мирской воле. Твое
дело только ясак подать, больше ничего от тебя и не требуется. А дуван станем дуванить, твоя доля такая ж, как и наша.
— Ни в токарню, ни в красильню ни за что на свете не пойду — очень уж обидно будет перед батраками, — сказал Василий Борисыч. — Да к тому же за эти
дела я и взяться не сумею. Нет, уж лучше петлю на шею, один, по крайней мере, конец. А уж если такая милость, дядюшка, будет мне от тебя, так похлопочи, чтобы меня при тебе он послал. У тебя на чужой
стороне буду рад-радехонек даже на побегушках быть, опять же по письменной части во всякое время могу услужить. Мне бы только от Парашки куда-нибудь подальше.
Нет, друг, по-моему, надо тебе наперед дома каким ни на есть
делом хорошенько заняться, а жену вовремя ублаготворить, после того он, пожалуй, и пустит тебя на
сторону.
Не на кого было всем
делом положиться, большой сын на
стороне в работе, Саввушка еще не доспел, однако ж и его я послал ложкарить — ловкий ложкарь из нашего мальца вышел.
— Когда я еще находился в бедности, а в родительском дому отцовские достатки порасстроились от поджога токарни, а потом клеть у нас подломали, а после того поскорости воры и лошадей свели, я в ту пору слыл первым, самым лучшим токарем в нашей
стороне; меня родитель и послал на
сторону, чтобы кое-что заработать для поправки семейных наших
дел.
Неточные совпадения
Нашел он полон двор услуги; // К покойнику со всех
сторон // Съезжались недруги и други, // Охотники до похорон. // Покойника похоронили. // Попы и гости ели, пили // И после важно разошлись, // Как будто
делом занялись. // Вот наш Онегин — сельский житель, // Заводов, вод, лесов, земель // Хозяин полный, а досель // Порядка враг и расточитель, // И очень рад, что прежний путь // Переменил на что-нибудь.
Полицеймейстер, точно, был чудотворец: как только услышал он, в чем
дело, в ту ж минуту кликнул квартального, бойкого малого в лакированных ботфортах, и, кажется, всего два слова шепнул ему на ухо да прибавил только: «Понимаешь!» — а уж там, в другой комнате, в продолжение того времени, как гости резалися в вист, появилась на столе белуга, осетры, семга, икра паюсная, икра свежепросольная, селедки, севрюжки, сыры, копченые языки и балыки, — это все было со
стороны рыбного ряда.
Итак, отдавши нужные приказания еще с вечера, проснувшись поутру очень рано, вымывшись, вытершись с ног до головы мокрою губкой, что делалось только по воскресным
дням, — а в тот
день случись воскресенье, — выбрившись таким образом, что щеки сделались настоящий атлас в рассуждении гладкости и лоска, надевши фрак брусничного цвета с искрой и потом шинель на больших медведях, он сошел с лестницы, поддерживаемый под руку то с одной, то с другой
стороны трактирным слугою, и сел в бричку.
Немного спустя принесли к нему, точно, приглашенье на бал к губернатору, —
дело весьма обыкновенное в губернских городах: где губернатор, там и бал, иначе никак не будет надлежащей любви и уважения со
стороны дворянства.
И сколько раз уже наведенные нисходившим с небес смыслом, они и тут умели отшатнуться и сбиться в
сторону, умели среди бела
дня попасть вновь в непроходимые захолустья, умели напустить вновь слепой туман друг другу в очи и, влачась вслед за болотными огнями, умели-таки добраться до пропасти, чтобы потом с ужасом спросить друг друга: где выход, где дорога?