Потребление

  • Потребление — использование продукта в процессе удовлетворения потребностей. В экономике потребление приравнивается к приобретению благ или услуг. Потребление становится возможным вследствие получения дохода или траты сбережений.

    Рассмотрение потребления как процесса удовлетворения потребностей основано на постулатах экономической теории. Но кроме экономической теории, проблематикой потребления занята также экономическая социология. «Потребление традиционно рассматривалось либо как материальный процесс, укорененный в человеческих нуждах, либо как идеальная практика, укорененная в символах, знаках и кодах», — говорит в своих лекциях Балихар Сангера, профессор Кентского университета в Великобритании. Это высказывание говорит об основных различиях между рассмотрением потребления в экономической теории и экономической социологии.

    Если не касаться вопросов различия методов и объектов исследования, фундаментальный водораздел между рассматриваемыми дисциплинами лежит в области общеметодологических предпосылок анализа, «в подходах к моделированию человеческого действия».

    Экономическая теория рассматривает человека в рамках экономических отношений: в условиях ограниченности ресурсов индивид ищет наиболее эффективные пути для удовлетворения собственных потребностей. Самого человека (субъекта) в таком случае можно охарактеризовать как «максимизатора полезности». В экономической модели четко прослеживается атомизм субъекта и относительная независимость принимаемых им решений.

    Экономическая социология же «изучает экономическое действие как форму социального действия», которое, если последовать ходу рассуждений В. Радаева и вспомнить трактовку социального действия Максом Вебером, представляет собой «субъективное смысловое единство» и по смыслу «соотносится с действиями других людей». Индивидуализм субъекта в такой модели относителен, так как он рассматривается «в совокупности своих социальных связей и включенности в разнородные социальные структуры». Мотивы поведения человека в такой модели выходят за пределы чисто экономических целей (удовлетворение потребностей и тому подобное).

    Экономическая модель Homo economicus, таким образом, представляет собой аналитическую редукцию. В процессе этой редукции из рассмотрения изымаются важные культурные и социальные категории, целью же такого рассмотрения является построение точных моделей экономического действия.

    В то же время, наличие культурного аспекта в потреблении признано многими. Пол ДиМаджио, признанный специалист в области социологии культуры, утверждает: «Хозяйственные процессы всегда имеют некую нередуцируемую „культурную“ составляющую». Под хозяйством в данном случае понимаются «институты и отношении производства, обмена и потребления». Непопулярность категорий культуры у экономистов П. ДиМаджио объясняет предпочтениями последних: сложно строить точные дедуктивые модели, так как пертурбации восприятия и оценивания редко могут служить прочным основанием для таких моделей. Более того, ДиМаджио идет далее и находит противоречия в самих экономических постулатов: приводя высказывание Нила Смелзера, ДиМаджио приходит к выводу, что сама «рациональность» субъекта в экономике — не что иное, как культурная реалия, ошибочно принятая за «природу».

    Подытожим словами социолога Александра Бикбова: «Голос социологии и коллективной психологии со всей серьёзностью усомнился в здравости того крайне ограниченного здравого смысла, которым экономисты-теоретики наделили своего рационального потребителя».

    Другой термин — Homo sociologicus — описывает человека «социологического» — модель, противоположную ранее рассмотренной модели homo economicus. «Человек социологический» — человек, социально обусловленный, и мотивации его часто не вполне ясны стороннему наблюдателю, каковым часто и является исследователь. Именно поведением этого «человека» занимается экономическая социология, обращая внимание на культурную, знаковую среду, его окружающую. Сложность использования данной модели, по сравнению с точными моделями экономической теории, ясна любому исследователю. В то же время именно попытки аналитического рассмотрения поведения homo sociologicus принесли в социологическую науку неоценимые по своей важности идеи и конструкты.

    В начале книги «К критике политической экономии знака» Жан Бодрийяр четко разделяет два подхода к исследованию потребления: первый из них (условно «экономическим») рассматривает предметы в терминах потребностей («гипотеза первичности потребительной стоимости»), а второй — («социологический») признает первичность «знаковой меновой стоимости». Не признавая прав первой концепции на существование, Бодрийяр призывает видеть за «явным дискурсом предметов» (теория потребностей и их удовлетворения) фундаментальный социальный дискурс, по большей части бессознательный и получающий своё выражение в социальной демонстрации.

    Отсылая к опыту первобытных обществ, Бодрийяр показывает, что потребление первоначально «не соответствует никакой индивидуальной экономии потребностей, но является социальной функцией почета и иерархического распределения». Необходимость производства и обмена продиктована необходимостью сделать видимой социальную иерархию, механизмом социальной демонстрации.

Источник: Википедия

Связанные понятия

Индикатор подлинного прогресса (англ. genuine progress indicator, GPI) – обобщённый показатель, заменяющий ВВП в качестве интегральной меры экономического прогресса. GPI, как и ВВП, имеет денежное выражение, но в отличие от ВВП, суммирующего свои составляющие, в основе GPI лежит идея разделения на категории выгод и издержек, а итоговый показатель определяется как разность между ними. GPI стал одной из немногих альтернатив ВВП, широко обсуждаемых в научном сообществе и применяемых правительствами...
До́гма Сми́та — один из основополагающих тезисов классической политической экономии, сформулированный Адамом Смитом, по которому цена (меновая стоимость) годового продукта общества исчисляется как сумма доходов всех членов общества. «Догма Смита» изучается в программе современного курса истории экономических учений вместе с другими положениями классической политической экономии.
Макроэкономическая теория зародилась из исследований деловых циклов и денег как экономической категории. По мнению ранних исследователей, денежные (монетарные) факторы не влияют на реальные показатели, такие как реальный объём производства. Джон Мейнард Кейнс подверг эти взгляды критике, создав «Общую теорию», в которой функционирование экономики описывалось не с точки зрения отдельных субъектов экономики (фирм и домохозяйств), а с точки зрения экономики в целом (агрегированными показателями). В...

Подробнее: История современных макроэкономических учений
Экономика счастья — новое направление в экономической теории, возникшее в последние десятилетия в связи с все более обостряющейся критикой ВВП и смежных с ним показателей. В рамках направления были созданы и продолжают создаваться альтернативные показатели, позволяющие определить развитие нации с разных сторон. Исследования в области экономики счастья направлены на разработку методов количественного измерения счастья, а также решение проблемы сведения субъективных оценок к общей форме.
Воспроизво́дство — постоянное возобновление процесса производства. Имеет несколько моделей: простое (постоянное), расширенное (увеличивающееся), суженное (снижающееся).

Упоминания в литературе

Т. Веблен – один из создателей социологической концепции потребления. Потребляемые индивидом вещи Т. Веблен рассматривал как символы или показатели статуса потребителя. При массовом производстве товаров, не принадлежащих к числу необходимых, потребление индивида связано не с жизненной потребностью, а с соображениями поддержания или повышения определенного мнения о нем в глазах его круга. Т. Веблен объявляет открытый им «закон демонстративного потребления» фундаментальным законом денежной цивилизации. В соответствии с этим законом представители каждого социального слоя принимают в качестве своего идеала образ жизни, вошедший в моду в вышестоящем слое, и устремляют свои усилия на то, чтобы не отстать от этого идеала. В русле данного закона развивается и «подставное потребление», характерное для лиц, выполняющих функции обслуживания собственников денежного богатства прямо или косвенно – через религию, систему образования, спорт и др. Такое понимание Т. Вебленом потребления и его роли в социальных отношениях легло в основу создания концепции общества потребления.
Великая депрессия поставила под сомнение правомерность рассмотрения рыночной экономики как гармоничной саморегулирующейся системы, уравнивающей величины спроса и предложения на всех возможных рынках. Стало очевидным, что, если даже индивидуальные экономические агенты ведут себя рационально, совокупный результат вовсе не обязательно получается оптимальным: у макросистемы свои законы, не описываемые теорией общего равновесия. Создателем новой макроэкономической теории, объяснившей реально существовавшие депрессию и безработицу и предполагавшей необходимость активного государственного вмешательства для борьбы с ними, по праву считается Д.М. Кейнс, положивший начало современной макроэкономике, оперирующей агрегатными показателями потребления, сбережения, инвестиций и т.д. Распространение этого подхода на проблемы долгосрочной экономической динамики лежало в основе современной теории экономического роста.
В пятой главе очерчено, пусть и не во всех деталях, предметное поле анализа мотивационно-стимулирующего механизма. Высокая мотивация – залог успеха во всех видах деятельности – от производства до учебы, спорта и др. Но многие традиционные схемы оказались нерелевантными изменившимся условиям, растущим ожиданиям населения, особенно молодежной когорты. Необходимо искать новые формы повышения просоциальной активности, мобилизации человеческого потенциала. В теоретическом плане важно учитывать конкретную связь стимула и мотива. Общие для целых категорий населения материальные стимулы (повышение заработной платы, пенсий, стипендий, пособий) не всегда и не для всех становятся действенными личными побуждениями – мотивами. В сфере потребления наблюдается нестратегическое поведение, когда мотивация покупки случайна или неопределенна (импульсивный спрос). Растет объем престижного потребления, социальная и психологическая природа которого противоречива. Символический обмен резко повысил мотивационное значение разных видов номинаций, что также необходимо учитывать. Все это ставит перед социологической наукой новые задачи.
Как известно, при любом противоправном деянии, в т. ч. и коррупционном, возникает противоречие между разрешенным и желаемым, между публичным и частным интересом. И потому понятие коррупции обретает свой теоретический и практический смысл только при сформированном представлении субъекта о сущности долга. Ведь именно долг является основополагающей категорией, позволяющей установить границу между допустимым и неприемлемым. Однако сегодня понятие морального долга «размывается» экономическим императивом, преобладающим в системе ценностей «общества потребления», которое, как было показано выше, интенсивно формируется в нашей стране с момента распада Советского Союза. Выше уже отмечалось, что основным инструментом конструирования социальной идентичности становится «престижное потребление», т. е. «цена», значимость человека определяется не его достижениями, не тем, насколько верно он следовал требованиям морального долга, а стоимостью потребляемых им товаров. Соответственно, приобретение «брэндовых», «позиционных» товаров рассматривается как принадлежность к определенной «статусной» группе.
Как рациональный экономический субъект потребитель основной целью своей хозяйственной деятельности ставит максимизацию полезности потребления в условиях ограниченности ресурсов, в том числе и дохода. Он всегда стремится получить как можно больше благ для собственного потребления, имея при этом минимальные издержки. Рациональный выбор потребления – основа потребительской теории. При реализации принятого решения, касающегося состава потребительской корзины, экономический субъект всегда обращает внимание на современную рыночную ситуацию, поэтому руководствуется следующими факторами.

Связанные понятия (продолжение)

Уровень жизни, также уровень благосостояния, уровень потребления — степень удовлетворения материальных и духовных потребностей людей массой товаров и услуг, используемых в единицу времени.
Рыночная экономика — экономическая система, основанная на принципах свободного предпринимательства, многообразия форм собственности на средства производства, рыночного ценообразования, договорных отношений между хозяйствующими субъектами, ограниченного вмешательства государства в хозяйственную деятельность субъектов.
Лозаннская школа маржинализма — одна из научных школ неоклассического направления в экономической теории конца XIX — начала XX века. Основные представители — Леон Вальрас (1834—1910) и Вильфредо Парето (1848—1923).
У этого термина есть также другие значения, см.: Человеческий потенциал (значения)Человеческий потенциал — качества людей (человека), принципиально влияющие на результаты активности, в которую они вовлечены в той или иной сфере (области) деятельности.

Подробнее: Человеческий потенциал
Экономический интерес — термин, категория, используемая в экономике, финансах для обозначения стимулов деятельности субъектов экономических отношений, определяя их поведение. Стимулами деятельности экономических субъектов выступают рост стоимости или получения дохода в результате осуществления финансовых операций, а также иного участия в хозяйственной деятельности. В процессе экономической деятельности люди взаимодействуют друг с другом, руководствуясь своими интересами. Их интересы представляют...
Мезоэкономика (англ. mesoeconomics) — неологизм, используемый для описания исследования экономических механизмов, которые не основаны ни на микроэкономических законах купли-продажи, а также спроса и предложения, ни на макроэкономических концепциях совокупного общего объёма спроса. Начало мезоэкономики датируется 1980-ми годами, когда некоторые экономисты начали подвергать сомнению возможность наличия моста между двумя главными экономическими парадигмами в общепринятой экономической теории, не желая...
Законы Госсена — основные принципы теории предельной полезности, одной из теорий стоимости.
Теорема Коуза (теорема Коуза — Стиглера) — положение новой институциональной экономики, согласно которому при нулевых трансакционных издержках рынок справляется с любыми внешними эффектами.
Общество потребления (англ. consumer society) — понятие, обозначающее совокупность общественных отношений, организованных на основе принципа индивидуального потребления. Общество потребления характеризуется массовым потреблением материальных благ и формированием соответствующей системы ценностей и установок.
Макроэконо́мика (от др.-греч. μακρός — «длинный», «большой», οἶκος — «дом» и Nόμος — «закон») — раздел экономической теории, изучающий функционирование экономики в целом, экономическую систему как единое целое, совокупность экономических явлений. Впервые термин был употреблён Рагнаром Фришем 14 августа 1934 года. Основателем современной макроэкономической теории считается Джон Мейнард Кейнс, после того, как в 1936 году он выпустил свою книгу «Общая теория занятости, процента и денег» (англ. The General...
Экономи́ческая тео́рия, или теорети́ческая эконо́мика, — общественная наука, которая изучает проблему выбора в условиях ограниченности ресурсов для максимального удовлетворения потребностей людей. Состоит из множества школ и направлений. Экономическая теория развивается и пополняется новыми данными со временем, поэтому её развитием в исторической перспективе занимается такое направление, как история экономических учений. Основная задача экономической теории — дать объяснение происходящих событий...
Нерентабельный рост (англ. uneconomic growth) — термин, используемый в экологической экономике для обозначения разновидности экономического роста, которая не приводит к росту благосостояния общества. Происхождение концепции обычно связывают с именем экономиста Германа Дэйли, хотя признается роль и других теоретиков.Неприемлемые издержки, или снижение общественного благосостояния, связанные с экономическим ростом, могут возникать в результате «социальных и экологических жертв, с необходимостью вытекающих...
Социа́льный капита́л — понятие в социологии, экономике и политологии, служащее для представления социальных связей и социальных сетей, рассматриваемых как ресурсы, используемые для достижения экономических, политических, социальных и других целей. Кроме этого, существует множество сходных определений и понятий (например, культурный капитал, гражданский капитал), которые объединяет общая идея о необходимости учета характеристик социума, в части взаимоотношений между людьми, при определении основных...
Интеллектуальный капитал — знания, навыки и производственный опыт конкретных людей и нематериальные активы, включающие патенты, базы данных, программное обеспечение, товарные знаки и др., которые производительно используются в целях максимизации прибыли и других экономических и технических результатов.
Экономика устойчивого состояния (англ. steady-state economy) — экономика с относительно стабильными главными показателями, такими как численность населения и уровень потребления, размер которых не превышает несущую способность экосистемы. Термин обычно относится к национальной экономике, но также может применяться к экономической системе города, региона или всей планеты.
Микроэконо́мика (др.-греч. μικρός — маленький; οἶκος — дом; νόμος — закон) — раздел экономической теории, изучающий функционирование экономических агентов в ходе их производственной, распределительной, потребительской и обменной деятельности.
Калькуляционный аргумент — это один из видов критики плановой экономики. Он был впервые предложен Людвигом фон Мизесом в 1920 году и позднее подробно исследован Фридрихом Хайеком.
Экономика религии — научная дисциплина, сформировавшаяся путём применения теории и методов экономической науки к изучению религиозных феноменов. В экономике религии выделяется две большие группы исследований: микроэкономический анализ религиозного поведения и эконометрический анализ эффектов, оказываемых религией на показатели хозяйствования. Отсюда следует, что причинно-следственная связь между религией и экономикой является двусторонней. Ещё один блок исследований на стыке экономики и религии...
Эффективность по Парето является одним из центральных понятий для современной экономической науки. На основе этого понятия строятся Первая и Вторая теоремы благосостояния.
Тео́рия преде́льной поле́зности — концепция в экономической теории, возникшая в последней трети XIX века. Теория разрабатывалась представителями австрийской школы: К. Менгером, Э. Бём-Баверком, Ф. Визером, Й. Шумпетером, а также Л. Вальрасом (Лозаннская школа), У. С. Джевонсом и А. Маршаллом.
Неоклассический синтез (англ. Neoclassical synthesis) — научное направление в экономике, интегрирующее теоретические положения неоклассической и кейнсианской школ. Микроэкономический компонент синтеза основан на неоклассическом учении, а в макроэкономической концепции преобладают идеи Дж. М. Кейнса. Направление возникло во второй половине XX века и на данный момент занимает доминирующее положение в экономическом мейнстриме.Теорию неоклассического синтеза характеризует дуалистический подход, попытка...
Монетари́зм — макроэкономическая теория, согласно которой количество денег в обращении является определяющим фактором развития экономики. Одно из главных направлений неоклассической экономической мысли. Современный монетаризм возник в 1950-е годы как ряд эмпирических исследований в области денежного обращения. Основоположником монетаризма является Милтон Фридман, впоследствии ставший лауреатом Нобелевской премии по экономике в 1976 году. Однако название новой экономической теории было дано Карлом...
Неформальная экономика — сектор экономики, область человеческой деятельности, направленной на получение выгоды, основное регулирование в которой происходит при помощи доминирующих неформальных норм, может быть определена как вся экономическая деятельность, по разным причинам (неденежный оборот, высокие налоги, законодательные запреты и т. д.) не учитываемая официальной статистикой и не входящая в ВВП.Сам термин является примером «негативного» определения, то есть определения от противного, среди...
Теория организаций — это социологическое изучение формальных общественных организаций, таких как бизнес и бюрократия, и их взаимосвязи с окружающей средой, в которой они работают. Она дополняет исследования организационного поведения и управления персоналом.
Тео́рия вмене́ния (англ. imputation) — теория, утверждающая, что количественно определённые части продукции и её стоимости обязаны своим происхождением труду, земле и капиталу (отождествляется со средствами производства). Сторонники теории вменения видят её главную задачу в выяснении того, создание какой части стоимости можно приписать (вменить) труду, земле и капиталу.
Когнити́вный капитали́зм — это вид капитализма, в котором знание становится доминантой в процессе накопления капитала, а также и основным источником стоимости; именно это противопоставляет его промышленному капитализму.
Тео́рия рациона́льных ожида́ний (англ. Rational expectations theory) (сокращенно — ТРО) — концепция макроэкономики, изначально разработанная Джоном Ф. Мутом в 1961 году и развитая Робертом Лукасом в середине 1970-х годов (за которую Лукасу в 1995 году была присвоена Нобелевская премия по экономике), а также Кристофером Симсом и Томасом Сарджентом (им была присуждена Нобелевская премия по экономике "за эмпирическое исследование причинно-следственных связей в макроэкономике").
Свобо́дный ры́нок — это рынок, свободный от любого постороннего вмешательства (включая правительственное регулирование). При этом функция государства на свободном рынке сводится к защите прав собственности и поддержанию контрактных обязательств. Также свободный рынок определяют как рынок, цены на котором устанавливаются свободно без постороннего вмешательства и прочих внешних факторов, исключительно на основании спроса и предложения.Основой свободного рынка является право любого производителя создавать...
Экономика преступления и наказания - раздел экономической теории, рассматривающий преступника как рационального индивида. В данном разделе экономики рассматриваются преступления, связанные не с психологическими мотивами или отклонениями, а с осознанным выбором индивида, сравнившего преимущества разных профессий и выбравшего криминальную карьеру. Такое представление позволяет строить математические модели, в основе которых лежит рациональное поведение преступника.
Демонстративное потребление (англ. conspicuous consumption, престижное, показное, статусное потребление) — расточительные траты на товары или услуги с преимущественной целью продемонстрировать собственное богатство. С точки зрения демонстративного потребителя такое поведение служит средством достижения или поддержки определённого социального статуса.
Усто́йчивое разви́тие (англ. sustainable development), также гармоничное развитие, сбалансированное развитие — это процесс экономических и социальных изменений, при котором эксплуатация природных ресурсов, направление инвестиций, ориентация научно-технического развития, развитие личности и институциональные изменения согласованы друг с другом и укрепляют нынешний и будущий потенциал для удовлетворения человеческих потребностей и устремлений.
Глокализация (англ. Glocalisation) — это процесс экономического, социального, культурного развития, характеризующийся сосуществованием разнонаправленных тенденций: на фоне глобализации вместо ожидаемого исчезновения региональных отличий происходит их сохранение и усиление. Вместо слияния и унификации возникают и набирают силу явления иного направления: сепаратизм, обострение интереса к локальным отличиям, рост интереса к традициям глубокой древности и возрождению диалектов.
Распределе́ние (англ. distribution), в экономике — разделение материальных благ между субъектами экономических отношений. Первичное распределение обычно происходит на основе реализации права собственности в процессе создания материального блага, в том числе с учётом разделения труда. Перераспределение происходит при передаче денег или иных благ от одних лиц к другим с помощью социальных механизмов, таких как налогообложение, благотворительность, социальное обеспечение, коммунальные услуги, земельные...
Социология потребления — это подраздел социологии, официально признанный Американской социологической Ассоциацией как раздел, посвященный потребителям и потреблению. В рамках этой области социологи рассматривают потребление в качестве центрального элемента повседневной жизни, идентичности и социального порядка в современных обществах таким образом, что оно намного превосходит рациональные экономические принципы спроса и предложения.
Дифференциа́ция дохо́дов населе́ния, или нерáвенство доходов — разница в уровне денежных доходов различных слоёв и групп населения. В количественном плане характеризуется показателями, отражающими степень неравномерности распределения доходов. Различие в доходах имеет следствием неравномерность в распределении материальных и нематериальных благ и играет определяющую роль в существовании экономического неравенства.
Теория адаптивных ожиданий (англ. adaptive expectations theory) — концепция макроэкономики, описывающая процесс формирования ожиданий относительно экономических показателей. Адаптивные ожидания образуются на основе наблюдения данных показателей в прошлом. Например, факт систематической недооценки уровня инфляции в прошлом влияет на оценку инфляции в будущем.
Теория потребления (англ. consumer choice) — одна из основополагающих дисциплин микроэкономики. Она исследует экономические решения, в особенности в области потребления частными экономическими агентами.
Сто́имость челове́ческой жи́зни (стоимость среднестатистической жизни, ССЖ) — это условная расчётная экономическая величина, для определения которой применяются различные методики и показатели. «Стоимость человеческой жизни» или «стоимость среднестатистической жизни» условна потому, что человеческая жизнь не является рыночным товаром.
Кейнсиа́нство (англ. Keynesian economics) — макроэкономическое течение, сложившееся как реакция экономической теории на Великую депрессию в США. Основополагающей работой была «Общая теория занятости, процента и денег» Джона Мейнарда Кейнса, опубликованная в 1936 году, тем не менее ряд научных работ Дж. М. Кейнса, где вырабатывается его теория, публиковались ещё с начала 1920-х гг., под влиянием уроков и последствий Первой мировой войны. В работе «Экономические последствия мира» Дж. М. Кейнс выдвигает...
Инвестиционная стабильность — способности инвестиционной среды экономики обеспечивать необходимые свойства для поддержания связей между субъектом и объектом инвестиций достаточных пределах для достижения целей инвестирования, а также противодействовать дестабилизирующим факторам и адаптироваться к новым условиям..
Модель Линдаля — микроэкономическая модель, в которой индивиды договариваются о расходах на получение общественного блага и о доле каждого в этих расходах. Индивиды платят за общественные блага в соответствии с их предельной полезностью. Модель предложена в 1919 году шведским экономистом Эриком Линдалем.
Ресурсо-ориентированная экономика (РОЭ, англ. Resource Based Economy) — это система, в которой все вещи и услуги доступны без использования какого-либо товарно-денежного обмена. По мнению Жака Фреско, ресурсо-ориентированная экономика возможна лишь в том случае, если все природные ресурсы будут признаны общим достоянием всех жителей планеты.
Борьба с безработицей — комплекс мер по уменьшению уровня безработицы. Методы борьбы с безработицей определяются властями конкретной страны. Для эффективной реализации этих методов требуется выявить факторы, детерминирующие соотношение спроса и предложения рабочей силы. Очевидно, что только факторно-ориентированная политика воздействия на рынок труда может принести результаты. Сокращение безработицы является чрезвычайно сложной задачей, так как существует множество её типов. Поэтому невозможно выработать...
Парадокс бережливости (англ. paradox of thrift, англ. paradox of saving) — парадокс в экономической науке, описанный американскими экономистами Уоддилом Кетчингсом и Уильямом Фостером и исследованный, в частности, Джоном Мейнардом Кейнсом и Фридрихом фон Хайеком.
Экономи́ческие отноше́ния — объективно складывающиеся отношения между людьми при производстве, распределении, обмене и потреблении благ.

Упоминания в литературе (продолжение)

Следующий период XIX – начала XX в. это период неоклассической экономической теории, или маржинализма. Данная теория особенно выделяет значение распределения ограниченных ресурсов между конкурирующими экономическими агентами. Основными категориями для анализа в тот период были предельные величины. На микроуровне для определения дохода индивида и его распределение между потреблением и сбережением в неоклассической концепции используются функции потребления и сбережения. Рассмотрим макроуровень. Если брать теории, разработанные неоклассиками и применимые напрямую к государственным доходам, то прежде стоит рассмотреть теории предельной полезности и производительности, а также теорию общего экономического равновесия. Исходя из последней, механизм рыночного ценообразования и свободной конкуренции обеспечивает принципы функционирования теории государственных финансов, ныне существующих. Такие принципы, как: справедливое распределение доходов, а также справедливое и полное использование экономических ресурсов, – это так называемая теория благосостояния. Также важно отметить, что, в отличие от классиков, неоклассики рассматривали ценообразование не с одной лишь стороны производителя, а с обеих сторон: потребителя – это спрос и производителя – предложение. Поскольку и на макро-, и на микроуровнях неоклассическая концепция рассматривала основными объектами исследования отдельных физических лиц и домашние хозяйства, то отсюда сделаем вывод, что формирование доходов бюджета базируется в данном понимании на доходах физических индивидуумов и домашних хозяйств.
Неоклассическая экономическая наука, начиная с А. Маршалла, рассматривает «экономического человека» не как внеисторического эгоистичного, информированного и рационально действующего индивида, а как результат исторически меняющихся условий хозяйственной деятельности. Поэтому качества человека, необходимые для успешности в сфере производства, обмена, распределения и потребления, исторически меняются. Но предпосылки их анализа достаточно стабильны, так как процесс изменений развернут во времени.
Одним из основных направлений мировой экономической мысли, занимающих промежуточное положение между классическим и неоклассическим направлениями, является кейнсианство, основоположником которого был английский экономист, государственный деятель и публицист Джон Мейнард Кейнс (1883–1946). Зарубежные ученые-экономисты ставят его вровень с А. Смитом и К. Марксом. Главный труд Дж. Кейнса «Общая теория занятости, процента и денег» (1936), по мнению зарубежных экономистов, изменил экономическое мышление в ХХ в. Существенное значение в формировании его теоретических взглядов имел мировой экономический кризис 1929–1933 гг., который доказал необходимость государственного вмешательства в регулирование капиталистической экономики. Согласно кейнсианской экономической теории, капиталистическая экономика сама по себе не может обеспечить полное использование своих ресурсов, и для достижения полной занятости можно применять фискальную и денежно-кредитную политику. Кейнсианство исходит из того, что решение проблем национального дохода и занятости нужно искать не на стороне предложения ресурсов, а на стороне эффективного спроса и его компонентов – потребительского спроса и инвестиционного спроса, а также факторов, определяющих их динамику. В качестве исходного пункта анализа Кейнс избрал проблему занятости. Согласно неоклассической теории, занятость зависит от предельной производительности труда, определяющей спрос на труд, и предельной тягости труда, оцениваемой работниками их реальной заработной платой, определяющей предложение труда. Эту зависимость популярно можно сформулировать следующим образом: чем ниже реальная зарплата, тем выше уровень занятости, и наоборот. По Кейнсу, уровень занятости определяется динамикой эффективного спроса, который, в свою очередь, складывается из ожидаемых расходов на потребление и предполагаемых инвестиций.
Классическая политэкономия сменилась неоклассическим направлением, основной идеей которого является невмешательство государства в экономику. Наиболее яркими его представителями явились Карл Менгер, Леон Вальрас, Вильфредо Парето. Неоклассицизм считает экономику саморегулирующимся механизмом, который устанавливает равновесие между предложением и спросом, между производством и потреблением. Условия равновесия: поведение потребителей направлено на достижение максимума удовлетворения, равновесие всех рынков достигается равенством спроса и предложения, цены готовых продуктов равны издержкам, все проданное количество товаров полностью потребляется. Таким образом, данная модель является общей моделью равновесия, соединившей теорию равновесия потребителя и теорию равновесия производства. Заслугой В. Парето является и ординалистская теория предельной полезности, разработанная на основе кривых безразличия. Исходя из кривых безразличия, т. е. комбинации равноценных потребляемых благ, складывается «карта безразличия» или «шкала предпочтений» отдельного потребителя. Значение кривых безразличия В. Парето видел в том, что они не предполагают «независимых» благ, предельная полезность которых зависит лишь от количества данного блага, а принимают во внимание отношения взаимозависимости между удовлетворениями, предоставляемыми различными благами.
Идея Кейнса заключалась в предположении о том, что сберегательное/потребительское поведение определяется фундаментальным психологическим законом, «в существовании которого мы можем быть вполне уверены не только из априорных соображений, исходя из нашего знания человеческой природы, но и на основании детального изучения прошлого опыта» [107, с. 182]. Этот закон гласит, что «люди склонны, как правило, увеличивать свое потребление вслед за увеличением дохода, но в несколько меньшей степени по сравнению с ростом дохода» [284, с. 96–97].
Либеральные традиции классической школы политической экономии продолжили неоклассики – К. Менгер, Ф. Визер, Е. Бем-Баверк (австрийская школа), А. Маршалл, Ф. Эджуорт, А. Пигу (кембриджская школа), У. Джевонс, Л. Вальрас, В. Парето (математическая школа), Дж. Кларк (американская школа). Представители неоклассической школы предприняли попытку рассмотрения законов оптимального режима функционирования фирмы в условиях конкуренции и определения принципов равновесия этой социальной системы. Неоклассики предполагали, что любой человек стремится максимизировать свой доход (или полезность) и минимизировать затраты (или усилия). В своем анализе они опирались на понятие предельной величины, выражающей результат от последней дополнительной единицы потребления продукта (предельная полезность) или затраты производственного фактора (предельная производительность). На основе анализа этих предельных величин неоклассики сформулировали теорию общего равновесия, согласно которой в условиях чистой конкуренции обеспечиваются справедливое распределение доходов и наиболее эффективное распределение ресурсов. Таким образом, неоклассическая теория предполагает возможность достижения социально-экономического оптимума в обществе, основанном на либеральных принципах, поскольку каждый член общества получает доход, определяемый количеством принадлежащих ему экономических ресурсов (факторов производства), востребованных общественно-экономическим процессом.[46]
Особое внимание австрийская школа обращает на исследование роли потребителя в процессе ценообразования. Все экономические явления эта школа исследует с точки зрения примата сферы потребления по отношению к сфере производства. Теория субъективной ценности и предельной полезности ставит ценность хозяйственных благ, а в конечном счете и их цены в зависимость от степени удовлетворения потребностей человека в этих благах. Именно потребители на рынке своим выбором определяют, какой труд товаропроизводителей является общественно необходимым, а какой нет. Если товаров произведено больше, чем это необходимо для потребителя, труд, пошедший на их изготовление, не становится общественно необходимым и не образует стоимости.
Экономической наукой к настоящему времени разработан целыйряд концепций экономических циклов. П. Самуэльсон, например, отмечает следующие: денежную теорию, которая выделяет в качестве причины цикла экспансию банковского кредита; теорию нововведений, объясняющую цикл использованием в производстве важных нововведений (И. А. Шумпетер, Х. Хансен); психологическую теорию, трактующую фазы циклов как следствие пессимистического и оптимистического настроения у людей (А. С. Пигу); теорию недопотребления, согласно которой циклы возникают при слишком большой доле дохода, идущей на сбережения, по сравнению с потреблением (Д. А. Гобсон, Р. Фостер и др.); теорию чрезмерного инвестирования, сторонники которой полагают, что источником спада может стать в большей степени излишнее, чем малое вложение средств (Ф. Хайек, Л. Мизес и др.); теорию солнечных пятен – погоды, урожая (У. С. Джевонс).
При рассмотрении качества жизни исследователи обращают внимание на те аспекты жизни человека, которые не поддаются количественным оценкам, на его стремление к самореализации, возможность реализовать свободу выбора, приобретать новый опыт ради удовлетворения своих потребностей, способность находить равновесие между собственными интересами и интересами социума. З. Бауман отмечает, что «идея качества жизни замещает в сознании человека доминирующее внимание к его материальным потребностям, и при этом наиболее показательной чертой «качества жизни» выступает то, что таковое всегда существует лишь как представление, способное постоянно меняться»[42]. Однако на данный момент проблема показателей качества жизни остается еще не решенной. Исследования скандинавских ученых (А. К. Сен, М. Нуссбаум) показывают, что оценки качества жизни должны опираться на методы, находящиеся на стыке социальных и демографических дисциплин. Исходя из этих оснований, мы рассматриваем качество жизни как социологическую категорию, выражающую степень удовлетворенности разных групп населения общими условиями и государственной социальной политикой, условиями своей жизнедеятельности, а также степень самореализации в творческой деятельности и степень потребления инновационных видов услуг[43].
Социальные и экономические риски формирования и использования человеческого потенциала рассматриваются в семи главах второго раздела монографии. К одному из важнейших результатов этого раздела можно отнести вывод о том, что фактором риска развития человеческого потенциала выступают необоснованные социальные неравенства, порождающие социальную напряженность в обществе и приводящие к дезинтеграции и противостоянию общественных сил. Модернизация экономики, осуществляемая за счет населения, чревата непредсказуемыми социальными последствиями, а сама идея обновления основных (производственных) фондов за счет сокращения инвестиций в развитие человеческого капитала идет вразрез с общемировыми тенденциями. На обширном статистическом материале по странам мира показано, что неравенство выше критического уровня препятствует экономическому росту и прогрессивным преобразованиям институтов, поэтому снижение уровня социального и имущественного неравенства населения в доктрине национальной безопасности страны рассматривается в качестве важнейшей стратегической цели. Вызовы времени требуют новаторской государственной политики, позволяющей противостоять рискам и неравенству. Однако социальная политика России не способствует снижению необоснованных социальных различий в уровне и качестве жизни социально-экономических слоев населения, что наглядно видно на примере дифференциации энергетической ценности питания и уровня потребления рекреационных и образовательных услуг разных доходных групп населения.
Приведенные значения термина «качество» обусловлены предметом экономической науки под которым понимается «изучение поведения людей и групп в производстве, распределении, обмене и потреблении материальных благ в целях удовлетворения потребностей при ограниченных ресурсах» [126, с. 18]. В целом, в экономических исследованиях в области качества ученые-экономисты трактуют качество, исходя из следующих основных фундаментальных категорий:
Современные неолибералы не отрицают необходимости в определенных пределах государственного регулирования экономики. Опыт ФРГ показал, что «социальная рыночная экономика» имеет много положительных моментов в повышении уровня жизни населения страны без отрицательных последствий различного рода «шокотерапии» с ее процессами массовой социальной дифференциации населения; дополняющейся быстрым инфляционным ростом цен на предметы потребления и инфляционным обесцениванием сбережений населения. Последнее резко отрицательно влияет на возможности их инвестирования при посредстве акций и облигаций в реальный сектор экономики. «Социальная рыночная экономика» предполагает не просто господство в стране частной собственности и наличие крупных корпораций, но и действенное решение вопросов социальной защиты различных групп населения, что в настоящее время постепенно, хотя и медленно, стало признаваться в нашей стране, где идея «социального рыночного хозяйства» находит все больше своих приверженцев[5].
В рамках предложенной структуризации неформальной экономики15, в соответствии с рисунком Д.1 приложения Д мы выделяем два типа экономического поведения. Первый тип редуцируется до слова «вопреки» и сводится к использованию разнообразных приемов и схем работы в целях полного или частичного игнорирования формальных норм хозяйствования. Это могут быть нарушения правил регистрации предприятий, сокрытие прибыли от налоговых органов, работа без необходимых лицензий и сертификатов, трудовой наем с нарушением трудового права, искажение статистических показателей работы предприятия и т. д., что можно трактовать как целенаправленное нарушение легальных требований власти к бизнесу. Таким образом, сознательные нарушения формальных институтов рынка конституируют эту область экономической практики [12]. Однако есть иной способ оказаться за пределами влияния этих институтов. Трудно представить общество, в котором создавались бы законы, регламентирующие распределение внутрисемейных обязанностей и режим домашнего труда, а создаваемые для внутрисемейного потребления блага облагались бы налогом. Эта сфера экономики оказывается не регулируемой формальными институтами рынка не в силу сознательного уклонения, а ввиду особой природы деятельности, относящейся к приватной сфере. Расположение этой деятельности можно редуцировать до слова «вне». Другими словами, если понимать под неформальной экономикой совокупность хозяйственных отношений, не отражаемых в официальной отчетности и формальных контрактах, то разумно выделять деятельность, игнорирующую контрактное право, и деятельность, не предполагающую формализованного контракта как основу взаимодействия. Формализованный контракт не является единственной формой институционализации хозяйственной практики, поскольку регуляция экономической жизни может основываться на традиции, взаимопомощи, солидарности, доверии как специфических формах социальных отношений. Из этого следует вполне очевидное деление неформальной экономики на два качественно разнородных блока, редуцируемых до понятий «вне» и «вопреки» [1].
Вначале несколько слов о понятии общественного воспроизводства. Под ним понимается постоянное возобновление жизненных благ в масштабе всего общества, всей национальной экономики, необходимых для удовлетворения производственных и личных потребностей. Данный процесс, проистекает, как правило, в расширенном масштабе. Но бывают периоды неизменных и даже суженных темпов роста. Важной особенностью общественного воспроизводства является его непрерывность, которое обеспечивается, во-первых, постоянно существующим производственным спросом на товары производственного и потребительского назначения. Во-вторых, тем, что воспроизводственный процесс протекает непосредственно во всех сферах этого явления: производстве, распределении, обмене и потреблении. Наконец, он поддерживается непрерывной деятельностью всех регионов, всех отраслей, всего экономического комплекса страны, рождая и стимулируя, тем самым новые потребности. Такая характеристика воспроизводственного процесса является более полной и глубокой сравнительно с той, которая имела место в советских учебниках политэкономии, а также и в современных учебниках по экономической теории. Общественное воспроизводство – это совокупность многоуровневых экономических связей и зависимостей между различными субъектами экономики. Но в целом можно сказать, что в процессе воспроизводства происходит воспроизводство материально-технической базы, экономических отношений и самого человека. Причем этот процесс, на каждом следующем этапе, выходит на более высокий уровень, осуществляется в более совершенной и прогрессивной форме.
Таким образом, отношение к собственности не сводимо к традициям, хотя значимы и они. На современном этапе всеобщей интеллектуализации деятельности по производству, обмену, распределению и потреблению общественного богатства в эпицентре проблемы оказались не те или иные формы собственности, а их инновационная синергия как основное условие такого повышения производительности обшественного труда, в котором каждый труженик ясно видит меру своего индивидуального вклада. Закономерно на передний план выдвинулся вопрос об интеллектуальной собственности, ее противоречивой природе и все более возрастающей роли в модернизационном процессе.
ВЕБЛЕН ТОРСТЭЙН БУНДЕ (1857–1929). Американский социолог, экономист, публицист. Основоположник институционального направления в политической экономии. Один из создателей социологической теории потребления. Основным мотивом творчества В. являлась критика современной социальной элиты Америки. В. сформулировал ряд положений общетеоретического плана, в которых отчетливо проявилось влияние марксизма, теории инстинктов, социал-дарвинизма и др. По В., эволюция социальных институтов – закрепленных обычаями способов регулирования общественной жизни – происходит под воздействием внешней среды путем естественного отбора. Основными факторами, вызывающими потребность в институциональных изменениях, он считал прогресс техники и технологии, увеличение численности населения; основным консервативным фактором – сложившиеся стереотипы мышления. По мере совершенствования технологии производство начинает превышать уровень, достаточный лишь для поддержания жизни, что создает возможность для эксплуатации. Во всевозрастающей степени начинают проявляться инстинкты стяжательства и себялюбия. Вожди и жрецы присваивают избыток продукта сверх минимума средств существования. В результате разлагаются коллективистские институты, распространяется частная собственность. Высшей доблестью человека становится военный успех, а не трудовая деятельность. На смену дикости приходит варварство, возникает фундаментальный антагонизм между производительным трудом, статус которого резко снижается, и праздностью, получающей высокую оценку. Однажды возникнув, праздный класс продолжает существование и на стадии цивилизации, с успехом навязывая всему обществу собственные мировоззренческие установки.
Таким образом, экономическое поведение представляет собой сложное системное явление, объединяющее экономические, социологические, психологические, культурные и другие аспекты. В целом под экономическим поведением населения следует понимать совокупность разнообразных социально-экономических действий субъектов в процессе производства, распределения, обмена и потребления благ, связанных с субъективно-оптимизационным использованием различных по функциям и назначению ограниченных экономических ресурсов и направленных на получение максимального вознаграждения (экономического – деньги, товары и внеэкономического – отдых, повышение квалификации, новый социальный статус).
Среди многих наших экономистов существует мнение, что нет необходимости придавать особое значение вопросу об уточнении цели общественного производства. Говорят, например, будто для каждого конкретного этапа развития может существовать своя, так сказать, временная цель. В одни периоды – самое важное темпы роста производства, в другие – экономия затрат общественного труда, в третьи – максимизация фонда потребления и т. д. Такой подход представляется нам глубоко ошибочным. Цель производства формулируется не для какого-либо интервала времени или уровня развития хозяйства, а задает общее направление его развития. С точки зрения этой целевой функции может оказаться, что в данный момент следует развивать химическую промышленность или форсировать рост потребления и т. и. Такие конкретные требования будут реализовываться соответствующими органами планирования и управления. Но эти частные целевые установки нельзя отождествлять с экономической формулировкой цели хозяйственного развития.
Последнее утверждение свидетельствует еще об одном качественном изменении в современном мире. Он становится управляемым. Важно отметить, что управляемой становится сама социальная история человечества. Но двигателем этого процесса выступает не сверхзадача, средства достижения которой порождаются высоким уровнем культуры, отражающим познанные закономерности всей совокупности человеческого бытия, а тот же банальный потребительский спрос. Только если потребление мировых олигархов обеспечивается их финансовыми и иными ресурсами, то спрос на товары и услуги для основной массы потребителей формируется самими олигархами на выгодных для реализации собственного интереса условиях.
Если институты определяются как правила, то под организациями подразумевается множество экономических агентов обменивающихся друг с другом правами собственности и свободами. Организации предполагают наличие властных отношений и определяют рамки конкретного взаимодействия. К ним относят предприятие, государство. Институт является условием рационального поведения людей и эффективного размещения ресурсов. Институциональные идеи возникли в конце 19 века. К ранним институционалистам можно отнести Торстейна Веблена (социально-психологическое направление старого институционализма), Джона Коммонса (юридическое направление). Старые институционалисты двигались от права и политики к экономике, пытаясь подойти к анализу экономических проблем при помощи методов других наук. Так, например, Веблен объясняет экономическое поведение людей с помощью таких категорий, как завистливое сравнение и показное потребление.
В модернизационном обществе риски становятся рыночным продуктом потребления, стратегии управления которыми прямо противоположны стратегиям присвоения богатства. Если богатство нужно присваивать, накапливать, преумножать, стремиться к нему, то риски необходимо избегать, нивелировать, снижать их степень и уровень, отторгать от деятельности, предотвращать и переосмысливать. Если богатства вполне материальны, то риски можно узнать только на основании представленной аргументации. В этом аспекте особые требования предъявляются по отношению к научному знанию, теориям, концептам, моделям и экспериментам. На научном знании (в том числе и управленческом) и различных формах его репрезентации лежит колоссальная ответственность по управлению рисками. В репрезентациях рисков никогда не присутствуют только факты о рисках. Чаще всего управление рисками вынуждено довольствоваться рассказами и субъективными интерпретациями, требующими определения главного рассказа или дискуссий, для того, чтобы «снять субъективность». Факты опираются на нормативную структуру и теории, которые в данной ситуации могут быть представлены общественности (рис. 1.5).
Для целей характеристики денежного оборота важно понять, что деньги как экономическая категория выражают определенные экономические отношения. Деньги – это не просто товар, вещь, обязательство, это совокупность экономических отношений между людьми в процессе общественного производства и движения общественного продукта от производства до потребления. Восприятия денег как экономической категории, связано с высокой степенью абстракции, т. е. при абстрагировании от всех конкретных форм и видов, в которых они (деньги) функционируют.
• Кейнс не считает важнейшим экономическим измерением тот аспект экономического действия, который связан с предложением. Он утверждает, что решающую роль в экономическом цикле играет спрос, и тем самым ставит под вопрос все предыдущие теоретические системы и в первую очередь закон Жана-Батиста Сэя. В теории Кейнса потребление уже не является функцией предложения; предложение не создает спрос, а само регулируется спросом. Предлагаемые услуги и товары являются функцией спроса (Keynes, 1936: 21 и далее; ср. также Drucker, [1981] 1984), и поэтому спрос может быть недостаточным. В связи с этим Кейнс, вопреки положениям неоклассической теории, как она представлена, например, в работах Фридриха Хайека и других представителей так называемой австрийской школы политической экономии, приветствовал государственные меры по поддержанию потребительского спроса в период низкой конъюнктуры.
В рамках функционально-описательного подхода эффективность экономического роста обычно рассматривается через призму потребления. Например, в модели Р. Солоу она представлена как максимизация потребления на душу населения (или на одного занятого, если абстрагироваться от различий между численностью всего населения и численностью занятых) – так называемое «золотое правило накопления» Э. Фелпса.[97] Более подробно вопрос об эффективности экономического роста будет рассмотрен ниже при систематизации подходов к определению качества роста.
В марксистской теории технический прогресс как фактор циклического развития воздействует на макроэкономическую динамику через изменение нормы прибавочной стоимости. При этом соотносительная сила действия технического прогресса на все времена как фактора, препятствующего или способствующего повышению нормы прибавочной стоимости, не определена. Современная экономическая практика подтверждает, что применение новых поколений техники (на разных этапах своего технического развития и в разных странах) действительно может приводить к снижению нормы прибавочной стоимости [6]. Еще в середине 19 века К.Маркс обратил внимание на то, что прогресс выражается уже не столько в расширении производства, сколько в постоянном совершенствовании его технологической базы. Затраты на тиражирование новых технологий и вообще знаний, которые выходят на первый план, ничтожны по сравнению с их созданием. Поэтому К.Маркс (а вслед за ним и Дж. Кейнс) выделял рост новых отраслей как фактор, ломающий сложившийся характер распределения в обществе. Противоречие между производством и потреблением, вызванное совершенствованием технологий, рассматривалось как причина экономических циклов.
Национальный доход в разных странах нелегко сравнивать, поскольку существуют разные принципы построения методов его исчисления и различия в структуре дохода, особенно в части распределения его на потребление и накопление. Тем более что фонд накопления не имеет прямого отношения к уровню жизни населения, да и фонд потребления содержит не очень связанные с уровнем жизни расходы на науку и управление.
Информативные сигналы и производительные стимулы, создаваемые несовершенной и неоднородной институциональной средой, обычно были достаточны для производства лишь немногим более минимума средств существования. Те же факторы, которые являются безусловно необходимыми для долговременного роста, – сбережения и инновации – не могли проявляться на систематической основе по причине отсутствия стимулов для них, вызванного размытостью/незащищенностью прав собственности. Излишки сверх минимума если и возникали, то были связаны не с систематическим прогрессом в хозяйстве, а с превратностями климата и урожайности или с успешными грабежами. При этом перспектива грабежа как угроза для слабых и как шанс для сильных должна была одинаково ориентировать и тех и других на непроизводительное употребление излишков. У первых отказ от сбережения излишков в пользу их проедания проистекал из слабой надежды на их сохранение, а у последних – из того, что основой их процветания были не экономические инвестиции, а силовой потенциал. При этом излишки шли не на расширение производства, а на избыточное потребление или образование сокровищ. Инвестиции как способ употребления излишков лишь недавно пришли на смену дотоле господствовавшим проеданию и тезаврации. Что же касается инноваций, то они были отданы на откуп энтузиазму, как правило не имея под собой никакой коммерческой основы.
Научная разработка проблем благосостояния населения осуществлялась в рамках концепции постиндустриального общества, идеологи которой (Д. Белл, Зб. Бзежинский, Дж. Гэлбрейт, У Ростоу, П. Самуэльсон, Э. Тоффлер и др.) утверждали, что для общества, достигшего высокой стадии индустриального развития, наступает этап, когда удовлетворены насущные личные потребности в пище, одежде, комфортабельности жилья, а доходы членов общества значительно превышают затраты на эти цели. Высокие доходы приводят к тому, что в сфере массового потребления активно и в больших масштабах вовлекаются товары длительного пользования, устойчиво возрастает роль различных услуг. Потребитель материальных благ и услуг становится центральной фигурой, его стремлениям подчиняется производство. Наступает век высокого массового потребления, когда общество уже не считает главной целью непрерывный экономический рост. Стратегическим ориентиром развития становится повышение качества жизни и благосостояния людей. На смену таким ценностям как капитал, средства производства, рабочая сила приходят новые ценности – знание и информация [8; 14; 19; 26; 58; 64].
Согласно исследованиям Дж. Дьюзенберри, дифференциация доходов населения зависит от социально-психологических факторов. Он считает, что стремление индивида к своеобразному социальному соревнованию и так называемый «демонстрационный эффект» обусловливают уровень его потребления и сбережений. Индивидуум рассматривает не только абсолютный уровень своего реального дохода, но и соотношение между собственным доходом и более высоким доходом других лиц, окружающих его. Таким образом, у него возникают новые желания, повышается стремление к потреблению и, соответственно, к получению более высокого дохода.
Для того чтобы определить нормативный интерес US, формируемый в рамках политической системы, воспользуемся следующей Леммой I. Всякий нормативный интерес общества US может быть выражен в потребности меритора в увеличении (уменьшении) объема производства (потребления) некого блага по отношению к той величине, которая соответствует рыночному равновесию, то есть равенству предложения и агрегированного спроса мегаиндивидуума на это благо. Согласно данной лемме, интерес US материализуется в форме дополнительного спроса, предъявляемого меритором в отношении блага X, ставшего предметом общественной опеки. Говоря о спросе меритора, я имею в виду функцию социальной полезности US(B), заданную на множестве точек B {B1, … Bj …,Bk}, в которых для каждой j-й кривой предложения Rj значение функции US(Bj) определяется ценой pj=p(Bj), которую готов заплатить меритор за потребление данного блага индивидуумами в объеме xj= X(Bj) (см. рис. 2).
В условиях социализма объективная невозможность превращения индивидуального труда в общественный только путем использования непосредственно общественных связей и натуральных показателей обусловливает необходимость их «подкрепления» и дополнения товарно-денежными связями и показателями в самых разнообразных формах. В этом отношении особая роль принадлежит, например, деньгам как всеобщему эквиваленту, поскольку в качестве последнего они в условиях ассоциированной формы труда являются воплощением не только абстрактного труда, образующегося на базе обмена продуктов труда как товаров, но и рационально общественного труда, существующего на базе изложенного выше общественного регулирования движения живого и овеществленного труда. Поэтому централизованное управление обращением огромной массы денег, их распределением и перераспределением выступает в качестве управления своеобразными элементами «рулевого механизма» движения рационально общественного производства. Так, социалистическое общество, распределяя и перераспределяя в денежном выражении национальный доход, государственный бюджет, капитальные вложения, общественные фонды потребления и т. д. тем самым регулирует движение рационально общественного труда, воплощенного в указанных формах.
Вторая предпосылка – гносеологическая. Суть ее состоит в поиске ответа на вопрос: «Насколько при существующей системе наук и организации исследований общество способно к самопознанию, а значит, к грамотному решению возникающих проблем и упреждению социальных взрывов?». Классики социологии, анализируя ситуацию своего времени, давали на него пессимистический ответ. По их оценкам, в XIX в., как и ранее, общественная мысль существовала и развивалась в форме высоких абстракций, в отрыве от повседневности. Наиболее острые проблемы, такие как оплата труда, жилищный вопрос, миграция, девиантное поведение, распределение и потребление и т. д., аналитически не затрагивались, и только в некоторых странах об этих явлениях собиралась статистика. Общественное мнение не изучалось, более того, считалось, что его репрезентантом являются публикации в газетах и журналах. В общественных науках не существовало методов для проникновения в социальную реальность, и в этом они существенно отставали от «наук о природе», успешно осваивающих экспериментальную технику познания. Высоко ценились личные наблюдения опытных людей, хотя объективность полученных таким образом сведений оставалась сомнительной. Как результат в ответ на все новые волны революции, прокатывающейся по Европе, правящие классы лишь усиливали репрессии, разжигая костер противоборства. Учитывая все это, О. Конт сформулировал краткий девиз новой науки: «Знать – чтобы предвидеть, предвидеть – чтобы регулировать». Трудно представить более важную жизненную потребность для любого общества (страны-государства), заботящегося о своем будущем.
Приведенная градация потребностей и жизненных ценностей человека отражает современное их состояние и характер. Естественно, содержание каждого из направлений и их сочетание были различными, скажем, 100, 1000 или 2000 лет тому назад, чем сегодня. За всю историю человечества потребности и ценностные ориентации человека значительно видоизменились во взаимодействии с изложенными выше возрастанием и расширением способностей и возможностей человечества в удовлетворении своих потребностей. Они эволюционируют сегодня, будут претерпевать изменения и в будущем. Задача науки состоит в том, чтобы раскрыть характер и возможные последствия этих процессов и нормативно указать желательные направления их развития. Первопричина экологических бедствий кроется в росте и распространении иррациональных потребностей, которые, возникая у отдельных лиц, по закону толпы, в соответствии со стадным инстинктом приобретают затем общественный характер, возбуждают всеобщее потребительство и расточительство. Поэтому данную выше характеристику потребностей, потребления, спроса и предложения следует развернуть в более конкретный анализ исходных причин вредного влияния человека на окружающую природу, кроющихся во внутренних биологических, психологических и социальных предпосылках, мотивах и ориентирах человека.
Первоисточник отчуждения – спрос. Узкий антропоцентирзм «экономикс» закладывается уже исходными, фундаментальными, системообразуюшими положениями: спросом и предложением, рыночным равновесием между ними и конкуренцией. Исходный постулат экономических теорий – спрос – это вечная, неистребимая, неизменная и никогда не утолимая жажда людей к потреблению материальных благ, извлекаемых, в конечном счете, из окружающей природы и на ее основе. Именно эта неутолимая жажда потребления является тем палачом, который мучительно отрубает человечество как голову, отделяя его от окружающей среды как тела единого природного организма. Движущей силой спроса выступают полезность и потребности, которые экономической теорией рассматриваются как явления жизни, направленные только на обслуживание материальных потребностей одного из природных созданий – человеческой особи. Полезность – это экономическое свойство продукта, характеризующее степень удовлетворения потребностей только экономического субъекта – человека и никого более из земных созданий. В соответствии с либеральной теорией потребностей и потребления на Земле обладает потребностью и потребляет только человек и никто больше.
По оценкам экономистов, преждевременная инвалидность и смертность отнимают у государства намного больше средств на борьбу с ними, чем все расходы на здравоохранение[22]. Одним из первых, кто обосновал значимость охраны здоровья в формировании человеческого капитала, был американский экономист Майкл Гроссман. Он разработал модель спроса на здоровье, которое, с его точки зрения, представляет не только объект потребления, но и область инвестиционных вложений. Основная посылка модели Гроссмана состоит в том, что здоровье можно рассматривать как некоторый запас или, иначе говоря, товар длительного пользования[23].
Ценообразование на рынке, по А. Маршаллу, определяется влиянием «репрезентативных фирм» соответствующих отраслей, представляющих, некую «среднюю фирму», затраты которой выступают ценой предложения. А. Маршалл определяет правило, что чем короче рассматриваемый период, тем большее значение должно иметь в анализе влияние спроса на ценность, а чем длиннее период, тем большее значение в анализе отводится влиянию издержек производства на ценность. Тем самым в теории стоимости впервые возникает двухфакторность, и труд, и потребление выступают в качестве равнозначных факторов.
При таком подходе субъектами неформальной экономики являются индивиды, домохозяйства и фирмы[12]. Важно подчеркнуть, что Гершуни относит к неформальной экономике домашнюю деятельность по созданию продуктов для собственного потребления и «коммунальную» экономику как форму неоплачиваемого труда, принципиально отказываясь сводить неформальную экономику исключительно к рыночной деятельности.
Согласно исследованиям Дж. Дьюзенберри, на дифференциацию доходов населения влияют социально-психологические факторы. Он считает, что стремление индивида к своеобразному социальному соревнованию и так называемый демонстрационный эффект обусловливают уровень его потребления и сбережений. Индивидуум рассматривает не только свой собственный абсолютный уровень реального дохода, но и соотношение между своим доходом и более высоким доходом других лиц, окружающих его. При сопоставлении с более высокими благами и уровнями потребления у индивидуумов возникают новые желания, повышается стремление к потреблению и, соответственно, к получению более высокого дохода.
4. Экономический аспект отношений собственности выдвигается экономистами, обычно, на центральный план, он признается ими главным, определяющим. В этом есть определенная логика, связанная с тем, что экономические отношения собственности предопределяют характер социально-экономической системы общества, основного способа распределения средств производства в их соединении с рабочей силой, а также и предметов потребления. Однако, в самих отношениях собственности, прежде чем приобрести ту или иную выраженность в экономическом аспекте, сначала объективно обусловленным образом выделяются духовно нравственный, политический и правовой аспекты собственности.
Базовыми факторами здравоохранительной политики, как и региональной социально-экономической политики в целом, являются политический (а также идущие в связке с ним идеологический и социокультурный) и экономический контексты. Примат того или другого в современной науке вызывает споры. С одной стороны, общество, слабо развитое экономически, имеет меньше возможностей выполнять социальные функции по сравнению с обществом, находящимся на более высоком уровне экономического развития и обладающим большим национальным доходом. С другой стороны, то, какую долю своего ВНП общество выделяет на нужды здравоохранения (как и на оборону, потребление и т. д.), есть вопрос политических приоритетов, которые определяются в сфере сознания, идеологии[1] [58].
Н. Федоренко глубоко убежден, что «затраты на воспитание, образование, спорт, здравоохранение и все другие «инвестиции в человека» должны рассматриваться не как непроизводительное потребление, а как инвестиции, дающие непосредственный хозяйственный эффект и в конечном счете обеспечивающие прирост национального богатства» [300, с. 86]. Ведь расширенное воспроизводство человеческого капитала есть исходное условие эффективного роста и развития хозяйства. Социальный гуманизм должен реально стать методологическим и идеологическим «ядром» экономики развития России [34, с. 126–150].
О. Леонова указывает на то, что «хозяйственная» (экономическая) культура – это как бы проекция экономики на сферу культуры; верно также и обратное утверждение, согласно которому она является проекцией культуры на сферу экономики». Конкретное содержание этого понятия можно понять через следующие элементы: «национальные стереотипы образа жизни; уровень и структуру потребностей, стереотипы потребления; культурные образцы хозяйственных представлений и хозяйственного поведения; нормы и образцы социального взаимодействия хозяйствующих субъектов, способы воспроизведения и трансляции этих образцов; организационные формы существования хозяйственной культуры (преобладание коллективного или индивидуального типа деятельности, жесткой или свободной регламентации взаимодействия и т. п.); ценностно-мотивационное отношение к труду, богатству, накоплению (трудовая этика), степень реализации экономической цели и завершенности самой экономической деятельности; мера интенсивности освоения (обработки) экономического пространства.[18]
Недифференцированность проявлялась и в том, что в противовес меркантилистам, утверждавшим, что целью производства является получение прибыли, Смит считал, что таковой является потребление. В действительности же цель производства, как и всякое экономическое явление при капитализме, имеет двойственную структуру.[40] Она выступает как противоречивое единство естественной цели производства, каковой является потребление, и социально-экономической цели – для условий капитализма: получения прибыли. При этом естественная цель производства всегда опосредована его социально-экономической целью.
1. Если обратиться к определению факторов производства, рассмотренному в начале данного раздела, то можно заметить, что факторы производства отождествлялись с ресурсами. Вместе с тем мы дали определение ресурсов. Общее свойство ресурсов – потенциальная возможность их участия в производстве. Имеется и определение факторов. Факторы – это элементы, порождающие то или иное явление либо определяющие последовательные стадии действия механизма. Факторы производства – это сочетание элементов, обеспечивающих производство. В любом случае необходимое сочетание факторов производства не должно вести к забвению того, что в конечном итоге и главным образом капитал рассматривается как овеществленный труд. В отличие от факторов производства факторы роста – это фундаментальные элементы процесса экономического роста. Обычно выделяют следующие основные факторы экономического роста: население, капиталовложения, инновации и внешний обмен. Спрос на факторы производства предъявляют лишь предприниматели, т. е. та часть общества, которая способна организовать и осуществить выпуск продукции и услуг, необходимых для конечного потребления. Производство – это процесс изготовления материальных или духовных благ. Для того чтобы начать производство, необходимо наличие по крайней мере того, кто будет производить, и того, из чего будут производить. Марксистская теория в качестве факторов производства выделяет рабочую силу человека, предмет труда и средства труда, подразделяя их на две большие группы: личный фактор производства и вещественный фактор. Маржиналистская (неоклассическая, западная) теория традиционно выделяет четыре группы факторов производства: земля, труд, капитал, предпринимательская деятельность [49].
Толерантная модель социального поведения человека должна быть закреплена законодательно, но при этом основана на традиционных нормах, принимаемых обществом. Микроэкономический анализ, не формируя нормы поведения людей и не выдавая желаемого за действительность, может рассматривать различное поведение людей в большей степени склонных к потреблению материальных благ, или же предпочитающих возможности духовного роста. Определение нормы поведения в обществе не означает, что все члены общества ее придерживаются. Важнейшей является возможность показать разнообразие поведения людей, но при этом в рамках «нормы». Надо отметить, что если понятие толерантности еще не нашло полного и всестороннего определения в научной литературе, то и возможности микроэкономического анализа раскрываются также при рассмотрении различных концепций толерантности.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я