Неточные совпадения
Хорошенький овал
лица ее круглился, как свеженькое яичко, и, подобно ему, белел какою-то прозрачною белизною, когда свежее, только что снесенное, оно держится против света в смуглых руках испытующей его ключницы и пропускает сквозь себя лучи
сияющего солнца; ее тоненькие ушки также сквозили, рдея проникавшим их теплым светом.
Изрекшия странницы
лице казалося веселым и вещественным
сияющее блеском.
Она быстрым взглядом оглядела с головы до ног его
сияющую свежестью и здоровьем фигуру. «Да, он счастлив и доволен! — подумала она, — а я?… И эта доброта противная, за которую все так любят его и хвалят; я ненавижу эту его доброту», подумала она. Рот ее сжался, мускул щеки затрясся на правой стороне бледного, нервного
лица.
Девочка, любимица отца, вбежала смело, обняла его и смеясь повисла у него на шее, как всегда, радуясь на знакомый запах духов, распространявшийся от его бакенбард. Поцеловав его наконец в покрасневшее от наклоненного положения и
сияющее нежностью
лицо, девочка разняла руки и хотела бежать назад; но отец удержал ее.
— Ну что, душенька Лизавета Петровна, — сказала она, хватая за руку вышедшую им навстречу с
сияющим и озабоченным
лицом Лизавету Петровну.
С таким выражением на
лице она была еще красивее, чем прежде; но это выражение было новое; оно было вне того
сияющего счастьем и раздающего счастье круга выражений, которые были уловлены художником на портрете.
Г-н Беневоленский стоял у окна с легкой краской на
лице и
сияющими глазами.
— А — пожалуйста, — согласился Бердников, и Самгин, искоса глядя влево, увидал, как Бердников легко несет огромный живот свой, пробираясь между столов, подняв голову, освещая рыхлое
лицо благожелательно
сияющей улыбкой.
Ужели во всякой стране найдутся и Нероны преславные, и Калигулы, доблестью
сияющие, [Очевидно, что летописец, определяя качества этих исторических
лиц, не имел понятия даже о руководствах, изданных для средних учебных заведений.
Она должна была очень визжать, потому что у собаки очень нежная кожа во рту… нежнее, чем у человека, гораздо нежнее! — восклицал неистово Коля, с разгоревшимся и с
сияющим от восторга
лицом.
На одной из улиц с ним поравнялся обоз ломовых, везущих какое-то железо и так страшно гремящих по неровной мостовой своим железом, что ему стало больно ушам и голове. Он прибавил шагу, чтобы обогнать обоз, когда вдруг из-зa грохота железа услыхал свое имя. Он остановился и увидал немного впереди себя военного с остроконечными слепленными усами и с
сияющим глянцовитым
лицом, который, сидя на пролетке лихача, приветственно махал ему рукой, открывая улыбкой необыкновенно белые зубы.
В это время из боковой двери вышел с блестящими галунами и
сияющим, глянцовитым
лицом, с пропитанными табачным дымом усами фельдфебель и строго обратился к надзирателю...
Но, боюсь, в этот вечер был очень неучтив с ней, не говорил с ней, не смотрел на нее, а видел только высокую, стройную фигуру в белом платье с розовым поясом, ее
сияющее, зарумянившееся с ямочками
лицо и ласковые, милые глаза.
«Посвящение» в мистерии, по немногим дошедшим до нас сведениям, сопровождалось такими переживаниями, которые новой гранью отделяли человека от его прошлого [Вот известное описание переживаний при посвящении в таинства Изиды у Апулея (Metam. X, 23): «Я дошел до грани смерти, я вступил на порог Прозерпины, и, когда я прошел через все элементы, я снова возвратился назад; в полночь я видел солнце,
сияющее ясно белым светом; я предстоял пред высшими и низшими богами
лицом к
лицу и молил их в самой большой близости» (accessi confinium mortis et calcato Proserpinae limine per omnia vectus elemanta remeavi, nocte media vidi solem candido coruscantem lumine; deos inferos et deos superos accessi coram et adoravi de proximo).
Мне нравилось, оставшись одному, лечь, зажмурить глаза, чтобы лучше сосредоточиться, и беспрестанно вызывать в своем воображении ее то суровое, то лукавое, то
сияющее нежной улыбкой
лицо, ее молодое тело, выросшее в приволье старого бора так же стройно и так же могуче, как растут молодые елочки, ее свежий голос, с неожиданными низкими бархатными нотками… «Во всех ее движениях, в ее словах, — думал я, — есть что-то благородное (конечно, в лучшем смысле этого довольно пошлого слова), какая-то врожденная изящная умеренность…» Также привлекал меня в Олесе и некоторый ореол окружавшей ее таинственности, суеверная репутация ведьмы, жизнь в лесной чаще среди болота и в особенности — эта гордая уверенность в свои силы, сквозившая в немногих обращенных ко мне словах.
Я помню, очень ясно помню только то, что ко мне быстро обернулось бледное
лицо Олеси и что на этом прелестном, новом для меня
лице в одно мгновение отразились, сменяя друг друга, недоумение, испуг, тревога и нежная
сияющая улыбка любви… Старуха что-то шамкала, топчась возле меня, но я не слышал ее приветствий. Голос Олеси донесся до меня, как сладкая музыка...
Случалось так, что иногда ее прическа почти касалась его
лица; иногда же он видел ее стройный затылок с тонкими, вьющимися волосами, в которых, точно в паутине, ходили спиралеобразно
сияющие золотые лучи. Ему показалось, что ее шея пахнет цветом бузины, тем прелестным ее запахом, который так мил не вблизи, а издали.
Несмотря на протекшие десятки лет, при первом взгляде на эту величественную старуху, роста немного выше среднего и приличной, не переходящей границ, полноты, с седыми буклями на висках и с правильными чертами до сих пор еще свежего, лишь в мелких морщинках
лица, со светлыми, добрыми, покровительственно ласкающими глазами, с повелительным складом красивых полных губ, всякий нашел бы в ней поразительное сходство с изображенной на портрете,
сияющей молодостью и красотою, фрейлиной царствования Императора Николая.
И другая линия штыков, уходя, заколебалась. Звук барабанов становился все тупее и тише, точно он опускался вниз, под землю, и вдруг на него налетела, смяв и повалив его, веселая,
сияющая, резко красивая волна оркестра. Это подхватила темп полковая музыка, и весь полк сразу ожил и подтянулся: головы поднялись выше, выпрямились стройнее тела, прояснились серые, усталые
лица.
— Сейчас только приехал, — отвечал Антип Ильич с
лицом,
сияющим кротостью, и кладя на стол перед барином заздравную просфору и большой пакет, — от господина Крапчика! — объяснил он о пакете.
Всего этого он сам, конечно, нисколько не подозревал и шел по Невскому с
лицом,
сияющим от удовольствия.
Таким образом, Марфин заехал один к Сергею Степанычу, который встретил его с
сияющим от удовольствия
лицом.
Лакей ушел. Крапчик, поприбрав несколько на конторке свои бумаги, пошел неохотно в кабинет, куда вместе с ним торопливо входила и Катрин с
лицом еще более грубоватым, чем при вечернем освещении, но вместе с тем
сияющим от удовольствия.
Gnadige Frau тоже была весьма рада и счастлива тем, что к ней возвратился муж, а потом, радуясь также и приезду Марфиных, она, с
сияющим от удовольствия
лицом, говорила всей прислуге: «Наконец Кузьмищево начинает походить на прежнее Кузьмищево!».
Получив это донесение, Тулузов, несмотря на привычку не выражать своих чувств и мыслей, не выдержал и вошел в комнату Екатерины Петровны с
сияющим от радости
лицом.
M-me Фатеева обернула к нему свое
лицо,
сияющее счастьем и страстью.
Я, с своей стороны, искренно убежден, что это мнение самое неосновательное, потому что достаточно взглянуть на ее милое,
сияющее добродушием и искренностию
лицо, чтоб убедиться, что этой свежей и светлой натуре противна всякая ложь, всякое притворство.
Но зато, очищенное от тысячелетней грязи, каким
сияющим стало
лицо земли.
Закрытые — как будто прямо в
лицо солнцу — глаза. Мокрая,
сияющая улыбка.
У меня была верховая лошадка, я сам ее седлал и уезжал один куда-нибудь подальше, пускался вскачь и воображал себя рыцарем на турнире — как весело дул мне в уши ветер! — или, обратив
лицо к небу, принимал его
сияющий свет и лазурь в разверстую душу.
Студент не заставил себя долго дожидаться: еще не встали из-за чая, как он явился с
сияющим от удовольствия
лицом.
Береговой отсвет был так силен, что я видел
лицо Дэзи. Оно,
сияющее и пораженное, слегка вздрагивало. Она старалась поспеть увидеть всюду: едва ли замечала, с кем говорит, и была так возбуждена, что болтала, не переставая.
Прекрасные магазины,
сияющие елки, рысаки, мчавшиеся под своими синими и красными сетками, визг полозьев, праздничное оживление толпы, веселый гул окриков и разговоров, разрумяненные морозом смеющиеся
лица нарядных дам — все осталось позади.
Прошло еще мгновенье — и оба преступника — Санин и Джемма — уже лежали на коленях у ног ее, и она клала им поочередно свои руки на головы; прошло другое мгновенье — и они уже обнимали и целовали ее, и Эмиль, с
сияющим от восторга
лицом, вбежал в комнату и тоже бросился к тесно сплоченной группе.
Салют окончен, и Захар Петрович,
сияющий, довольный и вспотевший, полный сознания, что салют был «прочувствованный», с аффектированной скромностью отходит от орудий на шканцы, словно артист с эстрады. Ему никто не аплодирует, но он видит по
лицам капитана, старшего офицера и всех понимающих дело, что и они почувствовали, каков был салют.
И человек этот, погубив сотни, тысячи людей, проклинающих его и отчаивающихся благодаря его деятельности в вере в добро и бога, с
сияющей, благодушной улыбкой на гладком
лице идет к обедне, слушает Евангелие, произносит либеральные речи, ласкает своих детей, проповедует им нравственность и умиляется перед воображаемыми страданиями.
Она положила крепкие руки свои на плечи ему и, заглядывая в
лицо мокрыми,
сияющими глазами, стала что-то говорить утешительно и торопливо, а он обнял её и, целуя лоб, щёки, отвечал, не понимая и не слыша её слов...
Передонов посматривал на него, и особенно приятно ему было смотреть, когда Саша стоял на коленях, как наказанный, и смотрел вперед, к
сияющим дверям алтарным, с озабоченным и просительным выражением на
лице, с мольбою и печалью в черных глазах, осененных длинными, до синевы черными ресницами.
Он повернул ко мне
лицо, все сиявшее каким-то тихим светом, делавшим его почти прекрасным. Передо мной лежал точно новый Юлико… Куда делись его маленькие мышиные глазки, его некрасивое, надменное личико!.. Он казался теперь кротким белокурым ангелом… Глазами, увеличенными неземным восторгом, с широко раскрытыми,
сияющими зрачками, он смотрел на полночную звезду и шептал тихо, чуть внятно...
Марья Дмитриевна, с ее толстой косой, широкими плечами, высокой грудью и
сияющей улыбкой покрытого веснушками доброго
лица, невольно влекла Бутлера, как сильного, молодого холостого человека, и ему казалось даже, что она желает его.
Дежурный, вновь назначенный флигель-адъютант,
сияющий новым мундиром, эполетами, аксельбантами и румяным, еще не истасканным
лицом с черными усиками и височками, зачесанными к глазам так же, как их зачесывал Николай Павлович, почтительно встретил его.
Через минуту он, прижав Фому одной рукой ко груди, ладонью другой уперся ему в лоб, отгибая голову сына назад, смотрел в
лицо ему
сияющими глазами и довольно говорил...
Закоренелый циник улыбнулся бы, рассматривая пленительное
лицо со сказкой в глазах,
сияющих всем и всюду.
Лицо круглое, как мапемонда, [Карта полушарий (фр.).] синеватое, задавленное масленым галстуком, на котором покоился тучный, двумя ступенями, подбородок; бородавка на левой щеке, умильно-важная физиономия, крутой
сияющий лоб, вделанный в мучной насаленный оклад с двумя мучными же мортирами по бокам и черным кошельком назади, одним словом, это все был сам Василий Кириллович Тредьяковский.
Таня жила на том же дворе, в другом флигеле. Она выбежала на звонок —
сияющая, радостная. И вдруг глаза потухли,
лицо потемнело.
Да, хозяюшка, — сказал он сам себе, живо представив себе ее в белом капоте с
сияющим от радости
лицом, какое у нее почти всегда было, когда он смотрел на нее.
И
лицо его как будто бы сразу преобразилось, просветлело и стало почти прекрасным; бледные губы слегка полуоткрылись, а глаза еще больше увеличились и сделались глубокими, влажными и
сияющими.
Хлопнула входная серая калитка, и в ней показалось легкое, грациозное и все
сияющее светлое создание — молодая белокурая девушка с красивым саквояжем в одной руке и с зонтиком в другой. Платьице на ней было легкое, из бледно-голубого ситца, а на голове простая соломенная шляпа с коричневою лентою и с широкими полями, отенявшими ее прелестное полудетское
лицо.
И вот он с исписанным листом бумаги в руке, с
лицом,
сияющим важным спокойствием и самодовольством, вступает в комнату, где ожидает его семья.
А Коврин шел за ней и говорил все с тем же
сияющим, восторженным
лицом...