Неточные совпадения
Настали минуты всеобщей, торжественной тишины природы, те минуты, когда сильнее работает творческий ум, жарче кипят поэтические думы, когда в
сердце живее вспыхивает страсть или больнее
ноет тоска, когда в жестокой душе невозмутимее и сильнее зреет зерно преступной мысли, и когда… в Обломовке все почивают так крепко и покойно.
«Чего же хочу я еще?» — спрашивал он себя, а
сердце все
ныло.
Не прошло и получаса, как
сердце его начало
ныть,
ныть, и беспокойство овладело им до такой степени, что он не утерпел и пошел сам к обедне.
Катерина. Не говори ты мне об ней, не тирань ты моего
сердца! Ах, беда моя, беда! (Плачет.) Куда мне, бед —
ной, деться? За кого мне ухватиться? Батюшки мои, погибаю я!
И до известной степени все мирское «прогоркло» или безвкушено для того, чье
сердце пронзено стрелою христианства и
ноет его сладкою болью, кто обожжен его огнем.
И с царевной на крыльцо
Пес бежит и ей в лицо
Жалко смотрит, грозно воет,
Словно
сердце песье
ноет,
Словно хочет ей сказать:
Брось!
Ноет сердце мое,
ноет,
Ноет, занывает —
Злодейки кручинушки
Вдвое прибывает.
Бо́йки и резвы в своем Вольске они выросли, а теперь сидят себе да помалкивают, боясь слово сказать, сохрани Бог не осмеяли бы, а у самих
сердце так и щемит, так и
ноет — расплакаться, так в ту же пору…
Растерялась бедная, не знает, что и придумать… А
сердце так и бьется, так и
ноет, тоска так и поднимается в груди.
Но только послышится звонкий голос Алексея, только завидит она его, горячий, страстный трепет пробежит по всему ее телу, память о промелькнувшем счастье с Евграфом исчезнет внезапно, как сон… Не наглядится на нового друга, не наслушается сладких речей его, все забывает, его только видит, его только слышит…
Ноет, изнывает в мучительно-страстной истоме победное
сердце Марьи Гавриловны, в жарких объятьях, в страстных поцелуях изливает она кипучую любовь на нового друга.
Покажись ты мне хоть разочек теперь, приснись ты мне хоть во сне только, чтоб только я сказал тебе, как люблю тебя, только чтоб обнять мне тебя и поцеловать твои синенькие глазки, сказать тебе, что я совсем тебя уж теперь не стыжусь, и что я тебя и тогда любил, и что
сердце мое
ныло тогда, а я только сидел как лакей.
Сердце всё больше и больше
ныло у бедного мальчика; а на черном горизонте чаще и чаще вспыхивала молния, и бомбы чаще и чаще свистели и лопались около него. Николаев глубоко вздохнул и вдруг начал говорить каким-то, как показалось Володе, гробовым голосом.
Прежде у Александра болело и
ныло сердце от этих стычек розовых его мечтаний с действительностью.
Александр и Наденька подошли к реке и оперлись на решетку. Наденька долго, в раздумье, смотрела на Неву, на даль, Александр на Наденьку. Души их были переполнены счастьем,
сердца сладко и вместе как-то болезненно
ныли, но язык безмолвствовал.
Она взяла себе за образец Татьяну и мысленно повторяла своему идеалу пламенные строки Татьянина письма к Онегину, и
сердце ее
ныло, билось.
— «Куда же это, мой дружочек?» — спрашиваю я, а
сердце так и
ноет у меня.
На другой день опять ожила, опять с утра была весела, а к вечеру
сердце стало пуще
ныть и замирать и страхом, и надеждой. Опять не пришли.
Он думал, что эта скука пройдет, что он приживется в деревне, привыкнет, — нет: чем дольше он жил там, тем
сердце пуще
ныло и опять просилось в омут, теперь уже знакомый ему.
Он сам не понимал, чего ожидает, но
сердце его сладко и томно
ныло от неясного блаженного предчувствия.
Ромашов знал отлично, что Шурочки нет в этой светлой, точно праздничной группе, но когда он глядел туда, — всякий раз что-то сладко
ныло у него около
сердца, и хотелось часто дышать от странного, беспричинного волнения.
Высокий, плечистый, искрасна-белокурый, он олицетворял собою тип чисто русский, мясистый тип, от которого млеют и
ноют неиспорченные
сердца русских помещиц и их горничных.
Дни полетели один за другим с быстротой, не позволявшей матери думать о Первом мая. Только по ночам, когда, усталая от шумной, волнующей суеты дня, она ложилась в постель,
сердце ее тихо
ныло.
— Ох, дети, дети, сколько они доставляют и забот, и хлопот… С девочками беда, да и с мальчиками не сладко… Вот я, благодарю Создателя, хоть и вырастила одного, троих Бог прибрал, не дал веку, и всем он хорош, и почтителен, и любящий, и честный, не пьяница, не мот, не развратник, а все
сердце за него
ноет и
ноет.
Моя комната. Еще зеленое, застывшее утро. На двери шкафа осколок солнца. Я — в кровати. Сон. Но еще буйно бьется, вздрагивает, брызжет
сердце,
ноет в концах пальцев, в коленях. Это — несомненно было. И я не знаю теперь: что сон — что явь; иррациональные величины прорастают сквозь все прочное, привычное, трехмерное, и вместо твердых, шлифованных плоскостей — кругом что-то корявое, лохматое…
Сердце мое предчувствовало, когда посылала;
ныло оно,
ныло; ныло-ныло!
Осматриваюсь и понимаю, что стою, прислонясь спиною к какому-то дому, а в нем окна открыты и в середине светло, и оттуда те разные голоса, и шум, и гитара
ноет, а передо мною опять мой баринок, и все мне спереди по лицу ладонями машет, а потом по груди руками ведет, против
сердца останавливается, напирает, и за персты рук схватит, встряхнет полегонечку, и опять машет, и так трудится, что даже, вижу, он сделался весь в поту.
Словно больной, надоедливый зуб,
сердце все
ныло и
ныло так тихо, но непрестанно, и так долго, так однообразно…
Сердце в нем
ныло, и глаза не однажды наполнялись слезами.
Не оставлю
Твоей руки, пока в мольбах и стонах
Не выскажу тебе, как
ноет сердце,
Какой тоской душа больна.
Я зажала уши, чтоб ничего не слышать… Мое
сердце болезненно
ныло.
Я совершенно забыла в эту минуту, что она уже давно отказала мне в своей дружбе, предпочтя мне ненавистную Крошку, но
сердце мое
ныло и сжималось от неизвестности и еще какого-то тяжелого предчувствия.
Я смотрела ему вслед — и
сердце мое
ныло… Я знала, что он приедет завтра, и послезавтра, и каждый день будет навещать меня, пока я не привыкну, но я расставалась с ним впервые среди чужой и новой обстановки.
Но отчего же я чувствую, что
сердце мое мучительно
ноет при виде этого зрелища? отчего я, сверх того, убежден, что оно способно возбуждать негодование не во мне одном, но и во всех вообще честных людях?
Внимали пленники уныло
Печальной песни сей для них.
И
сердце в грусти страшно
ныло…
Ведут черкесы к сакле их;
И, привязавши у забора,
Ушли. — Меж них огонь трещит;
Но не смыкает сон их взора,
Не могут горесть дня забыть.
Несмотря на советы, данные жене о том, что пора перестать тосковать и плакать, все помыслы старого рыбака неотвязчиво стремились за Ваней, и
сердце его
ныло ничуть не меньше, чем в день разлуки.
Молодое, неопытное
сердце ее невыносимо
ныло от боли, терзалось, может даже быть, ревностью.
И все вдруг запрыгали, захохотали, завизжали. Вот и я сама стараюсь выделывать tulipe orageuse. Потом схватывают меня сзади и влекут куда-то, точно в погреб.
Сердце у меня начало
ныть,
ныть. Так мне обидно, что меня влекут с пира… И Степа мне представляется противным старикашкой, который лезет со мной целоваться…
Совсем стало темно. Серафима натыкалась на пни, в лицо ей хлестали сухие ветви высоких кустов, кололи ее иглы хвои, она даже не отмахивалась. В средине груди
ныло, в
сердце нестерпимо жгло, ноги стали подкашиваться, Где-то на маленькой лужайке она упала как сноп на толстый пласт хвои, ничком, схватила голову в руки отчаянным жестом и зарыдала, почти завыла. Ее всю трясло в конвульсиях.
Проведя прошлогоднюю весну в тюремном заключении, в тесной больничной комнате, казалось бы, я должен был с особенным чувством наслаждения встретить весну в деревне; но у меня постоянно
ныло сердце, и хотя я не понимал хорошенько, отчего это происходило, но тем не менее все мои удовольствия, которым, по-видимому, я по-прежнему предавался, были отравлены грустным чувством.
— Но, помилуйте, как же это? Ведь он все говорит про сон, — прошептала Анна Николаевна встревоженной и слегка побледневшей Марье Александровне. Увы! У Марьи Александровны, и без этих предостережений, давно уже
ныло и трепетало
сердце.
Посреди таких хлопот, у Елены всякий раз, как она вспоминала о князе, начинало
ныть и замирать
сердце.
Мучительное ощущение разрывало меня: мне было жалко его,
сердце мое
ныло и болело, когда я представляла, как он бежит, без шинели, без шляпы, от меня, от своего любимого дитяти…
Только тяжеле мне становилось на
сердце, и когда я доходила воспоминанием до той минуты, когда молилась возле мертвой матушки, то мороз вдруг пробегал по моим членам; я дрожала, слегка вскрикивала, и потом так тяжело становилось дышать, так
ныла вся грудь моя, так колотилось
сердце, что в испуге выбегала я из угла.
— Нет, только
сердце что-то
ноет.
С другой же стороны,
сердце у Постникова очень непокорное: так и
ноет, так и стучит, так и замирает… Хоть вырви его да сам себе под ноги брось, — так беспокойно с ним делается от этих стонов и воплей… Страшно ведь слышать, как другой человек погибает, и не подать этому погибающему помощи, когда, собственно говоря, к тому есть полная возможность, потому что будка с места не убежит и ничто иное вредное не случится. «Иль сбежать, а?.. Не увидят?.. Ах, господи, один бы конец! Опять стонет…»
— Бог с ним, значит, он не любит ее!» — «Нет, напротив, это-то и покажет, что он ее безумно и страстно любит», — возражало
сердце Домны Осиповны и при этом начинало
ныть до такой степени, что бедная женщина теряла всякую способность рассуждать далее.
— Что вы меня все этими наговорами лечите? — говорила она свекру с свекровьей. — Какой во мне бес? Я просто больна,
сердце у меня
ноет, сосет меня что-то за
сердце, а вы все меня пугаете с дедами да с бабками.
Я, страстный, робкий юноша, давно искал привязанности, давно искал теплого женского
сердца, душа моя
ныла в одиночестве.
При одной мысли об этом, душа юноши болезненно
ныла и
сердце сжималось в жалкий маленький комок.