Неточные совпадения
Как несметное множество
церквей, монастырей с куполами, главами, крестами, рассыпано на
святой, благочестивой Руси, так несметное множество племен, поколений, народов толпится, пестреет и мечется по лицу земли.
В деревянной небольшой
церкви служил священник молебен, окропил всех
святою водою; все целовали крест.
Нет, поднялась вся нация, ибо переполнилось терпение народа, — поднялась отмстить за посмеянье прав своих, за позорное унижение своих нравов, за оскорбление веры предков и
святого обычая, за посрамление
церквей, за бесчинства чужеземных панов, за угнетенье, за унию, за позорное владычество жидовства на христианской земле — за все, что копило и сугубило с давних времен суровую ненависть козаков.
— Такая пора теперь завелась, что уже
церкви святые теперь не наши.
— Здесь Христос невидимо предстоит, принимая вашу исповедь, — сказал он, указывая на Распятие. — Веруете ли вы во всё то, чему учит нас
Святая Апостольская
Церковь? — продолжал священник, отворачивая глаза от лица Левина и складывая руки под эпитрахиль.
Его обрадовала мысль о том, как легче было поверить в существующую, теперь живущую
церковь, составляющую все верования людей, имеющую во главе Бога и потому
святую и непогрешимую, от нее уже принять верования в Бога, в творение, в падение, в искупление, чем начинать с Бога, далекого, таинственного Бога, творения и т. д.
Кузнец был богобоязливый человек и писал часто образа
святых: и теперь еще можно найти в Т…
церкви его евангелиста Луку.
В селе была
церковь, чуть ли еще, как вспомню, не
святого Пантелея.
«Он и всех-то нас
святее и исполняет труднейшее, чем по уставу, — сказали бы тогда иноки, — а что в
церковь не ходит, то, значит, сам знает, когда ему ходить, у него свой устав».
Но чуть лишь сочинитель этих основ осмеливается объявлять, что основы, которые предлагает он теперь и часть которых перечислил сейчас отец Иосиф, суть основы незыблемые, стихийные и вековечные, то уже прямо идет против
церкви и
святого, вековечного и незыблемого предназначения ее.
Миусов рассеянно смотрел на могильные камни около
церкви и хотел было заметить, что могилки эти, должно быть, обошлись дорогонько хоронившим за право хоронить в таком «
святом» месте, но промолчал: простая либеральная ирония перерождалась в нем почти что уж в гнев.
Когда же
церковь хоронила тело его, уже чтя его как
святого, то вдруг при возгласе диакона: «Оглашенные, изыдите!» — гроб с лежащим в нем телом мученика сорвался с места и был извергнут из храма, и так до трех раз.
Ибо едва только я скажу мучителям: «Нет, я не христианин и истинного Бога моего проклинаю», как тотчас же я самым высшим Божьим судом немедленно и специально становлюсь анафема проклят и от
церкви святой отлучен совершенно как бы иноязычником, так даже, что в тот же миг-с — не то что как только произнесу, а только что помыслю произнести, так что даже самой четверти секунды тут не пройдет-с, как я отлучен, — так или не так, Григорий Васильевич?
На необъятной русской равнине возвышаются
церкви, подымаются
святые и старцы, но почва равнины еще натуралистическая, быт еще языческий.
Святая телесность, тело
Церкви, духовно и духоносно, а потому и сущность ее никоим образом не может определяться только как не-дух, но должна иметь и положительное определение.
Католики отнюдь не неправы в том, что не считают остановившимся догматическое развитие из-за внешнего раскола
церквей, — иначе ведь надо было бы признать, что очень легко человеческими дрязгами и ссорами преградить путь действия Духа
Святого на
Церковь.
Дело в том, что провозглашение истины, согласно православному вероучению, принадлежит собору, который, однако же, действует и авторизуется
Церковью не как коллектив, общеепархиальный съезд или церковный парламент, но как орган самого «Духа Истины», Духа
Святого (отсюда соборная формула: «изволися Духу Св. и нам»).
Православная
Церковь чтит зачатие Богоматери, предвозвещенное ангелом «богоотцам» Иоакиму и Анне (подобно тому, как она чтит и зачатие св. пророка Иоанна Предтечи), но в то же время не изъемлет этого зачатия из общего порядка природы, не провозглашает его «непорочным» в католическом смысле [В службе Зачатию Богородицы (Минея месячная, декабрь), в стихирах на «Господи воззвах» читаем: «Пророческая речения ныне исполняются: гора бо
святая в ложеснах водружается; лествица божественная насаждается: престол великий царев приуготовляется: место украшается боговходимое; купина неопалимая начинает прозябати, мироположница святыни уже истекает…
Таково же и положение
святых, которым
Церковь молится, как живым и сильным оказать свою помощь.
Так должна была сложиться новая
церковь Святого Духа, в которой раскроется тайна плоти.
Из учителей
церкви любил я главным образом Оригена и особенно
святого Григория Нисского; из аскетико-мистической литературы глубже других мне казался Исаак Сирианин.
Она все более сознавала себя принадлежащей к грядущей религии
Святого Духа, но сохраняла неразрывную связь с
церковью.
Она признавала себя членом
церкви Святого Духа.
Церквей было не особенно много — зеленый собор в честь сибирского
святого Прокопия, память которого празднуется всею Сибирью 8 июля, затем еще три
церкви, и только.
— «Возлюблю тя, Господи, крепости моя. Господь утверждение мое, и прибежище мое, и избавитель мой, Бог мой, помощник мой и уповаю нань. Защититель мой, и рог спасения моего, и заступник мой. Хвалам призову Господа и от врагов спасуся. Одержаша мя болезни смертные и потоци беззакония смутиша мя. Болезни адовы обыдоша мя, предвариша мя сети смертные. И внегда скорбети призвах Господа и к Богу моему воззвах. Услыша от
церкви святые своея глас мой и вопль мой пред ним, внидет пред очима его».
Ему нужен учитель — такой учитель, чтобы всем превосходил его: и умом, и знанием, и кротостью, и любовью, и притом был бы
святой жизни, радовался бы радостям учеников, горевал бы о горе их, болел бы сердцем обо всякой их беде, готов бы был положить душу за последнюю овцу стада, был бы немощен с немощными, не помышлял бы о стяжаниях, а напротив, сам бы делился своим добром, как делились им отцы первенствующей
церкви…
С восторженной радостью кинулись Кисловы в секту, где все казалось им новым, истинным,
святым;
церкви не покинули, как и вообще все Божьи люди ее не покидают.
Долго говорил игумен. Затем повел он гостя в
церковь, где отправлено было молебное пение. Служил сам отец Тарасий, иноки пели тихо и стройно единоверческим напевом. Приезжий из Петербурга в подробности осмотрел
церковь, хвалил ее чистоту и убранство, особенно
святые иконы.
— Да. Это так… Верно… Только вправду ли ему молятся от винного-то запойства?.. Теперь постой, вот что я вспомнил: видел раз у церковников таблицу такую, напечатана она была, по всем
церквам ее рассылали, а на ней «Сказание киим
святым, каковые благодати исцеления от Бога даны». И там точно что напечатано про Моисея Мурина. Только думал я, не новшество ль это Никоново… Как по-твоему, Герасим Силыч?
Утро молитве дань — в соборе четыре обедни одну за другой служат, и все время
церковь также переполнена богомольцами, во многих лавках поют молебны Успенью и
святому Макарию.
Рождественское утро начиналось спозаранку. В шесть часов, еще далеко до свету, весь дом был в движении; всем хотелось поскорее «отмолиться», чтобы разговеться. Обедня начиналась ровно в семь часов и служилась наскоро, потому что священнику, независимо от поздравления помещиков, предстояло обойти до обеда «со
святом» все село.
Церковь, разумеется, была до тесноты наполнена молящимися.
Святая неделя проходит тихо. Наступило полное бездорожье, так что в светлое воскресенье семья вынуждена выехать из дома засветло и только с помощью всей барщины успевает попасть в приходскую
церковь к заутрене. А с бездорожьем и гости притихли; соседи заперлись по домам и отдыхают; даже женихи приехали из города, рискуя на каждом шагу окунуться в зажоре.
А без дворян ни земное царство государское, ни благодатное царство, сиречь
церковь святая, стояти не могут…
Сию убо книгу «Летописец» написали мы по сте летех после нечестивого и безбожного царя Батыя, уложили собором и предали
святей Божией
церкви на уверение всем православным христианам, хотящим прочитати или послушати, а не поругатися сему Божественному писанию.
И тебе бы, Василий Борисыч, не повеления мирян пребывающим в иноческом чину передавать, не грозить бы нам, убогим, их остудой, а их бы поучать от Божественного Писания, да покорятся освященным и да повинуются
святей Божией
церкви…
По мале же времени многие от них в вере пошатнулись, престали к
церкви Божией ходити, поучения от священного чина принимати, и едва сорок человек осталось во граде помнивших Господа и не забывших Бога и
святой его веры.
— Поставили, матушка, истинно, что поставили, — говорила Евпраксия. — На Богоявленье в Городце воду святил, сам Патап Максимыч за вечерней стоял и воды богоявленской домой привез. Вон бурак-от у
святых стоит. Великим постом Коряга, пожалуй, сюда наедет, исправлять станет, обедню служить. Ему, слышь, епископ-от полотняную
церковь пожаловал и одикон, рекше путевой престол Господа Бога и Спаса нашего…
Так подобает мне, потому пастырский долг, обязанность благовременне и безвременне поучать и увещевать всяка человека,
святей Божией
церкви чуждающегося.
Когда же пришли ко брегу, Волга-река расступалася, как широкие врата растворялася, принимала в свое лоно людей благочестных, и шедшую за крестным ходом
церковь, и по воздусям ходящую
святую икону преподобного Варлаама.
Города, села пожигали,
церкви рушили,
святые иконы на щепы кололи, всякой святыне ругались.
— Про то, что всем скитам конец настанет, егда нашу
святую икону в никонианскую
церковь внесут, ни единым словом в подлинном сказании не помянуто, а сказано: «Пока сия икона моя будет в той обители, дотоле древлее благочестие процветать в ней будет…» Где ж тут общее дело нашли вы?..
Когда ж полонянники восхотели
святого крещения и были приведены в васильгородскую
церковь, воззрев на икону преподобного отца Варлаама Хутынского, познали старца, пламенным копием их поразивша.
Ожидание Третьего Царства, Царства Духа
Святого, по существу своему церковно и вне
Церкви не может иметь никакого смысла.
Образовалась
церковь святых, таинственный центр мировой души, возвращающейся к Богу.
В христианской истории совершили свой великий подвиг самоотречения и аскетической победы над природой христианские
святые, из которых состоит подлинная
Церковь Христова.
Своекорыстная, рассудочно-утилитарная церковность — позор, оскверняющий
святое место, подлинную
Церковь — тело Христово.
Но обожествление это совершается в жизни
святых, в святыне
церкви, в старчестве, оно не переносится на путь истории, в общественность, не связано с волей и властью.
Положил я, детки, вам словечко сказать одно, небольшое, — продолжал он с тихой, прекрасной улыбкой, которую я никогда не забуду, и обратился вдруг ко мне: — Ты, милый,
церкви святой ревнуй, и аще позовет время — и умри за нее; да подожди, не пугайся, не сейчас, — усмехнулся он.
Колокол ударял твердо и определенно по одному разу в две или даже в три секунды, но это был не набат, а какой-то приятный, плавный звон, и я вдруг различил, что это ведь — звон знакомый, что звонят у Николы, в красной
церкви напротив Тушара, — в старинной московской
церкви, которую я так помню, выстроенной еще при Алексее Михайловиче, узорчатой, многоглавой и «в столпах», — и что теперь только что минула
Святая неделя и на тощих березках в палисаднике тушаровского дома уже трепещут новорожденные зелененькие листочки.
После водосвятия, приложившись ко кресту, окропленные
святой водою, получив от священника поздравление с благополучным приездом, пошли мы на господский двор, всего через улицу от
церкви.