Неточные совпадения
Я знаю: дам хотят заставить
Читать по-русски.
Право, страх!
Могу ли их себе представить
С «Благонамеренным» в
руках!
Я шлюсь на вас, мои поэты;
Не правда ль: милые предметы,
Которым, за свои грехи,
Писали втайне вы стихи,
Которым сердце посвящали,
Не все ли, русским языком
Владея слабо и с трудом,
Его так мило искажали,
И в их устах язык чужой
Не обратился ли в родной?
В молчанье они пошли все трое
по дороге,
по левую
руку которой находилась мелькавшая промеж дерев белая каменная церковь,
по правую — начинавшие показываться, также промеж дерев, строенья господского двора.
В то время, когда один пускал кудреватыми облаками трубочный дым, другой, не куря трубки, придумывал, однако же, соответствовавшее тому занятие: вынимал, например, из кармана серебряную с чернью табакерку и, утвердив ее между двух пальцев левой
руки, оборачивал ее быстро пальцем
правой, в подобье того как земная сфера обращается около своей оси, или же просто барабанил
по табакерке пальцами, насвистывая какое-нибудь ни то ни се.
По комнате он уже почти бегал, все быстрей и быстрей передвигая свои жирные ножки, все смотря в землю, засунув
правую руку за спину, а левою беспрерывно помахивая и выделывая разные жесты, каждый раз удивительно не подходившие к его словам.
Человек помолчал и вдруг глубоко, чуть не до земли, поклонился ему.
По крайней мере тронул землю перстом
правой руки.
Она так на него и накинулась, посадила его за стол подле себя
по левую
руку (
по правую села Амалия Ивановна) и, несмотря на беспрерывную суету и хлопоты о том, чтобы правильно разносилось кушанье и всем доставалось, несмотря на мучительный кашель, который поминутно прерывал и душил ее и, кажется, особенно укоренился в эти последние два дня, беспрерывно обращалась к Раскольникову и полушепотом спешила излить перед ним все накопившиеся в ней чувства и все справедливое негодование свое на неудавшиеся поминки; причем негодование сменялось часто самым веселым, самым неудержимым смехом над собравшимися гостями, но преимущественно над самою хозяйкой.
Но лодки было уж не надо: городовой сбежал
по ступенькам схода к канаве, сбросил с себя шинель, сапоги и кинулся в воду. Работы было немного: утопленницу несло водой в двух шагах от схода, он схватил ее за одежду
правою рукою, левою успел схватиться за шест, который протянул ему товарищ, и тотчас же утопленница была вытащена. Ее положили на гранитные плиты схода. Она очнулась скоро, приподнялась, села, стала чихать и фыркать, бессмысленно обтирая мокрое платье
руками. Она ничего не говорила.
Действительно,
по саду, шагая через клумбы, шел Базаров. Его полотняное пальто и панталоны были запачканы в грязи; цепкое болотное растение обвивало тулью [Тулья — верхняя часть шляпы.] его старой круглой шляпы; в
правой руке он держал небольшой мешок; в мешке шевелилось что-то живое. Он быстро приблизился к террасе и, качнув головою, промолвил...
Заметьте, что решительно никаких других любезностей за ним не водится; правда, он выкуривает сто трубок Жукова в день, а играя на биллиарде, поднимает
правую ногу выше головы и, прицеливаясь, неистово ерзает кием
по руке, — ну, да ведь до таких достоинств не всякий охотник.
«Умная», — предостерегающе и уже не впервые напомнил себе Клим Иванович; комплимент ее не показался ему особенно лестным, но он был рад видеть Елену. Одетая,
по обыкновению, пестро, во что-то шерстяное, мягкое, ловкая, точно котенок. Полулежа на диване с папиросой в зубах, она оживленно рассказывала, прищелкивая пальцами
правой руки...
Кочегар остановился, но расстояние между ним и рабочими увеличивалось, он стоял в позе кулачного бойца, ожидающего противника, левую
руку прижимая ко груди,
правую, с шапкой, вытянув вперед. Но
рука упала, он покачнулся, шагнул вперед и тоже упал грудью на снег, упал не сгибаясь, как доска, и тут, приподняв голову, ударяя шапкой
по снегу, нечеловечески сильно заревел, посунулся вперед, вытянул ноги и зарыл лицо в снег.
Говоря, Кутузов постукивал пальцем левой
руки по столу, а пальцами
правой разминал папиросу, должно быть, слишком туго набитую. Из нее на стол сыпался табак, патрон, брезгливо оттопырив нижнюю губу, следил за этой операцией неодобрительно. Когда Кутузов размял папиросу, патрон, вынув платок, смахнул табак со стола на колени себе. Кутузов с любопытством взглянул на него, и Самгину показалось, что уши патрона покраснели.
И, показав на Самгина
правой рукой, левой он провел
по бороде — седоватой, обрызганной дождем.
Кричал на немецком языке, на французском, по-румынски, но полицейский, отмахнувшись от него, как от дыма, снял с
правой руки своей новенькую перчатку и отошел прочь, закуривая папиросу.
— К чему ведет нас безответственный критицизм? — спросил он и, щелкнув пальцами
правой руки по книжке, продолжал: — Эта книжка озаглавлена «Исповедь человека XX века». Автор, некто Ихоров, учит: «Сделай в самом себе лабораторию и разлагай в себе все человеческие желания, весь человеческий опыт прошлого». Он прочитал «Слепых» Метерлинка и сделал вывод: все человечество слепо.
Кулаком
правой руки он бесшумно бил
по колену.
Диомидов, в ярко начищенных сапогах с голенищами гармоникой, в черных шароварах, в длинной, белой рубахе, помещался на стуле, на высоте трех ступенек от земли; длинноволосый, желтолицый, с Христовой бородкой, он был похож на икону в киоте. Пред ним, на засоренной, затоптанной земле двора, стояли и сидели темно-серые люди; наклонясь к ним, размешивая воздух
правой рукой, а левой шлепая
по колену, он говорил...
Правая рука ее была обнажена
по локоть, левая — почти до плеча. Капот как будто сползал с нее. Самгин, глядя на дымок папиросы, сказал, не скрывая сожаления...
— Стой, братцы! Это — из Варавкина дома. — Он схватил Клима за
правую руку, заглянул в лицо его, обдал запахом теплой водки и спросил: — Верно? Ну —
по совести?
Особенно был раздражен бритоголовый человек, он расползался
по столу, опираясь на него локтем, протянув
правую руку к лицу Кутузова. Синий шар головы его теперь пришелся как раз под опаловым шаром лампы, смешно и жутко повторяя его. Слов его Самгин не слышал, а в голосе чувствовал личную и горькую обиду. Но был ясно слышен сухой голос Прейса...
В кухне на полу, пред большим тазом, сидел голый Диомидов, прижав левую
руку ко груди, поддерживая ее
правой. С мокрых волос его текла вода, и казалось, что он тает, разлагается. Его очень белая кожа была выпачкана калом, покрыта синяками, изорвана ссадинами. Неверным жестом
правой руки он зачерпнул горсть воды, плеснул ее на лицо себе, на опухший глаз; вода потекла
по груди, не смывая с нее темных пятен.
— Продолжай, — предложила Марина. Она была уже одета к выходу — в шляпке, в перчатке
по локоть на левой
руке, а в
правой кожаный портфель, свернутый в трубку; стоя пред нею, Попов лепил пальцами в воздухе различные фигуры, точно беседуя с глухонемой.
— Господа. Его сиятельс… — старик не договорил слова, оно окончилось тихим удивленным свистом сквозь зубы. Хрипло, по-медвежьи рявкая, на двор вкатился грузовой автомобиль, за шофера сидел солдат с забинтованной шеей, в фуражке, сдвинутой на
правое ухо, рядом с ним — студент, в автомобиле двое рабочих с винтовками в
руках, штатский в шляпе, надвинутой на глаза, и толстый, седобородый генерал и еще студент. На улице стало более шумно, даже прокричали ура, а в ограде — тише.
Ему вспомнилось, как однажды, войдя в столовую, он увидал, что Марина, стоя в своей комнате против Кутузова, бьет кулаком своей
правой руки по ладони левой, говоря в лицо бородатого студента...
Самгин сквозь очки исподлобья посмотрел в угол, там, среди лавров и пальм, возвышалась, как бы возносясь к потолку, незабвенная, шарообразная фигура, сиял красноватый пузырь лица, поблескивали остренькие глазки, в
правой руке Бердников ‹держал› бокал вина, ладонью левой он шлепал в свою грудь, — удары звучали мягко, точно
по тесту.
Соседями аккомпаниатора сидели с левой
руки — «последний классик» и комическая актриса,
по правую — огромный толстый поэт. Самгин вспомнил, что этот тяжелый парень еще до 905 года одобрил в сонете известный, но никем до него не одобряемый, поступок Иуды из Кариота. Память механически подсказала Иудино дело Азефа и другие акты политического предательства. И так же механически подумалось, что в XX веке Иуда весьма часто является героем поэзии и прозы, — героем, которого объясняют и оправдывают.
Дальше пол был, видимо, приподнят, и за двумя столами, составленными вместе, сидели лицом к Самгину люди солидные, прилично одетые, а пред столами бегал небольшой попик, черноволосый, с черненьким лицом, бегал, размахивая,
по очереди, то
правой, то левой
рукой, теребя ворот коричневой рясы, откидывая волосы ладонями, наклоняясь к людям, точно желая прыгнуть на них; они кричали ему...
И он стал читать — вернее, говорить и кричать —
по книге древние слова моря. Это был первый урок Грэя. В течение года он познакомился с навигацией, практикой, кораблестроением, морским
правом, лоцией и бухгалтерией. Капитан Гоп подавал ему
руку и говорил: «Мы».
Они стали все четверо в ряд — и мы взаимно раскланялись. С
правой стороны, подле полномочных, поместились оба нагасакские губернатора, а
по левую еще четыре, приехавшие из Едо, по-видимому, важные лица. Сзади полномочных сели их оруженосцы, держа богатые сабли в
руках; налево, у окон, усажены были в ряд чиновники, вероятно тоже из Едо:
по крайней мере мы знакомых лиц между ними не заметили.
Мы через рейд отправились в город, гоняясь
по дороге с какой-то английской яхтой, которая ложилась то на
правый, то на левый галс, грациозно описывая круги. Но и наши матросы молодцы: в белых рубашках, с синими каймами
по воротникам, в белых же фуражках, с расстегнутой грудью, они при слове «Навались! дай ход!» разом вытягивали мускулистые
руки, все шесть голов падали на весла, и, как львы, дерущие когтями землю, раздирали веслами упругую влагу.
Одет в военного покроя сюртук, застегнутый на все пуговицы, и держит в
правой руке сочиненный Бородавкиным"Устав о неуклонном сечении", но, по-видимому, не читает его, а как бы удивляется, что могут существовать на свете люди, которые даже эту неуклонность считают нужным обеспечивать какими-то уставами.
Мальчик, слуга чиновника, встретивший Митю в передней, сказывал потом, что он так и в переднюю вошел с деньгами в
руках, стало быть, и
по улице все так же нес их пред собою в
правой руке.
Остановясь на пороге, отец Ферапонт воздел
руки, и из-под
правой руки его выглянули острые и любопытные глазки обдорского гостя, единого не утерпевшего и взбежавшего вослед отцу Ферапонту
по лесенке из-за превеликого своего любопытства.
Этот Дарданелов, человек холостой и нестарый, был страстно и уже многолетне влюблен в госпожу Красоткину и уже раз, назад тому с год, почтительнейше и замирая от страха и деликатности, рискнул было предложить ей свою
руку; но она наотрез отказала, считая согласие изменой своему мальчику, хотя Дарданелов,
по некоторым таинственным признакам, даже, может быть, имел бы некоторое
право мечтать, что он не совсем противен прелестной, но уже слишком целомудренной и нежной вдовице.
Совершенно ясно, что всё бедствие народа или,
по крайней мере, главная, ближайшая причина бедствия народа в том, что земля, которая кормит его, не в его
руках, а в
руках людей, которые, пользуясь этим
правом на землю, живут трудами этого народа.
— И я добра вам хочу. Вот находят на вас такие минуты, что вы скучаете, ропщете; иногда я подкарауливал и слезы. «Век свой одна, не с кем слова перемолвить, — жалуетесь вы, — внучки разбегутся, маюсь, маюсь весь свой век — хоть бы Бог прибрал меня! Выйдут девочки замуж, останусь как перст» и так далее. А тут бы подле вас сидел почтенный человек, целовал бы у вас
руки, вместо вас ходил бы
по полям, под
руку водил бы в сад, в пикет с вами играл бы…
Право, бабушка, что бы вам…
— Вот видите, братец, — живо заговорила она, весело бегая глазами
по его глазам, усам, бороде, оглядывая
руки, платье, даже взглянув на сапоги, — видите, какая бабушка, говорит, что я не помню, — а я помню, вот,
право, помню, как вы здесь рисовали: я тогда у вас на коленях сидела…
Когда мы подошли к дверям, полковник отказывался, говоря, что он разучился танцевать, но все-таки, улыбаясь, закинув на левую сторону
руку, вынул шпагу из портупеи, отдал ее услужливому молодому человеку и, натянув замшевую перчатку на
правую руку, — «надо всё
по закону», — улыбаясь, сказал он, взял
руку дочери и стал в четверть оборота, выжидая такт.
Третий дом на этой улице, не попавший в
руки купечества, заканчивает
правую сторону Большой Дмитровки, выходя и на бульвар. В конце XVIII века дом этот выстроил ротмистр Талызин, а в 1818 году его вдова продала дом Московскому университету. Ровно сто лет, с 1818
по 1918 год, в нем помещалась университетская типография, где сто лет печатались «Московские ведомости».
— Видите, какая я хорошая ученица. Теперь этот частный вопрос о поступках, имеющих житейскую важность, кончен. Но в общем вопросе остаются затруднения. Ваша книга говорит: человек действует
по необходимости. Но ведь есть случаи, когда кажется, что от моего произвола зависит поступить так или иначе. Например: я играю и перевертываю страницы нот; я перевертываю их иногда левою
рукою, иногда
правою. Положим, теперь я перевернула
правою: разве я не могла перевернуть левою? не зависит ли это от моего произвола?
— У этого малого, domine, любознательный ум, — продолжал Тыбурций, по-прежнему обращаясь к «профессору». — Действительно, его священство дал нам все это, хотя мы у него и не просили, и даже, быть может, не только его левая
рука не знала, что дает
правая, но и обе
руки не имели об этом ни малейшего понятия… Кушай, domine! Кушай!
Дядя Яков всё более цепенел; казалось, он крепко спит, сцепив зубы, только
руки его живут отдельной жизнью: изогнутые пальцы
правой неразличимо дрожали над темным голосником, точно птица порхала и билась; пальцы левой с неуловимою быстротой бегали
по грифу.
Мы быстро вытянули маленького, он тоже был испуган; с пальцев
правой руки его капала кровь, щека тоже сильно ссажена, был он
по пояс мокрый, бледен до синевы, но улыбался, вздрагивая, широко раскрыв глаза, улыбался и тянул...
Я спрятался за угол, а они пошли в конуру извозчика, полицейский снял с
правой руки перчатку и хлопал ею
по ладони левой, говоря...
На столе лежали книги; он взял одну, продолжая говорить, заглянул в развернутую страницу, тотчас же опять сложил и положил на стол, схватил другую книгу, которую уже не развертывал, а продержал всё остальное время в
правой руке, беспрерывно махая ею
по воздуху.
Одним из представителей этого среднего рода людей был в этот вечер один техник, полковник, серьезный человек, весьма близкий приятель князю Щ., и им же введенный к Епанчиным, человек, впрочем, в обществе молчаливый и носивший на большом указательном пальце
правой руки большой и видный перстень,
по всей вероятности, пожалованный.
Галактион слушал эту странную исповедь и сознавал, что Харитина
права. Да, он отнесся к ней по-звериному и, как настоящий зверь, схватил ее давеча. Ему сделалось ужасно совестно. Женатый человек, у самого две дочери на
руках, и вдруг кто-нибудь будет так-то по-звериному хватать его Милочку… У Галактиона даже пошла дрожь
по спине при одной мысли о такой возможности. А чем же Харитина хуже других? Дома не у чего было жить, вот и выскочила замуж за первого встречного. Всегда так бывает.
И поплыл тут белый царь
по Волге реке, поплыл государь
по Воложке на камешке, в левой
руке держит ведро русской земли, а
правой кидает ту землю
по берегу…
Был тот конторщик человек пожилой, немногим помоложе господ, грамоте знал, силен был в счетоводстве, вел книги
по имению и служил
правой рукой Андрею Александрычу
по управленью деревнями.
И вдруг смолк. Быстро размахнув полотенцем, висевшим до того у него на плече, и потрясая пальмовой веткой, он, как спущенный волчок, завертелся на пятке
правой ноги. Все, кто стоял в кругах, и мужчины, и женщины с кликами: «Поднимайте знамена!» — также стали кружиться, неистово размахивая пальмами и полотенцами. Те, что сидели на стульях, разостлали платки на коленях и скорым плясовым напевом запели новую песню, притопывая в лад левой ногой и похлопывая
правой рукой по коленям. Поют...