Неточные совпадения
Эй, Порфирий! — закричал он, подошедши к окну, на своего человека, который держал в одной руке ножик, а в другой корку
хлеба с
куском балыка, который посчастливилось ему мимоходом отрезать, вынимая что-то из брички.
— Что это за напасть такая? — говорил он, глядя, как Анисья подбирала
куски сахару, черепки чашки,
хлеб. — Где же барин?
Когда еще он однажды по обыкновению стал пенять на барина, что тот бранит его понапрасну за тараканов, что «не он выдумал их», Анисья молча выбрала с полки
куски и завалявшиеся с незапамятных времен крошки черного
хлеба, вымела и вымыла шкафы, посуду — и тараканы почти совсем исчезли.
Можно прожить на Выборгской стороне, не показывая носа на свет Божий:
кусок будет хороший, не жалуюсь,
хлеба не переешь!
Но отчего же так? Ведь она госпожа Обломова, помещица; она могла бы жить отдельно, независимо, ни в ком и ни в чем не нуждаясь? Что ж могло заставить ее взять на себя обузу чужого хозяйства, хлопот о чужих детях, обо всех этих мелочах, на которые женщина обрекает себя или по влечению любви, по святому долгу семейных уз, или из-за
куска насущного
хлеба? Где же Захар, Анисья, ее слуги по всем правам? Где, наконец, живой залог, оставленный ей мужем, маленький Андрюша? Где ее дети от прежнего мужа?
Бывало, когда Анисья была жива, так я не шатался, был
кусок и
хлеба, а как она померла в холеру — царство ей небесное, — братец барынин не захотели держать меня, звали дармоедом.
Он принимал все денежки и полушки, все
куски и краюхи
хлеба довольно равнодушно, но всегда сопровождая благодарность свою поклоном, крестяся и говоря к подающему: «Дай бог тебе здоровья».
Даже, бывало, в праздничные дни, дни всеобщего жалованья и угощения хлебом-солью, гречишными пирогами и зеленым вином, по старинному русскому обычаю, — даже и в эти дни Степушка не являлся к выставленным столам и бочкам, не кланялся, не подходил к барской руке, не выпивал духом стакана под господским взглядом и за господское здоровье, стакана, наполненного жирною рукою приказчика; разве какая добрая душа, проходя мимо, уделит бедняге недоеденный
кусок пирога.
«Старшие!» — подумал я и не без сожаления поглядел на бедного старика. Он ощупался, достал из-за пазухи
кусок черствого
хлеба и принялся сосать, как дитя, с усилием втягивая и без того впалые щеки.
В течение целых шестидесяти лет, с самого рождения до самой кончины, бедняк боролся со всеми нуждами, недугами и бедствиями, свойственными маленьким людям; бился как рыба об лед, недоедал, недосыпал, кланялся, хлопотал, унывал и томился, дрожал над каждой копейкой, действительно «невинно» пострадал по службе и умер наконец не то на чердаке, не то в погребе, не успев заработать ни себе, ни детям
куска насущного
хлеба.
Клим, нахмурясь, отодвинулся, а Иноков, смазывая
кусок ржаного
хлеба маслом, раздумчиво продолжал...
Он ломал
хлеб и, бросая крупные
куски за перила толстозобым, сизым голубям, смотрел, как жадно они расклевывают корку, вырывая ее друг у друга. Костлявое лицо его искажала нервная дрожь.
— Угощайтесь на здоровье, — говорил Осип, ставя пред Самгиным кружку чая, положив два
куска сахара и ломоть
хлеба. — Мы привыкли на работе четыре раза кушать: утром, в полдни, а вот это вроде как паужин, а между семью-восемью часами — ужин.
А Тагильский съел суп, отрезал
кусок сыра и, намазывая
хлеб маслом, сообщил...
Любаша бесцеремонно прервала эту речь, предложив дяде Мише покушать. Он молча согласился, сел к столу, взял
кусок ржаного
хлеба, налил стакан молока, но затем встал и пошел по комнате, отыскивая, куда сунуть окурок папиросы. Эти поиски тотчас упростили его в глазах Самгина, он уже не мало видел людей, жизнь которых стесняют окурки и разные иные мелочи, стесняют, разоблачая в них обыкновенное человечье и будничное.
Самгин ежедневно завтракал с ним в шведском картонном домике у входа на выставку, Иноков скромно питался
куском ветчины, ел много
хлеба, выпивал бутылку черного пива и, поглаживая лицо свое ладонью, точно стирая с него веснушки, рассказывал...
Дьякон, посыпая солью
кусок ржаного
хлеба, глухо кашлянул и ответил...
Фаддеев принес было мне чаю, но, несмотря на свою остойчивость, на пятках, задом помчался от меня прочь, оставляя следом по себе
куски сахару,
хлеба и черепки блюдечка.
Вот и повозка на дворе, щи в замороженных
кусках уже готовы, мороженые пельмени и струганина тоже; бутылки с вином обшиты войлоком, ржаной
хлеб и белые булки — все обращено в камень.
Сперва они вступают в «манеж для коленопреклонений», где наскоро прочитывают молитву; потом направляют стопы в «манеж для телесных упражнений», где укрепляют организм фехтованием и гимнастикой; наконец, идут в «манеж для принятия пищи», где получают по
куску черного
хлеба, посыпанного солью.
Но вот солнце достигает зенита, и Угрюм-Бурчеев кричит: «Шабаш!» Опять повзводно строятся обыватели и направляются обратно в город, где церемониальным маршем проходят через «манеж для принятия пищи» и получают по
куску черного
хлеба с солью.
Едал, покойник, аппетитно; и потому, не пускаясь в рассказы, придвинул к себе миску с нарезанным салом и окорок ветчины, взял вилку, мало чем поменьше тех вил, которыми мужик берет сено, захватил ею самый увесистый
кусок, подставил корку
хлеба и — глядь, и отправил в чужой рот.
Чистоплотный юноша никогда не отвечал, но и с
хлебом, и с мясом, и со всеми кушаньями оказалось то же самое: подымет, бывало,
кусок на вилке на свет, рассматривает точно в микроскоп, долго, бывало, решается и наконец-то решится в рот отправить.
И рассказал я ему, как приходил раз медведь к великому святому, спасавшемуся в лесу, в малой келейке, и умилился над ним великий святой, бесстрашно вышел к нему и подал ему
хлеба кусок: «Ступай, дескать, Христос с тобой», и отошел свирепый зверь послушно и кротко, вреда не сделав.
Дальше набрел он на постройку дома, на кучу щепок, стружек, бревен и на кружок расположившихся около огромной деревянной чашки плотников. Большой каравай
хлеба, накрошенный в квас лук да
кусок красноватой соленой рыбы — был весь обед.
Кипяток в семь часов разливали по стаканам без блюдечек, ставили стаканы на каток, а рядом — огромный медный чайник с заваренным для колера цикорием. Кухарка (в мастерских ее звали «хозяйка») подавала по
куску пиленого сахара на человека и нарезанный толстыми ломтями черный
хлеб. Посуду убирали мальчики. За обедом тоже служили мальчики. И так было во всей Москве — и в больших мастерских, и у «грызиков».
Ходить в караул считалось вообще трудной и рискованной обязанностью, но перед большими праздниками солдаты просились, чтобы их назначали в караул. Для них, никогда не видевших
куска белого
хлеба, эти дни были праздниками. Когда подаяние большое, они приносили
хлеба даже в казармы и делились с товарищами.
С этими словами он преспокойно ушел в кабинет, вынул из кармана большой
кусок ветчины, ломоть черного
хлеба, — в сумме это составляло фунта четыре, уселся, съел все, стараясь хорошо пережевывать, выпил полграфина воды, потом подошел к полкам с книгами и начал пересматривать, что выбрать для чтения: «известно…», «несамобытно…», «несамобытно…», «несамобытно…», «несамобытно…» это «несамобытно» относилось к таким книгам, как Маколей, Гизо, Тьер, Ранке, Гервинус.
— Это так, вертопрахи, — говорил он, — конечно, они берут, без этого жить нельзя, но, то есть, эдак ловкости или знания закона и не спрашивайте. Я расскажу вам, для примера, об одном приятеле. Судьей был лет двадцать, в прошедшем году помре, — вот был голова! И мужики его лихом не поминают, и своим
хлеба кусок оставил. Совсем особенную манеру имел. Придет, бывало, мужик с просьбицей, судья сейчас пускает к себе, такой ласковый, веселый.
[29 июня 1886 г., с военного судна «Тунгус», не доходя 20 миль до Дуэ, заметили на поверхности моря черную точку; когда подошли поближе, то увидели следующее: на четырех связанных бревнах, сидя на возвышениях из древесной коры, плыли куда-то два человека, около них на плоту были ведро с пресною водой, полтора каравая
хлеба, топор, около пуда муки, немножко рису, две стеариновые свечи,
кусок мыла и два кирпича чаю.
Прямо в тупике коридора тоже дверь, ведущая в небольшую каморку: здесь два политических, в расстегнутых жилетках и в чирках на босую ногу, торопливо мнут перину, набитую соломой; на подоконнике книжка и
кусок черного
хлеба.
На столе, кроме того, был чайник с чаем и валялись
куски черного
хлеба.
Михей Зотыч побежал на постоялый двор, купил ковригу
хлеба и притащил ее в башкирскую избу. Нужно было видеть, как все кинулись на эту ковригу, вырывая
куски друг у друга. Люди обезумели от голода и бросались друг на друга, как дикие звери. Михей Зотыч стоял, смотрел и плакал… Слаб человек, немощен, а велика его гордыня.
Увидались, однако, так он хоть бы бровью повел после долгой разлуки, хоть бы
кусок черствого
хлеба, хоть бы чашку чаю подал отцу-то.
Отрезала по его спросу добрый
кусок соленой рыбы, дала пучок зеленого луку,
хлеба каравай, два десятка печеных яиц, два пирога с молитвой.
Кормили тетенек более чем скупо. Утром посылали наверх по чашке холодного чаю без сахара, с тоненьким ломтиком белого
хлеба; за обедом им первым подавали кушанье, предоставляя правовыбирать самые худые
куски. Помню, как робко они входили в столовую за четверть часа до обеда, чтобы не заставить ждать себя, и становились к окну. Когда появлялась матушка, они приближались к ней, но она почти всегда с беспощадною жестокостью отвечала им, говоря...
В дни голодовок, — а ему приходилось испытывать их неоднократно, — он приходил сюда на базар и на жалкие, с трудом добытые гроши покупал себе
хлеба и жареной колбасы. Это бывало чаще всего зимою. Торговка, укутанная во множество одежд, обыкновенно сидела для теплоты на горшке с угольями, а перед нею на железном противне шипела и трещала толстая домашняя колбаса, нарезанная
кусками по четверть аршина длиною, обильно сдобренная чесноком.
Кусок колбасы обыкновенно стоил десять копеек,
хлеб — две копейки.
— Где найдется? — возразила Манефа. — Ведь его надо в хорошую обитель пристроить, не там, где гульба да пьянство, а на ужине, опричь
хлеба куска, и на стол ничего не кладут…
Дрожащей рукой налил Никифор рюмку и выпил ее залпом. Затем, откромсав добрый
кусок салфеточной икры, намазал на ломоть
хлеба и, подойдя к сестре, сказал...
Бросила горшки свои Фекла; села на лавку и, ухватясь руками за колена, вся вытянулась вперед, зорко глядя на сыновей. И вдруг стала такая бледная, что краше во гроб кладут. Чужим теплом Трифоновы дети не грелись, чужого
куска не едали, родительского дома отродясь не покидали. И никогда у отца с матерью на мысли того не бывало, чтобы когда-нибудь их сыновьям довелось на чужой стороне
хлеб добывать. Горько бедной Фекле. Глядела, глядела старуха на своих соколиков и заревела в источный голос.
— Ерихоны, дуй вас горой!.. Перекосило б вас с угла на угол, — бранился дядя Елистрат, кладя в карманы оставшиеся
куски белого и пеклеванного
хлеба и пару соленых огурцов… — Ну, земляк, — обратился он к Алексею, потягиваясь и распуская опояску, — за
хлеб, за соль, за щи спляшем, за пироги песенку споем!.. Пора, значит, всхрапнуть маленько. Стало брюхо что гора, дай Бог добресть до двора.
Я, разумеется, охотно согласился: наплавки передвинули повыше, так что они уже не стояли, а лежали на воде, червяков насадили покрупнее, а Евсеич навздевал их даже десяток на свой крючок, на третью же удочку насадил он
кусок умятого
хлеба, почти в орех величиною.
Крупная рыба попадалась все отцу, а иногда и Евсеичу, потому что удили на большие удочки и насаживали большие
куски, а я удил на маленькую удочку, и у меня беспрестанно брала плотва, если Евсеич насаживал мне крючок
хлебом, или окуни, если удочка насаживалась червяком.
Кусок черного
хлеба густо посыпан крупною солью.
У калитки, весною, всегда останавливается разносчик Егорка с тирольскими пирожками (пять копеек пара), похожими видом на
куски черного
хлеба, очень тяжелыми и сытными.
Он отворил, или, правильнее, вскрыл шкаф, вынул одну дверцу совсем и приставил ее к стенке, потому что шкаф с давних пор не имел ни петель, ни замка, — достал оттуда старые сапоги, полголовы сахару, бутылку с нюхательным табаком, графин с водкой и корку черного
хлеба, потом изломанную кофейную мельницу, далее бритвенницу с
куском мыла и с щеточкой в помадной банке, старые подтяжки, оселок для перочинного ножа и еще несколько подобной дряни.
Он вынул из холщового мешка
хлеб, десяток красных помидоров,
кусок бессарабского сыра «брынзы» и бутылку с прованским маслом. Соль была у него завязана в узелок тряпочки сомнительной чистоты. Перед едой старик долго крестился и что-то шептал. Потом он разломил краюху
хлеба на три неровные части: одну, самую большую, он протянул Сергею (малый растет — ему надо есть), другую, поменьше, оставил для пуделя, самую маленькую взял себе.
— Да вы знаете ли, что, по милости вашей, у нас на базаре ни
куска мяса, ни фунта
хлеба купить нельзя? знаете ли вы, чем это пахнет?
Затем Николай Павлович принял
хлеб, поднесенный поселянами, и отломил
кусок кренделя.
И чтобы
куска у меня
хлеба положено не было: все чтобы держалось на мясном соку!..