Неточные совпадения
Почтмейстер заметил, что Чичикову предстоит священная обязанность, что он может сделаться среди своих крестьян некоторого рода отцом, по его выражению, ввести даже благодетельное просвещение, и при этом случае отозвался с большою похвалою об Ланкастеровой школе [Ланкастерова школа — обучение по
системе английского педагога Ланкастера (1778–1838), по которой педагог обучает только лучших учеников, а те,
в свою очередь, обучают других учеников.
Словом,
в хозяйство введена была, кажется,
система Тришкина кафтана: отрезывались обшлага и фалды на заплату локтей.
У них не человечество, развившись историческим, живым путем до конца, само собою обратится, наконец,
в нормальное общество, а, напротив, социальная
система, выйдя из какой-нибудь математической головы, тотчас же и устроит все человечество и
в один миг сделает его праведным и безгрешным, раньше всякого живого процесса, без всякого исторического и живого пути!
Он было попробовал ему излагать
систему Фурье и теорию Дарвина, но Петр Петрович, особенно
в последнее время, начал слушать как-то уж слишком саркастически, а
в самое последнее время — так даже стал браниться.
Отчего вдруг, вследствие каких причин, на лице девушки, еще на той неделе такой беззаботной, с таким до смеха наивным лицом, вдруг ляжет строгая мысль? И какая это мысль? О чем? Кажется, все лежит
в этой мысли, вся логика, вся умозрительная и опытная философия мужчины, вся
система жизни!
Поступая
в познании естества, откроют, может быть, смертные тайную связь веществ духовных или нравственных с веществами телесными или естественными; что причина всех перемен, превращений, превратностей мира нравственного или духовного зависит, может быть, от кругообразного вида нашего обиталища и других к солнечной
системе принадлежащих тел, равно, как и оно, кругообразных и коловращающихся…
— Он нигилист. [Нигилист — отрицатель (от латин. nihil — ничего); нигилизм —
система взглядов, имевшая распространение
в середине XIX века.
В 60-е годы XIX столетия противники революционной демократии называли нигилистами вообще всех революционно настроенных.]
— Удивительное дело, — продолжал Базаров, — эти старенькие романтики! Разовьют
в себе нервную
систему до раздражения… ну, равновесие и нарушено. Однако прощай!
В моей комнате английский рукомойник, а дверь не запирается. Все-таки это поощрять надо — английские рукомойники, то есть прогресс!
Он все более определенно чувствовал
в жизни Марины нечто таинственное или, по меньшей мере, странное. Странное отмечалось не только
в противоречии ее политических и религиозных мнений с ее деловой жизнью, — это противоречие не смущало Самгина, утверждая его скептическое отношение к «
системам фраз». Но и
в делах ее были какие-то темные места.
—
В конце концов — все сводится к той или иной
системе фраз, но факты не укладываются ни
в одну из них. И — что можно сказать о себе, кроме: «Я видел то, видел это»?
Каждый раз, когда он думал о большевиках, — большевизм олицетворялся пред ним
в лице коренастого, спокойного Степана Кутузова. За границей существовал основоположник этого учения, но Самгин все еще продолжал называть учение это фантастической
системой фраз, а Владимира Ленина мог представить себе только как интеллигента, книжника, озлобленного лишением права жить на родине, и скорее голосом, чем реальным человеком.
Но он уже чувствовал себя перенасыщенным, утомленным обилием знания людей, и ему казалось, что пришла пора крепко оформить все, что он видел, слышал, пережил,
в свою, оригинальную
систему.
«Человек — это
система фраз, не более того. Конурки бога, — я глупо сказал. Глупо. Но еще глупее московский бог
в рубахе. И — почему сны
в Орле приятнее снов
в Петербурге? Ясно, что все эти пошлости необходимы людям лишь для того, чтоб каждый мог отличить себя от других.
В сущности — это мошенничество».
В стойках торчали ружья различных
систем, шпаги, сабли, самострелы, мечи, копья, кинжалы, стояли чучела лошадей, покрытых железом, а на хребтах лошадей возвышалась железная скорлупа рыцарей.
В пронзительном голосе Ивана Самгин ясно слышал нечто озлобленное, мстительное. Непонятно было, на кого направлено озлобление, и оно тревожило Клима Самгина. Но все же его тянуло к Дронову. Там,
в непрерывном вихре разнообразных
систем фраз, слухов, анекдотов, он хотел занять свое место организатора мысли, оракула и провидца. Ему казалось, что
в молодости он очень хорошо играл эту роль, и он всегда верил, что создан именно для такой игры. Он думал...
Но вообще он был доволен своим местом среди людей, уже привык вращаться
в определенной атмосфере, вжился
в нее, хорошо, — как ему казалось, — понимал все «
системы фраз» и был уверен, что уже не встретит
в жизни своей еще одного Бориса Варавку, который заставит его играть унизительные роли.
«Что может внести
в жизнь вот такой хитренький, полуграмотный человечишка? Он — авторитет артели, он тоже своего рода «объясняющий господин». Строит дома для других, — интересно: есть ли у него свой дом? Вообще — «объясняющие господа» существуют для других
в качестве «учителей жизни». Разумеется, это не всегда паразитизм, но всегда — насилие, ради какого-нибудь Христа, ради
системы фраз».
Разговорам ее о религии он не придавал значения, считая это «
системой фраз»; украшаясь этими фразами, Марина скрывает
в их необычности что-то более значительное, настоящее свое оружие самозащиты;
в силу этого оружия она верит, и этой верой объясняется ее спокойное отношение к действительности, властное — к людям. Но — каково же это оружие?
— Представительное правление несовершенно, допустим. Но пример Германии, рост количества представителей рабочего класса
в рейхстаге неопровержимо говорит нам о способности этой
системы к развитию.
Самгин утверждался
в своем взгляде: человек есть
система фраз; иногда он замечал, что этот взгляд освещает не всего человека, но ведь «нет правила без исключений».
Самгин шел тихо, перебирая
в памяти возможные возражения всех «
систем фраз» против его будущей статьи. Возражения быстро испарялись, как испаряются первые капли дождя
в дорожной пыли, нагретой жарким солнцем. Память услужливо подсказывала удачные слова, они легко и красиво оформляли интереснейшие мысли. Он чувствовал себя совершенно свободным от всех страхов и тревог.
Она тоже является как будто результатом поверхностной, механической деятельности разума и даже не способна к работе организации фактов
в стройную
систему фраз — фокусу, который легко доступен даже бездарным людям.
Еще недавно ему нравилось вслушиваться
в растрепанный говор людей, он был уверен, что болтливые пассажиры поездов, гости ресторанов, обогащая его знанием подлинной житейской правды, насыщают плотью суховатые
системы книжных фраз.
Всех приятелей жены он привык считать людями «третьего сорта», как назвал их Властов; но они, с некоторого времени, стали будить
в нем чувство зависти неудачника к людям, которые устроились
в своих «
системах фраз» удобно, как скворцы
в скворешнях.
Для Самгина это была встреча не из тех, которые радуют, да и вообще он не знал таких встреч, которые радовали бы. Однако
в этот час он определенно почувствовал, что, когда встречи с людями будили
в нем что-то похожее на зависть, на обиду пред легкостью, с которой люди изменяли свои позиции, свои
системы фраз, — это было его ошибкой.
Крайне трудно было уложить все испытанное сегодня
в ту или иную
систему фраз.
Мысли этого порядка являлись у Самгина не часто и всегда от книг на темы «мировой скорби» о человеке
в космосе, от
системы фраз того или иного героя, который по причинам, ясным только создателю его, мыслил, как пессимист.
— Да, интересно, — сказал Самгин, разбираясь
в «
системе фраз» агента полиции.
Но он чувствовал, что его знания не сгруппированы
в стройную
систему, не стиснуты какой-то единой идеей.
«Да, это мои мысли», — подумал Самгин. Он тоже чувствовал, что обогащается; дни и ночи награждали его невиданным, неизведанным, многое удивляло, и все вместе требовало порядка, все нужно было прибрать и уложить
в «
систему фраз», так, чтоб оно не беспокоило. Казалось, что Варвара удачно помогает ему
в этом.
Но по «
системе фраз» самого Макарова женщина смотрит на мужчину, как на приказчика
в магазине модных вещей, — он должен показывать ей самые лучшие чувства и мысли, а она за все платит ему всегда одним и тем же — детьми.
В огромном большинстве люди — это невежды, поглощенные простецким делом питания, размножения и накопления собственности, над массой этих людей и
в самой массе шевелятся люди, которые, приняв и освоив ту или иную
систему фраз, именуют себя консерваторами, либералами, социалистами.
В том, что говорили у Гогиных, он не услышал ничего нового для себя, — обычная разноголосица среди людей, каждый из которых боится порвать свою веревочку, изменить своей «
системе фраз». Он привык думать, что хотя эти люди строят мнения на фактах, но для того, чтоб не считаться с фактами.
В конце концов жизнь творят не бунтовщики, а те, кто
в эпохи смут накопляют силы для жизни мирной. Придя домой, он записал свои мысли, лег спать, а утром Анфимьевна,
в платье цвета ржавого железа, подавая ему кофе, сказала...
Газеты большевиков раздражали его еще более сильно, раздражали и враждебно тревожили.
В этих газетах он чувствовал явное намерение поссорить его с самим собою, ‹убедить его
в безвыходности положения страны,› неправильности всех его оценок, всех навыков мысли. Они действовали иронией, насмешкой, возмущали грубостью языка, прямолинейностью мысли. Их материал освещался социальной философией, и это была «
система фраз», которую он не
в силах был оспорить.
Он довольно быстро находил и определял основную
систему фраз,
в которую тот или другой человек привык укладывать свой опыт.
Он отражал бурю противодействием
системы сложных усилий, убивая панику короткими приказаниями; плавал и останавливался, где хотел; распоряжался отплытием и нагрузкой, ремонтом и отдыхом; большую и разумнейшую власть
в живом деле, полном непрерывного движения, трудно было представить.
Заговорив о парусах, кстати скажу вам, какое впечатление сделала на меня парусная
система. Многие наслаждаются этою
системой, видя
в ней доказательство будто бы могущества человека над бурною стихией. Я вижу совсем противное, то есть доказательство его бессилия одолеть воду.
И те и другие подозрительны, недоверчивы: спасаются от опасностей за
системой замкнутости, как за каменной стеной; у обоих одна и та же цивилизация, под влиянием которой оба народа, как два брата
в семье, росли, развивались, созревали и состарелись. Если бы эта цивилизация была заимствована японцами от китайцев только по соседству, как от чужого племени, то отчего же манчжуры и другие народы кругом остаются до сих пор чуждыми этой цивилизации, хотя они еще ближе к Китаю, чем Япония?
С распространением владений колонии англичане постепенно ввели всю
систему английского управления. Высшая власть вверена губернатору; но как губернатор
в военное время имеет пребывание на границах колонии, то гражданская власть возложена на его помощника или наместника (lieutenant).
Город посредством водопроводов снабжается отличной водой из горных ключей. За это платится жителями известная подать, как, впрочем, за все удобства жизни. Англичане ввели свою
систему сборов, о чем также будет сказано
в своем месте.
Кичибе составляет juste milieu [золотая середина — фр.] между тем и другим; он посвежее их: у него нет застарелой ненависти к новому и веры
в японскую
систему правления, но ему не угнаться и за новыми.
Они видят, что их
система замкнутости и отчуждения,
в которой одной они искали спасения, их ничему не научила, а только остановила их рост.
Но пока она будет держаться нынешней своей
системы, увертываясь от влияния иностранцев, уступая им кое-что и держа своих по-прежнему
в страхе, не позволяя им брать без позволения даже пустой бутылки, она еще будет жить старыми своими началами, старой религией, простотой нравов, скромностью и умеренностью образа жизни.
Оттого адмирал и придерживался постоянно принятой им
в обращении с ними
системы: кротости, вежливости и твердости, как
в мелочных, так и
в важных делах.
Японцы живут здесь подолгу и поддерживают
в народе свою
систему отчуждения от иностранцев и, между прочим, ненависть к христианам.
Во-первых, они окружили себя целою сетью доносов, посредством которых до сведения Грустилова доводился всякий слух, к посрамлению его чести относящийся; во-вторых, они заинтересовали
в свою пользу Пфейфершу, посулив ей часть так называемого посумного сбора (этим сбором облагалась каждая нищенская сума́; впоследствии он лег
в основание всей финансовой
системы города Глупова).
В начале речи говорил как-то раскидчиво, как будто без
системы, схватывая факты наразбив, а
в конце концов вышло целое.
В трактире «Столичный город» он уже давно слегка познакомился с одним молодым чиновником и как-то узнал
в трактире же, что этот холостой и весьма достаточный чиновник до страсти любит оружие, покупает пистолеты, револьверы, кинжалы, развешивает у себя по стенам, показывает знакомым, хвалится, мастер растолковать
систему револьвера, как его зарядить, как выстрелить, и проч.
В исторической жизни всякое движение вперед начинается с нарушения установившейся
системы приспособления и равновесия, с всегда мучительного выхода из состояния относительной гармонии.
С одной стороны, европейский человек идет к неогуманизму, с другой стороны, хочет достигнуть целостности
в тоталитарной
системе организации всей жизни.