Ну, слава богу! Скоро отдохнем! Его понудить к браку было надо, Как робкого купальщика, который Воды холодной до тех пор боится, Пока его насильно не толкнут.
Так только в том была его вина, Что сделаться хотел он вашим тестем? Ну, что ж? И слава богу! В добрый час! Давно бы вам пора остепениться. Что мы за жизнь ведем? Скажите сами. А донна Анна чем была не пара? Вы были бы теперь отцом семейства И жили б смирно, тихо, хорошо, Как бог велит, и прыгали б вкруг вас Без счета и числа мал мала меньше. Все маленькие дон Жуаны. Да.
Уж год к концу приходит, донна Анна, С тех пор, как страшный вас постиг удар. Ужели нет вам в горе облегченья? Отчаянью ужели нет конца? Все так же вы бледны и молчаливы, Все так же смотрит ваш недвижный взор; О, если бы на миг я вас увидел, Какою я когда-то вас знавал!
Нет, страшно мне и там! Кругом везде Все движется и шепчет! Рвутся кони И фыркают, покрыты белой пеной… Где господин мой? Уж пора б давно Ему сюда вернуться!
Сеньор, весь этот андалузский край Был наш когда-то. Нам принадлежал Весь кругозор, что обнимает око С зубчатых башен царственной Альгамбры[20], В ту пору я, быть может, пожалел бы О родине, как о своем добре; Но ныне проку мало в ней, и я Давно пустые бросил предрассудки; Я родиной считаю всякий край, Где золото мне сыплется в карманы.
Я к этому мошеннику недаром Сочувствие имел. Мы схожи нравом, Но в клады я не верю уж давно! А странно, что досель я не могу О ней не думать! В память глубоко Слова и голос врезались ее, И этот взгляд испуганный, когда Опомнилась она в моих объятьях. Безумный дон Жуан! До коих пор Играть тобой воображенье будет! Стыдись хоть Боабдила. Этот ищет, Что находить и добывать возможно, — А ты? Стыдись! Тебя смущает сон!
С утра они в молельне заперлись. Я подходил на цыпочках ко двери: Там тихо все; порой лишь слышны вздохи, А иногда невнятное рыданье Да увещанья честного отца. Должно быть, дон Жуан великий грешник! Во время рейса дон Йеронимо Мне говорил, что у него от папы Инструкция особенная есть Насчет сего еретика, Жуана.
Так было прежде. Но с той поры, как я ступил на берег, Твое начальство я. Смотри мне в грудь И выражай лицом подобострастье, Доверье, благодарность и любовь. Что есть повиновенье? Отвечай!
Душевная болезнь его снедает. Раскаянья такого постоянство Высокий есть для братии пример. До сей поры он ходит в власянице, Ни разу он не снял своих вериг. Я не видал подобного смиренья!
Ветер тек широкой, ровной волной, но иногда он точно прыгал через что-то невидимое и, рождая сильный порыв, развевал волосы женщин в фантастические гривы, вздымавшиеся вокруг их голов.
Люблю я в глубоких могилах Покойников в иней рядить, И кровь вымораживать в жилах, И мозг в голове леденить. На горе недоброму вору, На страх седоку и коню Люблю я в вечернюю пору Затеять в лесу трескотню.
Если прошлое вспоминается «в общем и целом», оно, наверное, умерло или просто не имеет цены. Лишь детали воссоздают картину. Порой неожиданные, когда-то казавшиеся смешными…
Видно, непоправимая прелесть своя есть в каждом месяце года, будь то месяц весенний или зимний, летний или осенний. <…> Лето при любой дурной погоде — с дождями и холодом — остается летом. И зима — зимой, хотя порой и в декабре идет дождь, и в январе мало снега.