Неточные совпадения
У одного в гербе была изображена, в червленом 10 поле,
рука, держащая серебряную урну
с надписью:
не пролей!у другого — на серебряном поле —
рука, держащая золотую урну
с надписью: содержи в опрятности!Из чего дозволялось заключать, что оба происходят
не от Рюрика.
Он рано встает утром,
не спит после обеда,
не сидит по целым часам в ватерклозете, и
с Бедекером в
руках с утра до вечера нюхает, смотрит, слушает, глотает.
Допустим, пожалуй, что подобные случаи
не невозможны, но ведь дело
не в том, возможна ли та или другая случайность, а в том, нужно ли эту случайность обобщать? нужно ли крутить
руки к лопаткам всякому проходящему? нужно ли заставлять его беседовать
с незнакомцем, хотя бы он назывался становым приставом?
Но даже и в последнем случае
не сажают
с закрученными
руками в"холодную", а спокойно исследуют.
Если же это нежелательно, то пускай деревня освежится приливом новых, разумных сил, и пускай эти силы
не встречаются
с первых же шагов
с выворачиванием
рук и сажанием в"холодную".
Признаюсь, я никогда
не мог читать без глубокого волнения газетных известий о том, что в такую-то, дескать, деревню явились неизвестные люди и начали
с мужичками беседовать, но мужички,
не теряя золотого времени, прикрутили им к лопаткам
руки и отправили к становому приставу.
Курзал прибодряется и расцвечивается флагами и фонарями самых причудливых форм и сочетаний; лужайки около него украшаются вычурными цветниками,
с изображением официальных гербов; армия лакеев стоит, притаив дыхание, готовая по первому знаку ринуться вперед; в кургаузе, около источников, появляются дородные вассерфрау 12; всякий частный дом превращается в Privat-Hotel, напоминающий невзрачную провинциальную русскую гостиницу (к счастию, лишенную клопов),
с дерюгой вместо постельного белья и
с какими-то нелепыми подушками, которые расползаются при первом прикосновении головы; владельцы этих домов, зимой ютившиеся в конурах ради экономии в топливе, теперь переходят в еще более тесные конуры ради прибытка; соседние деревни,
не покладывая
рук, доят коров, коз, ослиц и щупают кур; на всяком перекрестке стоят динстманы, пактрегеры 13 и прочий подневольный люд, пришедший
с специальною целью за грош продать душу; и тут же рядом ржут лошади, ревут ослы и без оглядки бежит жид, сам еще
не сознавая зачем, но чуя, что из каждого кармана пахнет талером или банковым билетом.
У этого человека все курортное лакейство находится в рабстве; он живет
не в конуре, а занимает апартамент; спит
не на дерюге, а на тончайшем белье; обедает
не за табльдотом, а особо жрет что-то мудреное; и в довершение всего жена его гуляет на музыке под
руку с сановником.
Я, конечно,
не хочу этим сказать, чтоб западный человек был свободен от забот, недоумений и даже опасностей, — всего этого у него даже более чем достаточно, — но он свободен от обязательного стояния
с опущенными
руками и разинутым ртом, и это в значительной мере облегчает для него борьбу
с недоумениями.
И — ничего; сошло
с руки мне и им.
Не дальше как на днях встречаю уже здесь, на Невском, одного из парижских тайных советников и, разумеется, прежде всего интересуюсь...
По крайней мере, никто нынче об ней
не вспоминает, хотя за ней числятся такие создания, как «Орас» и «Лукреция Флориани», в которых подавляющий реализм идет об
руку с самою горячею и страстною идейностью.
— Здесь-то-с? а вы знаете ли, что такое… здесь? Здесь!!Стоит только шепнуть: вот, мол, русский нигилист — сейчас это менотки [ручные кандалы] на
руки, арестантский вагон, и марш на восток в deutsch Avricourt! [немецкий Аврикур] Это… здесь-с!А в deutsch Avricourt'e другие менотки, другой вагон, и марш… в Вержболово! Вот оно… здесь!Только у них это
не экстрадицией называется, а экспюльсированием 6. Для собственных, мол, потребностей единой и нераздельной французской республики!
Ах, надо же и Пафнутьева пожалеть… ничего-то ведь он
не знает! Географии —
не знает, истории —
не знает. Как есть оболтус. Если б он знал про Тацита — ужели бы он его к чертовой матери
не услал? И Тацита, и Тразею Пета, и Ликурга, и Дракона, и Адама
с Евой, и Ноя
с птицами и зверьми… всех! Покуда бы начальство за
руку не остановило: стой! а кто же, по-твоему, будет плодиться и множиться?
Но
не забудем, что ежели,
с одной стороны, отечество простирает над нами благодоющую
руку свою, то,
с другой стороны, оно делает это
не беспошлинно, но под условием, чтоб мы повиновались начальству и любили оное.
Он
с минуту помолчал. Ответы мои
не удовлетворяли его: почему-то он ждал, что я перед ним, земцем, откроюсь. Потом он уперся
руками в колени и опять в упор посмотрел на меня. Именно тем взглядом посмотрел, который говорит: а вот я смотрю на тебя — и шабаш!
Неточные совпадения
Его нежданным появленьем, // Мгновенной нежностью очей // И странным
с Ольгой поведеньем // До глубины души своей // Она проникнута;
не может // Никак понять его; тревожит // Ее ревнивая тоска, // Как будто хладная
рука // Ей сердце жмет, как будто бездна // Под ней чернеет и шумит… // «Погибну, — Таня говорит, — // Но гибель от него любезна. // Я
не ропщу: зачем роптать? //
Не может он мне счастья дать».
Стремит Онегин? Вы заране // Уж угадали; точно так: // Примчался к ней, к своей Татьяне, // Мой неисправленный чудак. // Идет, на мертвеца похожий. // Нет ни одной души в прихожей. // Он в залу; дальше: никого. // Дверь отворил он. Что ж его //
С такою силой поражает? // Княгиня перед ним, одна, // Сидит,
не убрана, бледна, // Письмо какое-то читает // И тихо слезы льет рекой, // Опершись на
руку щекой.
Решась кокетку ненавидеть, // Кипящий Ленский
не хотел // Пред поединком Ольгу видеть, // На солнце, на часы смотрел, // Махнул
рукою напоследок — // И очутился у соседок. // Он думал Оленьку смутить, // Своим приездом поразить; //
Не тут-то было: как и прежде, // На встречу бедного певца // Прыгнула Оленька
с крыльца, // Подобна ветреной надежде, // Резва, беспечна, весела, // Ну точно та же, как была.
И вот ввели в семью чужую… // Да ты
не слушаешь меня…» — // «Ах, няня, няня, я тоскую, // Мне тошно, милая моя: // Я плакать, я рыдать готова!..» — // «Дитя мое, ты нездорова; // Господь помилуй и спаси! // Чего ты хочешь, попроси… // Дай окроплю святой водою, // Ты вся горишь…» — «Я
не больна: // Я… знаешь, няня… влюблена». // «Дитя мое, Господь
с тобою!» — // И няня девушку
с мольбой // Крестила дряхлою
рукой.
Я знаю: дам хотят заставить // Читать по-русски. Право, страх! // Могу ли их себе представить //
С «Благонамеренным» в
руках! // Я шлюсь на вас, мои поэты; //
Не правда ль: милые предметы, // Которым, за свои грехи, // Писали втайне вы стихи, // Которым сердце посвящали, //
Не все ли, русским языком // Владея слабо и
с трудом, // Его так мило искажали, // И в их устах язык чужой //
Не обратился ли в родной?