Говоря это, Катрин очень хорошо знала, что укорить отца в жадности к деньгам — значило нанести ему весьма чувствительный удар, так как Крапчик, в самом деле дрожавший над каждою копейкой, по наружности всегда старался представить из себя человека щедрого и чуть-чуть только что не мота.
Сколь ни тяжело было таковое решение для нее, но она утешала себя мыслью, что умерший супруг ее, обретавшийся уж, конечно, в раю и все ведавший, что на земле происходит, не укорит ее, несчастную, зная, для чего и для какой цели продавался его подарок.
— Вам, по-моему, нечего писать ему в настоящую минуту! — заметила Сусанна. — Укорять его, что он женился на Катрин, вы не станете, потому что этим вы их только оскорбите! Они, вероятно, любят друг друга!.. Иное дело, если Валерьян явится к вам или напишет вам письмо, то вы, конечно, не отвергнете его!
Вы когда-то говорили мне, что для меня способны пожертвовать многим, — Вы не лгали это, — я верил Вам, и если, не скрою того, не вполне отвечал Вашему чувству, то потому, что мы слишком родственные натуры, слишком похожи один на другого, — нам нечем дополнять друг друга; но теперь все это изменилось; мы, кажется, можем остаться друзьями, и я хочу подать Вам первый руку: я слышал, что Вы находитесь в близких, сердечных отношениях с Тулузовым; нисколько не укоряю Вас в этом и даже не считаю вправе себя это делать, а только советую Вам опасаться этого господина; я не думаю, чтобы он был искренен с Вами: я сам испытал его дружбу и недружбу и знаю, что первая гораздо слабее последней.
— Но как вам не совестно остановиться не у меня? — укорил его хозяин. — Отделение, которое вы прежде всегда занимали у Петра Григорьича, у меня совершенно свободно.
— Я очень бы готова была покаяться перед вами, если бы знала, в чем вы меня укоряете, — отнеслась она, не обращая внимания на мужа, исключительно к Егору Егорычу.
По чувствуемой мысли дуэта можно было понять, что тщетно злым и настойчивым басом укорял хитрый хан Амалат-Бека, называл его изменников, трусом, грозил кораном; Амалат-Бек, тенор, с ужасом отрицался от того, что ему советовал хан, и умолял не возлагать на него подобной миссии.
— По-моему, вы неблагородно поступили, что позволили себе накрывать, и кого же?.. Дам! — укорил его Максинька, всегда верный своему возвышенному взгляду на женщин вообще и на благородных дам в особенности.
Не отправляя, впрочем, письма сего, Егор Егорыч послал за Сверстовым, жившим весьма недалеко в одной гостинице. Доктор явился и, услыхав, где и как провел утро Егор Егорыч, стал слегка укорять его...
— Казалось бы, что так: тело мое, за которое укорял меня Егор Егорыч, изнурено болезнью и горями; страстей теперь я не имею никаких; злобы тоже ни против кого не питаю; но чувствую ли я хоть маленькое счастие в чем-нибудь?
Супруге моей, конечно, это был нож острый, потому что она находила службу исправника менее выгодною, и в отмщение за это каждый день укоряла меня бедностью, а бедности, кажется, никакой не должно было бы существовать: жалованье я получал порядочное, у нее было имение в Малороссии, дом в Москве, капитал довольно крупный, и всего этого ей было мало.
Но чувство досады брало верх, и он не мог удержаться от сурового, наставительного тона, за который начинал корить себя, как только письмо было отправлено.
Корю (яп. 古流, «старая школа» или «старый стиль») и кобудо (яп. 古武道, «древние боевые искусства») — японские термины, которые используются для обозначения боевых искусств Японии, созданных до Реставрации Мэйдзи (1868 год). Данные термины являются обратными понятию гэндай будо, которым обозначают современные боевые искусства (яп. 新武道, ромадзи: Shinbudō), созданные после Реставрации. (Википедия)
Корю (яп. 古流, «старая школа» или «старый стиль») и кобудо (яп. 古武道, «древние боевые искусства») — японские термины, которые используются для обозначения боевых искусств Японии, созданных до Реставрации Мэйдзи (1868 год). Данные термины являются обратными понятию гэндай будо, которым обозначают современные боевые искусства (яп. 新武道, ромадзи: Shinbudō), созданные после Реставрации.
Затем спохватился, ударил себя по губам, мысленно коря последними словами.
Но потом, когда я стала корить её, что она в сердце своём зло держала, воспротивилась словам моим и сказала, что совпадение всё это.
Но чувство досады брало верх, и он не мог удержаться от сурового, наставительного тона, за который начинал корить себя, как только письмо было отправлено.
