А тут, спасенным делом обедню да лежачую на листу вечерню отпевши, посельский старец Нифонт с
дорогими гостями, что наехали из властного монастыря, — соборным старцем Дионисием Поскочиным, значит, барского рода, да с двумя рядовыми старцами, да с тиуном, да с приказчиком и с иными людьми, — за трапезой великий праздник Пятидесятницы справляли да грешным делом до того натянулись, что хоть выжми их.
— Ушки-то покушайте, — потчевала Дарья Сергевна. — Стерлядки свеженькие, сейчас из прорези браты, рыбки мерные. Печенок-то налимьих извольте взять на тарелочку… Грунюшка, а ты что же сложа руки сидишь? Покушай ушки-то, матушка, — дай-ка я тебе сама положу… Седни ведь середа — рыбным потчую
дорогих гостей, а завтра доспеем и гусятинки, и поросятинки, уточек домашних, ежель в угоду, и барашка можно зарезать аль курочку. Не то буженинки из свинины скушать не пожелаете ль?
Неточные совпадения
— Милости просим. Рады
гостям дорогим, — радушно ответил Марко Данилыч. — Дарья Сергевна, велите-ка свеженький самоварчик собрать да хорошенького чайку заварите… Лянсин фу-чу-фу! Понимаете? Распервейший чтобы был сорт, по восьми рублев фунт! А вы садитесь-ка, Петр Степаныч,
погостите у нас.
— Старуха! — молвил жене Зиновий Алексеич. — Никак я обмолвился?.. Никак проболтался?.. Наш-от
гость дорогой, пожалуй, теперь догадался. Не сказать ли уж ему всю правду, всю истинную? Друг ведь он, приятель Никитушке-то. Почитай-ка, что пишет он про него… Все едино, что братья… Ась?.. Как, супруга ты моя благоверная, в таком разе мне присоветуешь?
— Завсегда так: и дома, и в
гостях, и в
дороге, — сказал Василий Петрович.
Но сон сломил усталого с
дороги, и проспал Петр Степаныч до самого полудня, проспал бы и дольше, да Сурмин пришел
гостя обедать звать.
— Милости просим,
гость дорогой, мало жданный, да много желанный! Пожалуйте нашей хлеб-соли откушать, — низко кланяясь, сказала Феклистова хозяйка.
Уж вы, птицы, мои птицы,
Души красные девицы, —
Вам от матушки царицы
Дорогой убор-гостинец!
Вы во трубушку трубите,
Орла-птицу соманите,
Светильники зажигайте,
Гостя батюшку встречайте,
Небесного жениха
И духовного супруга.
Скати, батюшка, скати,
Скати,
гость дорогой,
Во чертог свой золотой,
В души праведные,
В сердца пламенные.
Эй, кто пиво варил? Эй, кто затирал?
Варил пивушко сам Бог, затирал святый дух.
Сама матушка сливала, с Богом вкупе пребывала,
Святы ангелы носили, херувимы разносили,
Херувимы разносили, архангелы подносили…
Скажи, батюшка родной, скажи,
гость дорогой,
Отчего пиво не пьяно? Али
гостю мы не рады?
На святом кругу гулять, света Бога прославлять,
Рады, батюшка родной, рады,
гость дорогой,
В золоту трубу трубить, в живогласну возносить.
— Садитесь,
гости дорогие, за скатерти брáные, за напитки пьяные, за хлеб, за соль, за крестильную кашу да за курничок, — приговаривала Аграфена Петровна, усаживая
гостей за обеденный стол.
— Слушайте хозяина,
гости дорогие, — на собак покидайте одни кости, остальное сами доедайте, чтоб на столе у меня все было чистехонько.
— Нет, посудите в самом деле,
гости дорогие, — продолжал Патап Максимыч, поставив локти на стол и положив бороду на ладони.
А вы,
гости дорогие, чару выпивать, а друзей не забывать…
Давно ли все старообрядство почитало его за вели́ка человека, давно ли в самых богатых московских домах бывал он
дорогим, желанным
гостем, давно ль везде, куда ни являлся, не знали, как ему угодить и как доставить все нужное в его обиходной жизни, и вдруг — стал посмешищем…
А водочки-то,
гость дорогой?..
У меня про тебя все припасено и сготовлено: и столы-то расставлены, по столам-то разостланы скатертки камчатные, приготовлены тебе,
гость дорогой, яства сахарные со питьями со медвяными.
Во том во садочке
Стояла светлица,
Во той во светлице
Сидела девица,
Плакала, рыдала,
Гостя ожидала,
Гостя дорогого,
Батюшку родного:
«Укрой ты нас, батюшка,
От тучи от грозной,
Погоды холодной...
— Не знаю, — грустно ответила Дуня. — Я ведь не на своей воле. Марья Ивановна привезла меня сюда
погостить и обещалась тятеньке привезти меня обратно. Да вот идут день за день, неделя за неделей… а что-то не видать, чтоб она собиралась в
дорогу… А путь не близкий — больше четырехсот верст… Одной как ехать? И
дороги не знаю и страшно… мало ли что может случиться? И жду поневоле… А тут какой-то ихний родственник приедет
погостить, Марья Ивановна для него остаться хочет — давно, слышь, не видались.
Егор Сергеич в самом деле истомлен был дурною
дорогой, две ночи не спал, и теперь очень хотелось ему поскорей отдохнуть. Он сказал про это Николаю Александрычу, тот повел его в приготовленную комнату и сам помог раздеться приезжему
гостю.
И что-то всем стало невесело. Недолго
гостили парни у Мироновны, ушли один за другим, и пришлось девушкам расходиться по домам без провожатых; иные, что жили подальше от Ежовой, боясь, чтобы не приключилось с ними чего на
дороге, остались ночевать у Мироновны, и зато наутро довелось им выслушивать брань матерей и даже принять колотушки: нехорошее дело ночевать девке там, где бывают посиделки, грехи случаются, особливо если попьют бражки, пивца да виноградненького.
— Покушайте,
гости дорогие, — сказал Трифон Лохматый, придвигая сковороду к ним. — Не посетуйте, что лучше чего-нибудь не поставил. Было бы прежнее время, не так бы я вас угостил, а теперь, делать нечего, — недостатки и бесхозяйство.
— Так вот,
гости мои
дорогие, — немного погодя продолжал свой рассказ Трифон Лохматый, — сынок у меня тысячами ворочает, кажись бы, мог помочь отцу при его крайности, ан нет, не туда оно пошло, не тем пахнет, женины деньги и все ее именье мой Алексей к своим рукам подобрал, и она, бессчастная, теперь сама без копейки сидит.
— Ах ты, мой любезненький,
гость ты мой
дорогой! — вскрикнул игумен, обнимая чиновника и лобызаясь с ним, — как же смею я быть пред тобой не во всем иночестве! А ты пойдем-ка со мной вот сюда.
— Ну, красавчик не красавчик, — заметил Василий Иванович, — а мужчина, как говорится: оммфе. [Настоящий мужчина (homme fait) (фр.).] А теперь, я надеюсь, Арина Власьевна, что, насытив свое материнское сердце, ты позаботишься о насыщении своих
дорогих гостей, потому что, тебе известно, соловья баснями кормить не следует.
Неточные совпадения
Гости воротились тою же гадкою
дорогою к дому.
Попадались иногда по
дороге и такие, которые вооруженною рукою встречали
гостей, но больше было таких, которые бежали заранее.
Слышал он только, что был пир, сильный, шумный пир: вся перебита вдребезги посуда; нигде не осталось вина ни капли, расхитили
гости и слуги все
дорогие кубки и сосуды, — и смутный стоит хозяин дома, думая: «Лучше б и не было того пира».
— Bonjour, chère cousine, [Здравствуйте,
дорогая кузина (фр.).] — сказал один из
гостей, войдя в комнату и целуя руку бабушки.
— «Не церемонься, батюшка, — отвечал тот глухо, — ступай себе вперед; указывай
гостям дорогу!» Адриану и некогда было церемониться.