Неточные совпадения
— Ключ! — повторял он в раздумьи и, взяв в
руки портфель, повертел его, пожал, завел под его крышку костяной ножик, поштурфовал им во все
стороны и, бросив с досады и ножик, и портфель, вошел в залу и постучал в двери сестриной спальни.
И с этим Висленев тихо, на цыпочках подкрался к кусту и, разведя свои
руки в разные
стороны, кольнул сидящую фигуру под бока пальцами, и вслед за тем раздались два разные восклика отчаянного перепуга.
И он, говоря это слово, неожиданно привлек к себе Ванскок в объятия и в то же мгновение… шатаясь, отлетел от нее на три шага в
сторону, упал в кресло и тяжело облокотился обеими
руками на стол.
— Все дороже стало, — небрежно уронил в его
сторону Горданов и снова взялся
рукой за шляпу.
Висленев никогда никому не говорил настоящей причины, почему он женился на Алине Фигуриной, и был твердо уверен, что секретную историю о его рукописном аманате знает только он да его жена, которой он никому не хотел выдать с ее гнусною историей, а нес все на себе, уверяя всех и каждого, что он женился из принципа, чтоб освободить Алину от родительской власти, но теперь, в эту минуту озлобления, Горданову показалось, что Иосаф Платонович готов сделать его поверенным своей тайны, и потому Павел Николаевич, желавший держать себя от всего этого в
стороне, быстро зажал себе обеими
руками уши и сказал...
— Почти! по-вашему, это, верно, очень мало, а по-моему, очень много. Впрочем, счеты в
сторону: je suis ravie, [я в восторге (франц.).] что вас вижу, — и с этим Бодростина протянула Подозерову
руку.
Но в эту же минуту чья-то сильная
рука откинула его в
сторону. Он даже не мог вдруг сообразить, как это случилось, и понял все только, оглянувшись назад и видя пред собою Подозерова.
Ларисе еще представлялась полная возможность тихо разбудить тетку, но она этого не сделала. Мысль эта отошла на второй план, а на первом явилась другая. Лара спешною
рукой накинула на себя пеньюар и, зайдя
стороной к косяку окна, за которым метался Горданов, тихо ослабила шнурок, удерживавший занавеску.
Катерина Астафьевна ничего не могла проговорить и только манила его к себе ближе и ближе, и когда майор придвинулся к ней и стал на колесо тележки ногой, она обняла левою
рукой его голову, а правою схватила его
руку, прижала ее к своим запекшимся губам и вдруг погнулась и упала совсем на его
сторону.
Генеральша отвечала пожатием
руки на его приветствие и со своей
стороны спросила...
Майор посмотрел на священника, и видя, что тот говорит с ним совершенно серьезно, провел себя
руками по груди и громко плюнул в
сторону.
Глафира, стоя в эту минуту по другую
сторону фортепиано, развернула и показала княгине фальшивый вексель от имени Бодростина, писанный ее
рукой.
Но он не скоро дождался ответа, и то, как слушатели отозвались на его вопрос, не могло показаться ему удовлетворительным. Майор Форов, первый из выслушавших эту повесть Гордановского обращения, встал с места и, презрительно плюнув, отошел к окну. Бодростин повторил ему свой вопрос, но получил в ответ одно коротенькое: «наплевать». Потом, сожалительно закачав головой, поднялся и молча направился в
сторону Евангел. Бодростин и его спросил, но священник лишь развел
руками и сказал...
Непривычные к такому наезду лошаденки, несмотря на свое врожденное смиренство, храпнули и, замотавшись, разнеслись было в разные
стороны, но повода были крепки, и наездницы, владея ими своими сильными
руками, скоро справились и собрались вокруг Мавры в длинном саване.
При этих словах все поднялось, взмешалось, и кто бежал к двери, кто бросался к окнам; а в окна чрез двойные рамы врывался сплошной гул, и во тьме, окружающей дом, плыло большое огненное пятно, от которого то в ту, то в другую
сторону отделялись светлые точки. Невозможно было понять, что это такое. Но вот все это приближается и становится кучей народа с фонарями и пылающими головнями и сучьями в
руках.
— Взметался нйжить… чего мечешься? — заговорил вдруг, входя, Сид Тимофеич и, подойдя к покойнику с правой
стороны, он покрыл его лицо, потом хотел было поправить
руку, но, заметив замерзший в ней пучок сухой травы, начал ее выдергивать, говоря: «Подай! тебе говорю, подай, а то ругать стану». С этим он начал выколупывать пальцем траву, и вдруг громко рассмеялся.
Вокруг гроба пустое, свободное место: Глафира оглядывалась и увидала по ту
сторону гроба Горданова. Он как будто хотел ей что-то сказать глазами, как будто звал ее скорее подходить или, напротив, предостерегал не подходить вовсе — не разберешь. Меж тем мертвец ждал ее лежа с закрытым лицом и с отпущением в связанных платком
руках. Надо было идти, и Глафира сделала уже шаг, как вдруг ее обогнал пьяный Сид; он подскочил к покойнику со своими «расписками» и начал торопливо совать ему в
руки, приговаривая...
Горданов воспользовался этим моментом; он вскочил на ступень катафалка с тем, чтобы вынуть из
рук мертвеца кощунственное отпущение Сида и тем облегчить прощание Глафире, которая в эту же минуту поднялась на ступень с другой
стороны гроба. Но лишь только они выровнялись друг против друга, как платок, которым были связаны окоченевшие
руки покойника, будучи раздерган Сидом, совсем развязался и мертвец пред глазами всех собравшихся в церкви людей раскинул наотмашь
руки…
«До последнего конца своего (читал генерал) она не возроптала и не укорила Провидение даже за то, что не могла осенить себя крестным знамением правой
руки, но должна была делать это левою, чем и доказала, что у иных людей, против всякого поверья, и с левой
стороны черта нет, а у иных он и десницею орудует, как у любезного духовного сына моего Павла Николаевича, который пред смертью и с Богом пококетничал.
Но подивитесь же, какая с самим с ним произошла глупость: по погребении Катерины Астафьевны, он, не зная как с собой справиться и все-таки супротив самой натуры своей строптствуя, испил до дна тяжелую чашу испытания и, бродя там и сям, очутился ночью на кладбище, влекомый, разумеется, существующею силой самой любви к несуществующему уже субъекту, и здесь он соблаговолил присесть и, надо думать не противу своей воли, просидел целую ночь, припадая и плача (по его словам от того будто, что немножко лишнее на нутро принял), но как бы там ни было, творя сей седален на хвалитех, он получил там сильную простуду и в результате оной перекосило его самого, как и его покойницу Катерину Астафьевну, но только с сообразным отличием, так что его отец Кондратий щелкнул не с правой
стороны на левую, а с левой на правую, дабы он, буде вздумает, мог бы еще правою
рукой перекреститься, а левою ногой сатану отбрыкнуть.
Неточные совпадения
Как на досадную разлуку, // Татьяна ропщет на ручей; // Не видит никого, кто
руку // С той
стороны подал бы ей; // Но вдруг сугроб зашевелился, // И кто ж из-под него явился? // Большой, взъерошенный медведь; // Татьяна ах! а он реветь, // И лапу с острыми когтями // Ей протянул; она скрепясь // Дрожащей ручкой оперлась // И боязливыми шагами // Перебралась через ручей; // Пошла — и что ж? медведь за ней!
Итак, отдавши нужные приказания еще с вечера, проснувшись поутру очень рано, вымывшись, вытершись с ног до головы мокрою губкой, что делалось только по воскресным дням, — а в тот день случись воскресенье, — выбрившись таким образом, что щеки сделались настоящий атлас в рассуждении гладкости и лоска, надевши фрак брусничного цвета с искрой и потом шинель на больших медведях, он сошел с лестницы, поддерживаемый под
руку то с одной, то с другой
стороны трактирным слугою, и сел в бричку.
Когда она говорила, у ней, казалось, все стремилось вослед за мыслью: выраженье лица, выраженье разговора, движенье
рук, самые складки платья как бы стремились в ту же
сторону, и казалось, как бы она сама вот улетит вослед за собственными ее словами.
Но покуда все оканчивалось одним обдумыванием; изгрызалось перо, являлись на бумаге рисунки, и потом все это отодвигалось на
сторону, бралась наместо того в
руки книга и уже не выпускалась до самого обеда.
Из буфета ли он вырвался или из небольшой зеленой гостиной, где производилась игра посильнее, чем в обыкновенный вист, своей ли волею или вытолкали его, только он явился веселый, радостный, ухвативши под
руку прокурора, которого, вероятно, уже таскал несколько времени, потому что бедный прокурор поворачивал на все
стороны свои густые брови, как бы придумывая средство выбраться из этого дружеского подручного путешествия.