Неточные совпадения
— Она
будет очень рада вас видеть… Моя жена, как и я, не забывает добра. Она и я помним все то, что сделали для нас вы и ваш отец, за которого я готов отдать свою душу. Знаете ли вы, барышня, что ваш батюшка составил мое
счастье и спас мне жизнь?
— Поезжай, дорогой Боря, поезжай, мой муж перед Богом, и возвращайся скорее… Твоя Маня
будет ждать тебя,
будет ждать своего
счастья, открытого, честного
счастья.
Но так как от этого
будет зависеть все наше
счастье, я сумею найти слова, которые дойдут до его сердца и которые даже в его глазах послужат оправданием нашему проступку…
— Таперича у нас не знают, что и делать с девочкой, — продолжала баба. — Все говорят, что лучше бы она совсем не родилась на свет, да и я так смекаю, что большой бы ей
был фарт, [
Счастье — местное выражение.] если бы она скорей отправилась за своей матерью…
— Но разве вы забыли, что произошло пять лет тому назад — я не забыла этого! Я не могу забыть, что мой отец — его убийца, что он меня проклял, что он разбил мое
счастье и обрек меня на нищету и позор… Я
буду нести свой крест до конца… Если бы он даже простил меня, то я бы не приняла его прощения, я бы теперь сама отказалась от него…
Сколько верст я прошла — я не знала, не знала и в какую сторону шла. Наконец, после нескольких дней пути я окончательно выбилась из сил, мои башмаки разорвались, ноги распухли и
были в крови, я вся
была как разбитая. По
счастью, я пришла в небольшой поселок — он оказался, как я узнала потом, по иркутскому тракту. Меня приняли добрые люди и дали мне приют в избе. За это я стала им работать.
— Это мое предчувствие неспроста… Я, как хорошая собака — чую волка издали. Этот сладенький, вечно улыбающийся, тихо подползающий Семен Порфирьевич имеет вид отъявленного жигана… Ты увидишь, что я
буду прав… К
счастью, я всегда настороже.
—
Быть может, но мой папа и крестный держатся совсем другого взгляда… Я уверена, что они
будут более смотреть на внутренние качества моего жениха, нежели на его богатство и титул… Они меня так любят и прежде всего, конечно, захотят моего
счастья…
Но, Боже мой, я хотел бы жить до тех пор, пока ее
счастье не
будет обеспечено…
— Дело идет о спокойствии и
счастии одного неповинного ни в чем существа… вы бы не хотели сделать его несчастным… — продолжал Гладких. — Я говорю вам более, чем смею… Если бы это
было возможно, я из всех выбрал бы только вас в мужья Тане, — я разгадал в вас честного человека! Но, увы, это невозможно… Вы не
будете больше искать с ней встречи? Обещайте мне это?
— Да, в Петербург и спросить у вашего отца, не нашел ли он у вашей умирающей матери какой-либо бумаги о вашем рождении. Он,
быть может, скрыл ее, чтобы оградить вас от несчастья, а она-то и составит ваше
счастье…
— Я его больше не хочу знать… У меня больше нет родных — у меня только один друг на свете — это ты. У меня только одна дочь — Таня, которую я люблю всею душою, и я готов сделать все, чтобы
было упрочено ее
счастье, которое я же, как вор, украл у ее родителей… Семен Толстых причинил горе нашей дочери — он негодяй и подлец и ни одного часа не может больше оставаться под этой кровлей… Выгони его немедленно, Иннокентий, выгони… Чтобы сегодня же здесь не
было его духу…
— От нее, от нее, она пишет мне — радостно воскликнул он. Его сердце наполнилось
счастьем и надеждой, но, увы, это
было только на одно мгновение.
— Он быстро приближается к могиле… — печально отвечал Гладких. — Несчастный
был бесжалостен к своей дочери и раскаяние снедает его… Если через несколько дней я привезу к нему Бориса — он выздоровеет от радости…
Счастье ведь лучший доктор… Но для окончательного его успокоения необходимо разыскать Марию…
— Успокойся, это касается твоей будущности и твоего
счастья… Когда ты узнаешь эту тайну, радость вернется в твое сердечко… Мое сегодняшнее
счастье вместе и твое. Выслушай меня. Ты знаешь, что у Петра Иннокентьевича
была дочь?
Татьяна Петровна сладко спала, раскинувшись на постели. Мягкое одеяло прикрывало ее только до пояса. Тонкая ткань белоснежной сорочки поднималась ровными движениями на не менее белрснежной груди. Одна миниатюрная ручка спустилась с кровати, а другая
была закинута под голову. Раскрытые розовые губки как бы искали поцелуя. Видимо, сладкие грезы, грезы будущего
счастья с Борисом, витали над ее хорошенькой головкой.
— Но подумайте, какое
счастье… Барин не узнал Семена Семеновича… Никто не знает, что это
был он… и никто не узнает…
Если
есть на земле полное
счастье, то Борис Иванович испытал его в этот день.
Она была счастлива — и вот причина ее экстаза, замеченного Татьяной Марковной и Райским. Она чувствовала, что сила ее действует пока еще только на внешнюю его жизнь, и надеялась, что, путем неусыпного труда, жертв, она мало-помалу совершит чудо — и наградой ее
будет счастье женщины — быть любимой человеком, которого угадало ее сердце.
Неточные совпадения
Как он, она
была одета // Всегда по моде и к лицу; // Но, не спросясь ее совета, // Девицу повезли к венцу. // И, чтоб ее рассеять горе, // Разумный муж уехал вскоре // В свою деревню, где она, // Бог знает кем окружена, // Рвалась и плакала сначала, // С супругом чуть не развелась; // Потом хозяйством занялась, // Привыкла и довольна стала. // Привычка свыше нам дана: // Замена
счастию она.
А
счастье было так возможно, // Так близко!.. Но судьба моя // Уж решена. Неосторожно, //
Быть может, поступила я: // Меня с слезами заклинаний // Молила мать; для бедной Тани // Все
были жребии равны… // Я вышла замуж. Вы должны, // Я вас прошу, меня оставить; // Я знаю: в вашем сердце
есть // И гордость, и прямая честь. // Я вас люблю (к чему лукавить?), // Но я другому отдана; // Я
буду век ему верна».
На такую сумятицу успели, однако ж, собраться мужики из деревни, которая
была, к
счастию, неподалеку.
Все, что мог сделать умный секретарь,
было уничтоженье запачканного послужного списка, и на то уже он подвинул начальника не иначе, как состраданием, изобразив ему в живых красках трогательную судьбу несчастного семейства Чичикова, которого, к
счастию, у него не
было.
Общество
было устроено с целью доставить прочное
счастье всему человечеству от берегов Темзы до Камчатки.