—
Пусть так, но все же повторяю, ты его не любишь и в этом смысле, конечно, лучше, если этот брак не состоится… Вы оба молоды, и вам нет надобности заключать брак по расчету.
Неточные совпадения
— Есть еще другое средство, а именно —
пусть каждый из вас, по обоюдному согласию, обещает никогда не встречаться с изменницей. Увидя, что ее оставили
так внезапно, она, быть может, поймет, какую страшную ошибку сделала. Наверное, она почувствует сожаление и некоторого рода тревогу.
— Передайте цесаревне, что я от имени короля заявляю ей, что Франция сумеет поддержать ее в великом деле.
Пусть она располагает мной,
пусть располагают мной и люди ее партии, но мне все же необходимо снестись по этому поводу с моим правительством,
так как посланник, не имеющий инструкции, все равно что незаведенные часы.
— Если
так,
пусть живет, но где?
«Она ведь не виновата! Все княгиня. Но что же делать, тут нельзя разбирать большую или меньшую вину.
Пусть она без вины виновата, а все же виновата. Не пропадать же мне
так, не дожидаться же, когда отправят в дальнюю вотчину».
—
Так просто, душечка… Я думала, что это доставит ей удовольствие…
Пусть погуляет, погода
такая хорошая, — сконфуженно стала оправдываться княгиня Васса Семеновна.
Пусть это будет несчастье, погибель, страдание, с житейской точки зрения, но если такова воля Божья — да будет
так.
—
Так слушай. Я тебя полиции не выдам. Мне ей служить не приходится,
пусть сама ищет. Деньги недаром с казны берет.
По странной иронии судьбы, она именно графа мысленно наметила в свои мужья, но теперь, конечно, он не женится на бывшей «дворовой девке», на убийце.
Так пусть же берет ее
так, но… молчит. А будет ли он молчать?
Пусть уезжает подальше,
пусть спрячется в
такую нору, в которой его никто не найдет.
Ее жизнь в России самая невыносимая,
так пусть ей дадут свободу выехать из России.
«И эта девушка моя… Мне стоит протянуть руку… Зачем я
так долго медлил?..
Пусть она не княжна, но она царица по красоте… Зачем я мучил ее?.. Она похудела».
— Да спросил меня: «Чего тебе надо?» Я и говорю: «Неможется мне что-то», а он как глянет на меня
так пронзительно, да и говорит: «Ты не ври, не от себя ты пришел, а от другого,
пусть другой и приходит, а ты пошел вон».
— Если это действительно
так, то
пусть она умрет! — говорил он сам себе.
— Я, конечно, князь, с особым благоговением готов исполнить вашу просьбу. Мне тяжело, что мысль о постройке церкви над могилами погибших
такою страшною смертью моей сестры и племянницы не пришла ранее в голову мне, но
пусть мое согласие послужит мне вечным за это наказанием. Я завтра же сообщу управляющему Зиновьева, что вы явитесь туда полным распорядителем.
—
Пусть так; но ты расстроишься, и, может быть, надолго, — сказал он, не совсем довольный, что Ольга вынудила у него согласие.
— Пускай ее не глядит, — перебила Марья Ивановна. — Как знает,
пусть так и делает. Верьте, Марко Данилыч, что Господь на все призирает, все к лучшему для нас устрояет. Положитесь на него. Сами знаете, что на каждую людскую глупость есть Божья премудрость. На нее и уповайте.
Неточные совпадения
Шутить он не любил и двумя городами разом хотел заткнуть глотку всем другим портным,
так, чтобы впредь никто не появился с
такими городами, а
пусть себе пишет из какого-нибудь «Карлсеру» или «Копенгара».
Все мы имеем маленькую слабость немножко пощадить себя, а постараемся лучше приискать какого-нибудь ближнего, на ком бы выместить свою досаду, например, на слуге, на чиновнике, нам подведомственном, который в пору подвернулся, на жене или, наконец, на стуле, который швырнется черт знает куда, к самым дверям,
так что отлетит от него ручка и спинка:
пусть, мол, его знает, что
такое гнев.
Бес у тебя в ногах, что ли, чешется?.. ты выслушай прежде: сухарь-то сверху, чай, поиспортился,
так пусть соскоблит его ножом да крох не бросает, а снесет в курятник.
— Уж если он и останется собакой,
так пусть же не от меня об этом узнают,
пусть не я выдал его».
А между тем в существе своем Андрей Иванович был не то доброе, не то дурное существо, а просто — коптитель неба.
Так как уже немало есть на белом свете людей, коптящих небо, то почему же и Тентетникову не коптить его? Впрочем, вот в немногих словах весь журнал его дня, и
пусть из него судит читатель сам, какой у него был характер.