Неточные совпадения
На переездах встретили сперва поезд
с партией японцев в арестантских вагонах, а затем санитарный поезд
с нашими ранеными в тюренченском
бою — их эвакуируют в Иркутск и Красноярск.
Кажется, будто бы они идут на военную прогулку, а не на смертный
бой с врагом.
Последние, по словам раненых офицеров, держатся в
бою германской системы — наступать
с фронта и обходить флангами.
Полковника Хвастунова и некоторых других павших в
бою офицеров успели похоронить
с воинскими почестями на поле битвы.
1 июня в
бою при Вафангоу доблестный начальник 1 восточносибирской стрелковой дивизии генерал-майор Гернгросс получил тяжёлую рану в нижнюю челюсть
с повреждением надкостницы, но остался в строю до конца
боя.
Бой длился
с 5 час. утра до 2 часов дня и окончился полным беспорядочным отступлением японцев, которые понесли огромные потери.
С 13 июня близ Долинского перевала идёт упорный
бой, наши позиции заняты были двумя полками пехоты
с артиллерией.
Сегодня разговорился
с офицером из отряда генерала Самсонова — очевидцем и участником
боя под Сеньюченом 14 июня.
Японцы густыми массами стали наступать на нас
с фронта и
с флангов, и полковник Лечицкий, контуженный в происшедшем
бою, стал отходить согласно первоначально составленному плану.
Генерал граф Келлер со своим штабом наблюдал
бой с Тхавуанской башни.
По мнению графа Келлера,
бой под Хаяном имел огромное значение для выяснения способа борьбы
с противников.
Я уже описал вынесенное мною более чем смутное и вместе
с тем глубоко отвратительное впечатление современного
боя, даже, если можно так выразиться, в миниатюре, ничуть не похожее ни на то представление, которое было в моём уме, как штатского человека, и, вероятно, в уме многих, ни на поэтические описания
боя в стихах и прозе, какие мне приходилось читать.
Граф Келлер
с 38 батальонами, после ожесточённого
боя, где наших было ранено около 1.000 человек, заставил японцев отступить, занял Ланшенгуань — третий этап по Ляоянской дороге и взял у них восемь орудий.
После первого
боя под Хаяном в восточном отряде, некоторые раненые русские и японцы, упавшие в кустах, не были усмотрены, а найдены лишь спустя несколько дней, живыми, но
с уже загнившими ранами, в которых копошились черви.
Мы
с меньшими силами сумели задержать японцев, которые, не будь
боёв при Тюренчене и Вафангоу, давно бы могли быть у Харбина.
—
Бой идёт уже третий день… — отвечал хорунжий. — Японцы четыре раза меняли позиции своих батарей, но мы счастливо и метко подбивали их, и наконец некоторые батареи замолчали… Японцы стали отступать… Мы подбили у них около десяти орудий, и полковник Трухин
с двумя сотнями казаков отправился взять подбитые орудия, но сотни были встречены цепью стрелков, открывших сильный огонь, и принуждены были отступать.
Следует ли признать таким сражением
бой на южном фронте, начавшийся
с рассвета 10 июля и продолжавшийся до 12 июля?..
Я думаю, что нет, и это не моё единичное мнение, а многих представителей генерального штаба,
с которыми мне пришлось беседовать по этому поводу, почти в виду шедшего
боя, при громе артиллерийских снарядов, при свисте пуль, многие из которых перелетали на далёкое пространство, но бессильно падали на землю, даже не зарываясь, как камешки.
Уже по дороге в Харбин я узнал, что
бой происходил на другой день в течении четырнадцати часов
с большими потерями
с обеих сторон, но мы не могли удержать нашу позицию и отошли в полном порядке к Хайчену в 50 верстах от Ляояна.
Около этого времени пришло донесение, что три роты
с горной батареей обходят наш левый фланг, имея тяготение к реке
с целью выйти на Гутцяузы, и тогда же сделалось известно, что японцы обходят и правый фланг, и там уже давно, сзади позиции идёт
бой наших пяти рот.
По нашим подсчётам японцы имели в
бою около двух дивизий пехоты, а
с обходными колоннами их было пожалуй и больше.
Его высокопревосходительство посетил только братскую могилу, где похоронены вольные дружинники, павшие в
бою с хунхузами, осаждавшими Харбин 13 июля 1900 года, лагерь артиллерии и отделение конского запаса, лазарет Дворянского отряда, Иверскую и Елизаветинскую общины Красного Креста, 1 свободный госпиталь, казармы 17 стрелкового полка и склад Государыни Императрицы Александры Фёдоровны.
На пятый день отправились обратно в Навозную слободу и по дороге вытоптали другое озимое поле. Шли целый день и только к вечеру, утомленные и проголодавшиеся, достигли слободы. Но там уже никого не застали. Жители, издали завидев приближающееся войско, разбежались, угнали весь скот и окопались в неприступной позиции. Пришлось брать
с бою эту позицию, но так как порох был не настоящий, то, как ни палили, никакого вреда, кроме нестерпимого смрада, сделать не могли.
Неточные совпадения
Один купец Алтынников //
С Ермилом в
бой вступил, // Не отстает, торгуется, // Наносит по копеечке.
— Положим, княгиня, что это не поверхностное, — сказал он, — но внутреннее. Но не в том дело — и он опять обратился к генералу,
с которым говорил серьезно, — не забудьте, что скачут военные, которые избрали эту деятельность, и согласитесь, что всякое призвание имеет свою оборотную сторону медали. Это прямо входит в обязанности военного. Безобразный спорт кулачного
боя или испанских тореадоров есть признак варварства. Но специализованный спорт есть признак развития.
Что ж, если вашим пистолетом // Сражен приятель молодой, // Нескромным взглядом, иль ответом, // Или безделицей иной // Вас оскорбивший за бутылкой, // Иль даже сам в досаде пылкой // Вас гордо вызвавший на
бой, // Скажите: вашею душой // Какое чувство овладеет, // Когда недвижим, на земле // Пред вами
с смертью на челе, // Он постепенно костенеет, // Когда он глух и молчалив // На ваш отчаянный призыв?
Бывало, как досыта набегаешься внизу по зале, на цыпочках прокрадешься наверх, в классную, смотришь — Карл Иваныч сидит себе один на своем кресле и
с спокойно-величавым выражением читает какую-нибудь из своих любимых книг. Иногда я заставал его и в такие минуты, когда он не читал: очки спускались ниже на большом орлином носу, голубые полузакрытые глаза смотрели
с каким-то особенным выражением, а губы грустно улыбались. В комнате тихо; только слышно его равномерное дыхание и
бой часов
с егерем.
Кто расположился отдыхать, истомившись от
боя; кто присыпал землей свои раны и драл на перевязки платки и дорогие одежды, снятые
с убитого неприятеля.