Неточные совпадения
«Будь, что будет, — решила она, — чего
я так волновалась, еще ничего не зная, быть может, он и не
думает обо
мне, может быть, все это только представилось ревнивой Кате, а
я глупо поверила ей и вообразила себе Бог знает что…
— Дело не в летах, но это
такая воплощенная чистота и невинность,
такое нечто не от мира сего, что
мне страшно
подумать сказать ей наше земное слово любви.
— Дайте
мне, ваше сиятельство, с мыслями собраться… Как и речь свою начать, не придумаю… К приезду-то вашему да к беседе этой
я уже с полгода, как к исповеди готовилась, даже слегла в постель, истомившися,
думала перед вами во всех моих прежних грехах покаяться, да и в сторону… а тут ноне еще грех прибавился,
так и не соображу…
— Может, вы
думаете, ваше сиятельство, что
я полоумная… Не бойтесь, в полном рассудке, хотя за последнее время вся исстрадалась
я да измучилась, но видно родилась
я такая крепкоголовая… Простите
меня, ваше сиятельство, окаянную, поведаю
я вам тайну великую, все равно от людей услыхали бы, бремя с души своей сниму тяжелое… Слушайте, как на духу, ни словечка не солгу
я вам…
— Тебя! — протянул он. — Вот как, а
я, дурак,
думал, что если ты моя, то и твои деньги тоже мои. Впрочем, если
так,
я могу уйти, ты сообщи все своей дорогой мамаше, подложный вексель в ее руках, она может подать на
меня в суд, если
я до завтра останусь в живых. У
меня есть верный друг, он сослужит
мне последнюю службу.
— Напротив,
я из любви к тебе хотел спасти себя от бесчестия, от позора,
мне оставалось два выбора: или добыть деньги, или покончить с собою,
я выбрал последнее,
так как ты одна
меня привязываешь к жизни,
я думал, что ты любишь
меня, что
я дорог тебе.
«Проклятая… — неслось в ее голове. — Действительно,
я проклятая, Акулина права, с избранной
мною дороги поворота нет! — припомнились ей слова Талицкого. — И он прав! —
подумала она. — Значит, надо идти вперед, рука об руку с ним, только с ним,
так как он один и остался около
меня».
—
Я подумаю… и буду иметь вас ввиду… — с
такой же комической важностью ответила та.
— Пробовал, брат, и это, да пользы ни на грош. Видишь ли что:
меня учили говорить, а
думать не заставляли —
так эта работа
мне не по силам теперь — скучна.
— Полноте, что за церемонии! Мы бесхитростные иноки; с нами все светские этикеты можно отложить в сторону. Во-первых, позвольте узнать, где оставлены ваши вещи, а во-вторых, позвольте предложить вам скромную монашескую трапезу. Вы,
я думаю, еще не обедали, не
так как мы уже успели оттрапезовать, несмотря на то, что только первый час в исходе.
«Как, —
думал Шумский, идя от архимандрита, —
меня смеют трактовать как какого-нибудь пришельца? Разве не знают они, кто был Шумский в оное и весьма недалекое время. Можно ли
так бесцеремонно обращаться с бывшим офицером, флигель-адъютантом… Конечно, теперь
я не состою им, но все же бывал, да и теперь все же
я отставной поручик, а не кто-нибудь…»
— Не
думал я, чтобы государь
так скоро исполнил мою просьбу. Спасибо Якову Васильевичу Виллие за его дружбу ко
мне, больному старику. Вы уже совсем из Новгорода?
— Не
думаю,
так как при моем выезде вчера вечером
я ничего особенного не заметил.
— Не отдаст… нечего и
думать,
я уж не раз приступалась… Куда тебе…
так прижмет к себе, что хоть руки ей ломай и кричит не своим голосом, пока не отойдешь…
Я уже ее и оставила, и мужа к ней не допустила… мужчина, известно, без сердца, силой хотел отнять у нее…
Я не дала, а теперь, грешным делом, каюсь… Пожалуй, сегодня или завтра все же его послушаться придется… Не миновать…
— Вы, может быть,
думаете, что
я сошел с ума, — ну,
так знайте же, что не далее, как час тому назад,
я лицом к лицу встретился с Екатериной Петровной Бахметьевой на Кузнецком мосту…
Я всегда говорил, что она жива, вот и вышло по-моему…
— Уж не знаю, матушка, что и
подумать, барин
такой нежный, ласковый,
так по дочке и жене убивается, что ума
я не приложу, не она ли сама всему этому причина: известно, баба, кошечкой прикидывается, а сама зверь зверем…
Неточные совпадения
Так думал молодой повеса, // Летя в пыли на почтовых, // Всевышней волею Зевеса // Наследник всех своих родных. — // Друзья Людмилы и Руслана! // С героем моего романа // Без предисловий, сей же час // Позвольте познакомить вас: // Онегин, добрый мой приятель, // Родился на брегах Невы, // Где, может быть, родились вы // Или блистали, мой читатель; // Там некогда гулял и
я: // Но вреден север для
меня.
Я слышу, кто-то подъехал, да
думаю себе, кто бы мог
так рано.
— Вообще о генералах, ваше превосходительство, в общности… то есть, говоря собственно, об отечественных генералах, — сказал Чичиков, а сам
подумал: «Чтой-то
я за вздор
такой несу!»
— Как, губернатор разбойник? — сказал Чичиков и совершенно не мог понять, как губернатор мог попасть в разбойники. — Признаюсь, этого
я бы никак не
подумал, — продолжал он. — Но позвольте, однако же, заметить: поступки его совершенно не
такие, напротив, скорее даже мягкости в нем много. — Тут он привел в доказательство даже кошельки, вышитые его собственными руками, и отозвался с похвалою об ласковом выражении лица его.
— Да если вам свободно,
так поедем со
мной, — сказал Чичиков и
подумал про себя, глядя на Платонова: «А это было бы хорошо: тогда бы можно издержки пополам, а подчинку коляски отнести вовсе на его счет».