Неточные совпадения
В формуле К. Леонтьева
есть некоторое эстетическое преувеличение, но
есть в ней и несомненная истина, в ней ставится очень интересная
проблема русской народной психологии.
Проблема Востока и Запада в сущности всегда
была основной темой всемирной истории, ее осью.
Но
есть другая сторона в моральной и психологической
проблеме жестокости.
Подход к
проблеме войны всегда
был отвлеченно-моралистический, отвлеченно-социологический или отвлеченно-религиозный.
Трудно
было бы даже сказать, что означает отвлеченная справедливость в применении к турецкой
проблеме.
Проблема, стоящая перед человеком, еще сложнее: с механизированной природой не может
быть взаимообщения.
Эта
проблема совершенно неразрешимая на почве материализма, она могла бы
быть разрешима лишь на почве религиозного социализма.
Настоящая
проблема свободы должна
быть поставлена вне награды и наказания, вне спасения или гибели, вне споров Блаженного Августина с Пелагием, Лютера с Эразмом, вне споров по поводу предопределения, которое нужно отрицать в самой изначальной постановке вопроса, отрицать самое слово и понятие.
Для католической и протестантской мысли проблема пола была исключительно проблемой социальной и моральной, но не
была проблемой метафизической и космической, как была для мысли русской.
Неточные совпадения
— Теперь дело ставится так: истинная и вечная мудрость дана проклятыми вопросами Ивана Карамазова. Иванов-Разумник утверждает, что решение этих вопросов не может
быть сведено к нормам логическим или этическим и, значит, к счастью, невозможно. Заметь: к счастью! «
Проблемы идеализма» — читал? Там Булгаков спрашивает: чем отличается человечество от человека? И отвечает: если жизнь личности — бессмысленна, то так же бессмысленны и судьбы человечества, — здорово?
Попытка во что бы то ни стало осилить рационально недомыслимую тайну Божества в мире, сделать ее понятной неизбежно ведет либо к противоречиям, либо же к явному упрощению и снятию
проблемы (как в монизме); вот почему непротиворечивой рациональной метафизики, имеющей дело с предельными
проблемами мирового бытия, никогда не бывало да и
быть не может.
Трудность философской
проблемы догмата и состоит в этой противоречивости его логической характеристики: с одной стороны, он
есть суждение в понятиях и, стало
быть, принадлежит имманентному, самопорождающемуся и непрерывному мышлению, а с другой — он трансцендентен мысли, вносит в нее прерывность, нарушает ее самопорождение, падает, как аэролит, на укатанное поле мышления.
Невольно возникает вопрос:
быть может, именно здесь, в природе отношений, существовавших между культом и искусством, и разрешалась религиозная
проблема искусства, и искусство,
будучи храмовым, тем самым
было и теургическим?
В споре между Платоном и Аристотелем, по существу,
была поставлена основная
проблема космологии — о софийности твари.