Брак по любви

Моника Али, 2022

Новая книга Моники Али, автора ставшего всемирным бестселлером романа «Брик-лейн», – это «полифоничный портрет современного британского общества на фоне приготовлений к свадьбе, которая должна объединить две семьи из двух весьма далеких друг от друга миров» (Publishers Weekly). Ясмин и Джо – коллеги, молодые врачи. Невеста выросла в консервативной индийской семье, в то время как мать жениха – активная феминистка, известная своими полиаморными увлечениями. Встреча этих двух миров еще на стадии подготовки к торжественному событию приводит к серии неожиданных последствий и переосмыслению каждым из героев своего прошлого и настоящего.

Оглавление

Темы, которых нельзя касаться

Ариф взял с нее клятву хранить молчание. Она единственная, кому он рассказал. Люси на пятом месяце, и Ариф уже два месяца знал, что станет папой. Люси купила переноску и выбирает имя для ребенка.

«Она так счастлива», — сказал Ариф, изогнувшись.

«Это хорошо», — ответила Ясмин.

«Я знаю, — с явной тоской сказал Ариф. — Я знаю».

Ясмин лежала в постели, заново перебирая все это в уме.

Ей удалось вызвать брата на откровенность по поводу Люси и ее семьи. Не было никакого смысла подливать масла в огонь, задавая ему практические вопросы вроде того, что же он все-таки намерен делать, как собирается растить ребенка, ведь он сам так и не повзрослел. Оказалось, что Ариф встречается с Люси почти год. «Дольше, чем вы с Джо», — заметил он, словно это имело какое-то значение.

Люси работала секретаршей в приемной ортодонтической клиники в Элтеме и жила с мамой и бабушкой в двухэтажной квартирке в Моттингэме. Бабушку звали Шила, но все называли ее Ла-Ла — таков был ее сценический псевдоним, она была танцовщицей в труппе под названием «Ноги и К°», выступившей в «Поп-верхушке», когда эта передача была одной из самых популярных на телевидении. Ла-Ла не входила в основной состав, а только время от времени заменяла заболевших, но могла бы выйти замуж за музыкального продюсера или даже за поп-звезду (видимо, ее воздыхатели все время менялись), если бы не влюбилась и не выскочила замуж за местного парня, молочника, хотя ей делали предложения участники таких групп, как The Specials, Mott the Hoople и Ultravox. Поразмыслив над этим, Ариф сел в кровати. Звучит не особо правдоподобно, сказал он, ведь все эти группы играют в разных стилях: синтирок, глэм-рок и ска, — так что, казалось бы, у них у всех должны быть разные вкусы, но всяко бывает, тем более Ла-Ла даже в своем возрасте выглядит потрясно, от нее-то Люси и унаследовала свою внешность.

При этих словах он просиял. Ясмин поддерживала разговор, и оба по молчаливой договоренности избегали тем, которых еще нельзя было касаться, и обходили пути, которые могли привести их к Ма и Бабе, а возможно, и к зияющей бездне.

«А что стало с молочником?»

«Сбежал с какой-то шалавой из Колдхарбора, которая выиграла на футбольном тотализаторе».

«Бедняжка Ла-Ла».

«Да не, через пару лет они друг друга возненавидели. А вот Джанин, маме Люси, тяжело пришлось».

Пора спать. Ясмин уставилась на занавески. Ma сшила их, когда Ясмин было лет десять, — синие с веточками жасмина, официального цветка Западной Бенгалии. Когда она их повесила, занавески оказались короткими, словно брюки, ставшие слишком маленькими, так что ей пришлось распустить подгибку и в лунные ночи свет проникал сквозь дырочки в ткани на месте распущенных швов.

Тони, отец Люси, работал мойщиком окон на высотках Сити, и, когда ей было всего шесть месяцев, его трос оборвался. Люси не успела его узнать, но все равно носила в сумочке его фотографию. Слушая Арифа, могло показаться, что Тони — идеальный отец, святой покровитель, карманный талисман.

Получив компенсацию от работодателя Тони, Джанин выкупила муниципальную квартирку и выкрасила входную дверь в красный цвет, чтобы она отличалась от темно-коричневых дверей прочих арендаторов. Она красила ее каждые пару лет, но сейчас большинство квартир были выкуплены, и входные двери стали разными. Джанин достали все эти кричащие цвета, и она подумывала вернуться к коричневому.

Роды через четыре месяца.

За два месяца до свадьбы.

Нужно придумать, что теперь делать Арифу. Господь свидетель, сам он не разберется. Может, лучше сначала рассказать все Ма, а та пусть расскажет Бабе? Или сразу рассказать обоим?

Если Ариф устроится хоть на какую-то работу, улучшит это ситуацию или усугубит? С одной стороны, тем самым он проявит ответственность. С другой стороны, это покажет, что он лишил себя выбора и загнал в ловушку. Допустим, прежде чем огорошить родителей, он поступит еще в какой-нибудь университет — смягчит ли это удар?

Ариф будет откладывать любые решения до последнего. Так и будет отсиживаться у себя в комнате, прячась от реальности, а потом обрушит на головы родителей эту бомбу, которая затмит все остальное.

Усилиями Гарриет, Ма, имама Сиддика и Арифа с младенцем свадьба будет испорчена.

Закрыв глаза, Ясмин перевернулась на бок и прижала к груди подушку. Свадьба — это всего лишь день. Один-единственный день в целой жизни. Ничего страшного. Пусть даже свадьба пройдет ужасно. Ясмин повезло. Она любит Джо, а он любит ее, и им не из-за чего беспокоиться.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я