Исламизм

Исламизм (араб. الإسلام السياسي‎ — политический ислам) — религиозно-политическая идеология и практическая деятельность, направленные на создание условий, при которых любые противоречия внутри общества и государства, где есть мусульманское население, а также межгосударственные отношения с их участием будут решаться на основе норм шариата.

Модификации исламизма разной степени радикальности являются идеологией таких партий, как Братья-мусульмане, Эн-Нахда в Тунисе, Партия свободы и справедливости и Аль-Нур в Египте, Партия справедливости и благоденствия в Индонезии, Партия справедливости и развития (Марокко), Ислах в Йемене, Джамаат-и-Ислами Бангладеш, Джамаат-и-Ислами в Пакистане, Союз строителей исламского Ирана, Хезболла в Ливане, ХАМАС в Палестине, Национальный конгресс Судана, Исламский освободительный фронт моро, Партия исламского возрождения Таджикистана, Исламское государство Ирака и Леванта в Ираке и Сирии, и Абу Сайяф в Филиппинах.

Источник: Википедия

Упоминания в литературе

Более долгосрочный политический вызов, прежде всего в мусульманских странах с преобладанием суннитского населения, может исходить от популистских движений, исповедующих «исламизм»[19] в качестве всеобъемлющей политической идеологии, не ставящей целью учреждение теократии как таковой. Возглавляемые обычно представителями светской интеллигенции, эти движения отличаются наступательным популизмом с религиозным оттенком. Исламисты регулярно открыто критикуют религиозный фундаментализм, считая его реакционным и в конечном итоге обреченным на поражение, они стремятся предложить свой, основанный на мусульманских ценностях путь решения современных социальных и политических дилемм, которые, по их мнению, почти полностью игнорируются фундаменталистами-теократами. Неудивительно, что дело популистов, у которых интенсивность религиозных чувств дополняется социально-политической доктриной, находит заметный отклик в беспокойных душах молодого поколения.

Збигнев Бжезинский, Выбор. Стратегический взгляд (сборник), 2004

Близкой точки зрения придерживается и Г.И. Мирский, который в нескольких своих публикациях достаточно скептически оценивает готовность исламской цивилизации гармонично включиться в процессы глобализации. В целом он верно отмечает разнообразие ислама, потенциальную возможность различных вариантов толкования его постулатов. Но, по существу, выделяет лишь исламский фундаментализм как реально существующую реакцию на неспособность режимов решить проблемы мусульманских стран и покончить с вестернизацией. Нынешнее состояние мусульманского мира перед лицом глобализации автор описывает лишь сквозь призму подъема исламского экстремизма, который он вслед за западными исследователями называет исламизмом и фундаментализмом (хотя и призывает не путать последний с политическим радикализмом). Никаких других реакций ислама на глобализацию не отмечается. Поэтому его ремарка относительно возможности разного понимания исламских догм остается простой гипотезой. Более того, ученый, по сути, не видит никаких перспектив поступательной духовной эволюции современного ислама, которая позволила бы мусульманскому миру все же включиться в процессы глобализации в роли не изгоя, а полноценного участника. Иные, кроме радикальных, течения современной исламской мысли остаются за пределами его внимания. Симптоматично, что Г.И. Мирский приходит к выводу (правда, никак не аргументируемому) о невозможности опровергнуть призывы экстремистов догматически обоснованным исламским инструментарием[9].

Леонид Сюкияйнен, Глобализация и мусульманский мир: оценка современной исламской правовой мысли, 2012

Постепенно сложились координирующие центры исламизма, действующие на международном уровне, – саудовская Лига исламского мира (ЛИМ), координирующая деятельность массы саудовских и родственных, например кувейтских, катарских, эмиратских благотворительных организаций, среди которых в связи с дестабилизирующей активностью в разных странах мира дали о себе знать «Аль-Харамайн», «Ибрахим Аль Ибрахим» и другие; иранская организация «Силы Коде» (от арабского названия Иерусалима аль-Кудс), входящая в Корпус стражников исламской революции; Народная исламская конференция. Последняя организация примечательна тем, что во многом стала результатом сотрудничества исходно просаудовских (ваххабитских) и исходно проиранских сил, не говоря уже о ряде националистических арабских группировок, в том числе левого толка. Идеологической базой сближения во многом несовместимых течений исламизма (саудовско-ваххабитского и шиитско-имамитского) стала проводимая иранским руководством линия на конвергенцию между различными исламскими направлениями. Что касается организационных связей, то, по сведениям британской исследовательской группы Джейнз, в феврале 1998 года Усама бен Ладен (теоретик и практик исламизма ваххабитского толка) подписал договор о сотрудничестве с одним из «высокопоставленных руководителей» Корпуса стражников исламской революции. К международной исламистской активности подключился и ливийский лидер Муамар Каддафи с его «Всемирным исламским народным руководством». Но все-таки единого глобального координирующего центра исламизма сейчас не существует. Относительное единство всемирного исламистского движения обеспечивается идеологически – самим исламизмом.

Александр Игнатенко, Ислам и политика: Сборник статей, 2004

Тенденция к религиозному возрождению в современном исламе отражает ход социальных перемен в исламском мире. Воспитанные в традиционном духе улемы оказались неспособными инкорпорировать современные реформаторские идеи общества в традиционную доктрину, игнорируя многовековую мудрость, позволявшую улемам прошлого вписывать нормы Закона (шариата) в реалии политической власти и ситуации повседневной жизни. Более того, мы являемся свидетелями того, как традиционной исламской доктрине приписывается множество идей, заимствованных из немусульманских духовных традиций. При этом традиционные формы исламской духовности, которые когда-то были так изысканно представлены братствами суфиев, отягощаются до неузнаваемости идеологизацией ислама на политическом уровне с использованием чуждой исламу символики. Этой идеологии, которую часто называют исламским фундаментализмом, больше подходит название «исламизм», где латинский суффиксизм удивительно точно отражает трансформацию истинных исламских реалий в политическую идеологию, лишенную духа и буквы Господнего руководства. Исламизм – это не ислам! И это важно понять, хотя границы, разделяющие эти два понятия, часто размываются самым изощренным образом в угоду политическим интересам определенных властных образований.

Иман Валерия Порохова, Понятийный подстрочник к Корану, 2017

Самый первый вопрос был задан одним из студентов: «Что же теперь мы можем с этим поделать? Как мы сейчас можем преодолеть вражду между турками и армянами?» Этот вопрос вызвал оживленное обсуждение и новые вопросы аудитории: следует ли Турции принести официальные извинения за Геноцид армян? Когда это нужно сделать? Что выиграет Турция от принесенных извинений? Я ответил, что в настоящее время перед ней стоит слишком много проблем – война с курдами, проблема Кипра, вступление в Европейский союз, исламизм, проблема бедности. Поэтому Турция должна покончить с этим давно наболевшим вопросом и официально признать факт совершения Геноцида – события более чем 80-летней давности. Это разрядило бы атмосферу в отношениях между армянами и турками и способствовало бы вступлению Турции на правах полноправного члена в сообщество современных наций.

Группа авторов, Империя и нация в зеркале исторической памяти: Сборник статей, 2011