Глава 4 — Все эти женщины
ДАНИИЛ
Настоящее время
На секунду закрываю глаза.
— Ты согласен?
Открываю. Снежана по-деловому смотрит на меня. Умирание откладывается.
— Ну что?
— Нет.
Она артистично приподнимает брови — ну чисто Вивьен Ли!
— В смысле? Я же сказала, что о цене договоримся. Не за спасибо предлагаю числиться моим мужем.
— Бред какой, — я прислоняюсь спиной к стене. — Снежана. Нет. Меня это не интересует.
Она лукаво улыбается.
— А если я предложу аааавтомобиль? — пародирует она знаменитого ведущего.
А если я скажу, что меня всё задолбало?
— Развод через госуслуги оформим, или мне в суд идти?
— Это неправильный ответ. Торгуйся со мной, — морщится Снежана.
— Значит, через суд.
Иду к двери.
— Я не дам тебе развод, — слышу позади себя вредное.
Снова оборачиваюсь. Так я никогда не выйду из этой палаты.
Зачем-то ведусь на провокацию:
— Твое согласие и не потребуется в суде.
— Уверен? — фыркает Снежана, и удобно устраивается на койке.
Пледик поправляет. Розовый.
Какая милота, — язвлю про себя.
— Мы с тобой ничего не успели нажить. Так что да, я уверен.
— А если я, например, беременна? — довольной кошкой мурлычет она сонно.
Издевается. Не девчонка, а Сатана!
— Так выходи замуж за того, от кого ты «например беременна»!
— А я от мужа беременна. От законного. Документик могу в суд принести, ничего сложного.
— Документик твой липовый я оспорю. Напоминаю: я врач. Связи и у меня имеются, — парирую я.
— Почему же липовый? Видишь ли, мой дорогой муж, женщины имеют такую замечательную функцию — беременеть и по-настоящему. Захочу — залечу.
Злость моя трансформируется в веселье. Забавный спор. А уж угрозы-то какие пошли!
— Ты готова пойти на такие жертвы? И ради чего?
— А это уже мое дело. Вот представь: ты затеешь суд, и с кем — с беременной женой. Какой позор для уважаемого врача, — она смешно прижимает ладони к щекам, и становится похожа на известный смайл.
— Ну вперед, повышай демографию. А я рискну все же решить нашу проблему через суд.
— Даниил, ну пожалуйста, — Снежана молниеносно меняет тактику на просительную. — От тебя ничего не потребуется, просто несколько месяцев не затевать развод. Всё! Что в моей просьбе такого невыполнимого? Выручи меня!
— Зачем тебе это?
— Меня замуж хотят выдать, — грустно отвечает Снежана.
— Так откажи.
— Я отказала! — вскидывается она, и тихо добавляет: — Не помогло.
Подробностей мало, но догадаться несложно: отчим решил выдать Снежану за кого-то из своих друзей. В Грузии я бывал, в городах народ современный, сами решают кого любить и на ком жениться. Но в диаспорах за рубежом всё устроено примерно как два века назад. Традиции хранят.
Но насильно выдать замуж — это вряд ли случится.
— Откажи еще раз. Или сотню раз. В какой-то момент твоя семья смирится.
— Ты их не знаешь!
— Тебе пистолетом угрожают? Говорят, что насильно женят, и в горы увезут?
Снежана отрицательно качает головой.
— То есть, для тебя опасности никакой нет? — пылю.
— Для меня — нет. Но…
— Вот и отлично, — перебиваю её. — Взрослая жизнь — она такая, нужно уметь себя отстаивать, Снежана. И при этом не впутывать в свои мелкие проблемки других людей. Так что, онлайн или через суд, спрашиваю последний раз?
— То есть, ты мне отказываешь?
— Отказываю.
— Удачи с судом, — Снежана поворачивается на койке боком спиной ко мне.
Очередная манипуляция.
Заглядываю в ординаторскую, и мстительно прошу приятеля:
— Вколи принцессе витамины. Внутримышечно, без лидокаина. С меня ответная услуга.
Он кивает с усмешкой.
Из больницы я выхожу с неприятным осадком. Словно незаслуженно её обидел.
Но я, черт возьми, прав!
После неотвеченных и заблокированных звонков. После унизительных бесед с охранниками её университета, работы, посёлка. После всего этого — неужели Снежана рассчитывала на моё согласие поучаствовать в её бредовой затее?
Я абсолютно верно решил побыстрее окончить наше с ней знакомство.
Но гребаный осадочек вины остается.
А в воскресенье, когда я выхожу на смену, моя вина испаряется. Потому что Снежана устраивает мне очередной сюрприз.
Рабочий день начинается стандартно: один вылет, возвращение в Центр, консультация. И очередная стычка с Ирой. Но теперь игнор включаю я.
— Кокорин просил набрать его. Одному из пациентов нужно скорректировать терапию. Козырю, кажется. В общем, позвони ему, — выплевывает Ира, в очередной раз войдя в мой кабинет.
И не выходит. Взглядом упрекает.
Поменялась бы ты с кем-нибудь сменами, дорогая!
Киваю, смотрю на дверь с намеком.
Намек Ира предпочитает не замечать.
При бывшей, мнущейся у двери, звоню Кокорину, с которым обсуждаем терапию Козыря. И одновременно с этим думаю, как решить проблему с Ириной. Поговорить еще раз? Попросить поменять ей график, чтобы поменьше пересекаться?
Благо, со Снежаной почти покончено. Лишь бы завтра не было вылетов. Будет свободный день, заеду к мировому судье и подам исковое.
Разберусь со Снежаной, а затем и за Иру возьмусь.
Твою мать! Рассуждаю как маньяк!
— Дань, — Ира медленно подходит ко мне, когда я заканчиваю разговор с Кокориным. — Даня, ты извини меня, я опять психанула сегодня.
Киваю. Прощена, только выйди уже.
Не выходит. О-па, даже халат успела расстегнуть на три пуговицы. Я не пубертатный, но все равно реагирую.
— Я такая истеричка, жуть. Просто я себя обманутой почувствовала, Дань. Но я тебе верю, — говорит она тихо, и присаживается на край моего стола. — Верю, что женили тебя по ошибке. И что ничего у тебя с той девкой не было. И в развод верю. Ты же развелся?
Откидываюсь на стуле. Думаю.
А может, расслабиться? С Ирой у меня намечалось что-то настоящее, мне нравилось возвращаться в дом, где меня ждут. И просыпаться не рядом с временной подружкой, к которой я равнодушен. И не в одиночестве.
— Так развелся, или нет, Дань? Если еще не оформил развод — я подожду. Только не тяни долго, — Ира грустно улыбается, гладит мою ладонь. — Мне невыносима сама мысль, что ты принадлежишь другой. Пусть и только по документам. Давай помиримся? Я больше не буду так себя вести.
Детское обещание. А от женщины — невыполнимое. Но, может, у нас еще есть шанс.
— Ир, — начинаю, но меня прерывает стук в дверь. — Войдите.
В открывшийся проем двери заглядывает наш дежурный. Смотрит на Иру, и кивает мне:
— Дань, к тебе пришли. Ты бы вышел.
— Кто? — поднимаюсь. Ира тоже спрыгивает со стола, и поправляет халат.
Дежурный мнется.
— Пациент. Поблагодарить, наверное, хочет.
— Пусть зайдет, пригласи.
— Нет. Ты лучше сам выйди, — бормочет, снова бросая взгляд в сторону Иры, и закрывает за собой дверь.
— Потом поговорим, Ир.
Выхожу из кабинета, никого рядом с ним нет.
А вот в проходной, у поста дежурного рядом с кофе-автоматом…
Снежана! Цветущая, в оранжевом платье с воланами, в волосы вплетен шелковый платок. Губки блестят, глаза блестят. Даже смуглые скулы блестят.
Испанка!
— Даня, — громко и радостно окликает меня Снежана. И идет ко мне. — Держи пакеты, здесь роллы, пицца, пирог и тирамису.
— Ты что здесь забыла? — наклонившись над ней, тихо рычу.
— Здравствуйте, — она обаятельно улыбается кому-то за моей спиной. — Дань, ты забыл? Мы же договорились, что отметим нашу свадьбу с твоими коллегами. Держи пакеты, веди меня в ординаторскую, или где вы отдыхаете. И зови коллег. Мне не терпится с ними познакомиться.
И только я собираюсь вытолкать эту змеюку из Центра, как слышу за спиной:
— Здравствуйте и вы. Даниил, я не ослышалась — ты женился?
Оборачиваюсь, встречаюсь взглядами с тетей, которая по совместительству еще и заведующая.
А за ней стоит бледная Ира.
Ну, класс. Убейте меня.
