Непокорное Эхо
Лидия Петровна Будрик, 2017

Как заставить себя полюбить нелюбимого и совсем чужого тебе человека, когда ты любишь и любима другим? Вера и Ваня мечтают о счастье. На Покров они загадали сыграть свадьбу, но их планы рухнули, как только барин узнал, что в их селе живет эта юная красавица. На какой отчаянный шаг решилась девчонка, и что уготовила ей судьба-судьбинушка? Эта книга посвящается всем девушкам, которых когда-то выдали замуж против их воли.

Оглавление

Глава 5. На водопое

Вера проснулась, потерла своими маленькими кулачками глаза, легонько потянулась и, откинув одеяло в сторону, присела на кровати. Она сразу осмотрела свою пораненную ногу и поняла, что повреждение не такое уж и сильное. Тут же встала, взяла платье со стула, спешно надела его на себя и, прихрамывая, пошла по дому.

Антонина Павловна сидела за столом и пила чай. Завидев дочь, тут же спросила:

— Что случилось с тобой вчера?

— В темноте наступила на что-то острое и поранилась, — призналась девушка и присела перед ней на стул.

Та склонила голову, приподняла подол ее платья, положила ее ногу себе на колено и стала осматривать рану.

— К бабушке надо. Она травку даст, приложишь, и все пройдет.

— Не дойду я до бабушки, — по-доброму возразила она.

— Зачем так поздно возвращалась? — заругалась на нее мать. — Шла бы днем, так и не поранилась бы.

— Помогла ей в доме: постирала все, пересушила, двор убрала, подмела. Пирогов напекли с ней вместе, хлеба, — стала перечислять она, из-за чего задержалась так поздно в Воронино. — В огороде траву прополола.

— Тогда заночевала бы у нее.

— А вы волновались бы.

— Ладно, — сказала Антонина Павловна, — попрошу Степана, отвезёт тебя на лошади.

— Да нет, не стоит, — запротестовала сразу Вера, — подорожник привяжу, и все пройдет.

— Ну смотри, — согласилась женщина и, вздыхая, призналась, — я-то думала, ты к барыне сходишь, заказ ей отнесешь.

Услышав про заказ и про Громовых, Вера не на шутку перепугалась. Она вспомнила встречу с их сыном и растерянно ответила:

— Маменька, может, ты сама отнесешь?

— Что теперь делать, — смотрела на нее мать, — отнесу к вечеру.

— А я по дому приберусь! — радостно пообещала девчонка и вздохнула с облегчением.

— Ты лучше белье дошей, что барыня заказала. Они, видать, молодого барина обженить намереваются. Вот и шьют, обшивают все для свадьбы. Наверное, их — то портнихи не справляются.

— А они у них неумехи! — на веселой нотке ответила девушка и налила себе в кружку чай. — Не шить, не вышивать не умеют.

— Пойду, может, барина молодого увижу. Дюжа мне хочется на него поглядеть. Уж около десяти годков в родном доме-то не бывал.

— Вот и славненько, — тихо шепнула Вера.

— Что? — не расслышала ее слов матушка.

— Я говорю: сходи, посмотри, — весело отозвалась дочка и встала со стула.

Она словно пушинка выпорхнула из дома и скрылась в сенцах, напрочь забыв про больную ногу.

Антонина Павловна проводила ее взглядом, улыбнулась и, вздыхая, сказала:

— Вот шальная!

А Вера спешила на речку, она знала, что в это время Ваня водит лошадей с барской конюшни на водопой. Она так хотела увидеть любимого друга, поговорить с ним, прижаться к нему, ведь они не виделись целый день, и уже успела соскучиться по нему.

Слегка прихрамывая, она пробежала по тропинке, вышла к реке и еще с пригорочка увидела своего любимого Ванечку. Он, закатав штаны, стоял в воде и мыл барского жеребца.

В небе ярко светило солнце, отражаясь в реке яркими полосками света. Стояла теплая июньская погода. По небу плыли редкие легкие облачка, а в воздухе пахло нескошенными травами и цветами.

Где-то на лугу громко заржал конь, а ему эхом тут же отозвалась кобыла. Животные словно переговаривались, словно давали понять друг другу, где они находятся.

Вера приподняла подол своей длинной юбки, тихонько спустилась с пригорка вниз, подбежала к реке и, осторожно ступая по воде, подкралась к парню сзади. Она ущипнула его за спину, а тот вздрогнул от неожиданности, резко обернулся и, увидев любимую, мгновенно расплылся в радостной улыбке.

— Доброе утро, — мило прощебетала Карнаухова и прильнула к нему.

— Доброе утро, — отозвался Никулов и бросил тряпку в воду.

Он мокрыми руками обнял её за плечи и нежно прижал к себе, да так и застыли они, по колено стоя ногами в воде.

— Где ты вчера была? Я тебя ждал, ждал, — с упреком сказал Ваня.

— К бабушке в Воронино ходила, надо было помочь, — ласково пояснила она.

— Помогла?

— Помогла.

— Как ты не боишься одна ходит так далеко?

— Зверей я не боюсь, да и безобидные они сейчас. А от людей, если их вижу, сразу прячусь.

— Верка, я боюсь за тебя, — честно признался парень.

— Я же здесь с тобой, чего же ты боишься? Я вернулась, я стою в твоих объятиях, и тебе нечего бояться.

Никулов тяжело вздохнул, потом немного помолчал и тихо сказал:

— Я к дому подходил, а ты даже и не выглянула в окошко.

— Я по дороге ногу поранила, да и устала сильно. Пришла, упала на постель и мгновенно уснула.

— А что с ногой? — заволновался сразу Иван.

— Да так, пустяки, — отмахнулась она. — В темноте на камень наступила, но идти было очень больно.

— А ко мне утром барин молодой приходил сюда. Купался тут в реке. Вода такая леденющая, а он скинул одежду и нырь в воду! И поплыл так красиво.

Услышав про барина, Вера насторожилась. Она поняла, что не сможет рассказать Ване про ту вчерашнюю их встречу по дороге из Воронина. И, не зная зачем, тут же спросила:

— И какой он?

— Вообще… такой здоровый, крепкий, приятный в разговоре и красивый, — выпалил Ваня.

— Так уж и красивый? — с усмешкой переспросила она.

— Тут не соврешь! И на вид, такой добрый, понимающий. Барин и барыня по случаю его приезда гостей назвали, а он от них в лес ускакал. Вот они тут переполох устроили! Все его искать стали! На деда Никодима накричали! Гости расстроенные по домам разъехались! А он вернулся уже затемно. А сейчас опять в Воронино ускакал.

— А чего ему в Воронино надобно? — пытала его Вера.

— Он же врач. Наверное, хочет знать, может, кому помощь его нужна?

— И откуда ты, Ванечка, все знаешь?

— Дед Никодим рассказывает, а ему кухарка все передает. Придет и смеется, если, что смешное за ними услышит. Так тихонько поведает, вот все и знают, что у них там происходит.

— Это же нечестно! — возмутилась Карнаухова. — Тебе люди доверяют, посвящают в домашние тайны, а ты их по всему свету разносишь?

— Ну… она же не по всему свету, а только нам.

— Все равно не честно, а даже подло! Вот ты хотел бы, чтобы все знали, что у вас дома происходит?

— Нет.

— Вот! — с упреком смотрела на него девушка. — А чужие тайны знать необязательно!

— Хорошо, правильная ты моя, — с улыбкой ответил Ваня, — я больше не буду слушать ее сплетни.

— Я пойду, — мило пролепетала Вера и прильнула к его груди, — а-то маменька заругает.

— Вечером придешь на луг?

— Работы много, барыня столько заказов надавала.

— Вчера невест привозили на смотрины наследнику, вроде как в гости, а он должен был выбрать одну из них себе.

— И что, выбрал? — осторожно поинтересовалась она.

— Он же сбежал от них! — напомнил парень весело. — Если бы какая приглянулась, не ускакал бы на Буяне от своих фрейлин.

— А ты от меня никуда не ускачешь? — смотрела на него девушка влюбленным взглядом.

— От тебя никуда и никогда! — тихо шепнул парень и засмотрелся в ее красивые глаза.

Карнаухова кокетливо улыбнулась, сразу отстранилась от него, резко сделала шаг назад и пошла по воде к берегу. Она вышла на сушу, уже там обернулась и, махнув другу рукой, громко пообещала:

— Постараюсь выйти вечером!

— Я буду ждать! — выкрикнул Никулов ей вслед.

Она легкой походкой прошла вдоль берега, проворно поднялась в гору и вышла к селу. На ходу сорвала подорожник, торопливо прошлась по улице и, уже вскоре очутилась у своего дома. Девушка радостная вошла во двор, остановилась у лавки и с ходу стала осматривать свою рану. Поняла, что зря пренебрегла поездкой к бабушке, зная, что та быстренько бы ее вылечила. Но бабушка далеко, а рану надо лечить немедленно, пока не началось воспаление. Тогда точно придется к барину обращаться, а этого она, на данный момент, желала меньше всего.

Вера помыла подорожник, омыла рану водой и, приложив к ней лист, примотала его длинным лоскутом, что остался от пошива новой юбки. Потом осмотрела свою работу, улыбнулась и весело проговорила:

— Куда нам до бариньев! Но свои раны мы и сами вылечим. А вы уж, Григорий Владимирович, лечите тех, кто вас попросит. А нам ваши услуги не надобны!

А сама весело встала, еще раз оглядела свою ногу и пошла дошивать для барыни белье.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я