Цитаты со словом «пушкинский»

Мысль ежегодно праздновать пушкинский день — хорошая мысль, ибо значение Пушкина для русской литературы и русского народа неисчерпаемо.

Я хочу сказать несколько слов о Тарасе Шевченко как переводчик. По важности, непосредственности действия на меня и удаче результата Шевченко следует для меня за Шекспиром и соперничает с Верленом. Вот с какими двумя великими силами сталкиваюсь я, соприкасаясь с ним. Из русских современников и последователей Пушкина никто не подхватывал с такою свободою Пушкинского стихийного развивающегося, стремительного, повествовательного стиха с его периодами, нагнетаниями, повторениями и внезапно обрывающимися концами. Этот дух четырехстопного ямба стал одной из основных мелодий Шевченки, такой же природной и непреодолимо первичной, как у самого Пушкина. Другой, дорогой для меня и редкостной особенностью Шевченки, отличающей его от современной ему русской поэзии и сближающей его с позднейшими ее явлениями при Владимире Соловьеве и Блоке, представляется глубина евангельской преемственности у Шевченки, которою он пользуется с драматической широтой Рембрандта, Тициана или какого-нибудь другого старого италианского мастера. Обстоятельства из жизни Христа и Марии, как они сохранены преданием, являются предметом повседневного и творческого переживания этого большого европейского поэта. Наиболее полно сказалась эта черта в лучшем из созданий «кобзаря», поэме «Мария», которую я однажды был счастлив перевести, но можно сказать, что у Шевченки нет ни одной строчки, которая не была бы овеяна тем же великим освобождающим духом.

«Не надо забывать, что прочно только то, что корнями своими гнездится в народе… Народ бессознательно копит материалы для созданий, удовлетворяющих высшим потребностям человеческого духа. Мне было весьма приятно услышать на Пушкинском празднике подробность его биографии, дотоле мне неизвестную, именно: под конец жизни он записывал народные выражения, прислушивался, как говорит народ. "Надо учиться русскому языку у просвирен" — его подлинные слова. Эти слова мы должны помнить и обращать свои взоры к народу. При этом условии знакомство с европейским искусством окажет нам неоценимую услугу, такую же, какую оно оказало Пушкину, Тургеневу»

Я Акунина знал, когда он еще был ученым секретарем нашей редакции «Пушкинская библиотека», выпустившей сто томов русской литературы. Меня в его детективах привлекает то, что у его сыщика как у государственного человека есть ответственность за порученное дело, за интересы страны. Ответственность — понятие, которое практически исчезло сейчас.

Поэты всегда приходят своевременно — понимают наши внуки через несколько десятилетий, веков… когда уже имеем перед собой лишь произведения и портрет поэта… легенду о нем.

Проза занимает место в литературе только благодаря содержащейся в ней поэзии.

Всё прочее — литература! (Из стихотворения «Искусство поэзии»)

Из научных произведений читайте самые новые, из литературных — наиболее старые. Классическая литература не перестает быть новой.

Классические произведения живы до сих пор не художественностью и вымыслом, а правдивым изображением эпохи. Художественность, как и любовь, — приправа для основной идеи произведения.

Мы все пишем стихи; поэты отличаются от остальных лишь тем, что пишут их словами.

Главное горе портретной фотографии — это что люди стремятся изобразить собой, что они «снимаются». А в литературе этому точно соответствует, когда писатели «сочиняют». Пошлее этого сочинительства нет ничего на свете.

…Осип Перельман, который стал Осипом Дымовым, взяв себе чеховский псевдоним, как понятно, поскольку искал некоего преодоления своей биографической данности, своей биографической конкретности, входа в русскую литературу.

Нет понятия «плагиат»: само собой разумеется, что все произведения — произведения одного автора, вневременного и анонимного.

Драма — это поэзия поведения, роман приключений — поэзия обстоятельств.

… поэты и сами ещё ни разу не договорились о том, что такое поэзия.

Каждое художественное произведение принадлежит своему времени, своему народу, своей среде.

Я считаю, что Виктор Цой, в первую очередь, это поэт, причём поэт фантастический по точности, по попаданию в дух времени.

Я часто обращаюсь к научной фантастике, потому что эта литература располагает необходимым для меня набором художественных приемов, близких сюрреализму.

Красивая жена и, вместе с тем, верная — такая же редкость, как удачный перевод поэтического произведения. Такой перевод обыкновенно некрасив, если он верен, и неверен, если он красив.

Достоевский и Гоголь — писатели с воображением, Пушкин, Толстой, Тургенев исходили от натуры. Я пишу исключительно о своем опыте, у меня нет никакого воображения.

Герои подобно произведениям искусства кажутся более великими через пространство веков.

Хороший поэт тем и отличается от плохого, что все его стихи отмечены печатью личности — значительной, законченной, многогранной.

Редко какой другой писатель с мировым именем мог так же, как он, обнаружить прасущность поэзии — то будничное, чем пропитан наш обычный день.

Его жизнь можно считать более выдающимся юмористическим творением, чем его творчество.

Сочинители афоризмов, в большинстве своем, красоту мысли ставят выше точности и справедливости.

Простота, правда и естественность — вот три великих принципа прекрасного во всех произведениях искусства.

Как они, Гоголь, Пушкин, заслонили собой почти всех, кто писал одновременно!

Настоящие писатели всегда стремились выразить не себя, а через себя мысли и чувства современников.

— В чтении нужна обязательно глубокая заинтересованность и личностью автора и его рассказом, от читающего нужна какая-то окрылённость, творческий порыв.

Даже величайший шедевр литературы — всего лишь приведённый в беспорядок словарь.

Подлинная история писателя содержится в его книгах, а не в фактах биографии.

Тот, у кого люди вызывают любопытство, а не любовь, должен писать афоризм, а не романы.

Великий художник — это явление, стоящее над временем. Его современность обусловлена всего лишь его языком, а не его проблематикой.

Поэзия — это то, что теряется при переводе.

Ведь что же такое поэзия, как не музыка, переданная словами?

Подлинная нравственность непосредственно поэтична, а поэзия, в свою очередь, — опосредованно нравственна.

Страшно подумать, сколько памятников и произведений искусства погубили революции.

Создание произведения искусства — это взаимопроникновение личности автора и личности его героя.

Я сказал бы писателю белорусскому: почему ты, если написал неплохое стихотворение, тащишь его в Москву, а плохое публикуешь здесь?

Если ты напечатал два рассказа в вечерних газетах и одно стихотворение в «Ниве» — не торопись выпускать в свет «Полного собрания» своих сочинений.

Постепенно знакомься с сочинениями известных композиторов.

Фантастика — подлинный язык эпохи Освенцима, Олдермастона и Эниветока.

Я пишу научную фантастику, потому что она даёт безграничный простор моему воображению и могучий толчок моим чувствам; к тому же, фантастам сравнительно легко печататься.

На поприще литературы дойдут еще до того, чтобы платить писателям за то, что они не писали.

Афоризмы — основные идеи ненаписанных произведений.

Совершенно невозможно написать произведение, которое удовлетворило бы всех читателей.

Многогранность, неистощимость на выдумку, логичность и склонность к юмору, а также истинное мифотворчество превратили Роджера Желязны не просто в писателя-фантаста, а в Писателя с большой буквы.

Сложность литературы не в том, чтобы писать, а в том, чтобы писать то, что думаешь.

Для писателя сменить язык — всё равно что писать любовное письмо со словарем.