Неточные совпадения
Так бывает на лицах чиновников во время осмотра приехавшим
начальником вверенных управлению их мест: после того как уже первый страх прошел, они увидели, что многое ему нравится, и он сам изволил наконец пошутить, то есть произнести с приятною усмешкой несколько
слов.
Рук своих он как будто стыдился, и когда говорил, то старался прятать или обе за спину, или одну за пазуху, а другую за спину. Подавая
начальнику бумагу и объясняясь, он одну руку держал на спине, а средним пальцем другой руки, ногтем вниз, осторожно показывал какую-нибудь строку или
слово и, показав, тотчас прятал руку назад, может быть, оттого, что пальцы были толстоваты, красноваты и немного тряслись, и ему не без причины казалось не совсем приличным выставлять их часто напоказ.
Илье Ильичу не нужно было пугаться так своего
начальника, доброго и приятного в обхождении человека: он никогда никому дурного не сделал, подчиненные были как нельзя более довольны и не желали лучшего. Никто никогда не слыхал от него неприятного
слова, ни крика, ни шуму; он никогда ничего не требует, а все просит. Дело сделать — просит, в гости к себе — просит и под арест сесть — просит. Он никогда никому не сказал ты; всем вы: и одному чиновнику и всем вместе.
Бездействующий разум не требовал и не воскрешал никаких других
слов. В этом состоянии внутренней немоты Клим Самгин перешел в свою комнату, открыл окно и сел, глядя в сырую тьму сада, прислушиваясь, как стучит и посвистывает двухсложное словечко. Туманно подумалось, что, вероятно, вот в таком состоянии угнетения бессмыслицей земские
начальники сходят с ума. С какой целью Дронов рассказал о земских
начальниках? Почему он, почти всегда, рассказывает какие-то дикие анекдоты? Ответов на эти вопросы он не искал.
С ужасом услышал я сии
слова: Швабрин делался
начальником крепости; Марья Ивановна оставалась в его власти!
— Прикажи
слово молвить, — сказал Хлопуша хриплым голосом. — Ты поторопился назначить Швабрина в коменданты крепости, а теперь торопишься его вешать. Ты уж оскорбил казаков, посадив дворянина им в
начальники; не пугай же дворян, казня их по первому наговору.
В числе татарских темников, корпусных
начальников, перерезанных в Твери вместе с их войском, по
словам летописей, будто бы за намерение обратить народ в магометанство (намерение, которого они, наверное, и не имели), а по самому делу, просто за угнетение, находился Рахмет.
Макар Семенов стоял как ни в чем не бывало, и смотрел на
начальника, и не оглядывался на Аксенова. У Аксенова тряслись руки и губы, и он долго не мог
слова выговорить. Он думал: «Если скрыть его, за что же я его прощу, когда он меня погубил? Пускай поплатится за мое мученье. А сказать на него, точно — его засекут. А что, как я понапрасну на него думаю? Да что ж, мне легче разве будет?»
Может, Бенкендорф и не сделал всего зла, которое мог сделать, будучи
начальником этой страшной полиции, стоящей вне закона и над законом, имевшей право мешаться во все, — я готов этому верить, особенно вспоминая пресное выражение его лица, — но и добра он не сделал, на это у него недоставало энергии, воли, сердца. Робость сказать
слово в защиту гонимых стоит всякого преступления на службе такому холодному, беспощадному человеку, как Николай.
«У нас всё так, — говаривал А. А., — кто первый даст острастку, начнет кричать, тот и одержит верх. Если, говоря с
начальником, вы ему позволите поднять голос, вы пропали: услышав себя кричащим, он сделается дикий зверь. Если же при первом грубом
слове вы закричали, он непременно испугается и уступит, думая, что вы с характером и что таких людей не надобно слишком дразнить».
По
словам Ядринцева,
начальник завода при приеме каждой новой партии обыкновенно выкрикивал: «Кто хочет оставаться, получай одежду, а кто в бега, тому незачем!» Начальство своим авторитетом как бы узаконивало побеги, в его духе воспитывалось всё сибирское население, которое и до сих пор побег не считает грехом.
Когда генерал-губернатор обходил с
начальником острова кандальные, то последний приказал снять с Блохи ручные кандалы и при этом ваял с него честное
слово, что он уже больше не будет бегать.
В Александровской тюрьме те, которые довольствуются из котла, получают порядочный хлеб, живущим же по квартирам выдается хлеб похуже, а работающим вне поста — еще хуже; другими
словами, хорош только тот хлеб, который может попасться на глаза
начальнику округа или смотрителю.
А меж тем старики да молодые люди женатые, глядя на писаря в беседах девичьих, то и дело над ним издеваются. «Вишь какого, — судят промеж себя, — даровали нам
начальника: ему бы возле подола сидеть, а не земски дела вершать. И девки-то плохи у нас, непутные: подпалили бы когда на су́прядках захребетнику бороду, осрамили б его, окаянного… Да и парни-то не лучше девчонок: намяли б ему хорошенько бока-то, как идет темной ночью домой с девичьих су́прядок. Право
слово, так».
В последнюю мою поездку в Петербург дерптским студентом я был принят и
начальником репертуара П.С.Федоровым, после того как мою комедию"Фразеры"окончательно одобрили в комитете и она находилась в цензуре, где ее и запретили. В судьбе ее повторилась история с моим руководством. Редакция"Русского
слова"затеряла рукопись, и молодой автор оказался так безобиден, что не потребовал никакого вознаграждения.
Несколько дней после его смерти послан был к нему на квартиру из департамента сторож, с приказанием немедленно явиться: начальник-де требует; но сторож должен был возвратиться ни с чем, давши отчет, что не может больше придти, и на запрос «почему?» выразился
словами: «Да так, уж он умер, четвертого дня похоронили».
— Его превосходительство, господин
начальник училища, просит зайти к нему на квартиру ровно в час. Он имеет нечто сказать господам офицерам, но, повторяю со
слов генерала, что это не приказание, а предложение. Счастливого пути-с. Благодарю покорно.
Но никогда ни один
начальник не решался закричать на юнкера или оскорбить его
словом.
В почтовой конторе при появлении
начальника губернии, произошел маленький переполох: чиновники, удивленные и отчасти испуганные таким нечаянным посещением его, принялись проворно запаковывать и запечатывать деньги и документы Петра Григорьича и писать со
слов управляющего адресы, а губернатор тем временем, развернув книгу денежных выдач, стал просматривать ее.
Одним
словом, мы непререкаемыми фактами подтвердили все те предвидения и чаяния, которые смутно гнездились в сердцах петербургских
начальников насчёт «достоинств» и «способностей» русского мужика.
А так как, с другой стороны, я достоверно знаю, что все они кончались
словами: вменить
начальникам губерний в обязанностьи т. д., то, положив руку на сердце, я с уверенностью могу сказать, что содержание их мне заранее известно до точности, а следовательно, и читать их особенной надобности для меня не настоит.
Смятение было невообразимое; у всех точно пелена с глаз упала. И вдруг, без всякого предварительного соглашения, в одно мгновение ока, всем припомнилось давно забытое
слово"
начальник края"…
Поселяне потребовали от Яцковского, чтобы он подписался под показанием, составленным по принуждению, и со
слов поселян, одним из писарей, в котором было сказано: «яко бы
начальники действительно подкуплены и согласны были отравлять их».
«Если буду императором хоть один час, то покажу, что был того достоин» — эти
слова незабвенного императора Николая Павловича, сказанные им Ростовцеву и повторенные
начальникам гвардейских полков, золотыми буквами занесены на скрижали новой русской истории.
Государь обнял при встрече старика, пожаловал ему Георгия I степени и сказал ему и собравшимся
начальникам отдельных частей и офицерам знаменитые, золотыми буквами начертанные на скрижалях русской истории
слова: «Вы спасли не одну Россию; вы спасли Европу».
Начальник губернии не говорил ни
слова и продолжал на него смотреть.
Начальник губернии стал уж слушать его с некоторым любопытством.
Слова Вихрова, видимо, начали его интересовать даже.
Мальчик в штанах (с участием).Не говорите этого, друг мой! Иногда мы и очень хорошо понимаем, что с нами поступают низко и бесчеловечно, но бываем вынуждены безмолвно склонять голову под ударами судьбы. Наш школьный учитель говорит, что это — наследие прошлого. По моему мнению, тут один выход: чтоб
начальники сами сделались настолько развитыми, чтоб устыдиться и сказать друг другу: отныне пусть постигнет кара закона того из нас, кто опозорит себя употреблением скверных
слов! И тогда, конечно, будет лучше.
Начальник был у меня человек добрый; посмотрел на меня, словно в первый раз увидел, не сказал ни
слова, а в следующий месяц и назначил пять целковых.
Тут и родители, и заступающие их место, и попечители, и
начальники —
словом сказать, все, которые и сами были сечены, которых праотцы были сечены и которые ни за что не поверят, услыхав, что сыновья и внуки их не пожелают быть сечеными.
Одним
словом, Евгений Филиппыч принадлежал к одной из тех солидных чиновничьих семей, которые считают в прошлом несколько поколений
начальников отделения и одного вице-директора (Филипп Андреич).
Экзархатов схватил его за шиворот и приподнял на воздух; но в это время ему самому жена вцепилась в галстук; девчонки еще громче заревели…
словом, произошла довольно неприятная домашняя сцена, вследствие которой Экзархатова, подхватив с собой домохозяина, отправилась с жалобой к смотрителю, все-про-все рассказала ему о своем озорнике, и чтоб доказать, сколько он человек буйный, не скрыла и того, какие он про него, своего
начальника, говорил поносные
слова.
— Ничего-с! Маменька только наказывала: «Ты, говорит, Ванюшка, не разговаривай много с новым
начальником: как еще это, не знав тебя, ему понравится; неравно
слово выпадет, после и не воротишь его», — простодушно объяснил преподаватель словесности.
На другое утро Савин пошел представляться командиру корпуса и
начальнику штаба, которым, со
слов Козлова и Гаталея, было уже известно о цели его приезда.
В кабинете
начальника было изречено
слово о немедленном же и строжайшем аресте майора Форова, показавшего пример такого явного буйства и оскорбления должностного лица; в канцеляриях
слово это облеклось плотию; там строчились бумаги, открывавшие Филетеру Ивановичу тяжелые двери тюрьмы, и этими дверями честный майор был отделен от мира, в котором он оказался вредным и опасным членом.
Слово «вольноопределяющийся» еще не вошло в обиход, и нас все звали по-старому юнкерами, а молодые офицеры даже подавали нам руку. С солдатами мы жили дружно, они нас берегли и любили, что проявлялось в первые дни службы, когда юнкеров назначали
начальниками унтер-офицерского караула в какую-нибудь тюрьму или в какое-нибудь учреждение. Здесь солдаты учили нас, ничего не знавших, как поступать, и никогда не подводили.
Так это сказано в русском военном уставе и точно то же, хотя и другими
словами, сказано во всех военных уставах, как оно и не может быть иначе, потому что в сущности на этом обмане освобождения людей от повиновения богу или своей совести и замене этого повиновения повиновением случайному
начальнику основано всё могущество войска и государства.
Герцог Антон, несмотря на свой трусливый нрав, попытался было показать свое значение, но был за это, по распоряжению регента, подвергнут домашнему аресту с угрозой испробовать рук грозного тогда
начальника Тайной канцелярии Ушакова. Пошли доносы и пытки за каждое малейшее
слово, неприятное регенту, спесь и наглость которого достигли чудовищных размеров. Он громко, не стесняясь, стал говорить о своем намерении выслать из России «Брауншвейгскую фамилию».
Отвечала не спеша, но и не задумываясь, тотчас же вслед за вопросом, а казалось, что все
слова её с трудом проходят сквозь одну какую-то густую мысль и обесцвечиваются ею. Так, говоря как бы не о себе, однотонно и тускло, она рассказала, что её отец, сторож при казённой палате, велел ей, семнадцатилетней девице, выйти замуж за чиновника, одного из своих
начальников; муж вскоре после свадьбы начал пить и умер в одночасье на улице, испугавшись собаки, которая бросилась на него.
Бойтесь сказать мимоходом
слово вопреки сердитому и бестолковому
начальнику: вас ждет поток бранных
слов и угрожающих жестов, крайне оскорбительных.
Генерал Гордон, изучивший военное искусство, по
словам г. Устрялова, едва ли лучше Лефорта, постоянно, однако, жалуется на бестолковость и небрежность других
начальников.
Так, в одной жалобе, посланной им в Петербург на местного губернатора, он писал без запятых и точек: «в бытность мою в губернском городе на выборах я однажды встретился с господином
начальником губернии и был изруган им подлецом и мошенником», а в другой раз, в просьбе, поданной в уголовную палату, устроил, конечно с умыслом, в разных местах подчистки некоторых
слов в таком порядке, что получил возможность в конце прошения написать следующую оговорку: «а что в сем прошении по почищенному написано, что судившие меня, члены, уголовной, палаты, все, до, одного, взяточники, подлецы, и, дураки, то это все верно и прошу в том не сомневаться…»
Жаждешь, бывало, хоть какого-нибудь живого
слова, хоть желчного, хоть нетерпеливого, хоть злобы какой-нибудь: мы бы уж хоть позлились на судьбу нашу вместе; а он молчит, клеит свои фонарики или расскажет о том, какой у них смотр был в таком-то году, и кто был
начальник дивизии, и как его звали по имени и отчеству, и доволен был он смотром или нет, и как застрельщикам сигналы были изменены и проч.
Несмотря ни на какие клейма, кандалы и ненавистные пали острога, заслоняющие ему божий мир и огораживающие его, как зверя в клетке, — он может достать вина, то есть страшно запрещенное наслаждение, попользоваться клубничкой, даже иногда (хоть и не всегда) подкупить своих ближайших
начальников, инвалидов и даже унтер-офицера, которые сквозь пальцы будут смотреть на то, что он нарушает закон и дисциплину; даже может, сверх торгу, еще покуражиться над ними, а покуражиться арестант ужасно любит, то есть представиться пред товарищами и уверить даже себя хоть на время, что у него воли и власти несравненно больше, чем кажется, — одним
словом, может накутить, набуянить, разобидеть кого-нибудь в прах и доказать ему, что он все это может, что все это в «наших руках», то есть уверить себя в том, о чем бедняку и помыслить невозможно.
Пьяный арестант, среди бела дня, в будний день, когда все обязаны были выходить на работу, при строгом
начальнике, который каждую минуту мог приехать в острог, при унтер-офицере, заведующем каторжными и находящемся в остроге безотлучно; при караульных, при инвалидах — одним
словом, при всех этих строгостях совершенно спутывал все зарождавшиеся во мне понятия об арестантском житье-бытье.
Солдаты беспрекословно следовали за своим
начальником и смотрели на него, как на существо сверхъестественное. Каждое
слово его считалось законом: что сказано, то и сделано. Солдаты гордились тем, что они «суворовские».
Казаки, несмотря на то что один из них был убежден, что
начальник заговорен, а другой вполне поверил рассказу товарища, несказанно обрадовались и громко, почти весело произнесли последние
слова.
Но в тридцать лет Козелкова вдруг обуяла тоска. Перестал он рассказывать скандальные анекдоты, начал обижаться даваемыми ему в нос щелчками, и аккуратнее прежнего пустился ловить взоры
начальников. Одним
словом, обнаружил признаки некоторой гражданственной зрелости.
Словом сказать, общее недоумение, возбужденное полученным известием, было таково, что даже воинский
начальник, человек крутой и бывалый, — и тот сказал...
Даже дамы не остаются праздными; они наперерыв устраивают для нового
начальника спектакли, шарады и живые картины; интригуют его в маскарадах; выбирают в мазурке и при этом выказывают такое высокое чувство гражданственности, что ни одному разогорченному супругу даже на мысль не приходит произнести
слово «бесстыдница» или «срамница»