Неточные совпадения
Вот уже полтора месяца, как я в крепости N; Максим Максимыч ушел на охоту… я один; сижу у окна; серые тучи закрыли горы до подошвы;
солнце сквозь туман кажется желтым
пятном. Холодно; ветер свищет и колеблет ставни… Скучно! Стану продолжать свой журнал, прерванный столькими странными событиями.
Стоя среди комнаты, он курил, смотрел под ноги себе, в розоватое
пятно света, и вдруг вспомнил восточную притчу о человеке, который, сидя под
солнцем на скрещении двух дорог, горько плакал, а когда прохожий спросил: о чем он льет слезы? — ответил: «От меня скрылась моя тень, а только она знала, куда мне идти».
Там и тут резко выделялись красные
пятна кумачных рубах, лоснились на
солнце плисовые шаровары, блестели голенища ярко начищенных сапог.
В шесть часов утра они уже сидели на чумазом баркасе, спускаясь по Волге, по радужным
пятнам нефти, на взморье; встречу им, в сухое, выцветшее небо, не торопясь поднималось
солнце, похожее на лицо киргиза. Трифонов называл имена владельцев судов, стоявших на якорях, и завистливо жаловался...
Оранжевое
пятно на ширме напоминало о вечернем
солнце, которое упрямо не хочет спрятаться в облаках. Время как будто остановилось в недоумении, нерешительном и близком скуке.
Он взял со стола пресс-папье, стеклянный ромб, и, подставляя его под косой луч
солнца, следил за радужными
пятнами на стене, на потолке, продолжая...
Выцветшее, тусклое
солнце мертво торчало среди серенькой овчины облаков, освещая десятка полтора разнообразно одетых людей около баррикады, припудренной снегом; от
солнца на них падали беловатые
пятна холода, и люди казались так же насквозь продрогшими, как чувствовал себя Самгин.
Багровая заря вечером и мгла на горизонте перед рассветом были верными признаками того, что утром будет мороз. Та к оно и случилось.
Солнце взошло мутное, деформированное. Оно давало свет, но не тепло. От диска его кверху и книзу шли яркие лучи, а по сторонам были светящиеся радужные
пятна, которые на языке полярных народов называются «ушами
солнца».
После полудня небо стало понемногу расчищаться, но вместе с тем стала понижаться температура. Сквозь густую завесу туч в виде неясного
пятна чуть-чуть проглянуло
солнце.
Когда
солнце скрылось за горизонтом, по всему западному небосклону широко разлилась багровая заря. Потом взошла луна; вокруг нее опять было густое матовое
пятно и большой венец — верный признак, что завтра снова будет дождь.
Весь день в воздухе стояла мгла; небо затянуто паутиной слоисто-перистых облаков; вокруг
солнца появились «венцы»; они суживались все более и более и наконец слились в одно матовое
пятно. В лесу было тихо, а по вершинам деревьев уже разгуливал ветер.
Когда мы проснулись,
солнце стояло уже высоко. Утро было морозное, ясное. Вода в озерках покрылась блестящим тонким слоем льда, и только полыньи казались темными
пятнами.
День был ясный, и я знал, что в четвертом часу, когда
солнце будет закатываться, то косой красный луч его ударит прямо в угол моей стены и ярким
пятном осветит это место.
Я лежал лицом к стене и вдруг в углу увидел яркое, светлое
пятно заходящего
солнца, то самое
пятно, которое я с таким проклятием ожидал давеча, и вот помню, вся душа моя как бы взыграла и как бы новый свет проник в мое сердце.
На дворе стояла оттепель;
солнце играло в каплях тающего на иглистых листьях сосны снега; невдалеке на земле было большое черное
пятно, вылежанное ночевавшим здесь стадом зубров, и с этой проталины несся сильный запах парного молока.
Наступил уже вечер, когда подали кофе. Красные, косые лучи
солнца ворвались в окна и заиграли яркими медными
пятнами на темных обоях, на скатерти, на хрустале, на лицах обедающих. Все притихли в каком-то грустном обаянии этого вечернего часа.
— Рассказывай там, и на
солнце есть
пятна. Найду, брат, я их, да еще пожалуй и тебя разочарую.
День этот не может бросить ни малейшей тени на полную блеска и света историю нашей всегда верной царю, отечеству и долгу армии, как темные
пятна на
солнце не могут помешать его лучезарному блеску.
Солнце ярко светило, обливая смешавшийся кругом аналоя народ густыми золотыми
пятнами. Зеленые хоругви качались, высоко поднятые иконы горели на
солнце своею позолотой, из кадила дьякона синеватою кудрявою струйкой поднимался быстро таявший в воздухе дымок, и слышно было, как, раскачиваясь в руке, позванивало оно медными колечками.
Вынули вторые рамы, и весна ворвалась в комнату с удвоенной силой. В залитые светом окна глядело смеющееся весеннее
солнце, качались голые еще ветки буков, вдали чернели нивы, по которым местами лежали белые
пятна тающих снегов, местами же пробивалась чуть заметною зеленью молодая трава. Всем дышалось вольнее и лучше, на всех весна отражалась приливом обновленной и бодрой жизненной силы.
По вечерам с молодежью беседуем до рассвета, и у нас чуть не афинские вечера, но единственно по тонкости и изяществу; всё благородное: много музыки, испанские мотивы, мечты всечеловеческого обновления, идея вечной красоты, Сикстинская Мадонна, свет с прорезами тьмы, но и в
солнце пятна!
Потомки недалеко ушли от его современников и большинство их отмечало лишь
пятна, бывшие на этом
солнце, не замечая, что эти
пятна — только черные тени от окружающего его общества.
Солнце… это не было наше, равномерно распределенное по зеркальной поверхности мостовых
солнце: это были какие-то живые осколки, непрестанно прыгающие
пятна, от которых слепли глаза, голова шла кругом.
Все это, освещенное довольно уж низко спустившимся
солнцем, которое то прорезывалось местами в аллее и обозначалось светлыми на дороге
пятнами, то придавало всему какой-то фантастический вид, освещая с одной стороны безглавую Венеру и бездланную Минерву, — все это, говорю я, вместе с миниатюрной Настенькой, в ее черном платье, с ее разбившимися волосами, вместе с усевшимся на ступеньки беседки капитаном с коротенькой трубкой в руках, у которого на вычищенных пуговицах вицмундира тоже играло
солнце, — все это, кажется, понравилось Калиновичу, и он проговорил...
Вечер был ясный, тихий, теплый; как огненное
пятно, горело невысоко уже стоявшее
солнце над разливающимся вдали морем и, золотя его окраину, пробегало искрами по маленькой ряби.
Во время чтения, слушая ее приятный, звучный голос, я, поглядывая то на нее, то на песчаную дорожку цветника, на которой образовывались круглые темнеющие
пятна дождя, и на липы, по листьям которых продолжали шлепать редкие капли дождя из бледного, просвечивающего синевой края тучи, которым захватило нас, то снова на нее, то на последние багряные лучи заходившего
солнца, освещающего мокрые от дождя, густые старые березы, и снова на Вареньку, — я подумал, что она вовсе не дурна, как мне показалось сначала.
Громадная туча дыму заслонила собою
солнце, которое еле-еле проглядывало из-за нее каким-то тускло-багровым, каленым
пятном и наводило на все предметы тот особый свет, который придавал им зловещий характер тоскливости и смятения.
Небо серое.
Солнце заплуталось в облаках, лишь изредка просвечивая сквозь их гущу большим серебряным, по-зимнему,
пятном.
Погода была прекрасная;
солнце сияло и грело, но не пекло; свежий ветер бойко шумел а зеленых листьях; по земле, небольшими
пятнами, плавно и быстро скользили тени высоких круглых облачков.
На третьем круге он остановился, и его стошнило, потом он стал харкать и хрипеть, наплевал вокруг себя кровавых
пятен, перевернулся, и лапы его уставились к
солнцу, как мачты.
Лондон положительно ошеломил его своей, несколько мрачной, подавляющей грандиозностью и движением на улицах толпы куда-то спешивших людей, деловитых, серьезных и с виду таких же неприветливых, как и эти прокоптелые серые здания и как самая погода: серая, пронизывающая, туманная, заставляющая зажигать газ на улицах и в витринах магазинов чуть ли не с утра. Во все время пребывания в Лондоне Володя ни разу не видел
солнца, а если и видел, то оно казалось желтым
пятном сквозь густую сетку дыма и тумана.
Горизонт был чист, и на нем то и дело показывались белеющие
пятна парусов или дымки пароходов.
Солнце, яркое, но не греющее, холодно смотрело с высоты неба, по которому бегали перистые облака, и доставляло большое удовольствие старому штурману Степану Ильичу, который уже брал высоты, чтобы иметь, наконец, после нескольких дней без наблюдений, точное место, то есть знать широту и долготу, в которой находится корвет.
Действительно, густой туман заволакивал выход с рейда, а на рейде носился легкий туман.
Солнце казалось тусклым
пятном. Было тепло и сыро и пахло банным воздухом.
Приближаясь к Лондону, «Коршун» все больше и больше встречал судов, и река становилась шумнее и оживленнее. Клубы дыма с заводов, с фабрик, с пароходов поднимались кверху, застилая небо. Когда корвет, подвигаясь самым тихим ходом среди чащи судов, бросил якорь против небольшого, утопавшего в зелени городка Гревзенда,
солнце казалось каким-то медным, тусклым
пятном.
Его одежда, когда-то, вероятно, черная, теперь стала серой от
солнца, едкой белой пыли и многочисленных ржавых
пятен.
Солнце уже показалось на горизонте в виде тусклого большого
пятна, когда Андрей Ильич пришел в заводскую больницу.
Вдоль улицы, налитой
солнцем, сверкали стёкла открытых окон, яркие
пятна расписных ставен; кое-где на деревьях в палисадниках люди вывесили клетки с птицами; звонко пели щеглята, неумолчно трещали весёлые чижи; на окне у Базуновых задумчиво свистела зарянка — любимая птица Матвея: ему нравилось её скромное оперение, красная грудка и тонкие ножки, он любил слушать её простую грустную песенку, птица эта заставляла его вспоминать о матери.
Солнце точно погасло, свет его расплылся по земле серой, жидкой мутью, и трудно было понять, какой час дня проходит над пустыми улицами города, молча утопавшими в грязи. Но порою — час и два — в синевато-сером небе жалобно блестело холодное бесформенное
пятно, старухи называли его «солнышком покойничков».
Багряное
солнце, пронизав листву сада, светило в окна снопами острых красных лучей, вся комната была расписана-позолочена
пятнами живого света, тихий ветер колебал деревья, эти солнечные
пятна трепетали, сливаясь одно с другим, исчезали и снова текли по полу, по стенам ручьями расплавленного золота.
Было это на второй день пасхи; недавно стаял последний вешний снег, от земли, нагретой
солнцем, густо поднимался тёплый и душистый парок, на припёке появились прозрачные, точно кружева, зелёные
пятна милой весенней травы.
Матвей смотрел в сторону города: поле курилось розоватым паром, и всюду на нём золотисто блестели красные
пятна, точно кто-то щедро разбросал куски кумача.
Солнце опустилось за дальние холмы, город был не виден. Зарево заката широко распростёрло огненные крылья, и в красном огне плавилась туча, похожая на огромного сома.
Во время наблюдений в трубу инструмента на
солнце были видны три
пятна, расположенные наискось в одну линию.
К вечеру пурга стала стихать, а ночью и небо очистилось… Я воспользовался этим и занялся астрономией. На
солнце опять появилось два больших
пятна рядом и третье поменьше — справа и внизу.
Часов в десять утра, когда дневное светило поднялось над горизонтом градусов на десять, справа и слева от него появилось два радужных светящихся
пятна, и от них в сторону протянулись длинные лучи, суживающиеся к концам. Одновременно над
солнцем появилась радуга, обращенная выпуклой частью к горизонту, а концами — к зениту. День был морозный, тихий, небо безоблачное, деревья сильно заиндевели.
Она вглядывалась в полевую даль, вглядывалась в эти измокшие деревни, которые в виде черных точек пестрели там и сям на горизонте; вглядывалась в белые церкви сельских погостов, вглядывалась в пестрые
пятна, которые бродячие в лучах
солнца облака рисовали на равнине полей, вглядывалась в этого неизвестного мужика, который шел между полевых борозд, а ей казалось, что он словно застыл на одном месте.
Глаза Палтусова обернулись в сторону яркого красного
пятна — церкви «Никола большой крест», раскинувшейся на целый квартал. Алая краска горела на
солнце, белые украшения карнизов, арок, окон, куполов придавали игривость, легкость храму, стоящему у входа в главную улицу, точно затем, чтобы сейчас же всякий иноземец понял, где он, чего ему ждать, чем любоваться!
Весёлое
солнце весны ласково смотрело в окна, но жёлтые стены больницы казались ещё желтее. При свете
солнца на штукатурке выступали какие-то
пятна, трещины. Двое больных, сидя на койке, играли в карты, молча шлёпая ими. Высокий, худой мужчина бесшумно расхаживал по палате, низко опустив забинтованную голову. Было тихо, хотя откуда-то доносился удушливый кашель, а в коридоре шаркали туфли больных. Жёлтое лицо Якова было безжизненно, глаза его смотрели тоскливо.
К восьми часам туман, сливавшийся с душистым дымом шипящих и трещащих на кострах сырых сучьев, начал подниматься кверху, и рубившие лес, прежде за пять шагов не видавшие, а только слышавшие друг друга, стали видеть и костры, и заваленную деревьями дорогу, шедшую через лес;
солнце то показывалось светлым
пятном в тумане, то опять скрывалось.
Сизые камни смотрят из виноградников, в густых облаках зелени прячутся белые дома, сверкают на
солнце стекла окон, и уже заметны глазу яркие
пятна; на самом берегу приютился среди скал маленький дом, фасад его обращен к морю и весь завешен тяжелою массою ярко-лиловых цветов, а выше, с камней террасы, густыми ручьями льется красная герань.
Между садов вьется узкая тропа, и по ней, тихо спускаясь с камня на камень, идет к морю высокая женщина в черном платье, оно выгорело на
солнце до бурых
пятен, и даже издали видны его заплаты. Голова ее не покрыта — блестит серебро седых волос, мелкими кольцами они осыпают ее высокий лоб, виски и темную кожу щек; эти волосы, должно быть, невозможно причесать гладко.