Неточные совпадения
Задумчивость, ее подруга
От самых колыбельных дней,
Теченье сельского досуга
Мечтами украшала ей.
Ее изнеженные пальцы
Не знали игл; склонясь на пяльцы,
Узором шелковым она
Не оживляла полотна.
Охоты властвовать
примета,
С послушной куклою дитя
Приготовляется шутя
К приличию,
закону света,
И важно повторяет ей
Уроки маменьки своей.
Следовало бы тоже
принять во внимание и прежнюю жизнь человека, потому что, если не рассмотришь все хладнокровно, а накричишь с первого раза, — запугаешь только его, да и признанья настоящего не добьешься: а как с участием его расспросишь, как брат брата, — сам все выскажет и даже не просит о смягчении, и ожесточенья ни против кого нет, потому что ясно видит, что не я его наказываю, а
закон.
Точно ли так велика пропасть, отделяющая ее от сестры ее, недосягаемо огражденной стенами аристократического дома с благовонными чугунными лестницами, сияющей медью, красным деревом и коврами, зевающей за недочитанной книгой в ожидании остроумно-светского визита, где ей предстанет поле блеснуть умом и высказать вытверженные мысли, мысли, занимающие по
законам моды на целую неделю город, мысли не о том, что делается в ее доме и в ее поместьях, запутанных и расстроенных благодаря незнанью хозяйственного дела, а о том, какой политический переворот готовится во Франции, какое направление
принял модный католицизм.
Когда же прочтешь, то знаю, что кражи моей наружу не выведешь; ибо не тот один вор, кто крал, но и тот, кто
принимал, — так писано в
законе русском.
Она оставляла жизнь без сожаления, не боялась смерти и
приняла ее как благо. Часто это говорят, но как редко действительно бывает! Наталья Савишна могла не бояться смерти, потому что она умирала с непоколебимою верою и исполнив
закон Евангелия. Вся жизнь ее была чистая, бескорыстная любовь и самоотвержение.
— «Людей, говорит, моего класса, которые
принимают эту философию истории как истину обязательную и для них, я, говорит, считаю ду-ра-ка-ми, даже — предателями по неразумию их, потому что неоспоримый
закон подлинной истории — эксплоатация сил природы и сил человека, и чем беспощаднее насилие — тем выше культура». Каково, а? А там — закоренелые либералы были…
Третьего дня наши ездили в речку и видели там какого-то начальника, который приехал верхом с музыкантами. Его потчевали чаем, хотели подарить сукна, но он, поблагодарив, отказался, сказав, что не смеет
принять без разрешения высшего начальства, что у них
законы строги и по этим
законам не должно брать подарков.
Тут открылось все: и то, что Беневоленский тайно призывал Наполеона в Глупов, и то, что он издавал свои собственные
законы. В оправдание свое он мог сказать только то, что никогда глуповцы в столь тучном состоянии не были, как при нем, но оправдание это не
приняли, или, лучше сказать, ответили на него так, что"правее бы он был, если б глуповцев совсем в отощание привел, лишь бы от издания нелепых своих строчек, кои предерзостно
законами именует, воздержался".
— Что ж, мы с ним в
законе, — сказала Федосья. — А ему зачем
закон принимать, коли не жить?
Больше того, религия, которую хотят целиком свести к морали, в целостности своей находится выше морали и потому свободна от нее: мораль существует для человека в известных пределах, как
закон, но человек должен быть способен подниматься и над моралью [Одним из наиболее ярких примеров преодоления морали является война, поэтому так трудно морально
принять и оправдать войну, и остается только религиозное ее оправдание.
— Un bon citoyen [Хороший гражданин (фр.).] уважает
законы страны, какие бы они ни были… [Впоследствии профессор Чичерин проповедовал что-то подобное в Московском университете. (
Прим. А. И. Герцена.)]
— Всему свое время, возлюбленный, — сказал Егор Сергеич. — В духе пребывай, почаще на себя его сманивай постом, молитвой и песнопеньем, — проговорил учительно Денисов. — Паче же всего пророчествуй в назидание верных. И сам
принимай пророчества, внимай им и твори по их повелениям. Тем душу сохранишь и
закон исполнишь. Но теперь пока до будущей беседы… Обо многом надо мне потолковать с братцем Николаюшкой. Теперь потолкуем келейно, а после и с тобой, возлюбленный, побеседую. И на соборе поговорим.
— Как так? Да нешто можно без обеда? — с удивленьем вскликнул Морковников. — Сам Господь указал человеку четырежды во дню пищу вкушать и питие
принимать: поутру́ завтракать, потом полудничать, как вот мы теперь, после того обедать, а вечером на сон грядущий ужинать…
Закон, батюшка… Супро́тив Господня повеленья идти не годится. Мы вот что сделаем: теперича отдохнем, а вставши, тотчас и за обед… Насчет ужина здесь, на пароходе, не стану говорить, придется ужинать у Макарья… Вы где пристанете?
И по
закону, и по заведенному обычаю мир-народ должен был
принять сироту на свое попеченье и приставить к наследству надежного опекуна.
— А ты молчи, да слушай, что отец говорит. На родителя больше ты не работник, копейки с тебя в дом не надо. Свою деньгу наживай, на свой домок копи, Алексеюшка… Таковы твои годы пришли, что пора и
закон принять… Прежде было думал я из нашей деревни девку взять за тебя. И на
примете, признаться, была, да вижу теперь, что здешние девки не пара тебе… Ищи судьбы на стороне, а мое родительское благословение завсегда с тобой.
И дал ему царь-батюшка родительское свое благословенье, государское позволенье —
закон свершить, честен брак
принять, с меньшей девицей-сестрицей побрачиться…
Приходит к царю-батюшке, молит, просит родительского благословенья, государского позволенья —
закон свершить, честен брак
принять, на меньшой девице-сестрице жениться.
— Законом-то крепче, Сергей Андреич, — ответил Алексей. — Что хорошего, коли уйдет жена с деньгами!.. Капиталы тут главная причина… Это
примите в расчет!..
Достиг же тот отрок возраста, что пора и
закон принять, с честною девицей браком честны́м сочетаться.
Спаситель явился миру в образе раба, а не царя, и был раздавлен силами этого мира, и
принял смерть по
законам этого мира.
Все признавали, от мелкого торговца до губернского начальства, что нет такой силы, которая бы заставила судью покривить душою против совести и
закона, но… и при этом находили, что если бы судья вдобавок
принимал умеренные «благодарности», то было бы понятнее, проще и вообще «более по — людски»…
— Будь уверен, мой друг, что я искренно радуюсь, — ответил он, вдруг
приняв удивительно серьезную мину, — он стар, конечно, но жениться может, по всем
законам и обычаям, а она — тут опять-таки дело чужой совести, то, что уже я тебе повторял, мой друг.
Только были эти купцы староверы… не нашего, значит,
закона, попов к себе не
принимают, а все без попов.
— Очень просто: вы мне заплатите пятьдесят тысяч; мой муж через ваше посредство сделается частным поверенным, — он
законы знает и экзамен выдержит, а меня вы найдете способ лично или через кого-либо рекомендовать госпоже Львенко, с тем, чтобы она
приняла меня на сцену своего театра, хотя бы на небольшие роли. Я участвовала на нескольких любительских спектаклях, и полюбила это дело.
— Вы, — говорят, — обвыкнете, наш
закон примете, и мы вас женим.
Сама церковь в исторических своих воплощениях заражалась государством и
принимала его насилия, попадала во власть порядка
закона.
Оно
принимает форму борьбы против власти, разума, нормы,
закона.
И нравственный порядок в мире держится прежде всего религиозным страхом, который потом
принимает форму нравственного
закона.
Частный пристав, толстый и по виду очень шустрый человек, знал, разумеется, Тулузова в лицо, и, когда тот вошел, он догадался, зачем собственно этот господин прибыл, но все-таки
принял сего просителя с полным уважением и предложил ему стул около служебного стола своего, покрытого измаранным красным сукном, и вообще в камере все выглядывало как-то грязновато: стоявшее на столе зерцало было без всяких следов позолоты; лежавшие на окнах
законы не имели надлежащих переплетов; стены все являлись заплеванными; даже от самого вицмундира частного пристава сильно пахнуло скипидаром, посредством которого сей мундир каждодневно обновлялся несколько.
— Не всегда, не говорите этого, не всегда! — возразил сенатор, все более и более
принимая величавую позу. — Допуская, наконец, что во всех этих рассказах, как во всякой сплетне, есть малая доля правды, то и тогда раскапывать и раскрывать, как вот сами вы говорите, такую грязь тяжело и, главное, трудно… По нашим
законам человек, дающий взятку, так же отвечает, как и берущий.
Мочеганка Федорка недавно мужа окрестила и
закон с ним
приняла у православного попа, мочеган Пашка Горбатый этак же жену Оленку окрестил…
Силы, исключительно приверженные
закону, не понимают и не
принимают той высшей правды, что творчество — уже большее, чем первоначальное послушание воле Божьей, что Бог сам возжелал откровения воли человеческой.
Приходит он к городничему и рассказывает, что вот так и так, „желает, дескать, борода в землю в мундире лечь, по
закону же не имеет на то ни малейшего права; так не угодно ли вам будет, Густав Карлыч,
принять это обстоятельство к соображению?“
По моему мнению, отношение и любовь госпожи де Межен к маркизу де Траверсе не могут служить к опорочиванию ее показаний, тем более, что
закон обязывает суд
принимать в соображение все доказательства, клонящиеся к оправданию или вообще служащие в пользу подсудимого.
— Всемилостивейшая государыня,
закон запрещает солдату, стоящему на часах,
принимать деньги.
Страдания и смерть представляются человеку злом только тогда, когда он
закон своего плотского, животного существования
принимает за
закон своей жизни.
Надо пользоваться учением о
законе жизни прежних древних мудрых и святых людей, но мы сами должны своим разумом проверить то, чему они учат нас:
принять то, что согласно с разумом, и откинуть то, что не согласно с ним.
— Не могу, сударь, не могу! — повторял почтмейстер. — Вы вот сами отказали мне в книжках, аки бы не
приняли еще библиотеки, и я не могу:
закон не обязывает меня производить сегодня выдачу.
И теперь, когда эта уличная демонстрация сделана, когда, того и гляди, можно было ожидать ежеминутной кровавой стычки с полицией и войском, стычки, в которой, пожалуй,
приняла бы участие в ту или другую сторону толпа посторонних людей, — когда все это совершилось, вдруг два представителя
закона и власти говорят „все равно, высылайте!“.
Да, неоднократно повторялся обман,
принимая вид жеста, слова, лица, пейзажа, и, как
закон, оставлял по себе тлен.
«Сеть веры» есть учение Христово, которое должно извлекать человека из темной глубины житейского моря и его неправд. Истинная вера состоит в том, чтобы верить божьим словам; но теперь пришло такое время, что люди истинную веру
принимают за ересь, и поэтому разум должен указать, в чем состоит истинная вера, если кто этого не знает. Тьма закрыла ее от людей, и они не узнают истинного
закона Христа.
Но другой вопрос, о том, имеют ли право отказаться от военной службы лица, не отказывающиеся от выгод, даваемых насилием правительства, автор разбирает подробно и приходит к заключению, что христианин, следующий
закону Христа, если он не идет на войну, не может точно так же
принимать участия ни в каких правительственных распоряжениях: ни в судах, ни в выборах, — не может точно так же и в личных делах прибегать к власти, полиции или суду.
Те, которые
принимают участие в войнах, и не думают уже спрашивать себя, имеют ли какое-либо оправдание эти бесчисленные смертоубийства; справедливы ли они, или нет, законны или незаконны, невинны или преступны, нарушают ли они, или нет главный
закон, запрещающий убивать (без законной причины).
Е. А.
принимает только: хорошои худо;поэтому я обвиняю себя безусловно: то, что мы сделали, пред
законом — худо,мы преступники, и постигшая нас гибель справедлива.
Закон того времени позволял
принимать и ставить в духовный чин лиц из всех сословий, лишь бы нашлись способные и достойные к служению в церкви.
Точно так сочли бы мы себя правыми, если бы, например, приехали в магометанское государство и, подчинившись его
законам, не
приняли, однако, ислама.
Не будь этого чувства, т. е.
прими угнетенная сторона в самом деле то убеждение, что никакого порядка, никакого
закона нет и не нужно, тогда бы и пошло все иначе.
— Как вам угодно, Иван Алексеевич, так и
принимайте то, что я вам сейчас сказал… Я вас беспокоить не стану… Будет вашей милости угодно, — он весело улыбнулся, — зайдете иногда за справочкой… А этому квакеру, — вот какие нынче адвокаты завелись, — я сам напишу, что в услугах его не нуждаюсь… Возьму какого-нибудь замухрышку… Ведь это я на первых порах только волновался… В
законе не тверд… А теперь мне и не нужно уголовной защиты.
Это особого рода фатальный
закон, в силу которого первая стадия развития всегда
принимает формы ненормальные и даже уродливые.
—
Закон запрещает солдату, стоящему на часах,
принимать деньги.