Неточные совпадения
― Сядьте! мне нужно говорить с вами, ― сказал он,
положив портфель под мышку и так напряженно прижав его
локтем, что плечо его поднялось.
Знаток дела, стоявший у ящика, по одному движению
локтя узнававший, кто куда
положит, недовольно поморщился.
Раскольников отдал перо, но, вместо того чтоб встать и уйти,
положил оба
локтя на стол и стиснул руками голову.
Человек с оборванной бородой и синим лицом удавленника шагал,
положив правую руку свою на плечо себе, как извозчик вожжи, левой он поддерживал руку под
локоть; он, должно быть, говорил что-то, остатки бороды его тряслись.
Он чувствовал, что в нем вспухают значительнейшие мысли. Но для выражения их память злокозненно подсказывала чужие слова, вероятно, уже знакомые Лидии. В поисках своих слов и желая остановить шепот Лидии, Самгин
положил руку на плечо ее, но она так быстро опустила плечо, что его рука соскользнула к
локтю, а когда он сжал
локоть, Лидия потребовала...
А Дунаев слушал, подставив ухо на голос оратора так, как будто Маракуев стоял очень далеко от него; он сидел на диване, свободно развалясь,
положив руку на широкое плечо угрюмого соседа своего, Вараксина. Клим отметил, что они часто и даже в самых пламенных местах речей Маракуева перешептываются, аскетическое лицо слесаря сурово морщится, он сердито шевелит усами; кривоносый Фомин шипит на них, толкает Вараксина
локтем, коленом, а Дунаев, усмехаясь, подмигивает Фомину веселым глазом.
За длинным столом, против Самгина, благодушно глядя на него, сидел Ногайцев, лаская пальцами свою бороду, рядом с ним
положил на стол толстые
локти и приподнял толстые плечи краснощекий человек с волосами дьякона и с нагловатым взглядом, — Самгину показалось, что он знает эти маленькие зрачки хорька и грязноватые белки в красных жилках.
Макаров поднял фуражку,
положил ее на колено и прижал
локтем и снова опустил голову, додумывая что-то.
Как там отец его, дед, дети, внучата и гости сидели или лежали в ленивом покое, зная, что есть в доме вечно ходящее около них и промышляющее око и непокладные руки, которые обошьют их, накормят, напоят, оденут и обуют и спать
положат, а при смерти закроют им глаза, так и тут Обломов, сидя и не трогаясь с дивана, видел, что движется что-то живое и проворное в его пользу и что не взойдет завтра солнце, застелют небо вихри, понесется бурный ветр из концов в концы вселенной, а суп и жаркое явятся у него на столе, а белье его будет чисто и свежо, а паутина снята со стены, и он не узнает, как это сделается, не даст себе труда подумать, чего ему хочется, а оно будет угадано и принесено ему под нос, не с ленью, не с грубостью, не грязными руками Захара, а с бодрым и кротким взглядом, с улыбкой глубокой преданности, чистыми, белыми руками и с голыми
локтями.
Она сидит, опершись
локтями на стол,
положив лицо в ладони, и мечтает, дремлет или… плачет. Она в неглиже, не затянута в латы негнущегося платья, без кружев, без браслет, даже не причесана; волосы небрежно, кучей лежат в сетке; блуза стелется по плечам и падает широкими складками у ног. На ковре лежат две атласные туфли: ноги просто в чулках покоятся на бархатной скамеечке.
Она сидела, откинувшись на стул спиной,
положив один
локоть на окно, и смотрела на Райского не прямо, а как будто случайно, когда доходила очередь взглянуть, между прочим, и на него.
Он умерил шаг, вдумываясь в ткань романа, в фабулу, в постановку характера Веры, в психологическую, еще пока закрытую задачу… в обстановку, в аксессуары; задумчиво сел и
положил руки с
локтями на стол и на них голову. Потом поцарапал сухим пером по бумаге, лениво обмакнул его в чернила и еще ленивее написал в новую строку, после слов «Глава I...
Телега ехала с грохотом, прискакивая; прискакивали и мужики; иной сидел прямо, держась обеими руками за края, другой лежал,
положив голову на третьего, а третий, опершись рукой на
локоть, лежал в глубине, а ноги висели через край телеги.
Козлов глубоко вздохнул, медленно улегся на постели и
положил руки с
локтями себе на голову.
Спустя полчаса она медленно встала,
положив книгу в стол, подошла к окну и оперлась на
локти, глядя на небо, на новый, светившийся огнями через все окна дом, прислушиваясь к шагам ходивших по двору людей, потом выпрямилась и вздрогнула от холода.
Он вылил остатки рома из бутылки в чашку и зажег опять ром. Потом,
положив оба
локтя на стол, небрежно глядел на Райского.
— Однако… однако как вы засуетились? — проговорил он тихо, обводя нас всех пристальным взглядом. Затем вдруг
положил оба
локтя на стол и подпер голову руками...
Она оперла
локти на колени,
положила лицо на руки.
Так, с шутками и со щипками, он обошел всех девиц и, наконец, уселся рядом с толстой Катей, которая
положила ему на ногу свою толстую ногу, оперлась о свое колено
локтем, а на ладонь
положила подбородок и равнодушно и пристально стала смотреть, как землемер крутил себе папиросу.
— Почему! — усмехнулся Рыбин. — Такая судьба, с тем родились! Вот. Думаете — ситцевым платочком дворянский грех можно скрыть от людей? Мы узнаем попа и в рогоже. Вы вот
локоть в мокро на столе
положили — вздрогнули, сморщились. И спина у вас прямая для рабочего чело — века…
Николай поставил
локти на стол,
положил голову на ладони и не двигался, глядя на нее через очки напряженно прищуренными глазами.
Шурочка совсем опустилась на землю, оперлась о нее
локтем и
положила на ладонь голову. Помолчав немного, она продолжала задумчиво.
Гораздо больше нравился мне октавист Митропольский; являясь в трактир, он проходил в угол походкой человека, несущего большую тяжесть, отодвигал стул пинком ноги и садился, раскладывая
локти по столу,
положив на ладони большую, мохнатую голову. Молча выпив две-три рюмки, он гулко крякал; все, вздрогнув, повертывались к нему, а он, упираясь подбородком в ладони, вызывающе смотрел на людей; грива нечесаных волос дико осыпала его опухшее, бурое лицо.
Завернули лозищане полы, вытащили, что было денег,
положили на руки, и пошел Матвей опять
локтями работать.
— Играйте, — сказала Дэзи, упирая в стол белые
локти с ямочками и
положив меж ладоней лицо, — а я буду смотреть. — Так просидела она, затаив дыхание или разражаясь смехом при проигрыше одного из нас, все время. Как прикованный, сидел Проктор, забывая о своей трубке; лишь по его нервному дыханию можно было судить, что старая игрецкая жила ходит в нем подобно тугой лесе. Наконец он ушел, так как били его вахтенные часы.
Рагим лежит грудью на песке, головой к морю, и вдумчиво смотрит в мутную даль, опершись
локтями и
положив голову на ладони. Мохнатая баранья шапка съехала ему на затылок, с моря веет свежестью в его высокий лоб, весь в мелких морщинах. Он философствует, не справляясь, слушаю ли я его, точно он говорит с морем...
Старый рыбак сел на завалинку,
положил голову между ладонями и нетерпеливо уткнул
локти в колени.
Гришка отвернулся и с досадою бросил весло. После того он сел наземь, уткнул
локти в колени и
положил голову в ладони.
Что
локти на стол
положил — точно мужик! что в носу ковыряешь — точно мужик! смотри, какой кусок в рот запихал — точно мужик!
Вера Сергеевна постояла несколько минут и, не снимая своей правой руки с
локтя брата, левую сильно
положила на плечо Долинского, и, нагнувшись к его голове, сказала ласково...
Через полчаса я видел, как Истомин, будто ни в чем не бывало, живо и весело ходил по зале. С обеих сторон у его
локтей бегали за ним две дамы: одна была та самая, что курила крепкую сигару и спорила, другая — мне вовсе незнакомая. Обе они залезали Истомину в глаза и просили у него позволения посетить его мастерскую, от чего он упорно отказывался и, надо
полагать, очень смешил их, потому что обе они беспрестанно хохотали.
В комнате вовсе стемнело; Ида свернула книгу,
положила ее на прежнее место и, опершись
локтем о подоконник, отдыхала глазами на густевшем закате.
Она подошла к окну, отворила его, выставила голову и грудь и, подпершись руками, а
локти положив на косяк окна, пробыла так минуты три, не оборачиваясь ко мне и не слушая того, что я ей говорил.
Принесли длинную жердь, «сестры»
положили ее себе на плечи, и Муфель принялся выделывать на ней гимнастические упражнения: вертелся на брюхе, вертелся на
локтях, вертелся на согнутых коленках — словом, показывал чудеса своего искусства; «сестры» только кряхтели и сильно пошатывались, когда Муфель выделывал разные salto mortale; [Опасный прыжок (лат.).] лесообъездчики ахали, Никитич стоял в немом восторге с растворенным ртом.
Пан Кнышевский, узнав, что я жаловался на него, начал учащать наказания. Что мне оставалось делать, как молчать перед маменькою, и всякий раз, когда меня
полагали, я приговаривал мысленно:"пропали, маменька, ваши пять
локтей холста: меня бьют так, как будто и ничего от вас не платится".
Согнув свою руку в
локте, она гордо протянула её к нему. Он
положил ладонь на её тело выше
локтя и крепко сжал пальцы, но тотчас же опомнился и, смущённый, с краской на лице, оглянулся вокруг. Всюду безмолвно стояли деревья и только…
И когда она утвердительно кивнула головой, Сима тихо примостился на краю кровати,
положил белую руку Лодки на колено себе и стал любовно гладить ладонью своею горячую пушистую кожу от
локтя до кисти.
Тогда я схватил ее за руки, поднял с места, потом
положил ей свои
локти на плечи и изо всех сил надавил вниз.
Почтальон помял руками тюки,
положил на них саблю и вскочил на тарантас. Студент нерешительно полез за ним и, толкнув его нечаянно
локтем, сказал робко и вежливо: «Виноват!» Носогрейка потухла. Из почтового отделения вышел приемщик, как был, в одной жилетке и в туфлях; пожимаясь от ночной сырости и покрякивая, он прошелся около тарантаса и сказал...
— Нет, посудите в самом деле, гости дорогие, — продолжал Патап Максимыч, поставив
локти на стол и
положив бороду на ладони.
— Каков барон! — захихикал Цвибуш. — Нежен, вежлив, предупредителен! Ха-ха-ха! Можно подумать, что он и в самом-таки деле такой добряк. Верь ему, Илька, но слегка. Он славный малый, но палец в рот ему нельзя
класть. Откусит руку до самого
локтя. Про историю у Гольдаугенов не рассказывай ему. Он родня этим живодерам Гольдаугенам и посмеется над тобой, как над последней дурой. Скоро ты кончишь плакать?
— Ну, Митечка, рассказывай же, что ты это время поделывал, — сказала Софья Алексеевна,
кладя мне руку на
локоть.
Рядом с Верою, с ногами на нарах, сидел высокий мужчина в кожаных болгарских туфлях-пасталах, — сидел, упершись
локтями в колени и
положив голову на руки. Вера осторожно
положила ему ладонь на плечо. Он поднял голову и чуждо оглядел ее прекрасными черными глазами.
В заднем углу сада, за густою бузиною, я прислонился
локтем к забору, лоб
положил на
локоть и собрался плакать. Но слезы почему-то не шли. Мне было стыдно, я повторял себе...
Спирька слушал, левую руку уперши в бедро. Правый
локоть он
положил на стол, руку вверх, и все время машинально сжимал и разжимал кулак.
Он опять уже курил,
положив оба
локтя на стол, и его речь текла быстро, слова как бы догоняли мысль, и мимика лица беспрестанно менялась.
Юрка очень обрадовался. Робко взял ее за
локти, хотел поцеловать в открытую шею. Лелька инстинктивно отшатнулась, очень резко. Постаралась загладить свою грубость,
положила ему руки на плечи и поцеловала в губы.