Неточные совпадения
Велел родимый батюшка,
Благословила матушка,
Поставили родители
К дубовому столу,
С краями чары налили:
«Бери поднос, гостей-чужан
С
поклоном обноси!»
Впервой я поклонилася —
Вздрогну́ли ноги резвые;
Второй я поклонилася —
Поблекло бело личико;
Я в третий поклонилася,
И волюшка скатилася
С девичьей
головы…
У нее дрожали брови, когда она говорила, — она величественно кивала
головой в ответ на почтительные
поклоны ей.
— Французы, вероятно, думают, что мы женаты и поссорились, — сказала Марина брезгливо, фруктовым ножом расшвыривая франки сдачи по тарелке; не взяв ни одного из них, она не кивнула
головой на тихое «Мерси, мадам!» и низкий
поклон гарсона. — Я не в ладу, не в ладу сама с собой, — продолжала она, взяв Клима под руку и выходя из ресторана. — Но, знаешь, перепрыгнуть вот так, сразу, из страны, где вешают, в страну, откуда вешателям дают деньги и где пляшут…
Вот дед и отвесил им
поклон мало не в пояс: «Помогай Бог вам, добрые люди!» Хоть бы один кивнул
головой; сидят да молчат, да что-то сыплют в огонь.
Райский повесил
голову и шел по двору, не замечая
поклонов дворни, не отвечая на приветливое вилянье собак; набрел на утят и чуть не раздавил их.
Доехали они до деревянных рядов. Купец встретил ее с
поклонами и с улыбкой, держа шляпу на отлете и
голову наклонив немного в сторону.
Дойдя до места, старик опустился на колени, сложил руки ладонями вместе, приложил их ко лбу и дважды сделал земной
поклон. Он что-то говорил про себя, вероятно, молился. Затем он встал, опять приложил руки к
голове и после этого принялся за работу. Молодой китаец в это время развешивал на дереве красные тряпицы с иероглифическими письменами.
Как величественно сидит она, как строго смотрит! едва наклонила
голову в ответ на его
поклон. «Очень рада вас видеть, прошу садиться». — Ни один мускул не пошевелился в ее лице. Будет сильная головомойка, — ничего, ругай, только спаси.
Седой сгорбленный старик в длиннополом кафтане стоял у правой стены и степенно откладывал
поклоны, припадая своей
головой к потертому шелковому подрушнику.
Она была необыкновенно эффектна в своем гранатовом бархатном платье с красной камелией в волосах и ответила на
поклон Привалова едва заметным кивком
головы, улыбаясь стереотипной улыбкой хозяйки дома.
Пришел необычно рослый и собой коренастый пожилой человек. Борода вся седая, и в
голове седина тоже сильно пробилась: русых волос и половины не осталось. Изнуренный, в лице ни кровинки, в засаленном, оборванном архалуке из адряса, подошел к Марку Данилычу и отвесил низкий
поклон.
Вдруг тихими, неслышными шагами вошла Анисья Терентьевна Красноглазиха, в обычном темно-синем сарафане, в черной душегрейке, повязанная по
голове белым платком в знак похоронной печали, и с толстой книгой под мышкой. Помолилась она перед стоявшею в
головах покойника иконой, поклонилась в землю Марку Данилычу, потом отвесила низкий
поклон Патапу Максимычу.
Вдруг перед честно́й беседой явилась знаменитая повариха, а теперь и бабушка-повитуха Дарья Никитишна. В полушелковом темно-красном сарафане, в гарнитуровом холодникé, в коричневом платке с затканными серебряными цветочками на
голове, павой выплыла она в горницу с уемистым горшком пшенной каши. С низким
поклоном поставила она его перед Васильем Борисычем и такие речи примолвила ему по-старинному, по-уставному...
— Вот дела-то!.. Вот дела-то какие!.. — качая
головой, печаловалась мать Таисея и, опомнившись, быстро схватила поднос с кулебякой и, подавая его с
поклоном Манефе, умильным голосом проговорила: — Не побрезгуй убогим приношеньем — не привел Господь видеть тебя за трапезой, дозволь хоть келейно пирожком тебе поклониться… Покушай нашего хлеба-соли во здравие.
Во всем надо будет из ее рук смотреть, не сметь выступить из воли ее, завсегда иметь
голову с
поклоном, язык с приговором, руки с подносом…
И рассказал Патап Максимыч Ивану Григорьичу разговор свой с Груней. Во время рассказа Иван Григорьич больше и больше склонял
голову, и, когда Патап Максимыч кончил, он встал и, смотря плачущими глазами на иконы, перекрестился и сделал земной
поклон.
Спать улеглись, а Фекла все еще клала в моленной земные
поклоны. Кончив молитву, вошла она в избу и стала на колени у лавки, где, разметавшись, крепким сном спал любимец ее, Саввушка. Бережно взяла она в руки сыновнюю
голову, припала к ней и долго, чуть слышно, рыдала.
С пáрнями девки заигрывают: кого в затылок кулаком, кого ладонью вдоль спины изо всей мочи, кому жбан квасу нá
голову, коли вздумает девичьи разговоры под окнами подслушивать, — Карпу Алексеичу ни привета, ни ответа: молча поклонятся писарю девки низким
поклоном, сами не улы́бнутся писарю и тотчас и в сторону.
Я принялся было усердно есть какое-то блюдо, которого я никогда прежде не ел, как вдруг на возвышении показались две девицы в прекрасных белых платьях, с
голыми руками и шеей, все в завитых локонах; держа в руках какие-то листы бумаги, они подошли к самому краю возвышения, низко присели (я отвечал им
поклоном) и принялись петь.
Юнкера первой роты кланялись и отходили. Александров видел, как на их низкие и — почему не сказать правду? — довольно грамотные
поклоны медленно, с важной и светлой улыбкой склоняла свою властную матово-белую
голову директриса.
Одновременно, помните: одновременно — в этом тайна
поклона и его красота — одновременно и медленно — сгибается спина и склоняется
голова.
Все ее движения были уверенны и женственны: наклоняла ли она
голову к своему кавалеру, или делала направо и налево, светло улыбаясь, тихие приветливые
поклоны.
После
поклона ему удалось ловкими маневрами обойти свиту, окружавшую начальницу. Он уже почувствовал себя в свободном пространстве и заторопился было к ближнему концу спасительной галереи, но вдруг остановился на разбеге: весь промежуток между двумя первыми колоннами и нижняя ступенька были тесно заняты темно-вишневыми платьицами,
голыми худенькими ручками и милыми, светло улыбавшимися лицами.
Александров оживляется. Отличная, проказливая мысль приходит ему в
голову. Он подходит к первой от входа девочке, у которой волосы, туго перетянутые снизу ленточкой, торчат вверх, точно хохол у какой-то редкостной птицы, делает ей глубочайший церемонный
поклон и просит витиевато...
— Господи, господи боже мой! — говорила Анна Павловна, качая
головой, — жизнь-то наша! Да как же это могло случиться? он еще на той неделе с вами же
поклон прислал!
Собачонки и приживалки моментально исчезли. Графиня легким кивком
головы ответила на почтительные
поклоны Николая Леопольдовича.
На
поклон подпоручика он коротко кивнул
головой.
— Я его обогнал на лестнице вашей; он тащит какую-то картину! — сказал Сергей Степаныч, едва кивнувший Крапчику
головой на низкий
поклон того.
Все они кланялись проезжающей барыне, на что Муза Николаевна отвечала низким и приветливым
поклоном; московская же горничная ее едва только склоняла им
голову, желая тем выразить свое столичное превосходство.
Сохраняя то же недоумевающее выражение на лице, он двинулся по направлению сидящего, отвечая кивком
головы на почтительные
поклоны присутствующих.
Не раз случалось так, что мать Енафа читает свое скитское правило, сделает земной
поклон, припадет
головой к подрушнику да так и заснет.
Мужик с густой бородой и угрюмым лицом, взъерошенный и измятый, вошел в церковь, разом стал на оба колена и тотчас же принялся поспешно креститься, закидывая назад и встряхивая
голову после каждого
поклона.
Ух, как помню я свою красную от мороза, перепачканную чернилами руку, — как она беспомощно торчала в воздухе, как дрогнула и сконфуженно опустилась. Катерина Сергеевна поговорила минутки две, попросила передать ее
поклон папе и маме и, все не вынимая рук из муфты, кивнула мне на прощанье
головой.
Бывало, слышишь его где-то около себя, долго всматриваешься и насилу разглядишь песочника, стоящего на песчаном бугорке и беспрестанно делающего
поклоны, то есть опускающего и поднимающего
голову. Мясо его нежно и вкусно, но жирно никогда не бывает. Пропадает он довольно рано, в начале августа.
Увидя вошедшего, он сделал легкое движение
головой, что означало
поклон, и холодно сказал...
Григорий Александрович, одетый в дорожный, но роскошный костюм: в бархатных широких сапогах, в венгерке, крытой малиновым бархатом, с собольей опушкой, в большой шубе, крытой шелком, с белой шалью вокруг шеи и дорогой собольей шапкой на
голове, проходил мимо этой раззолоченной раболепной толпы, как Голиаф между пигмеями, часто даже кивком
головы не отвечая чуть не на земные
поклоны.
Куда стремился Калинович — мы знаем, и, глядя на него, нельзя было не подумать, что богу еще ведомо, чья любовь стремительней: мальчика ли неопытного, бегущего с лихорадкой во всем теле, с пылающим лицом и с поэтически разбросанными кудрями на тайное свидание, или человека с солидно выстриженной и поседелой уже
головой, который десятки лет прожил без всякой уж любви в мелких служебных хлопотах и дрязгах, в ненавистных для души
поклонах, в угнетении и наказании подчиненных, — человека, который по опыту жизни узнал и оценил всю чарующую прелесть этих тайных свиданий, этого сродства душ, столь осмеянного практическими людьми, которые, однако, платят иногда сотни тысяч, чтоб воскресить хоть фальшивую тень этого сердечного сродства с какой-нибудь не совсем свежей, немецкого или испанского происхождения, m-lle Миной.
— Прощайте, monsieur Irteneff, — сказала мне Ивина, вдруг как-то гордо кивнув
головой и так же, как сын, посмотрев мне в брови. Я поклонился еще раз и ей, и ее мужу, и опять на старого Ивина мой
поклон подействовал так же, как ежели бы открыли или закрыли окошко. Студент Ивин проводил меня, однако, до двери и дорогой рассказал, что он переходит в Петербургский университет, потому что отец его получил там место (он назвал мне какое-то очень важное место).
Миллионы труждающихся и обремененных осенили крестом свои широкие груди; миллионы удрученных
голов, с земными
поклонами, склонились до сырой земли русской. С церковных папертей и амвонов во всеуслышание раздалось вещее слово. По всем градам и весям, по всем пригородам и слободам, по деревням, посадам и селам церковные колокола прогудели, по лицу всея земли Русской, благовест воли.
Едва ступил адъютант на крыльцо, как многие
головы в крестьянской толпе мгновенно обнажились, а старики, стоявшие у хлеба, почтительно отвесили ему по глубокому поясному
поклону.
Вот на минуту растворилась дверь, и вышел из нее, вполне серьезный, полковник Пшецыньский, представительно бряцая шпорами и поддетою на крючок саблей, причем кисточки его серебряных эполет болтались весьма эффектно. Он на ходу ответил любезным склонением
головы на общий
поклон чиновников и, с озабоченным видом, прошел в прихожую, мимо майора, которого хотя и видел, но будто не заметил.
Корявый мужичонко, ровняясь время от времени с пешеходами, иногда приподнимал свой несуразный малахай и кивал
головою. Иные из пешеходов, в свою очередь, отвечали ему
поклонами. Видно было, что все эти люди более или менее знакомые, из ближней окрестности.
Пришел черненький Шписс, небрежно мотнув
головой на
поклоны некоторых чиновников, фамильярно подал руку правителю канцелярии и приятельски заболтал с подполковником Гнутом о вчерашнем «рауте» графини.
Бейгуш, по всегдашней привычке, кивнул им
головою, но те не ответили на
поклон, и не то чтобы отвернулись от него, не то чтобы сделали вид, будто не узнают его; напротив, оба прямо и твердо глядели ему в глаза, и в их взоре он ясно прочел то же самое презрение, то же самое имя «изменника».
— Вы знакомы с ними? — радостно воскликнул Савин, увидав, что мать и дочь приветливо кивком
головы ответили на
поклон Николеско.
Биче слушала разговор. Она, повернув
голову, смотрела на меня с изумлением и одобрением. Бреннер схватил мою руку, отвесил глубокий, сломавший его длинное тело
поклон и, поворотясь, кинулся аршинными шагами уловлять Кука.
Марьяна в ответ на его
поклон медленно нагнула
голову, уселась на завалинке и достала из-за пазухи семя.
Вспомнила! ноженьки стали,
Силюсь идти, а нейду!
Думала я, что едва ли
Прокла в живых я найду…
Нет! не допустит Царица Небесная!
Даст исцеленье икона чудесная!
Я осенилась крестом
И побежала бегом…
Сила-то в нем богатырская,
Милостив Бог, не умрет…
Вот и стена монастырская!
Тень уж моя
головой достает
До монастырских ворот.
Я поклонилася земным
поклоном,
Стала на ноженьки, глядь —
Ворон сидит на кресте золоченом,
Дрогнуло сердце опять!
Все это я пережил в момент, и при первых моих шагах раздался хохот и возгласы, где слышалось слово «пожарный». Все-таки я подошел, сорвал с
головы фуражку, извинился за опоздание. Смех в ответ на мой
поклон, а потом Казанцев обратился ко мне со словами из «Птичек певчих...
На почтительные
поклоны быстро расступившейся перед ним вправо и влево толпы он небрежно кивнул
головой, выпятив вперед толстую нижнюю губу, и сказал гнусаво...