Неточные совпадения
Вронский снял с своей головы
мягкую с большими полями шляпу и отер платком потный лоб и отпущенные до половины ушей
волосы, зачесанные назад и закрывавшие его лысину. И, взглянув рассеянно на стоявшего еще и приглядывавшегося к нему господина, он хотел пройти.
Во время разлуки с ним и при том приливе любви, который она испытывала всё это последнее время, она воображала его четырехлетним мальчиком, каким она больше всего любила его. Теперь он был даже не таким, как она оставила его; он еще дальше стал от четырехлетнего, еще вырос и похудел. Что это! Как худо его лицо, как коротки его
волосы! Как длинны руки! Как изменился он с тех пор, как она оставила его! Но это был он, с его формой головы, его губами, его
мягкою шейкой и широкими плечиками.
— Я очень рада, что уговорила его завтра собороваться, — говорила она, сидя в кофточке пред своим складным зеркалом и расчесывая частым гребнем
мягкие душистые
волосы. — Я никогда не видала этого, но знаю, мама мне говорила, что тут молитвы об исцелении.
Николай Петрович прихрамывал, черты имел маленькие, приятные, но несколько грустные, небольшие черные глаза и
мягкие жидкие
волосы; он охотно ленился, но и читал охотно, и боялся общества.
Это была молодая женщина лет двадцати трех, вся беленькая и
мягкая, с темными
волосами и глазами, с красными, детски-пухлявыми губками и нежными ручками.
Аркадий оглянулся и увидал женщину высокого роста, в черном платье, остановившуюся в дверях залы. Она поразила его достоинством своей осанки. Обнаженные ее руки красиво лежали вдоль стройного стана; красиво падали с блестящих
волос на покатые плечи легкие ветки фуксий; спокойно и умно, именно спокойно, а не задумчиво, глядели светлые глаза из-под немного нависшего белого лба, и губы улыбались едва заметною улыбкою. Какою-то ласковой и
мягкой силой веяло от ее лица.
Фенечка вытянула шейку и приблизила лицо к цветку… Платок скатился с ее головы на плеча; показалась
мягкая масса черных, блестящих, слегка растрепанных
волос.
Он человек среднего роста, грузный, двигается осторожно и почти каждое движение сопровождает покрякиванием. У него, должно быть, нездоровое сердце, под добрыми серого цвета глазами набухли мешки. На лысом его черепе, над ушами, поднимаются, как рога, седые клочья, остатки пышных
волос; бороду он бреет; из-под
мягкого носа его уныло свисают толстые, казацкие усы, под губою — остренький хвостик эспаньолки. К Алексею и Татьяне он относится с нескрываемой, грустной нежностью.
Тонкая, смуглолицая Лидия, в сером костюме, в шапке черных, курчавых
волос, рядом с Мариной казалась не русской больше, чем всегда. В парке щебетали птицы, ворковал витютень, звучал вдали чей-то
мягкий басок, а Лидия говорила жестяные слова...
Самгин смотрел на нее с удовольствием и аппетитом, улыбаясь так добродушно, как только мог. Она — в бархатном платье цвета пепла, кругленькая,
мягкая. Ее рыжие, гладко причесанные
волосы блестели, точно красноватое, червонное золото; нарумяненные морозом щеки, маленькие розовые уши, яркие, подкрашенные глаза и ловкие, легкие движения — все это делало ее задорной девчонкой, которая очень нравится сама себе, искренно рада встрече с мужчиной.
Сидя в постели, она заплетала косу.
Волосы у нее были очень тонкие,
мягкие, косу она укладывала на макушке холмиком, увеличивая этим свой рост. Казалось, что
волос у нее немного, но, когда она распускала косу, они покрывали ее спину или грудь почти до пояса, и она становилась похожа на кающуюся Магдалину.
Говоря, она
мягкими жестами оправляла
волосы, ворот платья, складки на груди.
— Нам понимать некогда, мы все революции делаем, — откликнулся Безбедов, качая головой; белые глаза его масляно блестели, лоснились
волосы, чем-то смазанные, на нем была рубашка с
мягким воротом, с подбородка на клетчатый галстук капал пот.
Сняв шапку, Егорша вытер ею потное лицо, сытое, в
мягком, рыжеватом пухе курчавых
волос на щеках и подбородке, — вытер и ожидающе заглянул под очки Самгина узкими светленькими глазами.
Самгин видел незнакомого; только глаза Дмитрия напоминали юношу, каким он был за четыре года до этой встречи, глаза улыбались все еще той улыбкой, которую Клим привык называть бабьей. Круглое и
мягкое лицо Дмитрия обросло светлой бородкой; длинные
волосы завивались на концах. Он весело и быстро рассказал, что переехал сюда пять дней тому назад, потому что разбил себе ногу и Марина перевезла его.
Слева от Самгина одиноко сидел, читая письма, солидный человек с остатками курчавых
волос на блестящем черепе, с добродушным,
мягким лицом; подняв глаза от листка бумаги, он взглянул на Марину, улыбнулся и пошевелил губами, черные глаза его неподвижно остановились на лице Марины.
Он прыгал по комнате на одной ноге, придерживаясь за спинки стульев, встряхивая
волосами, и
мягкие, толстые губы его дружелюбно улыбались. Сунув под мышку себе костыль, он сказал...
Говорила она стоя пред зеркалом, заплетая в косу обильные и
мягкие светло-русые
волосы, голая, точно куриное яйцо.
Холеное, голое лицо это, покрытое туго натянутой, лоснящейся, лайковой кожей, голубоватой на месте бороды, наполненное розовой кровью, с маленьким пухлым ртом, с верхней губой, капризно вздернутой к маленькому,
мягкому носу, ласковые, синеватые глазки и седые, курчавые
волосы да и весь облик этого человека вызывал совершенно определенное впечатление — это старая женщина в костюме мужчины.
Тетка покойного деда рассказывала, — а женщине, сами знаете, легче поцеловаться с чертом, не во гнев будь сказано, нежели назвать кого красавицею, — что полненькие щеки козачки были свежи и ярки, как мак самого тонкого розового цвета, когда, умывшись божьею росою, горит он, распрямляет листики и охорашивается перед только что поднявшимся солнышком; что брови словно черные шнурочки, какие покупают теперь для крестов и дукатов девушки наши у проходящих по селам с коробками москалей, ровно нагнувшись, как будто гляделись в ясные очи; что ротик, на который глядя облизывалась тогдашняя молодежь, кажись, на то и создан был, чтобы выводить соловьиные песни; что
волосы ее, черные, как крылья ворона, и
мягкие, как молодой лен (тогда еще девушки наши не заплетали их в дрибушки, перевивая красивыми, ярких цветов синдячками), падали курчавыми кудрями на шитый золотом кунтуш.
Здесь кстати заметим, что Алеша очень изменился с тех пор, как мы его оставили: он сбросил подрясник и носил теперь прекрасно сшитый сюртук,
мягкую круглую шляпу и коротко обстриженные
волосы.
Когда Вольф кончил свои доводы, Бе, не дорисовав гирлянду, с грустью — ему было грустно за то, что приходилось доказывать такие труизмы —
мягким, приятным голосом, коротко, просто и убедительно показал неосновательность жалобы и, опустив голову с белыми
волосами, продолжал дорисовывать гирлянду.
Через минуту из боковой двери вышла Маслова. Подойдя
мягкими шагами вплоть к Нехлюдову, она остановилась и исподлобья взглянула на него. Черные
волосы, так же как и третьего дня, выбивались вьющимися колечками, лицо, нездоровое, пухлое и белое, было миловидно и совершенно спокойно; только глянцовито-черные косые глаза из-под подпухших век особенно блестели.
Глаза темные, точно бархатные, взгляд бездонный. Белизна лица матовая, с
мягкими около глаз и на шее тенями.
Волосы темные, с каштановым отливом, густой массой лежали на лбу и на висках ослепительной белизны, с тонкими синими венами.
Сегодня она казалась злою, но когда я спросил, отчего у нее такие длинные
волосы, она сказала вчерашним теплым и
мягким голосом...
Только большой белый лоб, прикрытый спутанными
мягкими темными
волосами, да усталый, точно надломленный взгляд больших глаз с приподнятыми внешними углами придавали этому лицу характерный отпечаток.
В ней все было красиво: и небольшой белый лоб с шелковыми прядями
мягких русых
волос, и белый детски пухлый подбородок, неглубокой складкой, как у полных детей, упиравшийся в белую, точно выточенную шею с коротенькими золотистыми
волосами на крепком круглом затылке, и даже та странная лень, которая лежала, кажется, в каждой складке платья, связывала все движения и едва теплилась в медленном взгляде красивых светло-карих глаз.
Мишка-певец и его друг бухгалтер, оба лысые, с
мягкими, пушистыми
волосами вокруг обнаженных черепов, оба с мутными, перламутровыми, пьяными глазами, сидели друг против друга, облокотившись на мраморный столик, и все покушались запеть в унисон такими дрожащими и скачущими голосами, как будто бы кто-то часто-часто колотил их сзади по шейным позвонкам...
Приехала большая компания немцев, служащих в оптическом магазине, приехала партия приказчиков из рыбного и гастрономического магазина Керешковского, приехали двое очень известных на Ямках молодых людей, — оба лысые, с редкими,
мягкими, нежными
волосами вокруг лысин — Колька-бухгалтер и Мишка-певец, так называли в домах их обоих.
У Гагина было именно такое лицо, милое, ласковое, с большими
мягкими глазами и
мягкими курчавыми
волосами.
В один из последних вечеров, когда я прогуливался по шоссе, все время нося с собой новое ощущение свободы, — из сумеречной и пыльной мглы, в которой двигались гуляющие обыватели, передо мною вынырнули две фигуры: один из моих товарищей, Леонтович, шел под руку с высоким молодым человеком в синих очках и
мягкой широкополой шляпе на длинных
волосах. Фигура была, очевидно, не ровенская.
Шляпы он всегда носил
мягкие, широкополые, черные; когда он снял в дверях шляпу — целый пук его густейших, но с сильной проседью
волос так и прянул на его голове.
Он был среднего роста, но худ и бледен, — не от природы, как Петр Иваныч, а от беспрерывных душевных волнений;
волосы не росли, как у того, густым лесом по голове и по щекам, но спускались по вискам и по затылку длинными, слабыми, но чрезвычайно
мягкими, шелковистыми прядями светлого цвета, с прекрасным отливом.
Комната была пуста. Усопшая казалось тихо спала, утопая в
мягких складках постели. Худенькое тельце не обрисовывалось под голубым атласным одеялом. Головка наклонилась немного набок, острые линии лица, налагаемые смертью, не придавали ему страдальческого выражения, оно было, напротив, совершенно спокойно. Глаза были закрыты. Золотисто-льняные
волосы сбились на бледный лобик, как бы выточенный из слоновой кости.
И ты, и ты не любишь меня!» И он рвал
волосы на голове, кусал губы, и вдруг в его душе,
мягкой и нежной, открылась страшная возможность злобы, ненависти, зависти и потребность отомстить, и в дополнение он нашел силу все это скрыть.
Из лица бел, румян и чист; глаза голубые; на губах улыбка; зубы белые, ровные;
волоса белокурые, слегка вьющиеся; походка
мягкая; голос — ясный и звучный тенор.
Слово участия и ласковый тон вызвали в мальчике еще большую нервную вспышку плача. Тогда девочка присела около него на корточки; просидев так с полминуты, она тихо тронула его
волосы, погладила его голову и затем, с
мягкою настойчивостью матери, которая успокаивает наказанного ребенка, приподняла его голову и стала вытирать платком заплаканные глаза.
Костюм был изящен и характерен: длиннополый черный сюртук, почти доверху застегнутый, но щегольски сидевший;
мягкая шляпа (летом соломенная) с широкими полями; галстук белый, батистовый, с большим узлом и висячими концами; трость с серебряным набалдашником, при этом
волосы до плеч.
Старец Асаф, к которому я пристал, подлинно чудный человек был. В то время, как я в лесах поселился, ему было, почитай, более ста лет, а на вид и шестидесяти никто бы не сказал: такой он был крепкий, словоохотный, разумный старик. Лицом он был чист и румян;
волосы на голове имел
мягкие, белые, словно снег, и не больно длинные; глаза голубые, взор ласковый, веселый, а губы самые приятные.
Девка, как все вообще русские мещанки, воспитанные на пуховиках и чае, отличалась с виду тою дряблою тучностью, которая почему-то напоминает о китовом жире; лицо у нее было, что называется, форменное: мясистое, круглое, плоское,
мягкое, сильно избеленное и с крепко приглаженными
волосами, намазанными мусатовскою помадой.
Орлиный нос, высокий лоб, красиво вытянутые брови, голубые, блестящие глаза, прекрасный цвет лица, оттененный нежным румянцем,
мягкие светло-русые, вьющиеся
волосы, ровные, белые как слоновая кость зубы — таков был обольстительный портрет князя в цветущие годы.
Она сидела спиной к окну, завешенному белой шторой; солнечный луч, пробиваясь сквозь эту штору, обливал
мягким светом ее пушистые, золотистые
волосы, ее невинную шею, покатые плечи и нежную, спокойную грудь.
Она была с ним как и всегда, словно бы ничего такого и не случилось, словно жизнь и не должна теперь ни на
волос измениться; напротив, Сусанна как будто стала еще теплее и
мягче, еще любовнее с ним, оттого что для нее была ужасна мысль потерять его навеки.
Высокая, стройная блондинка, с тем редким цветом
волос, который почему-то называется пепельным, но которому, собственно, нет названия по неуловимости его переливов, с
мягкими, нежными чертами лица, которые не могут назваться правильными лишь потому, что к ним не применимо понятие о линиях с точки зрения человеческого искусства.
И не успел еще Падди изловчиться, как уже сильный лозищанин встал во весь рост, как медведь на охотника, поднял над головой Падди обе руки, потом сгреб его за густые, хотя и не длинные
волосы, нагнул и, зажав голову коленями, несколько раз шлепнул очень громко по
мягкому месту.
Тонкий, как тростинка, он в своём сером подряснике был похож на женщину, и странно было видеть на узких плечах и гибкой шее большую широколобую голову, скуластое лицо, покрытое неровными кустиками жёстких
волос. Под левым глазом у него сидела бородавка, из неё тоже кустились
волосы, он постоянно крутил их пальцами левой руки, оттягивая веко книзу, это делало один глаз больше другого. Глаза его запали глубоко под лоб и светились из тёмных ям светом
мягким, безмолвно говоря о чём-то сердечном и печальном.
Тело молодых нерп покрыто густой
мягкой шерстью серебристо-белого цвета. Через полгода после появления на свет детеныша под кожей его появляется жир, предохраняющий тело от холода. Тогда белая шерсть выпадает, и на месте ее вырастают грубые, жесткие редкие
волосы.
Волосы пепельного цвета,
мягкие, некурчавые, лежали на лбу широкой прядью, как на бюстах императора Траяна.
Мягкие русые
волосы с пробором на боку, подстриженные сзади и гладко причесанные спереди, необыкновенно подходили к крупному носу, золотым очкам, добрым и умным глазам этого москвича, к его заостряющемуся брюшку, тонкой усмешке и белым рукам-огурчикам.
Ей пошел сороковой год. Она наследовала от красавицы матери — что глядела на нее с портрета — такую же
мягкую и величественную красоту и высокий рост. Черты остались в виде линий, но и только… Она вся потускнела с годами, лицо потеряло румянец, нежность кожи, покрылось мелкими морщинами, рот поблек, лоб обтянулся, белокурые
волосы поредели. Она погнулась, хотя и держалась прямо; но стан пошел в ширину: стал костляв. Сохранились только большие голубые глаза и руки барского изящества.