Неточные совпадения
Марфа Петровна отнюдь никогда не
имела намерения что-нибудь за ним закрепить,
имея в виду детей, и если и оставила ему нечто, то разве нечто самое необходимое, малостоящее, эфемерное, чего и на год не хватит человеку с его
привычками.
Княгиня же, со свойственною женщинам
привычкой обходить вопрос, говорила, что Кити слишком молода, что Левин ничем не показывает, что
имеет серьезные намерения, что Кити не
имеет к нему привязанности, и другие доводы; но не говорила главного, того, что она ждет лучшей партии для дочери, и что Левин несимпатичен ей, и что она не понимает его.
— А вот делаешь! Что прикажете?
Привычка, и знаешь, что так надо. Больше вам скажу, — облокачиваясь об окно и разговорившись, продолжал помещик, — сын не
имеет никакой охоты к хозяйству. Очевидно, ученый будет. Так что некому будет продолжать. А всё делаешь. Вот нынче сад насадил.
— Ведь вот, — говорил Катавасов, по
привычке, приобретенной на кафедре, растягивая свои слова, — какой был способный малый наш приятель Константин Дмитрич. Я говорю про отсутствующих, потому что его уж нет. И науку любил тогда, по выходе из университета, и интересы
имел человеческие; теперь же одна половина его способностей направлена на то, чтоб обманывать себя, и другая — чтоб оправдывать этот обман.
— Литераторы-реалисты стали пессимистами, — бормотал Дронов, расправляя мокрый галстук на колене, а потом, взмахнув галстуком, сказал: — Недавно слышал я о тебе такой отзыв: ты не
имеешь общерусской
привычки залезать в душу ближнего, или — в карман, за неимением души у него. Это сказал Тагильский, Антон Никифоров…
Кулигин. Еще бы не дико! Уж что говорить! Большую
привычку нужно, сударь,
иметь.
Теперь, когда он входил на возвышение, он
имел сосредоточенный вид, потому что у него была
привычка загадывать всеми возможными средствами на вопросы, которые он задавал себе.
По американской
привычке не видеть ничего необыкновенного ни в быстром обогащении, ни в разорении, или по своему личному характеру, Бьюмонт не
имел охоты ни восхититься величием ума, нажившего было три — четыре миллиона, ни скорбеть о таком разорении, после которого еще остались средства держать порядочного повара; а между тем надобно же было что-нибудь заметить в знак сочувствия чему-нибудь из длинной речи; потому он сказал...
Падение князя А. Н. Голицына увлекло Витберга; все опрокидывается на него, комиссия жалуется, митрополит огорчен, генерал-губернатор недоволен. Его ответы «дерзки» (в его деле дерзость поставлена в одно из главных обвинений); его подчиненные воруют, — как будто кто-нибудь находящийся на службе в России не ворует. Впрочем, вероятно, что у Витберга воровали больше, чем у других: он не
имел никакой
привычки заведовать смирительными домами и классными ворами.
Видеть себя в печати — одна из самых сильных искусственных страстей человека, испорченного книжным веком. Но тем не меньше решаться на публичную выставку своих произведений — нелегко без особого случая. Люди, которые не смели бы думать о печатании своих статей в «Московских ведомостях», в петербургских журналах, стали печататься у себя дома. А между тем пагубная
привычка иметь орган,
привычка к гласности укоренилась. Да и совсем готовое орудие
иметь недурно. Типографский станок тоже без костей!
Я
имею в виду
привычку, созданную мной, а не навязанную мне.
Привычка имеет для меня значение по двум основаниям.
Когда Любочка сердилась и говорила: «целый век не пускают», это слово целый век, которое
имела тоже
привычку говорить maman, она выговаривала так, что, казалось, слышал ее, как-то протяжно: це-е-лый век; но необыкновеннее всего было это сходство в игре ее на фортепьяно и во всех приемах при этом: она так же оправляла платье, так же поворачивала листы левой рукой сверху, так же с досады кулаком била по клавишам, когда долго не удавался трудный пассаж, и говорила: «ах, бог мой!», и та же неуловимая нежность и отчетливость игры, той прекрасной фильдовской игры, так хорошо названной jeu perlé, [блистательной игрой (фр.).] прелести которой не могли заставить забыть все фокус-покусы новейших пьянистов.
Виктор Васильич примостился было к ним, но скоро был изгнан с позором, потому что
имел скверную
привычку воровать взятки.
Мы видались с Балакиревым в мое дерптское время каждый год. Проезжая Петербургом туда и обратно, я всегда бывал у него, кажется, раз даже останавливался в его квартире. Жил он холостяком (им и остался до большой старости и смерти), скромно, аккуратно, без всякого артистического кутежа, все с теми же своими маленькими
привычками. Он уже
имел много уроков, и этого заработка ему хватало. Виртуозным тщеславием он не страдал и не бился из-за великосветских успехов.
Все они могли
иметь честные идеи, изящные вкусы, здравые понятия, симпатичные стремления; но они все были продукты старого быта, с
привычкой мужчин их эпохи-и помещиков, и военных, и сановников, и чиновников, и артистов, и даже профессоров — к «скоромным» речам. У французских писателей до сих пор — как только дойдут до десерта и ликеров — сейчас начнутся разговоры о женщинах и пойдут эротические и прямо «похабные» словца и анекдоты.
Я думаю, многие из оканчивавших испытывают и теперь в большей или меньшей степени это настроение «последнего года». Образование должно
иметь свой культ, подымающий отдельные знания на высоту общего смысла. Наша система усердно барабанит по отдельным клавишам. Разрозненных звуков до скуки много, общая мелодия отсутствует… Страх, поддерживающий дисциплину, улетучивается с годами и
привычкой. Внутренней дисциплины и уважения к школьному строю нет, а жизнь уже заглядывает и манит из-за близкой грани…
— Что вы хотите от меня, — спросил он советника, — стреляться с вами? Извольте! Как ни гадко, я стану; если ж нет, вы меня извините, я
имею скверную
привычку отгонять тростью тех, которые мне мешают гулять.
«Она видит его во сне», — подумал Круциферский и посмотрел на нее с такою ненавистью, с таким зверством, что, не
имей он миролюбивых
привычек нашего века, он задушил бы ее не хуже венецианского мавра; у нас трагедии оканчиваются не так круто.
— Благодарю вас, — сказал на это майор, пожимая по старой
привычке плечами, как будто бы они были еще в эполетах, — но согласитесь, что я не
имею никакого права пользоваться вашей добротой.
— Ты, татко [папа (Прим. автора.).], не скоро еще кончишь играть? — спросила она,
имея, по-видимому,
привычку называть мужа таткой.
Таким образом, Цыбуля
имеет за себя: во-первых, очень веские обязательства, во-вторых,
привычку и, в-третьих, молчаливое потворство мужа… И ты думаешь, что она разорвет с ним!
Василий Иваныч выглядел джентльменом: одет был щеголевато, лицо
имел чистое, матовое, доказывавшее, что периодическое омовение уже вошло в его
привычки; напротив того, Павел Матвеич глядел замарашкой: одет был неряшливо, в белье рыжеватого цвета, лицо
имел пористое, покрытое противною маслянистою слизью, как у человека, который несколько суток сряду спал, лежа в тарантасе, на протухлой подушке.
— Но ведь это логически выходит из всех твоих заявлений! Подумай только: тебя спрашивают,
имеет ли право француз любить свое отечество? а ты отвечаешь:"Нет, не
имеет, потому что он приобрел
привычку анализировать свои чувства, развешивать их на унцы и граны; а вот чебоксарец — тот
имеет, потому что он ничего не анализирует, а просто идет в огонь и в воду!"Стало быть, по-твоему, для патриотизма нет лучшего помещения, как невежественный и полудикий чебоксарец, который и границ-то своего отечества не знает!
Нравственное обаяние, которое она
имела сначала на него, — и, по преимуществу, своею несчастною семейною жизнью, — вследствие вспышек ее ревности и недостатка образования почти совершенно рушилось; жажда же физических утех, от
привычки и беспрепятственности их, значительно притупилась.
Заведовал редакцией секретарь Нотгафт, мужчина чрезвычайно презентабельный, англизированного вида, с рыжими холеными баками, всегда изящно одетый, в противовес всем сотрудникам, журналистам последнего сорта, которых В.Н. Бестужев в редакции поил водкой, кормил колбасой, ругательски ругал, не
имея возражений, потому что все знали его огромную физическую силу и
привычку к мордобою.
Походку
имеет он твердую и значительную, хотя, по старой
привычке, ходит, большею частию, заложивши руки назад.
Привычка ли обращаться преимущественно с явлениям мира действительного, сердечная ли сухость, следствии той же практичности, которая приковывает человека к факту и заставляет считать бреднями все то, что ускользает от простого, чувственного осязания, — как бы то ни было, но, во всяком случае, мне показалось что я внезапно очутился в какой-то совершенно иной атмосфере, в которой не
имел ни малейшего желания оставаться долее.
Ругали и били детей тяжело, но пьянство и драки молодежи казались старикам вполне законным явлением, — когда отцы были молоды, они тоже пили и дрались, их тоже били матери и отцы. Жизнь всегда была такова, — она ровно и медленно текла куда-то мутным потоком годы и годы и вся была связана крепкими, давними
привычками думать и делать одно и то же, изо дня в день. И никто не
имел желания попытаться изменить ее.
То есть служил камердинером, выполнял негласные поручения, подлаживался к барским
привычкам, изучал барские вкусы и вообще пользовался доверием настолько, что
имел право обшаривать барские карманы и входить, в отсутствие барина, в комнату, где находился незапертый ящик с деньгами.
"Должно быть, и для того, чтобы веселиться, надо
привычку иметь", — думалось ей, когда она возвращалась на постоялый двор, чтобы переодеться и возвратиться домой.
Сделавшись мужем и женой, они не оставили ни прежних
привычек, ни бездомовой жизни; обедали в определенный час в кухмистерской, продолжали жить в меблированных нумерах, где занимали две комнаты, и, кроме того, обязаны были
иметь карманные деньги на извозчика, на завтрак, на подачки сторожам и нумерной прислуге и на прочую мелочь.
Ничем подобным не могли пользоваться Черезовы по самому характеру и обстановке их труда. Оба работали и утром, и вечером вне дома, оба жили в готовых, однажды сложившихся условиях и, стало быть, не
имели ни времени, ни
привычки, ни надобности входить в хозяйственные подробности. Это до того въелось в их природу, с самых молодых ногтей, что если бы даже и выпал для них случайный досуг, то они не знали бы, как им распорядиться, и растерялись бы на первом шагу при вступлении в практическую жизнь.
Охотиться же на лыжах очень утомительно: надобно
иметь много ловкости, даже уменья и большую
привычку управлять лыжами по неровной местности.
Имея свое независимое громадное состояние, получив законную часть из состояния мужа, она, кроме того, через несколько лет после его смерти унаследовала колоссальное богатство своей тетки графини Анны Ивановны Нелидовой, умершей в Москве, среди той же обстановки, в которой мы застали графиню в начале нашего правдивого повествования, не изменив до самой смерти своих
привычек и, казалось, нимало не огорченной таинственным исчезновением графини Клавдии Афанасьевны Переметьевой.
Петра Михайлыча знали не только в городе и уезде, но, я думаю, и в половине губернии: каждый день, часов в семь утра, он выходил из дома за припасами на рынок и
имел, при этом случае,
привычку поговорить со встречным и поперечным. Проходя, например, мимо полуразвалившегося домишка соседки-мещанки, в котором из волокового окна [Волоковое окно — маленькое задвижное оконце, прорубавшееся в избах старинной постройки в боковых стенах.] выглядывала голова хозяйки, повязанная платком, он говорил...
Боже мой, как они нынче благоразумны и осторожны, какую
имеют, сравнительно с прежними барышнями, большую
привычку к корсету!
Он был недурен собою, разговорчив; и меня особенно поразили в нем странные рыжие волоса, которые он отпустил себе на горле, и еще более странная
привычка, которую он
имел, — беспрестанно расстегивать жилет и чесать себе грудь под рубашкой.
— Ммм… как вам сказать… Да, вначале есть-с; и даже очень чувствительно, особенно потому, что без
привычки, и он, этот Савакирей, тоже
имел сноровку на упух бить, чтобы кровь не спущать, но я против этого его тонкого искусства свою хитрую сноровку взял: как он меня хлобыснет, я сам под нагайкой спиною поддерну, и так приноровился, что сейчас шкурку себе и сорву, таким манером и обезопасился, и сам этого Савакирея запорол.
Всё это проделывал он машинально, бессознательно и по
привычке, но, тем не менее, быстро перебегая глазами с одного предмета на другой, он
имел вид знатока, производящего экспертизу.
И многие офицеры находили, что трудно,
имея в виду и собственные
привычки.
Все эти заповеди суть указания того, чего на пути стремления к совершенству мы
имеем полную возможность уже не делать, — того, над чем мы должны работать теперь, того, что понемногу мы должны переводить в область
привычки, в область бессознательного. Но заповеди эти не только не составляют учения и не исчерпывают его, но составляют только одну из бесчисленных ступеней его в приближении к совершенству.
Между тем тот же Пушкин, либеральный по своим воззрениям,
имел какую-то жалкую
привычку изменять благородному своему характеру и очень часто сердил меня и вообще всех нас тем, что любил, например, вертеться у оркестра околоОрлова, Чернышева, Киселева и других: они с покровительственной улыбкой выслушивали его шутки, остроты.
— Нет; я тебе за это благодарен и хотя особенно худого в этом курении не усматриваю и
привычку к сему
имел, но дабы не простирать речей, сегодня эту
привычку бросил и все свои трубки цыганам отдал.
Нужно
иметь свою
привычку даже к здоровью, как я убедился по личному опыту.
— Я
имею дурную
привычку крепко опираться на руку своего кавалера, — объяснила Александра Васильевна, когда мы выходили из «Розы».
Что же касается до тех из обитателей «темного царства», которые
имели силу и
привычку к делу, так они все с самого первого шага вступали на такую дорожку, которая никак уж не могла привести к чистым нравственным убеждениям.
Тоже ведь и к деньгам большую надо
привычку иметь, а народ бедный, необычный, ну, осталось у него двадцать целковых — он и не знает, что с ними делать.
Он был царем русским в трудное время; новые, чужие элементы отвсюду пробивались на смену отжившей старины, которая не
имела за себя ничего, кроме
привычки и невежества.
Старая графиня *** сидела в своей уборной перед зеркалом. Три девушки окружали ее. Одна держала банку румян, другая коробку со шпильками, третья высокий чепец с лентами огненного цвета. Графиня не
имела ни малейшего притязания на красоту, давно увядшую, но сохраняла все
привычки своей молодости, строго следовала модам семидесятых годов и одевалась так же долго, так же старательно, как и шестьдесят лет тому назад. У окошка сидела за пяльцами барышня, ее воспитанница.