Неточные совпадения
Теперь равнодушно подъезжаю ко всякой незнакомой деревне и равнодушно гляжу на ее пошлую наружность; моему охлажденному взору неприютно, мне не смешно, и то, что пробудило бы в прежние годы
живое движенье в лице, смех и немолчные
речи, то скользит теперь мимо, и безучастное молчание хранят мои недвижные уста. О моя юность! о моя свежесть!
Обломов думал успокоиться, разделив заботу с Ольгой, почерпнуть в ее глазах и ясной
речи силу воли и вдруг, не найдя
живого и решительного ответа, упал духом.
Зато поэты задели его за
живое: он стал юношей, как все. И для него настал счастливый, никому не изменяющий, всем улыбающийся момент жизни, расцветания сил, надежд на бытие, желания блага, доблести, деятельности, эпоха сильного биения сердца, пульса, трепета, восторженных
речей и сладких слез. Ум и сердце просветлели: он стряхнул дремоту, душа запросила деятельности.
Стремов, тоже член комиссии и тоже задетый за
живое, стал оправдываться, — и вообще произошло бурное заседание; но Алексей Александрович восторжествовал, и его предложение было принято; были назначены три новые комиссии, и на другой день в известном петербургском кругу только и было
речи, что об этом заседании.
— Подпишись, говорит, — продолжал лохматый мужик свое суждение о
речи барина. — Подпишись, он тебя
живого проглотит.
Но лишь коснется
речь самой жизни, являются на сцену лица, события, заговорят в истории, в поэме или романе, греки, римляне, германцы, русские — но
живые лица, — у Райского ухо невольно открывается: он весь тут и видит этих людей, эту жизнь.
Он был в недоумении. Эта живость
речи, быстрые движения, насмешливое кокетство — все казалось ему неестественно в ней. Сквозь
живой тон и резвость он слышал будто усталость, видел напряжение скрыть истощение сил. Ему хотелось взглянуть ей в лицо, и когда они подошли к концу аллеи, он вывел было ее на лунный свет.
Еще есть и теперь в
живых люди, помнящие «Татьянин день» в «Эрмитаже», когда В. А. Гольцева после его
речи так усиленно «качали», что сюртук его оказался разорванным пополам; когда после Гольцева так же энергично чествовали А. И. Чупрова и даже разбили ему очки, подбрасывая его к потолку, и как, тотчас после Чупрова, на стол вскочил косматый студент в красной рубахе и порыжелой тужурке, покрыл шум голосов неимоверным басом, сильно ударяя на «о», по-семинарски...
Не о духе только, но и о плоти, и притом о социальной, точнее всечеловеческой плоти, идет здесь
речь, об ее спасении и просветлении, а далее и об узрении человечества, как того
живого существа, Адама-Кадмона, Grand etre, о котором в единогласном прозорливстве говорят еврейские каббалисты, О. Конт, Вл. Соловьев.
Ты помнишь ли, при вашей встрече,
При первой встрече роковой,
Ее волшебный взор, и
речи,
И смех младенчески-живой?
Скворец, скосив на нее круглый
живой глаз юмориста, стучит деревяшкой о тонкое дно клетки, вытягивает шею и свистит иволгой, передразнивает сойку, кукушку, старается мяукнуть кошкой, подражает вою собаки, а человечья
речь — не дается ему.
— Да, с этой стороны Лоскутов понятнее. Но у него есть одно совершенно исключительное качество… Я назвал бы это качество притягательной силой, если бы
речь шла не о
живом человеке. Говорю серьезно… Замечаешь, что чувствуешь себя как-то лучше и умнее в его присутствии; может быть, в этом и весь секрет его нравственного влияния.
Мироновну та
речь затронула за
живое, рассыпалась она в ругательствах на Дуню за то, что у нее такое несчетное богатство, а ей не на что избенку проконопатить — со всех сторон дует, углы промерзают, житье в ней мало лучше, чем в ином сарае либо на сеннице.
Их
речи и есть «
живое слово».
Кажется, наше семейство считалось самым зажиточным; богаче нас был только владелец села Отрады, о котором я однажды упоминал, но так как он в имении
живал лишь наездом, то об нем в помещичьем кругу не было и
речи.
Писем не привез, на
речах подал весть, что Патап Максимыч, по желанью Марьи Гавриловны, снарядил было в путь обеих дочерей, но вдруг с Настасьей Патаповной что-то попритчилось, и теперь лежит она без памяти, не знают, в
живых останется ли.
И от тех громóв, от той молнии вся
живая тварь в ужасе встрепенулась: разлетелись поднебесные птицы, попрятались в пещеры дубравные звери, один человек поднял к небу разумную голову и на
речь отца громóвую отвечал вещим словом,
речью крылатою…
Тон его делался
живым только тогда, когда
речь заходила о бонапартизме и, в особенности, о Наполеоне I.
Зато лица,
живые, человеческие лица —
речи людей, их движения, смех — вот без чего я обойтись не мог.
И как мне доживать мой горькой век, лица твоего не видаючи, ласковых
речей твоих не слыхаючи; расстаюсь я с тобою на веки вечные, ровно тебя
живую в землю хороню».
К концу этой короткой
речи все лицо Лизы выражало одно
живое страдание и, взглянув в глаза этому страданию, Помада, не говоря ни слова, выскочил и побежал в свою конуру, едва ли не так шибко, как он бежал навстречу институткам.
Он стремительно достигал комнаты, где истеричничала Ольга Сергеевна, громовым словом и многознаменательным движением чубука выгонял вон из этой комнаты всякую
живую душу и затем держал к корчившей ноги больной такую
речь...
На днях наша дружеская полемика получила новую богатую пищу. В газетах появилась
речь одного из эльзас-лотарингских депутатов, Тейтча, произнесенная в германском рейхстаге.
Речь эта, очень мало замечательная в ораторском смысле, задела нас за
живое внезапностью своего содержания. Никто из нас не ожидал, чтобы мог выступить, в качестве спорного, такой предмет, о котором, по-видимому, не могло существовать двух различных мнений. Этот оказавшийся спорным предмет — любовь к отечеству.
Все эти чувства сообщают его
речи живой и взволнованный характер, который не может не действовать и на чувствительного судью.
То есть просто, вам я говорю, точно я не слова слышу, а вода
живая мимо слуха струит, и я думаю: «Вот тебе и пьяничка! Гляди-ка, как он еще хорошо может от божества говорить!» А мой баринок этим временем перестал егозиться и такую
речь молвит...
Первые два блюда прошли почти незаметно, но когда подали уху из
живых харюзов [Кто-то и почему-то окрестил эту рыбу ученым именем — хариус; на Урале ее называют просто — харюз, и последнее название, по нашему мнению, больше отвечает складу русской
речи.
Талантов никаких, поэзии нема, способностей к работе пропасть, память большая, ум не разнообразный и не глубокий, но здравый и
живой; сушь и сила, и даже дар слова, когда
речь идет об его, между нами сказать, скучнейшей Болгарии.
В полдневный зной,
Когда бежит от Солнца все
живоеВ тени искать прохлады, гордо, нагло
На при́пеке лежит пастух ленивый,
В истоме чувств дремотной подбирает
Лукавые заманчивые
речи,
Коварные обманы замышляет
Для девушек невинных.
Потом зашла
речь о новом начальнике эскадры, и капитан сказал, что эскадра должна радоваться такому назначению, так как Корнев — один из тех редких начальников, которые беззаветно преданы своему делу и вносят в него дух
живой.
Проявление не совсем ободрительное для оратора, который, кончивши
речь свою, поклонился и еле
живой возвратился на свое место.
Слушая этот горький рассказ, я сначала решительно как будто не понимал слов рассказчика, — так далека от меня была мысль, что Пушкин должен умереть во цвете лет, среди
живых на него надежд. Это был для меня громовой удар из безоблачного неба — ошеломило меня, а вся скорбь не вдруг сказалась на сердце. — Весть эта электрической искрой сообщилась в тюрьме — во всех кружках только и
речи было, что о смерти Пушкина — об общей нашей потере, но в итоге выходило одно: что его не стало и что не воротить его!
Позвали ужинать. Толстая и седая старуха — по прозвищу
Живая Вода — подробно и со вкусом рассказывала о ранах Савки и стонах его; мужики, внимательно слушая её льстивую
речь, ухмылялись.
Матвей тоже вспомнил, как она в начале
речи говорила о Христе: слушал он, и казалось, что женщина эта знала Христа
живым, видела его на земле, — так необычно прост и близок людям был он в её рассказе.
— Богом
живым тебя, пока жив ты, молю… — голосно вскрикнул Захария и остановился, не докончив
речи.
Опять фантазия его разыгрывается, опять он начинает забываться, словно сон его заводит. Сколько лишних ложек щец пойдет? сколько кашки? и что поп с попадьей говорят по случаю прихода Евпраксеюшки? как они промежду себя ругают ее… Все это, и кушанья и
речи, так и мечется у него, словно
живое, перед глазами.
И в мертвом говоре волн послышалась
речь живая и значительная.
Ежели первый признак, по которому мы сознаем себя живущими в человеческом обществе, есть
живая человеческая
речь, то разве я ощущал на себе ее действие?
Возьмем так называемых"новых людей". Я, разумеется, знаю достоверно как знает, впрочем, это и вся публика, — что существуют люди, которые называют себя"новыми людьми", но не менее достоверно знаю и то, что это не манекены с наклеенными этикетами, а
живые люди, которые, в этом качестве, имеют свои недостатки и свои достоинства, свои пороки и свои добродетели. Как должен был бы я поступать, если б повел
речь об этих людях?
Сначала такие непутевые
речи Гордея Евстратыча удивляли и огорчали Татьяну Власьевну, потом она как-то привыкла к ним, а в конце концов и сама стала соглашаться с сыном, потому что и в самом деле не век же жить дураками, как прежде. Всех не накормишь и не пригреешь. Этот старческий холодный эгоизм закрадывался к ней в душу так же незаметно, шаг за шагом, как одно время года сменяется другим. Это была медленная отрава, которая покрывала
живого человека мертвящей ржавчиной.
— Ниже, ниже, милушка, кланяйся матери-то… Кабы покойник-отец был жив, да он бы тебя за такие скорые
речи в
живых не оставил. Ну, ин, Бог простит…
Ему начало сниться, что она откуда-то приходит ночами, сидит у его изголовья и говорит ему
живые ласковые
речи, и он сердился, когда разум говорил ему, что это только сон, только так кажется.
С нею обыкновенно никто из спорящих не соглашался и даже нередко ставили Дорушку в затруднительное положение заученными софизмами, ко всего чаще она наголову побивала своею
живою и простою
речью всех своих ученых противников, и Нестор Игнатьевич ликовал за нее, молча похаживая по оглашенной спором комнате.
Ольга Федотовна,
живая хроника, из которой я черпаю многие сказания, касающиеся моего семейства, передавала мне об этом тягостнейшем периоде бабушкиной жизни следующее. Я запишу это словами ее же собственной
речи, которую точно теперь слышу.
Но что же! он ее увидел 6 лет спустя… увы! она сделалась дюжей толстой бабою, он видел, как она колотила слюнявых ребят, мела избу, бранила пьяного мужа самыми отвратительными
речами… очарование разлетелось как дым; настоящее отравило прелесть минувшего, с этих пор он не мог вообразить Анюту, иначе как рядом с этой отвратительной женщиной, он должен был изгладить из своей памяти как умершую эту
живую, черноглазую, чернобровую девочку… и принес эту жертву своему самолюбию, почти безо всякого сожаления.
— Так ты, мой люба (великий князь погладил его по голове, как наставник умного ученика), махни нынче же, сейчас, тихомолком в Верею… Скажем, захворал… Скачи, гони, умори хоть десяток лошадей, а в
живых заставай князя Михайлу Андреевича… как хочешь, заставай!.. Улести лаской, духовною
речью, а если нужно, пугни… и привози ко мне скорей душевную грамоту, передает-де великому князю московскому свою отчину, всю без остатка, на вечные времена, за ослушание сына.
На президентском месте, отличенном от прочих нарядными креслами, сел офицер средних лет, с русыми волосами, зачесанными на одну сторону,
живой вертлявый, в мундире генерального штаба, на котором красовались капитанские погоны. Он начал свою
речь ровным, размеренным голосом...
— Жив он? Знает ли о смерти отца моего? Так же ли преследует, хоть
речами, мертвых, как преследовал
живых?
— Вся жизнь их, — говорил он, — проходит в кружении головы и сердца, в стрекозливом прыгании. Весь разговор их заключается в каком-то щебетанье, в болтовне о модных тряпках, о гуляньях и балах. Живу я несколько месяцев в Москве,
живал в ней и прежде, и должен признаться, ныне в первый раз слышу от русской светской девушки твердую, одушевленную, завлекающую
речь.
Если сии стррки дойдут до могущих еще быть в
живых современников моих, то, во-первых, они не дадут мне солгать, что в век нашей златой старовины все так бывало и с ними, и с нами, и со всеми, начиная от «воспитания», то есть вскормления (теперь под словом, «воспитание» разумеется другое, совсем противное), чрез все учение у панов Кнышевских, приключения в школе, субботки, Фтеодосия, так и у доминов Галушкинских, даже до хождения на вечерницы; везде, взявши от семейства самого наиясновельможного пана гетьмана до последнего подпрапорного (не в батеньке
речь), везде все так было, конечно, с изменениями, но не с разительными.
— Нехорошо-с, молодой человек! — ворчал Прокофий Осипыч. — Ваша
речь, может быть, годится для покойника, но в отношении
живого она — одна насмешка-с! Помилуйте, что вы говорили? Бескорыстен, неподкупен, взяток не берет! Ведь про
живого человека это можно говорить только в насмешку-с. И никто вас, сударь, не просил распространяться про мое лицо. Некрасив, безобразен, так тому и быть, но зачем всенародно мою физиономию на вид выставлять? Обидно-с!