Неточные совпадения
Индейцы взяли на войне в плен молодого англичанина, привязали его к дереву
и хотели убить.
Тогда индеец сказал: «Когда тебя стали убивать, я вспомнил о своем сыне,
и мне стало жаль тебя. Я не смеюсь: иди к своим
и убивай нас, если
хочешь».
И индеец отпустил англичанина.
Потом он задумал сделать такую мельницу, чтобы не нужно было ни воды, ни ветра, ни лошадей; он
хотел сделать так, чтобы тяжелый камень спускался книзу
и своей тяжестью вертел колесо,
и опять бы поднимался кверху,
и опять спускался — так, чтобы мельница ходила сама.
Хотел садовник сыновей приучить к садовому делу. Когда он стал умирать, позвал их
и сказал...
Волк
хотел поймать из стада овцу
и зашел под ветер, чтобы на него несло пыль от стада.
И старший сын перестал хозяйничать,
и деревню сселили, а лозина все росла на чистом поле. Чужие мужики ездили, рубили ее — опа все росла. Грозой ударило в лозину; она справилась боковыми сучьями,
и все росла
и цвела. Один мужик
хотел срубить ее на колоду, да бросил; она была дюже гнила. Лозина свалилась на бок
и держалась только одним боком, а все росла,
и все каждый год прилетали пчелы обирать с ее цветов поноску.
Жила одна мышь под амбаром. В полу амбара была дырочка,
и хлеб сыпался в дырочку. Мыши житье было хорошее, но она
захотела похвастаться своим житьем. Прогрызла больше дыру
и позвала других мышей к себе в гости.
Он пришел к священнику
и говорит: «
Хочу дать 1000 золотых бедным, да не знаю, кому дать. Возьмите деньги
и раздайте, кому знаете».
Дети услыхали, что кричал отец, но не видали собаки
и бежали ей прямо навстречу. Бешеная собака
хотела броситься на одного из детей, но в это время Дружок кинулся на собаку
и стал с ней грызться.
Один раз барин пришел в зверинец
и узнал свою собачку; он сказал, что собачка его собственная,
и попросил хозяина зверинца отдать ему. Хозяин
хотел отдать, но как только стали звать собачку, чтобы взять ее из клетки, лев ощетинился
и зарычал.
Целый день он бился, метался в клетке
и ревел, потом лег подле мертвой собачки
и затих. Хозяин
хотел унести мертвую собачку, но лев никого не подпускал к ней.
У одного купца было два сына. Старший был любимец отца,
и отец все свое наследство
хотел отдать ему. Мать жалела меньшого сына
и просила мужа не объявлять до времени сыновьям, как их разделят: она
хотела как-нибудь сравнять двух сыновей. Купец ее послушал
и не объявлял своего решения.
Она сказала: «Как мне не плакать: оба сына мне равны, а отец
хочет одному сыну все отдать, а другому ничего. Я просила мужа не объявлять своего решения сыновьям, пока я не придумаю, как помочь меньшому. Но денег у меня своих нет,
и я не знаю, как помочь горю».
Когда плывут на лодке
и хотят плыть скорее, то возьмут, на середине лодки, вставят в дыру большой шест, к шесту этому приделана поперек перекладина. К этой перекладине прикрепят холстинный парус, к низу паруса привяжут веревку
и держат ее в руках. Потом поставят паруса против ветра.
И тогда ветер надует парус так крепко, что лодка нагибается набок, веревка рвется из рук,
и лодка поплывет по ветру так скоро, что под носом лодки забурчит вода,
и берега точно бегут назад мимо лодки.
«Был у нас царь, да избаловался: приказывал нам делать такие дела, каких нельзя исполнить;
хотим мы другого царя выбрать —
и послал меня наш народ просить тебя в цари. У нас житье хорошее: что велишь, все то будем делать
и почитать тебя во всем будем. Пойдем в наше царство». Слон согласился
и пошел за шакалом. Шакал привел его в болото. Когда слон завяз, шакал
и говорит...
И еще разруби — то же будет,
и еще руби сколько
хочешь — все то же будет: одинакие концы будут отворачиваться, разные цепляться, как будто с одного конца магнит выпирает, а с другого втягивает.
Если намагнитить иголку (подержать подольше с магнитом)
и насадить ее серединкой на шпенек, так, чтобы она ходила вольно на шпеньке, то как
хочешь верти магнитную иголку, как пустишь, она станет одним концом на полдни (юг), другим — на полночь (север).
Жила цапля у пруда
и состарелась; не стало уж в ней силы ловить рыбу. Стала она придумывать, как бы ей хитростью прожить. Она
и говорит рыбам: «А вы, рыбы, не знаете, что на вас беда собирается: слышала я от людей —
хотят они пруд спустить
и вас всех повыловить. Знаю я, тут за горой хорош прудок есть. Я бы помогла, да стара стала: тяжело летать». Рыбы стали просить цаплю, чтоб помогла.
Цапля взяла рака
и понесла. Как вылетела она на поле,
хотела сбросить рака. Но рак увидал рыбьи косточки на поле, стиснул клещами цаплю за шею
и удавил ее, а сам приполз назад к пруду
и рассказал рыбам.
После старшего сел другой брат,
и он ездил долго
и тоже хлыстом разогнал Воронка
и проскакал из-под горы. Он еще
хотел ездить, но третий брат просил, чтобы он поскорее пустил его. Третий брат проехал
и на гумно,
и вокруг сада, да еще
и по деревне,
и шибко проскакал из-под горы к конюшне. Когда он подъехал к нам, Воронок сопел, а шея
и лопатки потемнели у него от пота.
Когда пришел мой черед, я
хотел удивить братьев
и показать им, как я хорошо езжу, — стал погонять Воронка изо всех сил, но Воронок не
хотел идти от конюшни.
И сколько я ни колотил его, он не
хотел скакать, а шел шагом
и то все заворачивал назад. Я злился на лошадь
и изо всех сил бил ее хлыстом
и ногами.
Я старался бить ее в те места, где ей больнее, сломал хлыст
и остатком хлыста стал бить по голове. Но Воронок все не
хотел скакать. Тогда я поворотил назад, подъехал к дядьке
и попросил хлыстика покрепче. Но дядька сказал мне...
Еж пошел домой
и говорит жене: «Я с зайцем поспорил:
хотим бежать наперегонку!»
А меньшой сказал: «По-моему, не так. Напрасно этого писать на камне не стали бы.
И все написано ясно. Первое дело: нам беды не будет, если
и попытаемся. Второе дело: если мы не пойдем, кто-нибудь другой прочтет надпись на камне
и найдет счастье, а мы останемся ни при чем. Третье дело: не потрудиться, да не поработать, ничто в свете не радует. Четвертое: не
хочу я, чтоб подумали, что я чего-нибудь да побоялся».
Из воды выполз большой уж
и, свернувшись, лег на Машину рубашку. Девочки вылезли из воды, надели свои рубашки
и побежали домой. Когда Маша подошла к своей рубашке
и увидала, что на ней лежит ужак, она взяла палку
и хотела согнать его; но уж поднял голову
и засипел человечьим голосом...
Прошло лет 20-ть. Строгоновы-купцы еще сильнее разбогатели,
и мало им стало той земли на 140 верст.
Захотели они еще более земли. Верст за 100 от них были высокие горы Уральские,
и за этими горами, прослышали они, есть прекраснейшая земля,
и земле той конца нет. Владел этой землей сибирский князек Кучум. Кучум в прежнее время покорился царю русскому, а потом стал бунтовать
и грозил разорить Строгоновские городки.
Неточные совпадения
То был приятный, благородный, // Короткий вызов, иль картель: // Учтиво, с ясностью холодной // Звал друга Ленский на дуэль. // Онегин с первого движенья, // К послу такого порученья // Оборотясь, без лишних слов // Сказал, что он всегда готов. // Зарецкий встал без объяснений; // Остаться доле не
хотел, // Имея дома много дел, //
И тотчас вышел; но Евгений // Наедине с своей душой // Был недоволен сам собой.
Ей-ей! не то, чтоб содрогнулась // Иль стала вдруг бледна, красна… // У ней
и бровь не шевельнулась; // Не сжала даже губ она. // Хоть он глядел нельзя прилежней, // Но
и следов Татьяны прежней // Не мог Онегин обрести. // С ней речь
хотел он завести //
И —
и не мог. Она спросила, // Давно ль он здесь, откуда он //
И не из их ли уж сторон? // Потом к супругу обратила // Усталый взгляд; скользнула вон… //
И недвижим остался он.
Сажают прямо против Тани, //
И, утренней луны бледней //
И трепетней гонимой лани, // Она темнеющих очей // Не подымает: пышет бурно // В ней страстный жар; ей душно, дурно; // Она приветствий двух друзей // Не слышит, слезы из очей //
Хотят уж капать; уж готова // Бедняжка в обморок упасть; // Но воля
и рассудка власть // Превозмогли. Она два слова // Сквозь зубы молвила тишком //
И усидела за столом.
Хотя мы знаем, что Евгений // Издавна чтенье разлюбил, // Однако ж несколько творений // Он из опалы исключил: // Певца Гяура
и Жуана // Да с ним еще два-три романа, // В которых отразился век //
И современный человек // Изображен довольно верно // С его безнравственной душой, // Себялюбивой
и сухой, // Мечтанью преданной безмерно, // С его озлобленным умом, // Кипящим в действии пустом.
Минуты две они молчали, // Но к ней Онегин подошел //
И молвил: «Вы ко мне писали, // Не отпирайтесь. Я прочел // Души доверчивой признанья, // Любви невинной излиянья; // Мне ваша искренность мила; // Она в волненье привела // Давно умолкнувшие чувства; // Но вас хвалить я не
хочу; // Я за нее вам отплачу // Признаньем также без искусства; // Примите исповедь мою: // Себя на суд вам отдаю.