Неточные совпадения
—
Да уж верно! — воскликнул Рутилов. — Смотри, не зевай, пока я жив, а то они у меня тоже с гонором, — потом захочешь,
да поздно будет. А
только из них каждая за тебя с превеликим удовольствием пойдет.
—
Да уж на этот счет ты не беспокойся, — горячо говорил Рутилов. — Они и теперь барышни пухленькие, а если не совсем вошли в объем, так это
только до поры до времени. Выйдут замуж, и они раздобреют, как старшая. Лариса-то у нас, сам знаешь, какая кулебяка стала.
— Чудак,
да разве они бесприданницы! Ну, что же, идет, что ли? Ну, я побегу, все устрою.
Только чур, никому ни гу-гу, слышишь, никому!
Наташке и хотелось украсть сладкий пирог и потихоньку съесть его,
да нельзя было: раз — что Варвара торчит около нее,
да и
только, не выжить ее ничем; а другое — если и уйдет и без нее снимать со сковороды, так она потом посчитает по следам на сковороде: сколько нет, столько пирожков потребует, — никак украсть нельзя ни одного.
Только что поступила,
да уж ничего не хочешь делать, — ничевуха поганая.
— Она врет, вы ей не верьте. Я
только раз сказал при ней, что вы — дура,
да и то со злости, а больше, ей-богу, ничего не говорил, — это она сама сочинила.
—
Да что вы, Ардальон Борисыч! ведь я вижу, что она пьяная, сама не помнит, что мелет.
Только зачем вы все это позволяете в своем доме?
Чтобы разъяснить это недоумение, ездили нынче в Петербург; Варвара сходила к княгине, потом повела к ней Передонова, но нарочно оттянула это посещение, так что уже не застали княгиню: Варвара поняла, что княгиня в лучшем случае ограничится
только советом повенчаться поскорее
да несколькими неопределенными обещаниями при случае попросить, — обещаниями, которые были бы совсем недостаточны для Передонова.
Вечерело. На грязном досчатом столе возвышалось много опорожненных пивных бутылок. Игроки, много за игрою выпившие, раскраснелись и пьяно галдели. Рутилов один сохранял обычную чахлую бледность. Он и пил меньше других,
да и после обильной выпивки
только бы еще больше побледнел.
Уже с утра они были готовы ехать под венец. Оставалось
только надеть приличное к венцу платье
да приколоть фату и цветы. О Варваре сестры не вспоминали в своих разговорах, как-будто ее и на свете нет. Но уже одно то, что они, беспощадные насмешницы, перемывая косточки всем, не обмолвились во весь день ни одним словечком
только о Варваре, одно это доказывало, что неловкая мысль о ней гвоздем сидит в голове каждой из сестриц.
Выпили и закусили пирожками с черносмородинным вареньем. У Передонова, чтобы занимать гостей,
только и было в запасе, что карты
да водка. Так как за карты сесть еще нельзя было, — чай надо было пить, — то оставалась водка.
Надежда Васильевна Адаменко с братом жила в городе в собственном кирпичном красном домике; недалеко от города было у нее имение, отданное в аренду. В позапрошлом году кончила она учение в здешней гимназии, а ныне занималась тем, что лежала на кушетке, читала книжки всякого содержания
да школила своего брата, одиннадцатилетнего гимназиста, который спасался от ее строгостей
только сердитым заявлением...
— Ну вот, — радостно сказала она, — наконец-то. А то я уже ждала, ждала,
да и жданки потеряла. А
только как же конверт, — если он спросит, что я скажу?
— Ну
да, это вы
только так говорите, а вы русских ненавидите.
— Знаем мы, как вы не думаете.
Только мы вам не отдадим вашей Польши. Мы вас завоевали. Мы вам сколько благодеяний сделали,
да, видно, как волка ни корми, он все в лес смотрит.
—
Да и не надо надувать, — сказал Владя, — разве в том
только и ум, чтобы надувать
да плутовать?
Неужели это делает Нартанович
только для виду: попугает сына
да и отпустит его ненаказанным.
—
Да вот и у нас в гимназии директор всякую шушеру пускает, — сердито сказал Передонов, — даже есть крестьянские дети, а мещан даже много. [7. И во всей-то гимназии теперь 177 гимназистов, а мещан 28,
да крестьян 8, дворян
да чиновников
только 105.]
До Передонова уже сидел гость. Передонов его знал, —
да и кто в нашем городе кого не знает? Все друг другу знакомы, —
только иные раззнакомились, поссорясь.
— Там у меня есть протекция, — говорил Передонов, — а
только вот здесь директор пакостит,
да и другие тоже. Всякую ерунду распускают. Так уж, в случае каких справок об мне, я вот вас предупреждаю, что это все вздор обо мне говорят. Вы этим господам не верьте.
Да, впрочем, и раньше что были гимназисты для Передонова? Не
только ли аппаратом для растаскивания пером чернил по бумаге и для пересказа суконным языком того, что когда-то было сказано языком человечьим! Передонов во всю свою учительскую деятельность совершенно искренно не понимал и не думал о том, что гимназисты — такие же люди, как и взрослые.
Только бородатые гимназисты с пробудившимся влечением к женщинам вдруг становились в его глазах равными ему.
—
Да,
только его не к нам надо отдать, а в другое заведение, — угрюмо, словно нехотя, промолвил Передонов.
— Нет, что же, — отвечал Саша, но видно было, что уже один разговор об учебниках наводит на него привычную скуку. — Скучновато зубрить, — признался он, —
да ничего, у меня память хорошая. Вот
только задачи решать — это я люблю.
«Но вот, — печально думал Саша, — она чужая; милая, но чужая. Пришла и ушла, и уже обо мне, поди, и не думает.
Только оставила сладкое благоухание сиренью
да розою и ощущение от двух нежных поцелуев, — и неясное волнение в душе, рождающее сладкую мечту, как волна Афродиту».
Саша иногда скрывал от Коковкиной, что приходила Людмила. Не солжет,
только промолчит.
Да и как же солгать, — могла же сказать и служанка. И молчать-то о Людмилиных посещениях не легко было Саше: Людмилин смех так и реял в ушах. Хотелось поговорить о ней. А сказать — неловко с чего-то.
—
Да ты, матушка, — спокойно ответила Дарья, — даром что молодая, а
только…
— Нельзя, и не надо, — возразил Володин. — А
только я тоже иногда надеваю кокарду, — но ведь
только я знаю, где можно и когда. Пойду себе за город,
да там и надену. И мне удовольствие, и никто не запретит. А мужичок встретится, все-таки почтения больше.
— Вот еще на Рутиловых девок надо бы донести. Они в церковь
только болтать
да смеяться ходят. Намажутся, нарядятся
да и пойдут. А сами ладан крадут
да из него духи делают, — от них всегда вонько пахнет.
— Вот, дело нехитрое, — сказала Преполовенская, —
да если хотите, мы с мужем вам все устроим, вы
только сидите, и ни о чем не думайте.
Своих обычных гостей Передонов угощал водкою
да самым дешевым портвейном. А для директора купил мадеры в три рубля. Это вино Передонов считал чрезвычайно дорогим, хранил его в спальне, а гостям
только показывал и говорил...
Наконец, недели через полторы, директорша отдала визит Варваре. Приехала с мужем, в будень, в четыре часа, нарядная, любезная, благоухающая сладкою фиалкою, — и совсем неожиданно для Передоновых: те ждали Хрипачей почему-то в праздник,
да пораньше. Переполошились. Варвара была в кухне, полуодетая, грязная. Она метнулась одеваться, а Передонов принимал гостей и казался
только что разбуженным.
—
Только я их пропил. Куда мне их к дьяволу! Она еще мне обещала пенсию по гроб жизни платить,
да надула.
— Про княгиню я правду говорил,
только вдруг он не поверит
да и провалится к чорту.
«Ну,
да ничего, — подбадривала она себя, —
только бы не проснулся».
— Милая Людмилочка,
да я с вами сколько хотите сидел бы, пока бы не прогнали, а
только уроки учить надо.
Хорошо бы ничего не делать, есть, пить, спать —
да и
только!
—
Да, это очень хорошо будет.
Только нас тогда уже не будет.
Он делал невинное лицо, а на душе у него было тяжело. Он выспрашивал Коковкину, что же говорят, и боялся услышать какие-нибудь грубые слова. Что могут говорить о них? Людмилочкина горница окнами в сад, с улицы ее не видно,
да и Людмилочка спускает занавески. А если кто подсмотрел, то как об этом могут говорить? Может быть, досадные, оскорбительные слова? Или так говорят,
только о том, что он часто ходит?
— Какие же знакомства? — сказал он: — Ольга Васильевна знает, я
только к товарищам хожу
да к Рутиловым.
Чтобы примерить костюм, надо было время, а Саша мог забегать
только урывочками,
да и то не каждый день. Но нашлись. Саша убежал ночью, уже когда Коковкина спала, через окно. Сошло благополучно.
В день маскарада Саше казалось, что он и не решится поехать. Страшно. Вот
только одно: готовый наряд у Рутиловых, — нешто ему пропадать? И все мечты и труды даром?
Да ведь Людмилочка заплачет. Нет, надо итти.
На другой день в городе
только и говорили, что о вчерашнем скандале с гейшею
да о пожаре. Бенгальский сдержал слово и никому не сказал, что гейшею был наряжен мальчик.