Неточные совпадения
Городничий.
Да я так
только заметил вам. Насчет же внутреннего распоряжения и того, что называет в письме Андрей Иванович грешками, я ничего не могу сказать.
Да и странно говорить: нет человека, который бы за собою не имел каких-нибудь грехов. Это уже так самим богом устроено, и волтерианцы напрасно против этого говорят.
Городничий. Ступай на улицу… или нет, постой! Ступай принеси…
Да другие-то где? неужели ты
только один? Ведь я приказывал, чтобы и Прохоров был здесь. Где Прохоров?
Да не выпускать солдат на улицу безо всего: эта дрянная гарниза наденет
только сверх рубашки мундир, а внизу ничего нет.
Вот не доедем,
да и
только, домой!
Хлестаков.
Да зачем же?.. А впрочем, тут и чернила,
только бумаги — не знаю… Разве на этом счете?
Городничий. Я здесь напишу. (Пишет и в то же время говорит про себя.)А вот посмотрим, как пойдет дело после фриштика
да бутылки толстобрюшки!
Да есть у нас губернская мадера: неказиста на вид, а слона повалит с ног.
Только бы мне узнать, что он такое и в какой мере нужно его опасаться. (Написавши, отдает Добчинскому, который подходит к двери, но в это время дверь обрывается и подслушивавший с другой стороны Бобчинский летит вместе с нею на сцену. Все издают восклицания. Бобчинский подымается.)
Анна Андреевна. Ну, может быть, один какой-нибудь раз,
да и то так уж, лишь бы
только. «А, — говорит себе, — дай уж посмотрю на нее!»
Городничий. Ну, уж вы — женщины! Все кончено, одного этого слова достаточно! Вам всё — финтирлюшки! Вдруг брякнут ни из того ни из другого словцо. Вас посекут,
да и
только, а мужа и поминай как звали. Ты, душа моя, обращалась с ним так свободно, как будто с каким-нибудь Добчинским.
Городничий.
Да перестаньте, пожалуйста! Вы этакими пустыми речами
только мне мешаете. Ну что, друг?..
Городничий. О, уж там наговорят! Я думаю, поди
только да послушай — и уши потом заткнешь. (Обращаясь к Осипу.)Ну, друг…
А вы — стоять на крыльце, и ни с места! И никого не впускать в дом стороннего, особенно купцов! Если хоть одного из них впустите, то…
Только увидите, что идет кто-нибудь с просьбою, а хоть и не с просьбою,
да похож на такого человека, что хочет подать на меня просьбу, взашей так прямо и толкайте! так его! хорошенько! (Показывает ногою.)Слышите? Чш… чш… (Уходит на цыпочках вслед за квартальными.)
Осип.
Да, слава богу!
Только знаете что, Иван Александрович?
Хлестаков (пишет).Ну, хорошо. Отнеси
только наперед это письмо; пожалуй, вместе и подорожную возьми.
Да зато, смотри, чтоб лошади хорошие были! Ямщикам скажи, что я буду давать по целковому; чтобы так, как фельдъегеря, катили и песни бы пели!.. (Продолжает писать.)Воображаю, Тряпичкин умрет со смеху…
Купцы. Изволь, отец наш! (Вынимают деньги.)
Да что триста! Уж лучше пятьсот возьми, помоги
только.
Хлестаков (придвигаясь).
Да ведь это вам кажется
только, что близко; а вы вообразите себе, что далеко. Как бы я был счастлив, сударыня, если б мог прижать вас в свои объятия.
Городничий.
Да, там, говорят, есть две рыбицы: ряпушка и корюшка, такие, что
только слюнка потечет, как начнешь есть.
Городничий. Не погуби! Теперь: не погуби! а прежде что? Я бы вас… (Махнув рукой.)Ну,
да бог простит! полно! Я не памятозлобен;
только теперь смотри держи ухо востро! Я выдаю дочку не за какого-нибудь простого дворянина: чтоб поздравление было… понимаешь? не то, чтоб отбояриться каким-нибудь балычком или головою сахару… Ну, ступай с богом!
Городничий.
Только рыскаете по городу
да смущаете всех, трещотки проклятые! Сплетни сеете, сороки короткохвостые!
Вот они и сладили это дело… по правде сказать, нехорошее дело! Я после и говорил это Печорину,
да только он мне отвечал, что дикая черкешенка должна быть счастлива, имея такого милого мужа, как он, потому что, по-ихнему, он все-таки ее муж, а что Казбич — разбойник, которого надо было наказать. Сами посудите, что ж я мог отвечать против этого?.. Но в то время я ничего не знал об их заговоре. Вот раз приехал Казбич и спрашивает, не нужно ли баранов и меда; я велел ему привести на другой день.
Неточные совпадения
Беден, нечесан Калинушка, // Нечем ему щеголять, //
Только расписана спинушка, //
Да за рубахой не знать. // С лаптя до ворота // Шкура вся вспорота, // Пухнет с мякины живот. // Верченый, крученый, // Сеченый, мученый, // Еле Калина бредет: // В ноги кабатчику стукнется, // Горе потопит в вине. //
Только в субботу аукнется // С барской конюшни жене…
Только трех Матрен //
Да Луку с Петром // Помяну добром. // У Луки с Петром // Табачку нюхнем, // А у трех Матрен // Провиант найдем.
Оно и правда: можно бы! // Морочить полоумного // Нехитрая статья. //
Да быть шутом гороховым, // Признаться, не хотелося. // И так я на веку, // У притолоки стоючи, // Помялся перед барином // Досыта! «Коли мир // (Сказал я, миру кланяясь) // Дозволит покуражиться // Уволенному барину // В останные часы, // Молчу и я — покорствую, // А
только что от должности // Увольте вы меня!»
Зубами
только щелкает //
Да дышит тяжело.
Яков таким объявился из младости, //
Только и было у Якова радости: // Барина холить, беречь, ублажать //
Да племяша-малолетка качать.