— Да
вот черти с хлебом в Богородско тянутся — всю дорогу с первопута исковеркали! — отвечает ямщик и, злобно грозя кнутом тянущемуся мимо нас обозу, прибавляет: — Счастлив ваш бог, шельмы вы экие, что барин остановиться велел: насыпал бы я вам в шею горячих!
Неточные совпадения
— Это, брат, дело надобно вести так, — продолжал он, — чтоб тут сам
черт ничего не понял. Это, брат, ты по-приятельски поступил, что передо мной открылся; я эти дела
вот как знаю! Я, брат, во всех этих штуках искусился! Недаром же я бедствовал, недаром три месяца жил в шкапу в уголовной палате: квартиры, брат, не было —
вот что!
— Ах вы
черти этакие!
вот вам ужо барин даст!
Палахвостов. Ладно;
вот тебе черти-то на том свете язык-от вытянут!
Да в глазах-то у него, прости господи, видно,
черти уж скачут: только едет он один-от, а впереди ему Ванька-кучер показывается;
вот он и покрикивает: «пошел, Ванька», «молчать, Ванька подлец»…
— Ну
вот, — говорит Мавра Кузьмовна, — и еще новобранца привела, и в грамоте доволен, и с книгами обращение иметь может, и по крюкам знает, и демественному обучался [77] — молодец на все руки: какого еще к
черту попа желать надоть!
Неточные совпадения
— А
вот черти-то тебя и припекут! скажут: «А
вот тебе, мошенница, за то, что барина-то обманывала!», да горячими-то тебя и припекут!
Что занимаюсь философией да иной раз нет времени, так уж я и не отец? ан
вот нет же, отец! отец,
черт их побери, отец!
Ему нравилось не то, о чем читал он, но больше самое чтение, или, лучше сказать, процесс самого чтения, что вот-де из букв вечно выходит какое-нибудь слово, которое иной раз
черт знает что и значит.
— Да ведь соболезнование в карман не положишь, — сказал Плюшкин. —
Вот возле меня живет капитан;
черт знает его, откуда взялся, говорит — родственник: «Дядюшка, дядюшка!» — и в руку целует, а как начнет соболезновать, вой такой подымет, что уши береги. С лица весь красный: пеннику, чай, насмерть придерживается. Верно, спустил денежки, служа в офицерах, или театральная актриса выманила, так
вот он теперь и соболезнует!
А
вот пусть к тебе повадится
черт подвертываться всякий день под руку, так что
вот и не хочешь брать, а он сам сует.